Деанонимизация гражданского общества

Парадоксальной может показаться на первый взгляд гипотеза о том, что 1 июля в выигрыше «по остаточному принципу» остались все. Да, да. Именно все. Мы получили беспрецедентный для нашей истории эффект win-win’а. Власть, как ей кажется, продавила свой политический проект и вполне довольна этим обстоятельством. А общество впервые осознало свою гражданскую идентичность и массовую солидарность. Не единичными протестами, не митингами, не бунтами, не молчаливой и привычной «фигой в кармане». А открытой демонстрацией своей гражданской позиции. Самое важное здесь слово – открытой!

***

Власти, конечно же, ошиблись в том, что не приняли всерьез аргументы экспертов о «новой прозрачности» в цифровую эру. Информационные потоки отныне контролировать практически невозможно, а статистические данные перепроверяются и легко верифицируются. Сокрыть подлинные факты все сложнее, а подложные данные дезавуируются оперативно и аргументированно. Недооценили они и цифровую просвещенность гражданского населения.

В России нечестное подведение итогов с определенного времени воспринимается рутинным субпродуктом отечественной электоральной практики. Иного как бы и не ждут. И если раньше это были, как правило, лишь обоснованные предположения, которые нужно было каждый раз доказывать с цифрами и фактами в руках, то сегодня никаких доказательств уже и не требуется. Нечестность и фейки – тоже наша новая осознанная реальность. Никакие итоги уже не принимаются всерьез. Что вызывает довольно сильное раздражение в верхах, которым хотелось бы сокрыть свою фальшь, и она провоцирует шквал апологетических выступлений в провластных медиа, убедительность которых – по Станиславскому – не достаточна.

Власти, одним словом, в этот раз сильно просчитались. Отныне легитимность режима придется поддерживать по большей части «конституционно»-монопольным правом на насилие, чем полагаться на остатки доверия и самовнушения в динамично сжимающихся, как шагреневая кожа, «секторах» общественного сознания.

Эти просчеты сегодня кажутся малозначительными, но они могут привести к фатальным последствиям для существующего в стране миропорядка. И в этом смысле первоиюльская «победа» для властей стала по всем критериям пирровой. Потерь в долгом цикле будет еще немало, и они, скорее, все же перевесят тактические выигрыши этого лета.

***

Граждане же парадоксальным образом до последнего всерьез задумывались о рациональных смыслах своего участия в голосовании, простраивая линии своего электорального поведения. Удивительно, но многим, действительно, верилось в абстрактную возможность как-то повлиять на исход голосования. И при этом многие, напротив, убеждали себя в прагматической адекватности именно бойкота, даже «решительные» оппозиционеры.

А тем временем первого июля свершилось неожиданное. Уже к концу дня голосования большинству стало ясно, что все они, мягко говоря, заблуждались. А может и сознательно обманывались, что, впрочем, не породило ни повальной фрустрации, ни массовых выходов на улицы. Поскольку победа обнаружилась там, где ее мало кто ожидал найти.

Голосование против поправок не было глубинным образом мотивированным или ангажированным. Оно было, скорее, проявлением солидарного несогласия — через акт неодобрения поправок — с навязываемыми «правилами игры». Пожалуй, и не более того! Вот почему, мне кажется, что само участие доброй половины гражданского корпуса в голосовании не стало ни политическим, ни электоральным действием, а… сугубо нравственным актом. Голосованием по совести! Голосованием за себя и себе равных. За судьбу ныне живущих и будущих поколений свободных граждан. Одним словом — голосованием за грядущую перемену умов, приоритетов и ценностей.

Мало чем отличалась электоральная логика и тех, кто голосовал «за». Свое одобрение высказали люди, вполне искренне заинтересованные в стабильности и уверовавшие в чудотворно цементирующее действие конституционных поправок. Нет оснований сомневаться в том, что их поддержка по большей части была честной и искренней. Но и их захватило массовое переживание того, что желанная ими стабильность сегодня практически никем и ничем не гарантирована. Коллективное чувство надвигающей катастрофы — утраты веры в себя, страну и ее лидеров — нуждалось в массовой психотерапии. И она явилась им в образе обновленной конституционной рамки.

Те же, кто принял участие и совершил выбор принудительно, так сказать административно-дисциплинарно, составили в итоге меньшинство на фоне относительно свободного волеизъявления «за-и-против». Но справедливости ради надо заметить, что их подневольное голосование отнюдь не добавило им чувства торжествующего удовлетворения. Массовой демонстрации радости на манер футбольных болельщиков замечено не было. Эти люди вскоре могут почувствовать себя в роли париев (виктимный миноритет), не довольных ни своим подневольным статусом, ни постоянством насилия в свой адрес по иерархической лестнице «сверху-вниз». Иными словами, и они пережили голосование как глубоко аморальное действие по вовлечение себя в очевидный обман и ложь. Предположу поэтому, что и их коллективное одобрение ничего весомого не добавило в копилку общей легитимности в стране.

***

Итог дня: объявленные итоги не отражают реальности общественных умонастроений. Это понимают трезво мыслящие россияне и прекрасно осознает власть. Только недалекий человек может не представлять, что речь идет о гигантских масштабах отказа в доверии и нежелании находится друг с другом в одной лодке единой национальной судьбы.

Едва уловимая ранее грань допустимой, а от того и простительной, фальши опрометчиво пройдена. И это спровоцирует одни общественные группы на большую внутреннюю агрессию, другие – на запредельную социальную отстраненность и апатию.

Ироничное знание недавнего прошлого о «милом» электоральном плутовстве власти во мгновение ока сменилось коллективным переживанием ее тотальной неадекватности.

***

И вот что, пожалуй, самое главное во всей этой истории. На открытость властей люди ответил зеркально – гласностью своей позиции. По сути, власти и не скрывали особо свои манипуляции в процедуре и подсчетах. На это гражданское общество в ответ вышло из тени. Все могли бы поступить в строгом соответствии со своим конституционным правом на таинство голосования. Но предпочли высказаться именным публичным образом. Для зашоренного и исторически запуганного российского общества каждый такой индивидуальный акт стал действием героическим.

Самый массовый моральный флэшмоб последних десятилетий произошел у нас именно 1 июля. Пандемия и карантин приучили нас не боятся цифрового контроля. Сотни тысяч постов заполнили социальные сети скромными фото актов голосования. А, ведь, за каждым таким постом — легко реконструируемые паспортные данные и все остальные личные данные человека. Но это, как мы увидели, не остановило тысячи, а то и миллионы.

Фотоотчеты с бюллетенями «против» по понятным причинам преобладали в сетях, но немало было и фото голосований «за». В любом случае все они бессознательно оказали важную поддержку друг другу, особенно тем, кто тоже вынужден был фотографировать свои бюллетени для «предъявы» начальству. Раз вы не голосовали тайно, то и мы не будем.

Таковым явился миру первоиюльский гранд-нарратив гражданского общества. В конце концов, мы же члены единого социума, хоть и волею случая оказались по разные стороны баррикад. Предвидя фальшивый результат, быстро «созревшее» в России гражданское общество вышло из тени без лишнего пафоса и понтов.

***

Парресия, полагали древние афиняне в эпоху расцвета своей демократии, есть базовое качество демократического гражданина. Это – его умение бесстрашно высказывать свою позицию, не опасаясь последствий. Даже тогда, когда политически это может показаться бессмысленным или даже иррациональным поведением.

Афиняне были убеждены, что человек не рождается с таким гражданским качеством. Но оно вполне воспитуемое. В нашей стране гражданское просвещение заменено казенным патриотическим воспитанием. И, как видим, сама жизнь куда эффективнее сформирует в нас гражданское мужество.

Россияне не проиграли голосование. Мы присутствовали при рождении гражданской нации, по крайней мере, в ее языковом и этическом оформлении. И пускай она пока ограничилась только лишь вербальным поступком, следуя старинному принципу: dixi et animam levavi.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире