svoboda_org

Сказано на «Свободе»

14 декабря 2018

F
Политическая борьба неистребима в любом, даже самом жестко авторитарном обществе (идеология может быть одной, а варианты конкретных политических действий всегда различны). Только эта борьба происходит не на улицах и не в парламенте, а в узком окружении диктатора или в голове самого диктатора, за влияние на которого борются различные фигуры.

Кстати, неверно говорить об отсутствии у правящей клептократии какой-либо идеологии. Они уже не просто воры, они теперь воры с дополнительной хромосомой духовности. Воинствующий имперский шовинизм вот уже четыре года безнаказанно расцветает в специально созданных для его внедрения в массовое сознание телевизионных ток-шоу. Он стал в «элитных» кругах самостоятельной силой, влияющей и на мозговые процессы внутри той головы, в которой и происходит реальная российская политика. Более того, я полагаю, что именно идеологический «драйв» верхушки власти сыграл решающую роль в сделанном 25 ноября 2018 года Москвой стратегическом выборе серьезной эскалации в мировой гибридной войне после трехлетней постновороссийской паузы.

Провал блицкрига «Новороссия» – захвата 10–12 областей Украины – был особенно болезнен для Кремля тем, что идеология «Русского мира» была отвергнута большинством русских жителей Украины, оставшихся верными украинскому государству и его европейскому выбору. Ставка на пятую колонну не оправдалась. А на полномасштабную войну с введением регулярной армии ни российское общество в целом, ни значительная часть имперской «элиты» не были готовы.

В апреле 2015 года на страницах газеты Moscow Times появилась установочная статья Фёдора Лукьянова «Путин стремится к мирному сосуществованию с Западом». У Путина, развернувшего в 2014 году в своей крымской речи знамёна сакральной мировой войны, неожиданно возникла, видите ли, хотелка мирного сосуществования. Причина такой перемены настроения первого лица была банальна. Лукьянов исчерпывающе сформулировал ее в самой откровенной фразе своей в целом двуличной статьи: «Для того чтобы поддерживать взращенные ими антизападные настроения в стране на нынешнем уровне, российские власти должны перевести конфликт с Западом на уровень выше, а это слишком опасно и чрезмерно дорого».

Вот как ведь все обернулось! Во-первых, отставляется в сторону стандартная ложь о том, что Россия-де вынуждена была прийти на помощь каким-то доведенным до отчаяния и взявшимся за оружие «шахтерам и трактористам». Нет, конфликт и антизападная истерия были произведены российскими властями, признает автор статьи. И во-вторых, развязав этот конфликт, российские власти, совершили серьезный просчет. Дальнейшее его поддержание, а тем более эскалация стали для них, оказывается, слишком опасным и чрезмерно дорогим предприятием. А ведь кто-то базарил, что для него как для русского человека на миру и смерть красна!

Ничья, которую от имени Путина предлагал Западу его парламентер, предполагала замораживание конфликта и новое холодное мирное сосуществование, кодифицирующее базовые отношения враждебности: Путин не лезет дальше, но обязательно сохраняет не только Крым, но и часть Донбасса. Иначе, сами понимаете, он просто потеряет власть: «Возврат к прошлому невозможен. Решение по Крыму необратимо без того, чтобы не поставить под риск целиком всю политическую модель. Любой откат назад по вопросу поддержки Восточной Украины приведет к серьезным политическим последствиям во внутренней политике и будет в целом воспринят как явное поражение Кремля. Путин категорически отверг саму идею того, что политика России по отношению к Украине провалилась. Вот суть его послания: «Россия не виновата, она вела себя так, как должна была себя вести».

Лукьянов – опытный и весьма преуспевший царедворец. И он никогда не решился бы три с лишним года назад на подобное дерзкое вольтерьянство, если бы не был уверен в том, что такими же настроениями пропитана практически вся путинская верхушка, все эти 100 семей богатейших чиновников-бизнесменов. Все они не прочь понадувать имперские щечки, все они законченные «крымнашисты» и с удовольствием задушили бы «до полного изнеможения и Украину, и Прибалтику. Но фундаментальная задача созданного ими под себя государства – это создание потомственной аристократии и легитимизация наворованной собственности на Западе. А имперские понты – это уж как получится, это дополнительные психологические бонусы.

Я так подробно цитировал статью Лукьянова трехлетней давности, чтобы, сравнив ее с сегодняшним манифестом недипломата Х., читатель смог бы в исполнении живых персонажей прочувствовать динамику кремлевских внешнеполитических дебатов. Еще несколько месяцев назад шли какие-то вязкие переговоры о расширении мандата миротворцев в Донбассе, которые можно было рассматривать как некоторое направление гибридной капитуляции Кремля. Но в известной голове был сделан судьбоносный выбор в пользу «разрушения до основания антироссийской Украины». Что же произошло в ноябре 2018 года в этом сакральном вместилище уникальной российской духовности?

Читайте размышления Андрея Пионтковского на сайте Радио Свобода
Радио Свобода публикует распечатки с текстами песен популярных молодежных исполнителей, которые раздали членам Экспертного совета при Управлении Федеральной антимонопольной службы в Нижнем Новгороде – для того, чтобы обсудить необходимость превентивного запрета их концертов.

Российские правоохранительные органы и «инициативные группы граждан» продолжают самую настоящую охоту на популярные у молодежи музыкальные группы. С запретами концертов и «родительской цензурой» этой осенью столкнулись рэперы Хаски и Элджей, певица Монеточка, группа IC3PEAK и многие другие. Не обошла эта кампания стороной и Нижний Новгород, где в октябре прокуратура отменила пять концертов «из-за выявленных в ходе прокурорской проверки нарушений, касающихся защиты детей от причиняющей вред их здоровью и развитию информации» (впрочем, представители площадки, на которой должны были состояться эти концерты, пока говорят лишь об их переносе на более поздний срок).

За преследованием молодых музыкантов стоит ФСБ, уверен нижегородский предприниматель Герман Князев. Во вторник Князев побывал на заседании Экспертного совета по применению законодательства о рекламе при нижегородском Управлении Федеральной антимонопольной службы. На заседании в числе прочих рассматривался вопрос о допустимости рекламы концертов таких исполнителей и групп, как «Хлеб», GONE.Fludd, Within Temptation, Jah Khalib, Ганвест, HammAli & Navai, The Hatters, Animal ДжаZ, Монеточка, Feduc, Little Big, Элджей, Anacondaz, Face, «Пошлая Молли», Хаски, ATL и других. О том, как проходило заседание Совета, Князев рассказал в интервью Радио Свобода.

3013477

На Экспертном совете 4 декабря рассматривалось три вопроса. Помимо рассмотрения жалобы загадочного «потребителя Н.» на рекламу концертов члены Совета выясняли, можно ли считать этичной рекламу транспортной компании (на ней «потребителю рекламы Л.» померещилось изображение мужского полового органа) и рекламу мужских массажных салонов со слоганом «Волшебный рай для мужчин» (эксперты Совета решили, что обе рекламы не противоречат нормам нравственности и морали).

При обсуждении главного вопроса – о рекламе концертов – Совет разругался. Как говорит Герман Князев, в его адрес и в адрес некоторых членов Совета даже звучали крики «вас, либералов, отсюда гнать пора». Оказалось, что предметом обсуждения является не реклама концертов, а тексты песен исполнителей – заранее подготовленные распечатки с ними секретарь главы Совета раздала присутствующим перед началом обсуждения.

3013479

«По мнению заявителя, эти группы выступают с песнями, тексты которых противоречат требованиям закона «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию», – рассказывает Герман Князев. – Я вынес на голосование свое видение этой проблемы: отказаться от рассмотрения этого вопроса вообще, потому что на наше рассмотрение не представлена реклама, на которую жалуется заявитель, а представлены только тексты песен, мы не цензурный комитет, чтобы оценивать тексты музыкальных произведений. Но это предложение не прошло».

3013481

По мнению Германа Князева, превентивное закрытие концертных площадок является нарушением Конституции РФ. «Если на концерте с возрастным ограничением 12+ звучат песни с матом – это нарушение закона. Но для того, чтобы об этом нарушении можно было говорить, такой концерт должен для начала состояться. Это нарушение должно быть зафиксировано, и после этого – пожалуйста, наказывайте. А сейчас по всей стране идет превентивное запрещение этих концертов под видом «ну, они же обязательно исполнят эти песни». Такая натяжка очень опасна, так можно очень далеко зайти. Так можно запретить что угодно, от одежды до политической партии, которая «обязательно будет призывать к свержению законной власти».

Читать оригинал на «Радио Свобода» >>>>>

Оригинал — svoboda.org

Внешняя политика СССР/России в ядерный век определялась ответом правителей страны самим себе на один вопрос: способны ли они выиграть мировую войну у США и их союзников? Под «выигрышем» в СССР понималось неограниченное расширение полученной в Ялте по итогам Второй мировой войны зоны исключительного господства. В России «победа над Западом» мыслится как возвращение утерянной ялтинской зоны контроля и демонстрация тем самым несостоятельности блока НАТО как инструмента коллективной безопасности входящих в него стран. В разное время ответ на этот судьбоносный вопрос был различным, часто он являлся предметом драматической внутриполитической борьбы.

Тов. Сталин начал пробное прощупывание границ своей «зоны» уже 16 августа 1945 года. В письме президенту США Гарри Трумэну он как бы между прочим попросил того пойти навстречу его «скромному пожеланию»: оккупации советскими войсками острова Хоккайдо, не предусмотренной ялтинской сделкой. Трумэн ответил дядюшке Джо 18 августа очень ясно и доходчиво.

Больше Сталин к нему со скромными пожеланиями не обращался, а вот к пожеланиям самого Трумэна в течение нескольких лет относился исключительно внимательно – ушел из Ирана, прекратил помощь греческим партизанам, перестал выдвигать территориальные претензии Турции. Рациональный политик, готовый отступать там, где это было необходимо. Зато в Восточной Европе Сталин вытворял все что угодно, ломая тамошние страны через колено, и Трумена это не очень беспокоило. Обе стороны соблюдали негласную конвенцию, и Сталин прекрасно понимал, что расширить свою Animal Farm (социалистический лагерь) силой он пока не может. После овладения атомной бомбой тов. Сталин начал склоняться к позитивному ответу на ключевой русский вопрос. Война в Корее стала первым его открытым военным вызовом США.

Зима 1952–1953 годов – один из самых таинственных и драматических эпизодов советской истории. Многие документы той эпохи остаются закрытыми, если они вообще не уничтожены. Но всё более убедительной становится версия тройного замысла стареющего и теряющего адекватность вождя (Третья мировая война, «еврейский погром» и очередная жесткая зачистка партийных соратников). Соратники в той схватке буквально не на жизнь, а на смерть опередили властелина полумира; погром, во всяком случае, в его крайних формах отменили, а вот в центральном русском вопросе они серьезно разошлись во мнениях.
Лаврентий Берия и Георгий Маленков, основные бенефициары переворота, возглавившие (один де-факто, другой де-юре) новое правительство, давали негативный ответ на вопрос о «победе», более того, они отрицали сам смысл сражения за эту «победу». За свои сто дней в Кремле Берия не только выпустил миллион заключенных из советских лагерей, но и почти успел выпустить из ялтинской «зоны» целую ГДР, согласившись на объединенную демилитаризованную Германию.

В решающий миг их борьбы за власть с Никитой Хрущевым Маленков дрогнул, обнаружив в своей приемной вооруженных до зубов маршалов и генералов во главе с самим Георгием Жуковым, и сдал единомышленника. Но, оставаясь еще почти два года номинальным председателем Совета министров СССР, он время от времени робко пытался продвигать их общие замыслы. Звездным часом Маленкова стало выступление на встрече с «избирателями» 12 марта 1954 года, в котором он заявил, что в третьей мировой войне победителей не будет. Массовое применение ядерного оружия приведет к гибели мировой цивилизации. Маленков фактически сформулировал доктрину взаимного гарантированного уничтожения. Но первый секретарь ЦК КПСС Хрущев резко осудил заявление Маленкова как антипартийное и антимарксистское. Как это не будет победителей?! Неправда! Мы войны не боимся! Мы победим в любой войне! Пусть знают поджигатели войны: мы за ценой не постоим!

Реализуя эти партийные установки, маршал Жуков 14 сентября 1954 года прогнал 50 тысяч душ через радиоактивный пепел войскового учения на тему «Прорыв подготовленной тактической обороны противника с применением атомного оружия», на практике «доказав» возможность победы Советского Союза в ядерной войне. Вплоть до Карибского кризиса 1962 года советское руководство исходило из убежденности в своей способности выиграть мировую войну. И именно эта убежденность толкала Хрущева на повышение ставок в конфронтации с США. На самом краю пропасти в обстановке жесточайшего цейтнота Джон Кеннеди и Хрущев заново открыли для себя как практикующие политики доктрину взаимного гарантированного уничтожения. А еще через десять лет она была институизирована серией соглашений о контроле над вооружениями, подписанных Ричардом Никсоном и Леонидом Брежневым. И более полувека (1962–2014) на этой доктрине держался мир между двумя ядерными сверхдержавами.

С 2014 года Россия живет в состоянии, представляющем исключительную опасность для нее самой и для окружающего мира. Как это было в последние годы жизни Сталина и в последние годы правления Хрущева (и с тех пор не было полувека), сегодняшнее российское руководство убеждено в своей способности выиграть ядерную мировую войну. Именно ядерную, ведь правители России прекрасно отдают себе отчет в том, что в любой другой номинации возглавляемая ими страна заведомо несостоятельна.

А как же доктрина взаимного гарантированного уничтожения, спросите вы?

Читайте размышления Андрея Пионтковского на сайте Радио Свобода

Оригинал — svoboda.org

Успех в задуманной Кремлем Четвертой мировой войне, своего рода знамя Победы над рейхстагом – это обрушение 5-й статьи Устава НАТO, отказ стран НАТО выполнить свои обязательства по коллективной обороне страны – жертвы агрессии. Такой отказ стал бы событием эпохального исторического значения: он будет означать конец НАТО, конец США как мировой державы и гаранта безопасности Запада, а также полное политическое доминирование путинской России не только в ареале «Русского мира», но и на всем европейском континенте.

Для обрушения 5-й статьи достаточно переформатировать в нужном ключе сознание всего нескольких человек. А точнее, всего одного человека – президента США. Ecли эта цель достигнута, то все материальные факторы военной мощи США (огромный военный бюджет, ядерные арсеналы, авианосцы, самолеты-невидимки, горы самого совершенного в мире конвенционального оружия) теряют всякий смысл.

Как этот отказ примерно может выглядеть, продемонстрировал еще во время избирательной кампании внешнеполитический гуру кандидата в президенты Дональда Трампа бывший спикер палаты представителей Ньют Гингрич, назвавший Эстонию «пригородом Санкт-Петербурга, ради которого он не готов идти на ядерную войну с Россией». Интересно, кто вложил в уста Грингича и соответственно уши Трампа столь искусную формулировку, органично включающую в себя элементы кремлевского ядерного шантажа? Кстати, в свое время Грингич был горячим сторонником вступления в НАТО прибалтийских стран, еще не обладая, видимо, столь глубокими познаниями относительно их географии.

Так или иначе, операция «Трампнаш» стала составной частью Четвертой мировой войны, более того – магистральным ее направлением, сулившим верный успех. Попробуем оценить ее результаты на сегодняшний день. Они крайне противоречивы. Операция полностью провалилась во всех ее аспектах, кроме единственного, но чрезвычайно важного для Кремля.

И нескрываемое торжество внука Молотова, прервавшего заседание Государственной думы сообщением о победе Трампа, и последовавшее праздничное распитие депутатами российского парламента шампанского имели под собой немалые основания. Пост президента США через два месяца готовился занять человек, набор внешнеполитических представлений которого идеально соответствовал пожеланием Кремля. Президент США действительно весьма влиятельный чиновник. Но США – развитая демократия с многоуровневой системой̆ сдержек и противовесов. Республиканцам принадлежит большинство в Конгрессе, но значительная часть республиканских конгрессменов категорически выступает против путинофильских фантазий Трампа, хотя они пока готовы поддерживать его по многим другим вопросам.

Ну а столь единодушная антикремлевская позиция демократов во многом объясняется внутриполитическими соображениями. Главный враг для них – Трамп, а не Путин. Ho странная путинофилия Трампа – это его уязвимое место, и они сознательно и беспощадно бьют прямо в солнечное сплетение. В результате в отношении к путинской России сложилась консолидированная позиция американского истеблишмента, и Трамп ничего не может с ней поделать.

Полностью статья Андрея Пионтковского опубликована на сайте Радио Свобода

Оригинал – svoboda.org

В апреле министерство финансов США впервые заморозило личные активы крупных российских клептократов (пока только 24, к сожалению). Именно к таким мерам годами призывала американские власти российская оппозиция. Тем более что это, строго говоря, и не санкции даже, а рутинное выполнение Соединенными Штатами собственного законодательства по борьбе с отмыванием нажитых преступным путем капиталов. Но гораздо страшнее для правящей российской группировки стало не собственно решение минфина США, а отношение к нему в России. Доминирующей в социальных сетях реакцией было восклицание: «Ну хоть бы там, наконец, арестовали их счета и вернули украденные деньги в Россию!».

Справедливая, хотя и весьма запоздалая акция американских властей срезонировала с нарастающей усталостью рядовых россиян от параноидальной антизападной истерии в России. Фундаментальной проблемой нашей фашиствующей «элиты» является, к счастью, отсутствие у нее фашизоидного народа, критической массы тех «русских», для кого, по замыслу Путина, смерть на миру в неоимперских авантюрах красна. В начале августа появилась и сенсационная статистика, подтверждающая сетевые впечатления: в мае-июле кремлевский телевизионный фронт рухнул. По опросам «Левада-центра», негативные оценки США снизились от 69% до 40%, а позитивные поднялись от 20% до 42%. Справедливо подчеркивает Лилия Шевцова: «Значит, россияне понимают, что санкции – не против них, а против их коррумпированного политического класса. Разве не так?».

Конгресс США обсуждает сейчас проект нового закона об антикремлевских санкциях. Он просто обязан учесть эти радикальные изменения в российском массовом сознании и пойти намного дальше навстречу ожиданиям российского общества, ставшего жертвой ограбления тысячелетия. Санкции от 6 апреля впервые вызвали такой энтузиазм россиян – ну хоть бы там, наконец! – потому что:

a) были направлены против хорошо известных конкретных лиц, ограбивших страну;

б) открывали перспективу восстановления справедливости – возвращение в Россию украденного ее правителями триллиона долларов.

В свете вышесказанного мои скромные рекомендации уважаемым конгрессменам очевидны: предложить администрации Белого дома, министерству финансов и ФБР:

– заморозить активы не только 24, но и всех 213 лиц, упомянутых в «кремлевском докладе» министерства финансов;

– обнародовать засекреченную в этом докладе финансовую информацию и предъявить российским клептократам уголовные обвинения в систематическом отмывании капиталов на территории США;

– представить доклад финансовой разведки об объеме и структуре состояния Владимира Путина и заморозить находящиеся в американской юрисдикции активы всех его «кошельков».

И самое главное. Либо в преамбуле к новому закону о санкциях, либо отдельным документом Конгресс США должен выразить свое принципиальное отношение к важнейшей проблеме российско-американских отношений, которая сознательно замалчивается первыми лицами обеих стран, возможно, ведущими по ней секретные переговоры.

Санация огромных капиталов, вывезенных за четверть века кремлевскими правителями из страны, – это кардинальный политический вопрос современной России, без решения которого невозможно не только ее дальнейшее развитие, но и само существование страны как сообщества граждан с единой судьбой. Технологически эта задача облегчается тем, что значительная часть финансовых активов кремлевской верхушки укрыта в юрисдикции США. Конечно, такие масштабные трансакции не могли происходить без ведома американских властей, хорошо осведомленных о сомнительном происхождении отмываемых российскими клептократами средств. Если называть вещи своими именами, США были соучастником этих неблаговидных деяний.

Сегодня судьба русского триллиона в США становится важнейшим вопросом в российско-американских отношениях, то или иное решение которого определит характер этих отношений на долгие годы. Кремлевская группа сделала откровенную ставку на Дональда Трампа как на гаранта безопасности ее авуаров, своего рода смотрящего по США. Дональд Трамп, автор известного бизнес-пособия под названием «Искусство сделки», своими действиями, а в ряде случаев бездействием, по моим наблюдениям, демонстрирует готовность выполнить предлагаемую ему российскими коллегами сервисную миссию. В силу сложившихся в США внутриполитических обстоятельств американский истеблишмент в своем большинстве (включая многих членов кабинета Трампа) занимает в этом вопросе принципиально иную позицию. Она пока еще не была последовательно выражена в каком-либо официальном документе, но практические действия министерства финансов посылают вполне определенный сигнал: «Мы не противостоим России и русскому народу. У нас конфликт с российской клептократией, ограбившей свой народ и отмывающей огромные средства на нашей территории. Mы намерены, следуя требованиям законoдательства, заморозить и конфисковать эти активы».

Во всяком случае, именно так этот сигнал был воспринят российским обществом, судя по его реакции и судя по радикально изменившимся показателям отношения к США.

Полный текст статьи Андрея Пионтковского на сайте Радио Свобода

Оригинал — svoboda.org

Российские политики и эксперты соревнуются в утешительных комментариях относительно новых американских санкций. И российская финансовая система достаточно прочна, чтобы эти новые санкции выдержать. И российской экономике эти новые санкции только на пользу пойдут. И вообще это все Трамп специально придумал, чтобы смягчить возможный эффект от введения конгрессом так называемых «санкций из ада». Вот это действительно страшные санкции, страшнючие просто. А новые санкции – не такие страшные. И вообще президент США сам может решать, какие из них вводить, а какие нет. И, конечно же, он самые страшные не введёт. А самые страшные вообще будут через три месяца, а может и не будет их вовсе. А потом и состав конгресса поменяется. И новый состав конгресса уже не будет такой русофобский…

Не уверен, что я все перечислил. Просто не успеваю следить за словоизвержениями антисанкционной пропаганды. Но когда я все это слышу, то всегда вспоминаю беседу с Жозе Рамушом-Ортой, еще не нобелевским лауреатом и уж тем более не президентом Восточного Тимора, а просто политическим эмигрантом.

Я пытался понять, из чего Рамуш-Орта исходит, когда излучает уверенность в неотвратимости независимости своей страны – тогда аннексированной индонезийской провинции. Режим генерала Сухарто в Индонезии казался не менее прочным, чем современный путинский режим. Повстанцы были разгромлены, их лидеры арестованы, Индонезия не обращала никакого внимания на протесты мирового сообщества, а некоторые представители этого самого сообщества признали законность аннексии Восточного Тимора. Какая независимость?

Рамуш-Орта тогда объяснил мне одну простую вещь. Он сказал, что такой большой и сильной стране, как Индонезия просто по определению не нужен был конфликт с мировым сообществом из-за Восточного Тимора. И сам Восточный Тимор, бедный и отсталый, тоже был не нужен. Что решение об аннексии демонстрирует деградацию индонезийского политического режима. И если допущена одна серьёзная ошибка, то непременно будут допущены и все остальные. Режим рухнет, Восточный Тимор получит свободу – резюмировал мой собеседник. И оказался совершенно прав.

Нечто подобное сейчас происходит и с российским режимом – при всей его видимой прочности. Одна ошибка следует за другой – и режим сам загоняет себя в ловушку. Понятно, что на фоне обострения отношений с Западом и дискуссий вокруг санкций не было никакой необходимости травить Скрипалей, что привело к новому витку конфронтации и – что самое главное – к введению в действие «автоматического» закона против стран, применяющих химическое оружие. Ясно, что введение в жизнь наиболее пагубных для российской экономики санкций можно предотвратить переговорами с Вашингтоном. Однако вести такие переговоры означает признать ответственность за отравление Скрипалей. А значит, пусть лучше будут санкции, чем консультации. Тем более, что всегда останется надежда, что эти санкции предотвратят новые санкции конгресса, а когда введут новые санкции конгресса будут успокаивать себя тем, что удалось добиться отсрочки по «химии». И так – без конца. Вернее – до конца.

Читайте размышления Виталия Портникова на сайте Радио Свобода

Оригинал – svoboda.org

До заключительной пресс-конференции самым интригующим для меня оставалось, решится ли Путин использовать блестящую домашнюю заготовочку, информация о которой просочилась от хорошо информированного источника в компетентных органах. Во время недавней американо-северокорейской встречи в Сингапуре Трамп в порыве добрых чувств к своему новому партнеру Ким Чен Ыну неожиданно шокировал союзников из Сеула, заявив о прекращении ежегодных совместных военных учений («военных игр», по его выражению) США и Корейской Республики.

По достоинству оценив миротворческую инициативу Дональда в Юго-Восточной Азии, Владимир, по всей вероятности, собирался предложить ему повторить этот удачный опыт и в Центральной Европе, отказавшись от любых натовских «военных игр» на территории Польши и балтийских государств. Но если в Корее отказ Трампа от учений был односторонней уступкой, за которую в США многие его резко критиковали, то на этот раз великодушный Владимир выразил готовность как бы симметрично отвести все российские войска на 200 километров к востоку от границ России со странами НАТО.
«Это настоящая большая сделка, Дональд, как ты учил нас в своей знаменитой книге, которой я втайне от начальства зачитывался еще в дрезденской резидентуре, – так мог бы сказать российский президент. – Мы оба получим за нее Нобелевку. Мы спасем человечество от Третьей мировой войны, которая случайно, по недоразумению или по чьему-то злому умыслу может вспыхнуть между двумя нашими державами из-за каких-то крохотных никому не нужных недогосударств, пригородов Ленинграда», – должен был, по сценарию задуманной спецоперации, горячо убеждать президента США его партнер по переговорам.

Трамп не устоит против такого чекистского напора. На пресс-конференции в Брюсселе 12 июля, отвечая на грамотно вброшенный вопрос, он уже допустил возможность такой сделки. Оставалоcь неизвестным только, решится ли Путин махнуть рукой на предупреждения своих друзей из Вашингтона. Соблазн огромен. Одним «дипломатическим» ударом можно разрушить четырехлетние усилия НАТО по созданию сил быстрого реагирования, оставить Балтию беззащитной перед угрозой российской агрессии, аннулировать де-факто статью 5 Устава НАТО о коллективной обороне. Вычеркнуть США и Запад в целом из мировой истории – ни больше ни меньше.

Но и риски очень велики. Судя по сегодняшним настроениям в Вашингтоне, редкий Трамп с таким багажом с саммита долетит до середины Атлантического океана. И вот после всего, что произошло на сенсационной пресс-конференции, у меня нет никаких сомнений: Путин успешно провел с клиентом спецоперацию «нет больше военным играм», просто он достаточно умен, чтобы не выпячивать этот результат и не спалить партнера. Тот спалил себя сам своим поведением во время общения с журналистами; апофеозом стал ответ на вопрос, кому Трамп верит в вопросе о вмешательстве в выборы 2016 года, Путину или своему разведывательному сообществу. Весь визит Трампа по маршруту Брюссель – Лондон – Хельсинки был демонстративным отказом президента США от миссии лидера Запада, лидера свободного мира.

Читайте размышления Андрея Пионтковского на сайте Радио Свобода

Оригинал – svoboda.org

Судя по последним выступлениям президента Путина, он надеется, что либеральные демократии устали враждовать с Россией. Конечно, можно понять стремление лидера, изгнанного из высшей политической лиги и вынужденного несколько лет отсиживаться за кремлевскими стенами, найти повод для хорошего настроения. Казалось бы, повод найден! Разве недавние визиты к российскому президенту Ангелы Меркель, Эммануэля Макрона, Нарендры Моди, западное присутствие на Санкт-Петербургском экономическом форуме, угодливые улыбки австрийского канцлера, заверения в дружбе венгерского и итальянского премьеров, объятия болгарского премьера и чешского президента, а также рост товарооборота России с Европой – разве все это не означает перелома в отношениях? Тем более что Трамп загоняет Европу в кремлевские объятия и торговой войной с собственными союзниками, и отказом от ядерной сделки с Ираном (против чего протестуют европейцы), и борьбой против «Северного потока – 2» (что раздражает Берлин). Однако лучшим подарком российскому президенту является подготовка к встрече с Трампом, что должно стать подтверждением возвращения Путина на мировой Олимп. Карты ложатся исключительно выгодно для Кремля.

Но не будем спешить. Готовность Запада к диалогу с Москвой не означает отступления. Венгерский премьер Виктор Орбан и чешский президент Милош Земан давно дружат с Путиным, получая от России немалые дивиденды, возможно, и личные. Но Венгрия и Чехия, тем не менее, участвуют в санкциях против России. Трамп может сколько угодно призывать к возврату России в «Семерку» и называть Крым российским, потому что там говорят по-русски (!), но его администрация создает вокруг России санитарный кордон. Более того, американская элита консолидировалась на антироссийской основе, не найдя других оснований для сплочения. Макрон может делать Путину комплименты, а Меркель кокетливо принимать от Путина розы. Но оба подтверждают для непонятливых: Европа санкции с России не снимет, пока не наступит прогресс в выполнении Минских соглашений по Украине. Для неизлечимых оптимистов «Семерка» приняла решение о создании «механизма быстрого реагирования», который должен отвечать на «недопустимые действия», исходящие от «таких стран, как Россия».

Но ведь товарооборот растет, а западные кампании умудряются обходить санкции, скажите вы. Верно. Западные правительства в интересах собственного бизнеса могут прикрывать глаза на дыры в санкционном режиме. Но надеяться на «друзей России» было бы опрометчиво. «Друзья» будут использовать изоляцию России, продавая ей воздух, как это делает Орбан. Венгерский премьер блестяще конвертировал дружбу с Путиным в российское финансирование (12,5 миллиардов евро!) строительства АЭС «Пакш-2». Болгарский премьер Бойко Борисов пытается обменять свое лобызание Путина на обещание Москвы достроить болгарскую АЭС «Белене» и дотянуть до Болгарии газопровод «Турецкий поток». Интересно, что попытаются выторговать у Кремля итальянцы? В любом случае это будет виртуальная любовь за солидное вознаграждение. Но ожидать, что «друзья» потребуют отмены санкцией в отношении России? Этого не будет. Германия вместе с Францией не устают повторять Москве и ее «троянским коням» в европейском лагере: санкции с Кремля не снимем, в свой клуб не пустим, пока Россия не уйдет из Украины (ЕС только что продлил «крымские санкции»).

Надеяться на то, что Трамп все же окончательно рассорится с Европой и Европа примется искать успокоения в дружбе с Россией? Какая наивность! В трансатлантической семье ссорились и раньше, даже с битьем посуды. Но содружество пережило все бури. Потому что это сотрудничество консолидируют не только общие принципы, но и присутствие России, которой Запад не доверяет. Кстати, и прокремлевские наблюдатели предупреждают: «Поворот Европы от Америки к России… невероятен из-за страха перед восточным соседом и массы исторических факторов и предрассудков».

Словом, украинский вопрос останется для Запада своего рода «красной чертой», через которую не переступить. Даже не из-за западных симпатий к украинцам. А потому, что сдача Украины и превращение ее в «ничейную» зону будет провоцировать Россию тренировать на Украине свои мускулы, создавая постоянный очаг напряженности. Сдача Украины – признание Европы в собственном бессилии. Этого Европа, пусть и слабовольная, позволить себе не может. Этого Европе не позволит сделать американский Левиафан, оставляющий европейцев наращивать собственные мускулы. Как вы думаете, кто должен стать объектом для демонстрации силы?

Читайте размышления Лилии Шевцовой на сайте Радио Свобода

Оригинал — svoboda.org

Мы не знаем, как бы Собчак прожил 18 путинских лет: оставался бы в политике, поддерживал бы безусловно своего бывшего заместителя, оказался бы в оппозиции, что бы он говорил и писал сегодня. Такое чувство, что жизнь его до странности логично завершилась именно тогда, когда завершилась. Но его имя обречено сопутствовать Путину до конца политической жизни нынешнего президента. И скорее всего, именно тогда можно будет точно расставить акценты и оценки в этой истории.

Именно Анатолий Собчак, уверена, сыграл важную (если не самую важную) роль в том, что окружение Ельцина выбрало Путина преемником: в Кремле оценили преданность Путина своему бывшему начальнику, тому, кто ему доверял и доверился. История с эвакуацией Собчака из страны во время ноябрьских праздников 1997 года впервые довольно подробно рассказана в фильме самим Путиным и дополнена Валентином Юмашевым. С точки зрения семьи Ельцина, эта преданность, как мне кажется, важнейшая характеристика, в том числе потому, что и семья могла рассчитывать на такое же отношение к ней, то есть на отсутствие рисков после отставки для бывшего президента и его близких.

Мне сложно сказать, понимают ли Ксения и Людмила Нарусова, что без знания о том, каким будет политический финал президента Владимира Путина, история Анатолия Собчака остается открытой, а портрет героя фильма – неполным. Я эту неполноту сюжета очень чувствую. Есть еще возникший в этом году сюжетный треугольник, который тоже продлевает историю: «отец – Путин – дочь», когда Ксения вошла в большую политику. И несмотря на то, что фильм выходит после завершения выборов, ты не до конца понимаешь, дочь ли снимает об отце, только ли дочь, журналист или все же дочь-политик. Но есть в фильме ценные мгновения, когда просто дочь сидит дома на полу со сползшей бретелькой, или на диване, босая, поджав ноги, и разговаривает с матерью об отце.

Другая сложность для создателей фильма – присутствие в фильме Путина в качестве одного из интервьюируемых. Это плюс и минус одновременно. За время, прожитое страной после Собчака, появилось довольно много информации о деятельности и связях Путина в период его работы с Собчаком. В свое время Собчак отклонил доклад комиссии Марины Салье и не дал ему ход. С тех пор информации стало больше. Что знал Собчак? До какой степени он был посвящен в детали того, чем занимался его подчиненный? Я вполне допускаю, что Собчак знал ровно столько, сколько Путин хотел, чтобы Собчак знал. Точно ли понимал человек, давший по сути карьерный старт будущему президенту России, того, кому доверял настолько, что даже оставлял белые бланки со своей подписью, которыми Путин мог распоряжаться по своему усмотрению? Оставался ли Путин на протяжении всех тех лет для Собчака лишь представлением о нем или все же знанием? Такой разговор вряд ли возможен в фильме, в котором принял участие Путин. Но не говорите, что фильм не о Путине, а только о Собчаке. Он в значительной степени о Путине, потому что сделан в 2018 году.

Читайте размышления Наталии Геворкян на сайте Радио Свобода

Оригинал – svoboda.org

Новое время не знает подобных умопомрачительных проектов. Речь идет о российском изобретении – существовать за счет противника и при этом бить ему окна и его шантажировать. Именно такова стратегия российского самодержавия. Идею использовать западные ресурсы придумал Петр Первый. Основатели советского государства превратили эту идею в стратегию, заставив работать на себя стремление капитализма к прибыли, а также веру либеральной демократии в то, что экономические отношения превратят противника в партнера.

Сталин признавал: «Много помогли нам американцы. Это надо признать. Лучше других и смелей других помогали. Спасибо им за это». По его словам, около двух третей крупных промышленных предприятий СССР были построены с помощью США. Вклад Германии в создание советской экономики и военно-промышленного комплекса был еще более весомым. За 10 лет (с 1926 по 1936 год) Германия поставила в СССР промышленного и военного оборудования на 4 миллиарда марок. Как доказал британский экономист Энтони Саттон, 90–95% советских технологий были заимствованы у США и их союзников. Коллективный Запад сыграл огромную роль в индустриализации, а соответственно, и милитаризации СССР, работая на становление своего противника.

Еще одним стратегическим успехом Москвы стала сделка «газ в обмен на трубы и деньги», которую Кремль заключил с ФРГ в 1970 году и которая позволила СССР стать мировой энергетической державой, превратившей «газовый диктат» в мощнейшее политическое оружие.

После падения СССР российская элита проявила не меньшую изобретательность, вместе с западными лоббистами создав механизм коллективной приватизации отечественной природной ренты. Нынешний российский правящий класс сумел сделать то, что оказалось не под силу советской власти, – внести вклад в деморализацию западного общества и подрыв его устоев. Впрочем, какие устои, если ведущие западные политики – Герхард Шредер, Тони Блэр, Сильвио Берлускони, Жак Ширак бросились обслуживать интересы постсоветской клептократии! Либеральные демократии, став для постсоветской России фактором мобилизации через поиск «врага» и экономическим ресурсом, превратились в системную «скрепу» самодержавия. Разве это не остроумно – пугать Запад, используя его деньги и мозги?

Читайте размышления Лилии Шевцовой на сайте Радио Свобода

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире