В прошлый раз писала про то, как жизненные ценности, принципы и вера в идеалы способны угробить семью и отношения. Так вот, есть у меня ещё одна история. Про принцип равенства, но не братства.

Виктор и Алла были в браке со студенчества. Примерные выпускники архитектурного института, они вместе прошли путь от стажёров до профессионалов своего дела, открыли собственный бизнес, обзавелись материальными благами в виде двух автомобилей бизнес-класса, трёх московских квартир, загородного коттеджа и домика в Крыму. Чуть за сорок задумались о детях. Естественным образом зачать не получалось и супруги прибегли к помощи ЭКО.

В результате родилась «королевская двойня» — прехорошенькие мальчик и девочка. Их назвали Есения и Арсений, воспитывали по книгам — этикет, французский язык, классическая музыка. Дети росли в заботе и достатке, всё время проводили вместе и были друг к другу сильно привязаны. За всю жизнь они ни разу не находились порознь. Когда им исполнилось по десять лет, отношения между родителями дали трещину.

В доме всё чаще повышали голос, выясняя отношения, вместо семейных поездок в Крым брат и сестра отправлялись в оздоровительные детские лагеря. Чуть позже Виктор и Алла покинули совместную спальню и разошлись по отдельным комнатам. А когда детям стукнуло по одиннадцать, нагрянул развод. Причину мама и папа озвучили банальную — не сошлись характерами. И началась делёжка имущества, в список которого, по мнению супругов, входили и дочь с сыном.

Алла позвонила мне и объяснила ситуацию так: «Мы люди честные, всё должно быть поровну». Далее следовал рассказ о том, как честно и взаимно они с мужем поделили всё имущество, включая серебряный сервиз из пяти комплектов посуды — каждому по два, а пятый выкинули, «чтобы честно, поровну». Поделили и ювелирные украшения Аллы, и инструменты Виктора, чертёжные карандаши и деньги на счетах. Но вот беда, дети не делятся. По замыслу родителей Арсению полагалось остаться с папой, а Есении с мамой. А «козявки эдакие» взяли и отказались от такого честного распределения, заявив, что не согласны и жить хотят вместе.

А так как возраст детей требует учёта их мнения в суде при определении места жительства , то Алла находилась в замешательстве — дочь и сын изъявили желание проживать с папой. Но Виктор тоже счёл такое желание нечестным, ведь «это не поровну». Каждый из родителей заявлял о своей готовности воспитывать лишь одного ребёнка в условиях развода, «принимая и уважая родительские права другого». На предложение адвоката заключить мировое соглашение с графиком проживания обоих детей попеременно то у Аллы, то у Виктора, супруги выразили резкий отказ. Мотивируя тем, что «они всю свою жизнь честно трудились и делили все свои достижения и ответственность пополам, а значит и дети должны непременно быть поделены поровну». О вреде вовлечения детей в семейный конфликт, негативном влиянии разделения сиблингов на их психическое развитие Виктор и Алла ничего слышать не хотели.

Дети взывали к родителям, писали им трогательные письма с просьбой не разлучать их, рисовали сердечки на асфальте, плакали и пробовали их помирить. Но принцип равенства был непоколебим. И тогда забылся весь этикет и хорошие манеры, было разбито по стеклу в каждом автомобиле бизнес-класса, накорябано отверткой на кузовах одинаковое количество символов, складывающихся в непристойные слова — чтобы поровну, и организован побег к бабушке в Коломну.

По результатам психологической экспертизы детско-родительских отношений и опросов детей суд определил место жительство брата и сестры с отцом. Виктор тяготился «несправедливостью» решения, чувствовал себя виноватым, ведь он остался «должен Алле ребенка». Алла также не находила себе место и в результате… пара сошлась обратно, оставшись в разводе. Но не ради детей, а равенства для. Появился второй холодильник и расписание посещения ванной комнаты для каждого из бывших супругов. Поровну были поделены коммунальные платежи и составлен график приготовления пищи для детей, совместных домашних киносеансов и прочего времяпровождения.

Но держать равенство во всем уже не получалось. Есения отстранилась от обоих родителей, а Арсений от отца. Родителей вызвали в школу и сообщили, что видели мальчика с сигаретой, а у девочки на руках тренер по танцам обнаружила самоповреждения в виде порезов. Глубоко переживая семейную ситуацию и отсутствие эмоциональной вовлечённости родителей в их жизнь, дети доступными им способами пытались справиться с негативными чувствами. Нередко реакцией подростков на ситуацию семейного конфликта является «ложное взросление» и отвержение одного или сразу обоих родителей. Ощущая себя объектами для собственных мамы и папы, двойняшки замкнулись и дистанцировались от них. Так семья превратилась в четыре отдельные единицы, страдающие каждая сама по себе. Стоила ли этого навязчивая идея равенства?

Когда важнее всего не человек и его счастье, когда невозможно поступиться собственным принципам ради благополучия — собственного и своих близких , выходит, что жизнь ничего не стоит, а главное — вера в идеалы. В этой истории брат и сестра есть друг у друга. Но я не могу избавиться от мысли, а что если бы в этой семье ребенок был единственным..?

*Имена участников изменены

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире