Когда я услышал историю Фарбера впервые, не скрою, первая мысль была: а всё ли здесь в самом деле чисто – не было ли каких-то нарушений, договоренностей, взяток?.. Знаете, это случается иногда в нашем отечестве – взятки. Среди москвичей попадаются и мошенники…

Изучать дело подробно у меня возможности не было, так что я и оставался со своими сомнениями до приговора. Приговор же (еще первый) сомнения эти развеял, не оставил от них ничего.

Потому что за взятку в несколько тысяч долларов, когда есть взятка, не дают у нас восемь лет строгого режима. За нее вообще ничего не дают. Иначе бы мы остались без чиновников вовсе – уничтожили бы их как класс.

Несоответствие строгости наказания тяжести даже не вины, а обвинения ясно показывало, что и вины здесь не было, и правосудия не было, и ничего вообще не было. Но тогда возникает вопрос – а за что?

Он не говорил «Черт с ним, Володя…», как Ходорковский, не пел про экскременты Господа Бога на вершине нашей социальной пирамиды, как пуссириот, не обличал преступления против человечества в Чечне, как Стомахин. Он вообще близко не подходил ни к какой политике. Ну блажил (скажем так) где-то в Калининской области. Но за это, вроде, у нас не сажают. И нигде не сажают. Вреда-то никому никакого не было. Так за что?

И вы знаете, сколько тут ни думай, ничего иного придумать нельзя, кроме как то, что в первый раз посадили человека не за что. Просто так. Просто попал он в жернова системы, которую спроектировали мы с вами 20 с лишним лет назад. Спроектировали, как и всё, что мы тогда проектировали, глупо, бездумно, нагородив разного рода фантазий, мечтаний юности – про суды присяжных, про независимость судов и т.д. – как всегда, ничего как следует не продумав. В общем, получилась у нас с вами, дорогие друзья, эта система, как и всё остальное государство, «как всегда». Вот и засосала эта выстроенная нами с вами система человека и перемолола его, как она перемалывает и тысячи других неудачников.

Но это было в первый раз. А вот после того, как дело стало громким, после того как к нему привлекли внимание общества, здесь ситуация поменялась принципиально. Второй приговор Фарберу, конечно, остался тем же «не за что». Но теперь у него появился в отличие от первого приговора ясный смысл.

Вторым приговором власть шлет обществу привет, месседж. Причем месседж это всё тот же самый, который мы получаем от власти всё время после того, как наш царь вернулся на трон. Вы думаете вы граждане? Нет, вы не граждане. Вы дерьмо. Хомячки. Использованные презервативы. Это, к слову, он очень метко нас назвал; он в самом деле использовал интеллигенцию в качестве презерватива осенью 99-го года, чтобы Россия, не приведи бог, не забеременела демократией, случись сменить Ельцина не наследнику, а политическому противнику, пусть даже и такому, каким был Примаков.

Мы получаем этот месседж всё время. Мы получили его, когда посадили Машу и Надю. И когда Мамонтов рассказывал, как делается протест, после чего мальчишки из Левого Фронта пошли под суд за обещание по пьяни какому-то тбилискому Монте-Кристо прорыть туннель из Калининграда во Владивосток. Приговор Навальному тоже стал частью этого месседжа. Как и сегодняшние «выборы» в Москве. Как и арест ярославского мэра. Как и издевательство над Стомахиным. Как «болотное дело». Как десяток безумно-бездумных законов…

Нужно отдать власти должное: она очень последовательно объясняет обществу и нам самим, кто мы есть. Общество, правда, поняло это уже давно. Мы же оказались менее понятливы и все пытаемся заявить, что мы не такие…

Возможно, со временем у нас это и получится. Но пока получается плохо… Мы не видим того единственного знамени, под которым мы можем объединиться и выступить все вместе, привлекая под это знамя все новых и новых сторонников. Знамени совести.

А Фарбер? А Фарбер просто стал еще одной пулей, которой власть пытается убить растущее гражданское самосознание. Может быть, конечно, кто-то во власти и догадывается, что убить его нельзя. Но нельзя убить – хорошо и ранить, все-таки выигрыш времени.

Все та же шмась, которую они творят нам.

Жалко парня! Попал не за что.

Хотя почему не за что? Как раз «за что». За равнодушие к политике. За отказ заниматься политикой. За прекраснодушие прекрасной души.

Политика ведь такая вещь – когда вы ею не занимаетесь, она приходит к вам и сама занимается вами.   



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире