Ну, допустим, эпоха Великого Карантина закончится же рано или поздно.

И вот наступит странное, поначалу робкое и не уверенное в себе пост-карантинное время, бурно рефлексирующее на все, только что прошедшее и пережитое.

Это будет время галопирующего фольклора, фонтанирующего анекдототворчества, которое рождается, растет и крепнет уже и теперь, но будет оно цвести и длиться ещё какое-то время и после.

Так, смеясь и как бы резвяся и играя, мы будем расставаться с недавним, похожим на затяжное коллективное сновидение прошлым. Так посредством испытанного историей самолечения мы будем пытаться привести в хотя бы относительный порядок свое травмированное карантином коллективное бессознательное.

Но пройдёт время, и уходящая за исторический горизонт эпоха властно потребует эпоса, потребует овеществленной памяти о себе, выраженной в монументальных формах, потребует поэм и романов, высокобюджетных кинофильмов и отдельной главы в школьном учебнике истории, потребует бронзы, гранита и мрамора.

Я хорошо представляю себе мемориальную «Аллею героев Карантина», по обеим сторонам которой высятся символические бронзовые фигуры Врача, Медсестры, Курьера, Доставщика пиццы, Машиниста метро, Дворника, других не всегда и не всем заметных подвижников нашего удивительного времени.

Я даже примерно знаю, кто получит эти почетные заказы. Я с закрытыми глазами вижу эти, прости господи, изделия скульптурного искусства. Настолько ясно я их вижу, что хоть глаза не открывай.

Но визуальные образы подлинных победителей коронованного аспида, на время захватившего наш прекрасный и яростный мир – но визуальные образы доблестных и благородных антител и их неведомой пока долгожданной и желанной подруги Вакцины — пока еще прячутся от моего воображения, как бы я это свое воображение ни подстегивал.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире