10:33 , 18 сентября 2009

Руководствуясь коррупционным правосознанием

Вчера выступал в Госдуме на слушаниях по задачам госстроительства.
Сквозная линия моего выступления заключалась в том, что главной причиной коррупции сегодня является пресловутая «вертикаль власти».

Современное государство, о котором мечтает Президент Медведев, – это не только вертикаль исполнительной власти, но и горизонталь контроля над ней со стороны законодательной и судебной.
А когда такой горизонтали нет, то государство получается не современное и сильное, а архаичное и слабое, если сказать одним словом – коррумпированное.

Об этом я говорил Медведеву на встрече 11 июня.
Термин «современное государство» перекочевал из того разговора в название конференции в Ярославле. Термин-то перекочевал, а механизмы демократического правления, о которых я говорил – что-то не очень.

Пришлось на конкретных примерах объяснить думскому руководству, Зюганову и Жириновскому, как бесконтрольная вертикаль порождает коррупцию.
Да очень просто: через законы, которые все они, вместе взятые, принимают. Именно эти законы наделяют чиновника правом бесконтрольно и субъективно распоряжаться колоссальными финансовыми и материальными ресурсами.

Сначала про материальные ресурсы.
Земля. Градостроительный кодекс разрешает утверждать схемы территориального планирования исполнительной власти регионов и муниципалитетов – без всякого контроля со стороны представительных органов. При этом неразмежеванные участки земли (а других просто нет) могут передаваться в собственность без конкурсов – т. е. без всякой прозрачности, – кому и за сколько. Понятно, что кто надо за это получит, сколько ему надо.
Все это оборачивается «черным переделом» земли и ее рейдерским захватом в совершенно бессовестных формах. Жертвами становятся обычные граждане, у которых отбирают парки и скверы, детские и спортивные площадки, историческую застройку старинных городов. (У страны в буквальном смысле отнимается история. Где вы, думские патриоты? Ау!).

Про финансовые ресурсы – пример из Бюджетного кодекса.
Там есть статья, предусматривающая возможность требовать предоставления всей бухгалтерской отчетности от организаций, получающих финансовую помощь из бюджетов всех уровней.
Заметьте: возможность, не обязанность. Могут требовать раскрытия информации, а могут и не требовать. Когда под предлогом кризиса банки выстроились в очередь за бюджетными деньгами – не потребовали. И «помощь» ушла куда угодно, но только не в реальный сектор. А теперь выясняется, что все у них было нормально. Деньги просто как всегда раздали своим.

Одна только замена слова «может» на слово «обязаны» в паре десятков законов снизит масштабы коррупции в сотни раз больше, чем все антикоррупционные комиссии и структуры, созданные за последнее время, вместе взятые.

Российская коррупция только на 10% является нарушением закона, а на 90% вытекает из самих законов.
Советская власть писала законы, руководствуясь «революционным правосознанием». Нынешняя власть делает это, руководствуясь правосознанием коррупционным.

В этих условиях «борьбу с коррупцией» можно уподобить такую попытку спасти тонущий корабль: вода хлещет из пробоин в борту, а матросы, «не замечая» этого вычерпывают ее из трюма.
Причем решетом.

Может быть, как говорит Кудрин, российская экономика и оттолкнулась от дна кризиса, но такой корабль рано или поздно все равно пойдет ко дну.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире