Собственно, миф не о самой холодной войне, а о поражении в ней. Что это поражение стало причиной гибели СССР.

Холодная война была. Только что это было такое? А было это соперничество за господство над миром двух разных политических систем и, соответственно, двух разных идей: идеи органического развития общества и идеи искусственного развития в соответствии с теорией. Военные действия шли, главным образом, в двух плоскостях: пропагандистской – битва за умы, и геополитической – битва за влияние на страны, ищущие свои пути развития.

Говорить, что Запад в этой войне победил, никак нельзя. Больше уж было бы смысла сказать, что СССР проиграл. Но и это будет не вполне точно.

Причиной гибели СССР была очень плохая теория, по которой пытались строить жизнь коммунисты. Совсем плохая – дырка на дырке. Начиная с социального расизма: объявление людьми высшего сорта по праву рождения тех, кто высшим сортом не был, а был ниже объявленных второ— и третьесортными. И кончая игнорированием основ психологии: человек-атом общества рассматривался даже не как животное, а как некий примитивный автомат. Впрочем, так же рассматривался и весь мир. Всё – в духе первой половины 19-го века. Теория санкционировала преступления, и этим тоже обрекала себя на безжизненность. В общем, хорошего в ней было, пожалуй, только одно: впервые люди дерзнули попробовать жить не как оно само живется, а по своему разумению, впервые стали конструировать не только орудия труда, но и государство. Опыты в этом направлении, правда, начались раньше – с буржуазных конституций. Но первые попытки не претендовали на создание искусственной социальной машины.

С такой теорией небывалый социальный эксперимент был обречен на провал: с демокритовой теорией атомов, а хоть бы и с ньютоновой механикой, атомный реактор не построишь. И, естественно, эксперимент провалился. Но при чем здесь поражение? Если боксера на ринге вдруг скрутил аппендицит, его, конечно, с ринга уносят, но это же не победа его противника.

Почему я об этом заговорил? Потому что сегодня мы снова собрались воевать. Об этом говорят государственные пропагандисты. Про это говорят и их оппоненты. Не то третья, не то четвертая – кто как считает – мировая война началась. Наш бронепоезд, простите – авианосец, снова вперед летит, снова мы в бой пошли, снова хаты покинули, чтоб землю в Дамаске отдать кому надо… Всё это очень напоминает игрушечный автомат, который купили пятилетнему вояке, чтобы он не хныкал и не мешал взрослым заниматься своими взрослыми делами, а именно – не мешал пилить, заготавливать капусту, ухаживать за тёлками, ну и так далее – вы знаете, какие у взрослых дела… И вот наш воин: «Тра-та-та-та-та-та!!!»...  

Почему сегодня не может быть другой войны? Нет, не потому, что они сильные, а мы слабые. А потому, что нам совершенно не за что воевать. Ну, то есть абсолютно не за что. В отличие от СССР нам миру предложить нечего. То есть просто совсем нечего. Не православие-самодержавие-народность же предлагать. Жизнь наша не завидна, не соблазнительна… И поэтому влияние наше может быть только понтовым: ну, там рогатку продать, или от широкого сердца даже – подарить, ну, на велике прокатить… Всё на уровне двора. Ничего более серьезного за душой у нас нет. Мы, конечно, можем попробовать воевать, чтобы нас не трогали. Но нас и так не трогают. Уж не буду объяснять – почему. Вы и так, наверное, догадываетесь. Но, конечно, не трогают нас только пока мы ведем себя прилично: окон не бьем, не воруем, девочкам юбки не задираем, старушкам ножку не подставляем – в общем, законы общежития не нарушаем. А как только мы начинаем шустрить, то тут уж миру ничего не остается, как нас укорачивать. Тоже по правилам двора: бойкот и всё такое…

Нам геополитику хотелось бы видеть как схватку двух уличных банд, чисто по-пацански: со стрелками, разборками, или в более фольклорном виде – как стенка на стенку. Но такой геополитика не была и в стародавние времена – за всеми серьезными мировыми конфликтами были битвы идей. У воюющих армий были знамена. Солдаты знали, за что они гибнут. У нас такого знамени нет. Есть групповые интересы, ради которых, собственно, всё и затеяно. Есть, понятно, и личные интересы. Но нет общенародного. Оружие есть. Идеи нет. Кроме, конечно – «Нас обидели!». Хотя кто и как нас обидел, объяснить членораздельно никто из обиженных не может: «Обидели, и всё! Не уважают!..». И, тем более, никто не может объяснить, чем здесь может помочь драка.

Нижняя часть народа видит мир таким, каким его показывают ей верхняя часть народа. И когда верхняя часть народа заходится в «Вернемся на столбовую дорогу истории!», или «Вернем всё как было добезцаря», или «Да здравствует религиозное возрождение!», или «Ельцин расстрелял русскую демократию», или «Надо испить чашу поражения в холодной войне», или еще какую-нибудь благоглупость вроде «Не тронь богатых, а то – гражданская война», то всё это прорастает внизу весьма ядовитыми побегами.

А благоглупостями мы народ кормим обильно. Причем не тележурналисты – они редко изобретают что-то свое, не та професссия. Посев глупости на поле народное производится другими людьми – инллигентами-интеллектуалами. С них (с нас) и спрос. Даже не 99, а ровно 100 процентов сегодняшних бед были посеяны нашими руками. И сегодня мы продолжаем заниматься тем же. И в частности – с разговорами о войне.

Эти разговоры нужны совершенно определенным кругам. Прежде всего – тем, для кого война мать родна. Ну и, естественно, тем, кому нужно успокоить дитя: пусть тешится чем угодно… Они и заказывают эту песню. Они за нее и платят. Но не нам. Мы-то в этом хоре на общественных началах. Добровольно и по велению сердца.

Вот я и спрашиваю – зачем?


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире