19-го казалось, что всё кончилось. 21-го – что началось что-то невероятно прекрасное. А это был перевал: мы достигли высшей точки и отправились вниз. Сначала медленно. Потом всё быстрее. Теперь уже почти летим…

Представить такого в 91-м году не мог никто. В страшном сне нельзя было увидеть того, что произойдет. А, собственно говоря, почему? Ведь нас было 250 миллионов. Почему же не нашлось ни одного пророка, который рассказал бы нам о чудовищной культурной, нравственной, человеческой деградации, которая нас ожидает? Почему не нашлось ни одного мудреца?

Ведь, как видно, оглядываясь назад из сегодня, вещи-то были вполне очевидные. Причем – не как-то теоретически, а просто уже были все ростки налицо. Ведь было понятно, должно было БЫ быть понятно, к каким людям, с какими личностными особенностями, попадет богатство страны. Должно было БЫ быть понятно, что будет твориться с моралью в условиях остановки экономики. И сама эта остановка тоже должна была БЫ быть понятной – как иначе, когда логика жизни требует приватизировать и прятать, а не закапывать деньги в инвестиции. А с культурой и подавно должно было БЫ быть понятно: откуда взяться финансированию? Кто за ЭТО будет платить?

Ничего мы не понимали. Никто. Ни один человек из 250 миллионов не понимал. Кликушествовать – да, кликушествовали. Заходиться в эйфории – да, сколько угодно, заходились. Понимать? Ни один человек. Поэтому и несло нас куда-то помимо нашей воли. Оказалось – не туда. И очень быстро прошли мы этот путь: от отказа считать Днем России 21 августа до запрета вообще поминать этот день вне специально отведенной резервации. От отказа суда над Ельциным за его славное коммунистическое прошлое до культа личности кегебешного помощника Собчака.

Зачем об этом вспоминать сегодня? Чтоб посЫпать голову пеплом? Да, чтоб посЫпать голову пеплом. Но не просто посЫпать, а хоть чему-то научиться. И первая вещь, которой нам нужно научиться – это различать высокое и низкое, отличать высоких людей от низких. И не то, что не прощать низость – тут нечего прощать, уж кто как вырос. Но четко ее видеть и не считать ее делом нормальным, то есть ничего не значащим.

В 91-м мы охотно согласились, что верховодить нами будут низкие. Ну, положим, высоких умом среди нас не было вовсе. Во всяком случае, если и допустить, что такие были, то и сами они молчали, а мы их не искали. Но среди нас были люди чистые совестью и люди с гибкой совестью. И мы знали, кто есть кто. Но закрывали на это глаза, полагали это неважным. Как легко мы прощали долги! Позабыв, что движенье направо начинается с левой ноги. А ведь нам об этом уже спели целую песенку. За двадцать лет до того спели…

Научились ли мы чему-то за 25 лет? В общем – ровным счетом НИЧЕМУ. И случись нам получить власть сегодня, всё повторится до мелочей. Снова мы будем слушать краснобаев с симпатичными лицами, снова умиляться на прохиндеев, говорящих нам правильные, «наши» слова, снова будем верить в домотканные теории, сотканные из умных слов и ничего общего не имеющие с реальностью, снова будем заклинать себя «ну, надо же кому-нибудь верить», «ну, люди же меняются», «ну, надо же попробовать, а вдруг в этот раз» и прочими заготовленными нами идиотизмами. Снова будем сторониться общественной работы, потому что, с одной стороны, своих, реальных и насущных дел много, а с другой, «политика – дело грязное», и «что я могу?», и «безнадега всё это»...

В общем, всё опять повторится сначала. Сызнова.

Так что я против требования отдать нам власть. Рано. Совсем рано. Не готовы мы ее принять. И руки слабые, а главное – мозги. Мы, конечно, не хуже тех, кто власть прихватили. Мы, может, и лучше. Да, что там «может»? Определенно – лучше. Но по-человечески властью распорядиться не сможем. И полет наш вниз остановить не сможем. Его сегодня вообще ничто не остановит.

А с этими тремя днями? Они могли бы стать днями нашей гордости. Но не получилось. Мало было отбить ГКЧП. Надо было построить новую жизнь. Мы о ней и тогда понятия не имели, какой ей нужно быть. И сегодня понятия имеем не больше.

Так что дни эти нам нужно делать не днями гордости, а днями покаяния. Днями напряженных попыток понять, ЧТО не получилось тогда, и ЧТО должно получиться сейчас.

Только вот – готовы ли мы к такому умственному напряжению?

Вот в этом-то всё и дело…  



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире