В комнате с наглухо закрытыми окнами было нестерпимо душно. Пот предательскими струйками размывал толстую штукатурку грима на лице. Свет софитов выжигал глаза. «Да что это со мной такое… Я волнуюсь? Чушь! Я же не девочка! Ну, в смысле, не в том смысле девочка… Так, хватит трястись! Я — Петров! Я — Петров! Петров… Петров… Соль-Берицкий собор… Соль-Берицкий собор…»

Первый раз всегда трудно. Потно. Их этому не учили. Учили молчать, слушать, убивать, пытать (спрашивать). Говорить на камеру — не учили. Наконец, старший по званию грозно зыркнул на подчиненного: «Не бзди! Мы справимся! Ты справишься! Ты не новичок! Запомнил? НЕ НО ВИ ЧОК».

Женщина в другом конце комнаты потела еще сильнее. «Так будут приставать или не будут? Модненькие такие парни, бородки, стрижечка стильная… Этот вот, похоже, качок. Бицепсы нехилые… Такой если… Стоп! Никаких «если» — ты же не знаешь весь сценарий, может надо педалировать их нежную дружбу… Блин, просила же как людей — объясните, дайте почитать… Нет! Ты должна быть естественна! Блин, а я не знаю — какая я естественная… А этот спортивный такой, и не курит… Всё, хватит! Щас допишем — и домой. Золотая осень. Сяду в машину, откручу окна, выставлю в окно британский «юнион-джек» и помчусь домой. В свой дом, свой лес, свой сад — я же не своровала всё это???»



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире