Вчера вышел новый рейтинг Transparency international: Индекс восприятия коррупции-2016 (ИВК). Если в прошлогоднем рейтинге Россия поднялась на несколько строчек (до 119 места), то в этом году снова вернулась к прежнему уровню: на 131 месте (из 176, чем дальше, тем хуже).

Есть скептики, которые утверждают, что у TI, дескать, какие-то неправильные методики. Я к их числу не отношусь. Центр Антикоррупционной политики «ЯБЛОКА» за прошлый год отправил в различные органы около сотни обращений по разным коррупционным вопросам. Cм. Обзор состояния коррупции за 2016 год. Из них власти отреагировали как должно едва ли на треть. Вот вам и коэффициент желания бороться с коррупцией. Он равен 0,3. Но помимо желания бороться должна быть еще воля доводить дела до конца. Здесь коэффициент резко потянется к нулю.

Все путем, как говорится! Вот только каким?

Действительно, на методику TI не повлияли громкие коррупционные разоблачения, распиаренные на все лады в отечественных СМИ.

Антикоррупционный пиар – это как румяна, под которыми стараются скрыть старую дряблую кожу. Чем гуще слой, тем ужаснее то, что под ним.

А под ним – не столько даже сама коррупция, сколько государство. Результаты чемпионата мира по коррупции заставляют ставить вопрос не о количестве пойманных взяточников, а о том, в каком государстве мы живем, и что у нас за общество. Об этом нам рассказывает не только рейтинг ИВК, но и многие другие рейтинги. И в них у нас тоже большая склонность к нулю.

2672614

Из этого выборочного обзора мировых рейтингов становится ясно, что высокий уровень коррупции напрямую связан с «блатным» капитализмом (тесная связь бизнеса с властью), отсутствием экономических и политических свобод, низкими расходами на образование. В экономике это все оборачивается маленькими показателями ВВП на душу населения, неразвитостью инновационных секторов. В социальной структуре –слабостью среднего класса. В целом все это увеличивает дистанцию, отделяющую РФ от процветающих стран, а причиной такого положения вещей является непрозрачность госструктур и связанное с этим крайне низкое качества государства как такового.

Государства высокого качества, как правило, лидируют во всех рейтингах. Напротив, государства с некачественным госуправлением всегда плетутся в хвосте. Из этого можно сделать очевидный вывод: верхние и нижние части рейтингов представлены государствами разного типа.

Пора отбросить давно устаревший штамп о том, что общественный строй бывает капиталистический и социалистический. В современном мире политэкономия страновых различий совершенно другая.

Нобелевский лауреат Дуглас Норт делит все страны на те, где господствует открытый доступ к национальным ресурсам (доходы, должности, образование, социальные услуги) и доступ ограниченный – только для «своих» из элиты. Развивая его теорию, политологи Асемоглу и Робинсон то же самое деление на две неравные группы описывают в других терминах. Большинство составляют страны, в которых действуют так называемые «экстрактивные» институты, т. е. такие, которые позволяют правящей элите осуществлять жесткий политический контроль над социумом и благодаря этому извлекать (to extract) максимум доходов из подвластного населения. «Экстрактивные — то есть направленные на то, чтобы выжать максимальный доход из эксплуатации одной части общества и направить его на обогащение другой части».

В меньшинстве – страны, где населению удалось добиться формирования «инклюзивных» институтов, позволяюших членам социума «включаться» (to be inclusive) в той или иной мере в процесс принятия решений в социуме и благодаря этому – в равноправную конкуренцию за доступ к ресурсам и извлечение из них доходов.

«Они разрешают и, более того, стимулируют участие больших групп населения в экономической активности, а это позволяет наилучшим образом использовать их таланты и навыки, при этом оставляя право выбора — где именно работать и что именно покупать — за каждым отдельным человеком. Частью инклюзивных институтов обязательно являются защищенные права частной собственности, беспристрастная система правосудия и равные возможности для участия всех граждан в экономической активности; эти институты должны также обеспечивать свободный вход на рынок для новых компаний и свободный выбор профессии и карьеры для всех граждан. Инклюзивные институты способствуют экономическому росту, повышению производительности труда и процветанию. Защищенные права частной собственности являются их центральным элементом потому, что только те, чьи права собственности защищены, будут готовы инвестировать и повышать производительность труда».

Данные подходы проливают свет на принципиальную разницу между наименее и наиболее коррумпированными странами мира. Она заключается в том, что, во-первых, выстроены «хорошие» институты, обеспечивающие более иле менее открытый доступ представителей разных социальных слоев к материальным и прочим благам. Во-вторых, «плохие» институты выстраиваются для иных целей – обогащения одних слоев общества за счет других, т.е. для системной коррупции.

Закон может быть единым для всех, а может, наоборот, одним давать меньше прав, а другим больше; выборы могут быть честными, а могут фальсифицироваться. Суд бывает независимым или подчиняется «телефонному праву», борьба с коррупцией – реальная или липовая, СМИ свободные или подцензурные, и т. д. и т.п. «хорошие» институты содействуют развитию страны, которое ведет к росту благосостояния ее населения. Напротив, «плохие» институты приводят к стагнации и низкому уровню благосостояния.

Исходя из всего этого, страны мира можно разделить на три неравные группы:

1.Государство общего блага

Оно стремится выстраивать систему «хороших» институтов с целью обеспечить доступ к национальным ресурсам своим гражданам, независимо от того, к каким группам (социальным, политическим, религиозным, семейным и т. д.) они принадлежат. В таком государстве вырабатываются механизмы, предотвращающие и пресекающие его использование в интересах частных лиц и каких-либо их групп. Поэтому отдельная часть общества, будь то класс, клан, партия, национальная или профессиональная группа и т.д. – не может сделать государство инструментом извлечения доходов, т. е. эксплуатации другой части общества.

2.Паразитарное государство

Государство этого типа существует для достижения блага не всего общества, а отдельных его частей (кланов, классов, партий и т. д.). Оно поддерживает разнообразные «плохие» институты и практики. «Плохие» институты создаются не по неведению, а намеренно – с целью извлечь «максимальный доход» из данной страны. Передовые установления государств общего блага, имеющие респект и легитимность в современном мире, не отбрасываются полностью, а подвергаются искусной фальсификации, после которой сохраняется их видимость, но выхолащивается суть. С той же целью извлечения дохода одной части общества за счет другой такое государство упорно отказывается от введения по-настоящему «хороших» институтов, хотя с целью обеспечения своей легитимности постоянно их имитирует. Паразитарная (экстрактивная) диктатура не просто опирается на заведомо «плохие», некачественные институты, но обеспечивает их поддержку и защиту при помощи законов и репрессивного аппарата государства.

3. Переходное государство

Это такое, которое пока еще пребывает в паразитарном состоянии, но правительство пытается его модернизировать, проводя соответствующие реформы.

Международные рейтинги показывают, что государства первого типа сформировались в странах европейского пути развития – Западной Европе, США и Канада, Австралии и Новой Зеланди. Они же являются и лидерами в мировой социально-экономической конкуренции. Надо отметить, что большинство из них шли к этому состоянию несколько сотен лет. Во второй половине прошлого века путем успешной модернизации к ним присоединилась Япония, Сингапур и другие «азиатские тигры», а после краха СССР – ряд стран Восточной Европы.

Третий тип государств представлен такими странами, как Бразилия и Южная Корея. Там тоже есть коррупция, и немалая, но с ней идет реальная, а не показушная борьба, причем общество реагирует на коррупцию чуть ли не миллионными демонстрациями.

В государствах второго типа общество, как правило, уже ничем не возмущается. На стороне коррупции здесь не только суд и закон, но и общественное мнение. Ко всему привыкло и ни во что не верит. Коррумпированная элита подавила в нем способность к сопротивлению. Коррупция, по сути, признается в таком обществе как законная привилегия власть имущих – как право первой ночи средневековых феодалов или пороть крепостных – российских помещиков. Возьмем, например, нашу Родину. Смотрим обзор практики судебного департамента при Верховно м суде. Из него видно, что 91,1% осуждённых за взяточничество дали или получили взятки на сумму до 50 тыс. руб. Только в 1,3% дел взятки превысили 1 млн. руб. Самое крупное воровство надежно защищено от ответственности. Но никого это не волнует.

Во вторую категорию входят те страны Африки, Азии и Южной Америки, которые раньше было принято называть «развивающимися». Однако сейчас повторять это слово язык как-то не поворачивается ввиду того, что никакого развития у них так и не случилось. Вместо этого произошла стагнация и деградация.

Под руководством Путина Россия прочно утвердилась как лидер этой категории государств, которая десятилетиями идет в непредсказуемую пустоту бедности и застоя.

В «панамском архиве» журналисты нашли подозрительно много денег у друга Путина виолончелиста Ролдугина

Вот какую ситуацию надо менять и именно в ее изменении должен состоять главный смысл борьбы с коррупцией. Специфика этой борьбы в РФ в том, что она должна быть борьбой за мирное изменение всей общественно-политической системы.

Если фальсифицируются выборы, то в парламент никогда не попадут люди, которые не только примут жесткие антикоррупционные законы, но и будут следить за их исполнением; а пройдут такие, которые сами, либо по указанию чиновников будут лоббировать интересы конкретных бизнес-кланов. Если в стране карманный суд, самые крупные воры останутся не только на свободе, но и при своих должностях; а те, кто пытается их разоблачить, сядут за решетку.

Для того, чтобы Россия в рейтинге ИВК попала хотя бы в первую сотню, надо хотя бы начать менять эту систему. А без этого ловить отдельных взяточников для телепиара можно до бесконечности. От этого абсолютно ничего не изменится.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире