Снова о теме детских самоубийц.

Общество в очередной раз пуганули. Общество в очередной раз испугалось. И что делать?

Водить их теперь за ручку, пока не привыкнут жить, как мы живем? Контролировать все и вся? Ну, это самое простое. Но не очень хорошо. Как подробно объяснила одна из коллег, гиперопека (так это называется на профессиональном жаргоне) только создает видимость решения, загоняя на самом деле проблему вглубь и принося вреда много больше, чем пользы.

Детство, отрочество и юность даны человеку, чтобы учиться. И прежде всего – учиться жить. А как он научится плавать в бассейне, в который решили пока не наливать воду? Так мы можем растить только беспомощных инфантилов, выпуская в жизнь детей, которые не только не могут жить, но и не умеют шанса научиться.

Почему не имеют? Потому что для каждого жизненного умения есть свой возраст, когда ему легко научиться. Потом обучение идет много труднее и, главное, гораздо менее эффективно. В отношении изучения языка или скажем умения различать право и лево, мы это более-менее понимаем. В отношении иных жизненных умений – не всегда. Хотя это правило универсально: не научившись в свое время, потом толком не научишься.

В общем, гиперопека не выход. Надо учить детей жить, когда жить не хочется, когда кажется, что в этом вообще нет смысла. Но – как? Сами-то мы это умеем?

Отчасти – да, умеем. Мы в своем большинстве нашли выход, как жить в бессмысленном мире. Нужно просто не задавать вопросов о смысле жизни. Не заморачиваться. Как говорят психологи – вытеснить вопрос. Потом, конечно, он может всплыть, и даже – с очень печальными последствиями. Но ведь это «потом». А пока человек живет и радуется хорошей погоде, хорошей отметке, каким никаким друзьям, ну, и так далее – есть чему порадоваться в нашей жизни, если захотеть…

Существует и другой выход, но этот – для тех, кто попроще. Нужно просто поверить в сказку. Скажем – в религиозную. И тогда жизнь тоже наполняется смыслом. Например – попасть в рай после смерти. Скушаешь эту противную кашу и пойдем в цирк.

Вот собственно и всё, что мы можем предложить подростку, который спрашивает себя: «А на фига?».

Устраивают ли эти ответы тех, кто задает нам вопросы? Кого-то – да, кого-то – нет. А кто-то вообще нам не верит, считая, что мы всё врем, и будучи, вообще говоря, не так далек от истины.

Вот из этих двух категорий – из тех, кто требует других ответов, и тех, кто нам вообще не верит, и формируются отряды потенциальных самоубийц.

Как говорить с этими требовательными скептиками? Как объяснить им, что это не выход? Мы любим повторять про «не выход». Но сами-то понимаем, почему? Почему – «не выход»?

Практически, никогда не понимаем. Иллюзия понимания, что после такого плохого поступка папа-бог поставит тебя в угол или накажет как-то иначе, встречается. Понимания же – практически никогда. А когда сам не понимаешь, что ты можешь объяснить? Ничего. Мы и говорить-то на эту тему боимся.

А что тут, вообще, можно было бы объяснить? Можно – многое. Только это многое требует гораздо более глубокого знания устройства мира и природы человека. Вот, для того, чтобы поделиться таким пониманием, я и затеял писать эту заметку.

Прежде всего, нужно понимать, что вся жизнь человека – развитие. Так же, как жизнь, например, зерна. Человек приходит в жизнь с определенными потенциями (в частности, способностями, но далеко не только одними способностями), и своей жизнью эти потенции реализует, преобразуя и мир вокруг себя, но прежде всего – свою собственную душу: наполняя ее смыслами совершённого при жизни и делая ее тем самым совершенней, сложнее, лучше, ближе к тому, что можно назвать Душой Мира, или в аврамической традиции – Богом.

Вообще говоря, это мы более-менее понимаем. Гораздо сложнее нам понять другое. Развитие не начинается с рождением и не кончается смертью. Особенно трудно для понимания второе. То, что развитие не начинается с рождения, заметить гораздо проще. Если только, конечно, специально не закрывать глаза, наотрез отказываясь видеть, что младенцы, начиная с самого раннего возраста, – очень разные люди. Не только с разными стартовыми жизненными условиями, но и с разными способностями, характерами и так далее. Тут не нужно какой-то особой сверхнаблюдательности: чтобы увидеть в совсем маленьких детях ЧАСТИЧНО очищенных от ненужных знаний, памяти и вообще былого опыта взрослых, которые продолжают что-то, что они не закончили раньше. Именно поэтому так легко учатся дети одним вещам и так трудно – другим. Легко они учатся тому, что умели когда-то раньше.

Собственно, здесь мы и получаем намек, что смертью дело не кончается. Душа умирающего совершенней души новорожденного, но всё еще далека от совершенства. И, значит, ей необходимо продолжать развиваться.

Вообще говоря, религии, шифрующие знание о реальности на уровне понимания, доступном их адептам, на это намекают. Одни говорят про рай и чистилище. Другие – про кармические перерождения. Но всё это, естественно, очень условные, очень символические рассказы. Реальность много сложнее, и рассказ о том, что происходит с душой человека после смерти, мог бы быть очень долгим.

Но сегодня в таком долгом рассказе нет смысла. Потому что убедиться в его правдивости почти никто не может. Для этого нужно гораздо полнее знать устройство собственной души. Иначе не будет опыта – с чем соотнести услышанное, и рассказ «повиснет в воздухе»: в него можно будет либо поверить, как в очередную сказку, или не поверить, отбросить за недоказанностью. Что, в общем-то, почти одно и то же.

Так что ВЕРИТЬ в него не надо. Но принять к сведению стоит – что есть такая «теория». Доказать которую или опровергнуть можно только одним способом – обзаведясь необходимым личным жизненным опытом.

Так вот, в рамках этой «теории» самоубийство есть не что иное, как попытка сбежать с урока. Чем кончается такая попытка? Тем, что потом все равно придется выучить то, что ты отказался учить сейчас. Иначе в следующий класс не переведут. Здесь ведь нельзя договорится с директрисой. И взятку сунуть тоже некому. А экзамены устроены так, что ни списать нельзя, ни как-то иначе обмануть.

Если бы наши дети (и наши взрослые) понимали это, наша жизнь была бы другой. Гораздо меньше в ней было бы депрессий. И гораздо меньше – всякого иного детского безобразия: драк, подсиживания, воровства, вранья и т.д. и т.п..  


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире