Константин Добрынин. Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Константин Добрынин. Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Сенатор Константин Добрынин рассказал «Русской планете», почему он предлагает дополнить «экстремистскую» статью новым пунктом за пропаганду нацизма

Заместитель председателя Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству Константин Добрынин 24 марта на заседании координационного совета при председателе палаты сообщил, что готовится законопроект, направленный на комплексное противодействие реабилитации нацизма. По мнению сенаторов, административной статьи за пропаганду и публичную демонстрацию нацистской символики уже недостаточно, необходимо вводить за это уголовную ответственность.

В законопроекте предлагается дополнить статью 282 УК РФ «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства» пунктом 3, который бы расширил понятие экстремистской деятельности, включив туда реабилитацию нацизма, а также героизацию нацистских преступников и их пособников. Сроки по статье пока в законе не прописаны, но предположительно преступники, подпадающие под 3 пункт статьи 282, могут рассчитывать на срок до 5 лет.

«Срок не главное, главное расставить приоритеты, дать отпор бытовому нацизму. Максимальный срок по статье предположительно до 5 лет, это в зависимости от квалифицирующих признаков», — уточнил в беседе с «Русской Планетой» Константин Добрынин. При этом никакого смягчения по первым двум частям статьи 282 ждать не стоит, добавил сенатор.

Совет Федерации, рассказывает Добрынин, разрабатывает не просто законопроект, предполагающий уголовное наказание за реабилитацию нацизма, но документ, который послужит формированию государственно-правовой политики по борьбе с нацизмом. В настоящее время специального состава за реабилитацию нацизма, героизацию нацистских преступников и их пособников в Уголовном кодексе Российской Федерации не предусмотрено. Самое страшное, по мнению Добрынина, что нацизм стал бытовым и обыденным.

«Например, когда подростки тушат Вечный огонь в Ленинграде или в Северодвинске, а некий Багиров, называющий себя писателем, мерзко говорит о блокаде (Ленинграда. РП). Все это говорит только об одном о том, что государство на четверть века потеряло внятную антинацистскую идеологию и утратило советскую государственную политику по противодействию нацизму и экстремизму, а новую не создало»,

уверен Добрынин.

Этот пробел в идеологии государства решили восполнить в Совете Федерации. Подготовкой закона занимается не только Добрынин, его разрабатывает группа сенаторов: известно, что активное участие принимает сенатор Вадим Тюльпанов. Для подготовки закона был использован модельный закон, подготовленный несколько лет назад в Межпарламентской ассамблее государств — участников СНГ.

Сенаторы обещают в своей работе над законом опираться на антифашистский опыт Германии, где самое строгое законодательство в этой области. Этот закон, по мнению Добрынина, «может стать тем фундаментом, на котором государство постепенно построит государственную антинацистскую и антиэкстремистскую политику». Закон никак не коснется научной, художественной деятельности и литературы.

В законопроекте сенаторы дадут определения основным терминам. В частности, законодатели прописали значения слов «нацизм», «нацистские преступники», вводят в законодательство определение таким действиям, как «реабилитация нацизма», «героизация нацистских преступников», и пояснение, что такое нацистская символика.

Чтобы понять, почему пора разработать и принять такой закон, Добрынин предлагает посмотреть на краткую историю нацизма в России за последние 40 лет.

По его мнению, в СССР нацизм и неонацизм были экзотикой и людей, считающих себя нацистами, воспринимали как инопланетян. После развала СССР появилось «Русское национальное единство» (РНЕ), первая серьезная неонацистская организация. «Они были столь чудовищны и несъедобны в своих проявлениях, что уже к середине 90-х самостоятельно вымерли, на смену им пришли скины», — рассказывает сенатор.

Съезд РНЕ в 1997 году. Фото: Александр Поляков / РИА Новости

Съезд РНЕ в 1997 году. Фото: Александр Поляков / РИА Новости

Скинхеды действовали по принципу: меньше теории и книг, а больше насилия на улице и в метро. За ними пришла третья волна неонацистов, по мнению сенатора, самая опасная. «Апологетами ее стали петербуржцы — Боровиков и Воеводин. Стилистика новая — отрицание и теории, и внешней эстетики. Основное правило — ты такой, как все. Незаметный. По виду — студент-ботаник. Принцип существования — глубокое подполье. Принцип работы — акции прямого действия, выходим ночью, убиваем и разбегаемся. На месте убийств оставляли метки», — говорит Добрынин.

Подробнее на сайте «Русской планеты»



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире