Последние дни ленты пестрят радостью по поводу пробуждения народа в Пугачеве. До этого радовались событиям на Хопре. Вчера стали стыдить кубанских казаков, что не растерзали насильника-дагесттанца. В общем, «К топору, Русь!».

У интеллигенции терпение закончилось. Даже вменяемые готовы отделять Кавказ, вводить визы для них и прописку для нас, выселять нерусь и всяческими другими средствами бороться за свое достоинство.

Несколько дней назад мне попался рассказ, как солдат выиграл у старшины увольнение, заставив кошку растерзать буханку хлеба. Он просто положил перед ней буханку, встал сапогом на хвост и не сходил, пока орущая кошка в ярости не растерзала буханку.

Рассказ про нас. Про наш хвост. И про нашу ярость. Мы готовы растерзать первое, что попадется нам в лапы, не сильно задумываясь ни о вине разорванного, ни об осмысленности самого процесса растёрзывания. Да, и какие тут размышления, когда с хвостом такое творится!

Вместе с тем, просмотр репортажей о пугачевском бунте чего-чего, а радостных чувств никак не вызывает. Мы видим опущенных, избитых жизнью людей, которые выплескивают накопившейся гнев на первое, что подвернулось им под руку. Ничем хорошим такой бунт обернуться не может. Никакого отношения к пробуждению гражданского, национального или какого-то иного группового самосознания это не имеет.

В этом положении огромная степень нашей вины. Я говорю об образованной части общества. Ради своих фантазий о светлом капиталистическом завтра мы бросили этих людей на произвол судьбы.

И в советские времена и во времена досоветские они входили в единую общегосударственную общественную систему. В советское время каркасом этой системы была компартия, в царское — система общин в нижних ярусах общественной пирамиды и дворянства — в верхних.

И вот в одночасье убирается каркас общественного здания и каждый оказывается предоставлен самому себе. Несколько процентов самых самодостаточных, самых самостоятельных, самых энергичных и самых «незакомплексованных» выплывают, а некоторые даже строят себе яхты размером с дворцы. Несколько процентов или десятков процентов самых неприспособленных, самых незащищенных тонут. А остальные начинают болтаться, барахтаться, то пуская пузыри, то снова появляясь над водой…

Что же — слышу я негодующий голос старых антисоветчиков, к которым я и сам принадлежу — не нужно было убирать 6-ю статью? Обязательно нужно было. Но нужно было еще и замену подготовить. А мы только убирали. И сегодня повторяется та же история: про то, что нужно демонтировать режим, только и разговоров. А про то, что нужно смонтировать что-то на смену — целомудренное молчание или нараспев мантры демократических благоглупостей.

Конечно, и от советской власти нашему хвосту пришлось несладко. И мы в годы перестройки рвали свою буханку хлеба, не будучи способными думать. Но ведь с тех пор прошло уже 22 года, и травмы, нанесенные коммунистическим сапогом уже подзажили. Нам бы начать думать… Но теперь нам помеха уже другой сапог. Правда, он пока не кирзовый, а войлочный. Но это желания думать нам не добавляет. Не добавляет — только не обижайтесь, я не о присутствующих — и умения.

Иначе бы мы быстро поняли, что первое, что нам необходимо делать, — восстанавливать каркас общественного здания. Чтобы у этих неспособных без мата сказать двух слов, с испитыми лицами и глазами, которые никого не продадут и ничего не купят, в общем, у этих наших людей, у нашего русского народного народа, появилась реальная жизненная перспектива. Человеческая перспектива. Не «Обогащайтесь!» и не «Грабь награбленное!». Не «Спасайся кто может» — в обоих, светском и религиозном, смыслах. А что-то, что действительно способно наполнить жизнь смыслом.

Это «что-то» не слова, и уж точно не только слова. Это «что-то» — реальные культурные и социальные лифты, которые смогут поднимать людей к иному качеству жизни: к другим взаимоотношениям, к другим интересам, к другим вкусам, к другим способам добывания хлеба насущного и т.д..

Конечно, в одиночку нам никаких лифтов и никакого каркаса построить не удасться. Эта работа не для одиночек. Здесь необходимо объединение. А сегодня — даже не столько само объединение, сколько понимание его необходимости. Но и это не первое, что нам необходимо, сделать. А первое — посмотреть на себя со стороны. Хотя бы — настолько отвлеченно, чтобы увидеть бессмысленность радости по поводу битвы за Хопер или пугачевского бунта.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире