То, о чем пойдет речь, не оправдание терроризма. У убийства человека нет оправданий. Практически – никогда. Кроме случая, когда нет другого способа предотвратить убийства других людей. Но и такое оправдание часто лукаво: были и другие, да этот способ показался самым простым.

Так что речь здесь не об оправдании. Но нам необходимо понимать причины, чтобы бороться с их следствиями.

В чем эти причины? Их несколько.

Ну, например, идеология: что убивать – это вовсе не плохо, это хорошо. Там, где речь заходит про хорошо и плохо, обычно где-то рядом есть религия. Большие религии, поднявшиеся над уровнем сатанизма, никогда не объявляют убийство благом – ни одна из больших религий. Но популярные, простонародные версии больших религий, выхолащивая то содержание, которое и делает большие религии большими, частенько зовут убивать.  

Но идеология человекоубийства – только одна из причин. Другая – отсутствие иных возможностей добиться желаемого результата, вытоптанность легального поля. Когда мы отказываемся разговаривать с потенциальными террористами, мы как раз и превращаем их из потенциальных в будущих.

Третья причина – наша собственная беспардонная агрессивность. Если жечь прислуге лицо, то не стоит удивляться, что тебя зарежут. Часто сильный надеется, что его сила обеспечит ему безнаказанность. Это иллюзия – не обеспечит. Семена, которые он сеет своей жестокостью, взойдут.

Еще одна иллюзия из того же ряда – надежда победить терроризм военными средствами, грубо говоря поубивать всех террористов. Не получится – на место одного убитого приходит десять.

И еще иллюзия – доказать террористом, что силой у них ничего не получится. Это уже совсем странно – так как все такие доказтельства основаны как раз на применении силы.

И, наконец, четвертая иллюзия – надежда запугать террористов, навести на них ужас, террор.

Можно ли такими средствами вылечить болезнь? Конечно, нет. Мы это видим везде и всегда. Можно только загнать ее внутрь. Ну, иногда, правда, можно еще изменить форму болезни – получить вместо одной формы террора другую, скажем, вместо индивидуального террора – государственный, если террористам удается создать свое государство или прийти к власти в государстве, которое раньше террористическим не было.

А как лечить? Собственно говоря, главное средство здесь – растить, помогать личностному росту тех, кто без такого роста обречен стать террористом.

Готовы мы к такой работе? Вообще говоря – очень мало. Сами не гиганты. Сами предпочитаем разбираться кулаками. Сами террористы, хотя и террористы в законе. А как иначе? Если мы сами свои антитеррористические законы и пишем.

Не хотим террора – надо с террористами встречаться, разговаривать. Как еще можно разрешить конфликт? Либо кулаками, либо разговорами. Ничего другого человечество не придумало. Наши ястребы хотят кулаками. Оно и понятно – во-первых, иначе не научены, во-вторых, к таким кулакам что-то и прилипает. И порой – не так уж и мало. Вот, например, к кулакам наших анти-террористов прилипла неограниченная власть, сворачивание демократических свобод, подавление оппозиции… И это еще не говоря о кое-чем другом, «о чем сказать не надо». А еще к ним, к кулакам анти-террористов (и наших, и не только наших) прилипла чудесная возможность манипулировать общественным сознанием: скажешь «это я так с террором борюсь» и делай с населением что хошь. И делают.

В общем, хотим победить терроризм, нужно говорить. Говорить о его сути. О его причинах. И в конечном итоге – говорить с самими террористами.

Но против такой стратегии антитеррористической войны восстанут многие. И те, для кого она – мать родна. И те, кому кулаки заменяют мозг. В общем, может оказаться так, что войну с терроризмом нужно начинать отнюдь не с самих террористов. 


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире