Путину не впервой защищать консервативные ценности — собственно, на протяжении всего своего правления он только и делал, что этим занимался. Вопрос лишь в том, что нечасто в его лексиконе проскакивал сам термин «консерватизм». Обычно он ходил вокруг да около, оперируя таким понятием, как «стабильность». Но понимая, что народ, наконец подготовлен к оглашению истины, Владимир Владимирович решил, что не надо стесняться, и публично заявил о своей консервативной позиции.


Произошло это 12 декабря, когда Путин зачитывал послание к Федеральному Собранию. В довесок была приведена неточная и вырванная из контекста цитата Николая Бердяева о том, что консерватизм-де не препятствует движению вверх, а заодно и препятствует сползанию в первобытность. Видимо, так он хотел успокоить тех, кому не по духу пришёлся используемый термин. Попутно президент обвинил (не указав конкретно) некоторые страны в том, что там понятия «зло» и «добро» приобретают равные значения. Также он записал себя в число тех, кто стоит на защите «ценностей традиционной семьи, подлинной человеческой жизни, в том числе и жизни религиозной, жизни не только материальной, но и духовной, ценностей гуманизма и разнообразия мира».


Получился, на первый взгляд, стандартный набор постулатов прилизанного консерватора. В то же время, вождь явно ориентировался на людей недалёких, не привыкших к анализу сказанных слов. Сейчас попробую объяснить данное утверждение.


Начнём с того, что Бердяев в исходной цитате говорил о консерватизме «не как о политическом направлении и политической партии, а как об одном из вечных религиозных и онтологических начал человеческого общества». Впрочем, то, что спичрайтеры Путина выдернули фразу из контекста, является отнюдь не самым слабым местом в данном пассаже.


Куда интереснее тот факт, что консерватизм в понимании Путина противопоставлен регрессу и деградации. Президент явно намекает на «упадок» в западных странах, вздумавших отказаться от сохранения прежних идеалов. Знаете ли, друзья, что подобного рода словоблудием правители России занимаются с периодическими перерывами вот уже несколько столетий. Достаточно вспомнить, какую реакцию у отечественных «любителей старины» вызвали идеи Просвещения и вскормленная ими Великая Французская революция. А ведь эти идеи и события стали важнейшими вехами в развитии буржуазной демократии в мире, а также того самого либерализма, являвшегося на протяжении определённого периода времени прогрессивным явлением, ибо направлен был на уничтожение пережитков феодализма и стабилизации капиталистической модели экономики. И вот мы видим, как наш «монарх» повторяет «сказку про белого бычка»: Запад духовно разлагается, катится в дикость и т.д. и т.п. Спасибо, господин Путин, мы это всё проходили — причём не раз.

А как категорично судит президент о таких категориях, как «добро» и «зло»! Словно он живёт в реалиях саги «Властелин колец» или в одном из старых фильмов со Шварценеггером — там, где свет и тьма чётко определены и противопоставлены друг другу. Те, кто готовили Путину речь, поступили правильно, не подкрепив данные слова примерами — ибо те обнажили бы глупость сего утверждения. Я понимаю, что Путин, всячески поддерживающий процесс клерикализации российского общества и позиционирующий себя как человек верующий, может считать, что категории «добра» и «зла» предопределены неким высшим разумом и им же противопоставлены друг другу. Но такого рода умствования разбивает в пух и прах сама реальность и история развития человечества.


Даже идеалист Гегель подробно описал факт того, что нет в этом мире ничего неизменного. В свою очередь, диалектический материализм, выросший отчасти из гегелевской философии, показал это во всей полноте и многообразии. Закон единства и борьбы противоположностей вскрывает внутренние противоречия явлений и процессов, показывает их неоднозначность. Закон отрицания отрицания гласит о том, что в ходе развития многие системные принципы меняются на противоположные им, и это нормальный процесс. Экономический и политический строй, нормы морали и нравственности (я уже не говорю о моде и многих других динамичных явлениях) подвержены изменениям в ходе закономерного появления альтернатив, противопоставленных существующему порядку вещей. Мир изменчив и противоречив — но такому демагогу, как г-н Путин, «красное словцо» дороже хотя бы относительной истины.

А как замечательно намешаны в данном послании всего в одном предложении и защита «традиционной семьи», и «подлинная человеческая жизнь» (в том числе, и религиозная), и много другого. Для начала, хочется указать на присутствующий здесь метафизический взгляд на семью, как на нечто постоянное и статичное. Что же такое «традиционная семья» в представлении Путина? То, что образуется в результате брака в наши дни, или же «первичная ячейка общества» 50-70-летней давности, или, быть может, то, что существовало 200-300 лет назад? Это различные модели семьи — и это необходимо понимать. «Законсервировать» семью невозможно, исходя хотя бы из экономических предпосылок.


Если под «традиционной» понимать патриархальную семью, то она сложилась как первичная хозяйственная единица общества. Первенство мужчины было обусловлено экономическим укладом, ставившим во главу угла обладателя бОльшей физической силы. Как мы понимаем, та же самая семья крестьянина или ремесленника в условиях неразвитой технической базы, держалась, в основном, на мужчине, на его силе. Женщина выполняла детородную функцию и помогала по хозяйству, что закономерно отодвигало её на второй план и делало её зависимой от мужа. Со временем прогресс подготовил необходимую техническую базу для того, чтобы не столь сильная физически женщина также получила в производственном процессе своё значимое место. Автоматизированное производство, нужда в расширении бюрократического аппарата — это и многое другое вывело женщину из тысячелетнего ярма, сделало относительно независимой. Эмансипация женщин стала закономерным итогом этих процессов, и вот мы видим, как т.н. «слабый пол» даёт фору мужчинам во многих сферах. У свободной и экономически независимой женщины нет нужды терпеть ненавистного супруга, есть возможность самой предопределять своё будущее. В таких условиях «традиционная семья» более невозможна. Она разрушена самим историческим процессом и восстановлению не подлежит — всё идёт именно так, как предвещал Энгельс. Кстати, именно в таких условиях становится возможным узаконивание однополых браков. К последнему можно относиться по-разному, но отрицать закономерность прихода к этому представляется бессмысленным.


Вернуть «традиционную семью» Путин может только путём лишения женщин части прав (в том числе, прав на некоторые профессиональные занятия и обучение). Может быть, в этом он и его единомышленники найдут «истинную человеческую жизнь»? Впрочем, один религиозный деятель из Томска уже предложил официально называть матерей-одиночек нецензурным словом на букву «б» — после такого в «человечности» консерваторов не приходится сомневаться. Конечно, любимый их «конёк» — проблема воспитания семей в неполных семьях. Мы — левые — понимая всю бессмысленность решения её путём возвращения к старому, выступаем за усиление общественных механизмов поддержки и воспитания подрастающих поколений.


Таким образом, мы видим, что путинский «консерватизм» является, с одной стороны, демагогическим бредом, а, с другой стороны — он прикрывает закономерную позицию правящих слоёв России, чьи интересы представляет и защищает президент, — бизнеса и бюрократии. В свою очередь, социалисты (я, разумеется, не имею в виду клоунов из КПРФ) всегда были сторонниками закономерного прогресса человечества и противниками консерватизма. «Левый» всегда было и есть синонимом слова «прогрессист» — не смотря на старания косной советской номенклатуры. И здесь мы видим неразрешимое противоречие между нами и правящими слоями общества, старающимися изо всех сил удержать воду в сите. Не смотря на все зигзаги и противоречия исторического процесса, фиаско консерваторов здесь представляется предрешённым.

ОРИГИНАЛ



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире