12:22 , 13 октября 2017

Председателю Верховного Суда РФ: У вас есть шанс расширить список

Виктор Шендерович – Председателю Верховного Суда РФ Лебедеву В.М.

Здравствуйте, уважаемый Вячеслав Михайлович!

В первый и последний раз мы разговаривали с Вами почти двадцать лет назад: я в те поры был типа телезвездой, и в одно касание проторил дорожку в Ваш высокий кабинет: моего друга посадили на 7, 5 лет строгого режима как организатора преступной группы, и я принес Вам его шитое белыми нитками дело…

Вы, помнится, пришли в ужас от того приговора. Мы пили чай в Вашем прекрасном кабинете на Поварской, и Вы сетовали мне на низкий уровень судейского корпуса, которым руководите. Моего друга освободили из-под стражи за отсутствием состава преступления. Правда, он успел отсидеть 14 месяцев.

За минувшие двадцать лет уровень судейского корпуса вырос, под Вашим руководством, необычайно. Басманное правосудие (оно же Пресненское, Хамовническое, Тверское и Замоскворецкое) успело войти в поговорку. Но, увы, я больше не имею возможности прийти к Вам на личный прием, чтобы поблагодарить за это. Не говоря уже о том, что человек, организовавший ту нашу встречу, сам много лет в бегах.

Что же до моих друзей, то их продолжают арестовывать и сажать в тюрьму, — по большей части, правда, уже «по политике». Но «по политике» я бы к Вам и не обратился — человек Вы cистемный, одна неловкость бы получилась.

Время от времени, однако (и очень часто, как я понимаю), невиновные люди оказываются в СИЗО и тюрьмах просто так, без политического интереса, в рамках неотвратимой работы механизма, описанного Кафкой в романе «Процесс», век назад. Шестерни этого механизма не умеют проворачиваться назад, и кто попал, тот попал, а иногда и пропал уже насовсем. И надежда, как всегда в России, только на личные контакты…

Вот я и пишу Вам, — потому что все другие способы мы, товарищи обвиняемого, кажется, исчерпали.

Я обращаюсь к Вам по делу моего друга Якова Крейнина. Скоро уже год как этот семидесятилетний человек сидит в СИЗО. Девять месяцев из этого срока он просидел в 12-местной камере. Сидит он – по ничем не доказанному обвинению в крупном мошенничестве. Доказано оно, крупное или мелкое, быть и не может, потому что:

a) Яков Крейнин — кристально честный человек;

б) в деле нет ВООБЩЕ никаких материалов, свидетельствующих против него, и единственная вина Крейнина, таким образом, состоит в том, что он работал по соседству с беглым мошенником.

По закону, вменить Крейнину можно максимум превышение должностных полномочий, что в приватном разговоре с его родными признали и следователи.

Они же признались, что очень жалеют теперь, что арестовали Крейнина, и по-человечески всей душой с его 70-летней женой, которой за девять месяцев дали всего три свидания, но отпустить Крейнина уже не могут: вы будете смеяться, но они опасаются в этом случае обвинений в коррупции…

Судить Крейнина не за что, отпустить его нельзя – что же делать? Да известно что. Следствие предъявило обвиняемому новое обвинение в мошенничестве, на еще более крупную сумму. Шестерни вертятся только в сторону удушения. Следователи оттягивают суд, понимая всю меру грядущего позора. Истечет срок этого следствия – найдут новые хищения… У них уже нет выхода.

Нет выхода и у Якова Крейнина. Он продолжает сидеть в СИЗО. Он болеет. Его физическое и моральное состояние стремительно ухудшается. Его не отпустили на похороны отца. Ему не позволяют видеться с женой. В сущности, каждый день происходит убийство моего друга…

Некий уже общий ужас заключается в том, что случай Якова Крейнина – вполне привилегированный случай! Об этом деле писала «Новая газета», о нем знают и омбудсмен по экономическим делам, и Уполномоченный по правам человека при, страшно молвить, Президенте РФ. Но, видимо, тревожить по такому мелкому поводу самого гаранта г-н Уполномоченный не стал, а без этого лома правоохранительные челюсти у нас не разжимаются…

Конечно, случай Крейнина — совершеннейший быт на фоне того, что мы знаем про следственную практику в современной России, но это очень слабое утешение, когда речь идет о близком человеке.

Вмешайтесь, пожалуйста, Вячеслав Михайлович. Двадцать лет назад вы освободили из тюрьмы невиновного человека, отца двух малолетних детей. Четыре человека (включая жену сидельца) вспоминают о вас теперь с благодарностью.

У вас есть шанс расширить список.

Ваш Виктор Шендерович



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире