«...и от жалости плАчу». Ну, вы помните этот анекдот. Вот и я сейчас нахожусь в таких же растрепанных чувствах. Мой оппонент повторно занимает позицию «мальчика для битья». Причем битья легкого (для меня) и жестокого. Пользоваться такой ситуацией мне как-то неловко, не по-пацански. С другой стороны, моя мама (проработавшая всю жизнь учителем) говорила мне: «Нельзя оставлять слово с ошибкой на классной доске, ошибка впечатывается в сознание школьников, всякую ошибку надо исправить». Маму надо слушаться. Итак:

1. «Он (т.е. Марк Солонин) даже не понял, что я сказал. А я (т.е. Алексей Венедиктов) сказал следующее. Нет ни одного документа, который свидетельствует о подготовке нападения Советского Союза на гитлеровскую Германию в июне 41-го года и вообще летом 41-го года».
Ну зачем же ТАК подставляться, Алексей Алексеевич? Это интернет. Это не наскальная надпись, которую можно легко уничтожить, взорвав скалу. Интернет помнит всё. Вы забыли? ОК, я не ленивый, цитирую Ваши слова второй раз:
«Нет ни одной бумаги, свидетельствующей о разработке оперативного плана о войне с гитлеровской Германией. Нет ни одной бумаги, ни одного приказа о разработке оперативного, не создана оперативная группа, создающая этот план. Ничего нет. Просто нет ничего… Мы говорим про оперативный план, про нападение. Его нет. Нет приказа о назначении людей, которые должны разрабатывать этот план. Нет графика этого плана, нет утверждения командующих на направлениях нападения. Ничего нет. Просто этого нет, не существует в природе…»

Где тут «июнь 41-го»? Где «летом 41-го»? Вы отрицали факт разработки оперативного плана стратегической наступательной операции против Германии. Точка. Сроки начала операции не обсуждались вовсе.

2. Мой оппонент берется цитировать один из 13 документов (в своей совокупности отражающих и сам Большой План, и последовательные этапы его разработки), которые я упомянул. Выбрана апрельская (1941 г.) Директива наркома обороны СССР на разработку плана оперативного развертывания войск Западного ОВО (будущего Западного фронта). Выбор понятный (этот документ опубликован А.Н. Яковлевым в конце 90-х и легко находится в Сети), но неудачный. Лучше было бы взять аналогичную Директиву для Прибалтийского ОВО (будущего Северо-Западного фронта) — там вообще только оборонительные задачи поставлены!

Правда, ни я, ни любой другой человек, имеющий хотя бы минимальные знания в области военного дела и военной истории, не согласится с тем, что оборонительные задачи, поставленные на НАЧАЛЬНОМ этапе операции перед НЕКОТОРЫМИ частями и соединениями на НЕКОТОРЫХ участках фронта, могут считаться «опровержением» факта существования плана стратегической наступательной операции. Те, у кого знания чуть больше минимальных, даже процитируют п. 369 Полевого устава РККА (ПУ-39) : «Оборона преследует цель упорным сопротивлением разбить или связать наступление превосходных сил противника меньшими силами на данном направлении, с тем чтобы обеспечить свободу действий своим войскам на других направлениях или на том же направлении, но в другое время».

3. Взявшись цитировать апрельскую Директиву на разработку плана оперативного развертывания войск Западного ОВО, мой оппонент делает это способом, поразившим меня до глубины души. Алексей Алексеевич, наши читатели — они же читать умеют! Зачем же Вы так подставляетесь? «Упорной обороной армий правого крыла фронта на участке р. Неман, Лугин, Остроленска прочно прикрыть Лидское и Волковыско-Барановичское направления», и так далее. Всюду «оборона».

И так далее? Всюду оборона? Правда? Читаем документ: «2. Ударом левого крыла фронта в общем направлении на Седлец, Радом способствовать Юго-Западному фронту разбить Люблин-Радомскую группировку противника. Ближайшая задача фронта — овладеть районом Седлец, Луков и захватить переправы через р. Висла; в дальнейшем иметь в виду действия на Радом с целью полного окружения Люблинской группировки противника, во взаимодействии с Юго-Западным фронтом». Седлец, Люблин, Радом — это где? В какой стране? Это «оборона» на какую глубину (сколько сотен км) в западном направлении?

Итак, с задачей левого фланга разобрались. А что в это время должен делать центр Западного фронта? Читаем дальше: «3. Для обеспечения главного удара фронта нанести вспомогательный удар в направлении Варшавы, с задачей захватить Варшаву и вынести оборону на р. Нарев». Варшава — это в какой стране? Обороняться (прикрывая правый фланг главной ударной группировки фронта!) на рубеже реки Нарев — это на какой территории планируется?

4. «В оперативном плане все было прикрытие, сначала – прикрытие». Так точно. «В период отмобилизования и сосредоточения войск — упорной обороной, опираясь на укрепленные районы, прочно прикрывать наши границы». Именно, упорной обороной! Но такое уже не носят, уважаемый Алексей Алексеевич, даже вменяемая часть сталинистов от использования такого аргумента давно отучена…

План обороны и план прикрытия. Этот так глава в моей книге называется. Ознакомьтесь. Там подробно объясняется — в чем разница, и почему операция прикрытия сосредоточения и развертывания войск (термин из пяти слов) и оборонительная операция — это две большие разницы. Не хочу комкать серьезный вопрос торопливым пересказом. НО — выбранный Вами документ дает наглядный пример этих двух больших разниц. Читаем:
«Военному совету и штабу Западного ОВО надлежит к 1941 году в Генеральном штабе КА разработать:
а) план прикрытия и обороны на весь период сосредоточения;
б) план сосредоточения и развертывания войск фронта;
в) плана выполнения первой операции 13 и 4 армий и план обороны 3 и 10 армий».

3-я и правый фланг 10-й Армии — этот как раз тот самый правый фланг Западного фронта, перед которым поставлены оборонительные задачи. Так вот, разработчик Директивы, равно как и исполнитель, понимают, что план прикрытия сосредоточения и развертывания войск, и план первых операция (наступательных для 13-й и 4-й Армий, оборонительных для 3-й и 10-й) — это разные документы, с разным составом участников, с разными сроками и задачами.

Наличие плана прикрытия сосредоточения и развертывания войск абсолютно обязательно (это фэншуй такой), и операция прикрытия (по определению) всегда оборонительная — НО из этого вовсе не следует, что войска сосредотачиваются и развертываются всегда для обороны. Вы будете смеяться, но операция прикрытия сосредоточения и развертывания войск была предусмотрена и во время подготовки к совместному с англичанами вторжению в Иран (август 1941 г.) — то есть в ситуации, когда упреждающий удар противника (нищей армии отсталой на тот момент Персии) был чуть более вероятен, нежели падение Луны на Землю.

5. Мой оппонент с размаха лупит (себя) половником по лбу: «Что мы видим? Еще раз, это не для газет, не для пропаганды. Это тайный документ, строго секретно, в одном экземпляре, Павлову, Тимошенко, Жуков. Первый параграф. «Пакты о ненападении между СССР и Германией, — пишут Тимошенко и Жуков, — между СССР и Италией в настоящее время, можно полагать, обеспечивают мирное положение на наших западных границах». Это не газета «Правда», это секретный документ. «СССР не думает нападать на Германию и Италию, — пишет начальник Генерального штаба начальнику будущего Западного фронта…»

Я в курсе — но спасибо что напомнили. Это очень интересный (показательный) момент. Я об этом писал без малого 8 лет назад (опубликовано в «Военно-промышленный курьер» №25 (442) от 27 июня 2012 г.). Интернет помнит всё. Цитирую самого себя:

«Сравнивая документы окружного уровня с общим планом стратегического развертывания Красной Армии, мы сразу же замечаем одно примечательное различие. Окружные документы (директивы наркома обороны и разработанные на основе этих директив планы оперативного развертывания войск округа/фронта) начинаются с одной стандартной фразы, буквально дословно (или с крохотными, чисто стилистическими различиями, типа: «имея в виду» вместо «принимая во внимание») повторяющейся из документа в документ: «Пакты о ненападении между СССР и Германией, между СССР и Италией в настоящее время, можно полагать, обеспечивают мирное положение на наших западных границах. СССР не думает нападать на Германию и Италию. Эти государства, видимо, тоже не думают напасть на СССР в ближайшее время».
А вот в главных документах, в планах стратегического развертывания Красной Армии, которые нарком Тимошенко подает на рассмотрение Сталину, ничего подобного этой бутафории нет! Начиная с лета 1940 г. (первый из перечисленных выше документов), в качестве вероятного противника называется только Германия (и ее малосильные союзники: Финляндия, Румыния, Венгрия)... Проще говоря, в стремлении к максимально-возможному сокрытию своих истинных намерений (в частности — произошедшего после крушения Франции радикального изменения этих намерений) Сталин дезинформировал даже собственный высший командный состав — вплоть до уровня генералов в штабах западных округов/фронтов». (конец самоцитаты)

6. Тут бы и остановиться, но мой оппонент загоняет себя дальше: «Мы это помним. Да, была игра, стратегическая военная игра (январь 1941 года — М.С.) на основе, внимание, утвержденного оперативного плана. С чего начиналась эта игра? С того, что так называемые «западные» ударяют по «восточным», то есть с удара с запада на восток, с агрессии. Вот так начиналась игра. Вот что было в этом оперативном плане!»

Вы помните — и мы помним. Мы даже знаем — откуда Вы это помните: из «Воспоминаний и размышлений» Г.К. Жукова. Общий тираж более 1 млн. экз. Все помнят. Все «знают», что была такая игра, за немцев «играл» Жуков, окружил и разгромил войска «восточных», и ситуация игры, как без тени стыда вспоминает размышляющий маршал Победы, трагически предвосхитила тот разгром Западного фронта, что произошел в реальности в июне 41-го года.

Только всё это вранье. Пишу об этом с горечью. Г.К. имеет огромные заслуги перед нашим народом, за один только 53-й год ему надо памятник поставить… Но правда дороже. Правда доступна всем желающим (и наизусть выучена всяким, кто хоть немного в теме) с 1993 года, с публикации статьи полковника П.Н. Бобылева в «Военно-историческом журнале» (номера 6,7,8). Тихо и вежливо, досконально, строго по первичным документам (и как их только не сожгли?) полковник разъяснил, что маршал переврал ВСЁ.

Было две «игры». Две, а не одна. Сценарий и ход первой Жуков исказил до неузнаваемости, про вторую «забыл» вовсе.

Да, игры были самым теснейшим образом привязаны к разработке оперативного плана войны против Германии. В планах обр. 40-го года (известны «августовский», «сентябрьский» и «октябрьский») рассматривались «северный» и «южный» варианты, т.е. наступление из Западной Белоруссии и Литвы через Восточную Пруссию на Берлин, или удар с острия «львовского выступа» (Западная Украина) на Краков, Катовице и далее на Прагу и Будапешт). В ходе первой из двух январских (1941 г.) «игр» проработали «северный вариант». Как и следовало ожидать, наступление «восточных» захлебнулось среди озер и болот Мазовии. Жуков там командовал «западными» и, действительно, смог нанести ОТВЕТНЫЙ (!) контрудар и даже на несколько десятков км вгрызся в советскую территорию (что сравнивать с чудовищным разгромом июня 41-го, когда немцы на седьмой день войны оказались в Минске, т.е. за 400 км от границы, как бы нелепо).

Успех пришел только при моделировании «южного варианта» — во второй январской «игре». Жуков забыл и про неё, и про то, что именно он (!) командовал в этой игре «восточными». Самое интересное в этой игре — это даже не то, что её прекратили после стремительного прорыва «восточных» к Катовице и Будапешту (после чего положение «западных» и «юго-западных» было признано безнадежным). Самое главное — это вот та красная пунктирная кривая (см. карта-схема). По сценарию «игры» главная ударная группировка «восточных» развертывалась для наступления ЗАПАДНЕЕ границы СССР, т.е. переход границы и «захват выгодных рубежей» (так в тексте оперативного плана Юго-Западного фронта) производился с первых же часов войны, даже не дожидаясь завершения мобилизации и сосредоточения войск. Вот такая она, активная советская оборона — самая оборонистая в мире.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире