rtvi_noise

Алексей Пивоваров

13 февраля 2019

F

Депутат Госдумы Наталья Поклонская дала большое интервью Алексею Пивоварову и Тихону Дзядко в программе «На троих».

Наталья Поклонская рассказала:

  • Почему она проголосовала «против» пенсионной реформы, но в то же время — во всем согласна с Путиным

  • Разочаровалась ли она в «Единой России» и почему считает, что сейчас «кругом измена, трусость и обман»

  • Сколько таких же людей, как арестованный сенатор Арашуков, по ее мнению, еще работает в парламенте

  • Чем Госдума напоминает ей Генпрокуратуру Украины после Майдана

  • Почему теперь она против запретов фильмов в России

  • Считает ли она себя «хайпожором» и как относится к своей популярности в интернете 

Тихон Дзядко:

Мы всегда начинаем программу с актуальных событий. Вот буквально на прошлой неделе вы стали ньюсмейкером, предложили вернуть в Россию УБОП (управление по борьбе с организованной преступностью). В частности, вы сказали следующее: «В 90-е они не исчезли, они переросли, они приобрели новую форму, форму власти. Они обросли, они легализуются». Кого вы имеете в виду?

Наталья Поклонская:

Вообще управление по борьбе с организованной преступностью для меня — это родное управление. Потому что я длительный период времени прослужила в органах прокуратуры Украины и непосредственно в спецподразделении, которое надзирало за другими спецподразделениями по противодействию организованной преступности. Конечно же, все уголовные дела, которые находились в моем производстве, по которым я поддерживала государственное обвинение в судах, это уголовные дела с признаками ОПГ. Сейчас это преступное сообщество, бандформирования и тому подобное.

Сегодня в последних новостях мы наблюдаем, что член Совета Федерации Рауф Арашуков — человек, который на протяжении многих лет совершал ряд преступлений. Это не секрет. Об этом впоследствии стало известно всем. Но он тем не менее занимал такую высокую должность, имел неприкосновенность, и ничего не происходило. Почему? Значит, что-то не сработало в нашей правоохранительной системе. К примеру, в 2013—2014 годах, еще накануне референдума, на Украине УБОП существовал. В России, я знаю, УБОП был ликвидирован в 2008 году. Может быть, как раз на сегодняшний день уже возникла необходимость того, чтобы пересмотреть этот вопрос.

Тихон Дзядко:

Несомненно. Вы говорите: «90-е приобрели новую форму, форму власти». То есть, вы говорите о криминале во власти. О ком идет речь?

Наталья Поклонская:

Я говорю о криминале, который, к сожалению, никуда не исчез. Он есть, но он трансформировался. Он оброс связями, он стал такой махровый.

Алексей Пивоваров:

Он проник во власть?

Наталья Поклонская:

Он всяческими способами пытается проникнуть во власть для того, чтобы легализовать себя. То есть для того, чтобы получить определенную силу и повлиять на какие-то решения в нашей стране, в любом субъекте нашей страны. Поэтому, конечно, я считаю, что возвращение к вопросу о целесообразности функционирования такого спецподразделения, которое непосредственно будет работать в данном направлении, сегодня актуально.

Алексей Пивоваров:

А вам не кажется, что это будет плохим политическим знаком? Через 19 лет Владимира Путина и через 11 лет после расформирования УБОПа мы приходим к тому, что организованная преступность везде, в том числе во власти.

Наталья Поклонская:

«Организованная преступность везде, в том числе во власти». Вы знаете, так говорить нельзя по той причине, что нельзя все обрисовать одной большой преступной группировкой. Нет. Преступность есть, она никуда не денется. Вот сколько существует общество, столько существует и преступность, и она будет. Просто нужно создавать такие рычаги и механизмы борьбы с этой преступностью, чтобы она знала свое место.

3050761
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Алексей Пивоваров:

То есть нынешних недостаточно?

Наталья Поклонская:

По всей видимости, недостаточно. Потому что такие яркие примеры, как Арашуков, являются свидетельством тому, что, на самом деле, недостаточно.

Алексей Пивоваров:

По вашим представлениям, сколько еще таких людей, как Арашуков, в парламенте России, Совете Федерации и Госдуме?

Наталья Поклонская:

Самое главное, чтобы это представление было у определенных служб, которые функционируют и работают по данной теме.

Алексей Пивоваров:

Это бесспорно. Вы опытный человек, вот по вашим представлениям?

Наталья Поклонская:

Опыт — это одно, а полномочия — это совершенно другое. Если ты имеешь полномочия по выявлению таких лиц, которые сидят во власти, по пресечению их деятельности — это уже как раз-таки то…

Тихон Дзядко:

Мы же не просим вас назвать конкретные фамилии, мы здесь не в суде находимся и не в прокуратуре. Просто вы возглавляли антикоррупционную комиссию, вы работаете в органах правопорядка всю свою жизнь. Поэтому, очевидно, у вас есть какое-то представление о том, что происходит.

Наталья Поклонская:

Ну, я же не могу знать цифру, какое количество людей.

Тихон Дзядко:

Но они есть?

Наталья Поклонская:

Ну конечно есть.

Алексей Пивоваров:

Давайте про антикоррупционную комиссию, которую Тихон упомянул. Мы помним, что ее недавно расформировали, ту самую комиссию, которую вы возглавляли. Сами вы объясняли, что перед этим вы написали в правоохранительные органы как раз на одного из ваших коллег-депутатов, которого вы заподозрили в том, что он украл примерно один миллиард рублей. Вы еще уточнили, что речь идет о председателе комитета, фамилию вы не назвали. Мы правильно понимаем, что это настолько могущественный человек, что стоило вам привлечь к нему внимание, как вашу комиссию сразу расформировали?

Наталья Поклонская:

Начнем с того, что та предыдущая комиссия, которую я возглавляла, рассматривала материалы, поступившие ко мне из правоохранительных служб: ФСБ, МВД, Генеральная прокуратура. А также жалобы граждан. Вообще жалобы граждан, общественных организаций, объединений, политических партий, кого угодно.

То есть поступил сигнал — я принимаю это обращение и информацию для определенных служб и выношу на заседание комиссии. Комиссия рассматривает все эти бумаги и приходит к выводу: да, действительно есть основания полагать, что в деятельности такого-то депутата могут усматриваться признаки коррупционного правонарушения. Только потом мы через комиссию принимаем решение для того, чтобы ведомства, определенные службы, которые имеют полномочия и компетенцию, уже начинали проводить проверку. Ко мне поступила такая информация в отношении председателя комитета Госдумы.

Алексей Пивоваров:

А от кого, можете сказать?

Наталья Поклонская:

Я не могу говорить, потому что информация была со знаком «Для служебного пользования». Поэтому разглашать я не имею права ни фамилию, ни от кого поступило. Это было от субъекта обращение.

Тихон Дзядко:

От субъекта — в смысле, от физического лица?

Наталья Поклонская:

Нет, субъектом обращения в комиссию могут быть как частные лица, так и спецслужбы определенные. Конечно же, я эту информацию вынесла на рассмотрение, комиссия посчитала, что нет достаточных оснований для проведения проверки. Но тем не менее мной были направлены соответствующие письма в компетентные органы для того, чтобы они начали прорабатывать этот вопрос, поскольку там бюджетные деньги. Около миллиарда рублей. Бюджетные деньги, которые были выделены под определенные цели, и как раз-таки получили эти деньги родные председателя комитета.

Алексей Пивоваров:

Вскоре вам прилетела вот эта вот «обраточка», да? То есть, вашу комиссию расформировали.

Наталья Поклонская:

Это было не одно обращение, не одна информация. Помимо этого депутата и председателя комитета в моих письмах, которые были направлены в компетентные органы, фигурировал еще ряд депутатов. Непростые письма: о наличии у этих депутатов имущества, недвижимости за рубежом, которые не были задекларированы, о наличии счетов, и другая информация, которая также мной была направлена в соответствии с положением в компетентные органы. К сожалению, я теперь не могу посмотреть результат, что эти компетентные органы вывели.

Алексей Пивоваров:

То есть, вам отомстили? Вас поставили на место?

Наталья Поклонская:

Нет. Конечно, публично и официально было озвучено, что необходимо усовершенствовать работу комиссии, поэтому…

Алексей Пивоваров:

Нет, подождите, это официально. А на самом-то деле?

Наталья Поклонская:

Я не знаю, может быть заведено так в политике — прямо не говорить, все завуалировано как-то для усовершенствования работы. Публично в глаза мне никто ни претензий, ни наказания за неправильное голосование по пенсионной реформе не высказывал. То есть, это было сказано только представителям СМИ о том, что сейчас думают о наказании Поклонской, и все. Потом последовало решение о ликвидации моей комиссии. Ну и, естественно, о замене председателя комиссии.

На сегодняшний день председателем комиссии является Аршба. Он ранее возглавлял комиссию по этике. Голосование происходило тоже интересно. Я, кстати, присутствовала на голосовании по выбору председателя комиссии, но не участвовала в голосовании. Все остальные шли, причем уверенно и радостно. С улыбкой на лице голосовали те депутаты, в отношении которых мной были направлены письма.

Тихон Дзядко:

А эти депутаты вам что-нибудь говорили? Они ведь знали, что вы направили.

Наталья Поклонская:

Нет, они только улыбались. Один, кстати, додумался сказать, уже после того, как меня переизбрали: «Ну что? Что мы теперь с тобой будем делать?». Я говорю: «В смысле?». «Ну что, вот ты направила письмо по мне, а теперь как? В суд обращаться на тебя?». Я говорю: «Имеете право. Хоть в суд, хоть куда». То есть это так было интересно, даже несколько смешно.

Я провела параллель. В Генеральной прокуратуре Украины, когда уже случился этот Майдан, ко мне пришел мой бывший обвиняемый по мошенничеству, с автоматом на груди, они же герои революции…

Алексей Пивоваров:

Это было в Крыму, да?

Наталья Поклонская:

Нет, это было в Киеве. Я в Киеве работала. Он пришел с автоматом. Активист, майдановец, захватили власть — мой обвиняемый. Он украл у государства много денег. Он заходит в кабинет, садится передо мной, ногу на ногу и говорит: «Ну, что мы теперь с тобой будем делать?»

Тихон Дзядко:

То есть, вы сравниваете то, что происходит в Государственной Думе, с тем, что происходило в Киеве в феврале 2014 года?

Наталья Поклонская:

Это поведение, когда мужчина приходит к тебе и говорит: «Ну что мы теперь с тобой будем делать?» Понимаете?

Тихон Дзядко:

Скажите, Наталья, вы не разочаровались в Госдуме, в «Единой России», которая за вас не вступилась в этой ситуации?

Наталья Поклонская:

Знаете, разочарование — это какая-то эмоция. Самое главное, чтобы люди не разочаровались, вот это самое главное.

Тихон Дзядко:

Просто здесь смотрите как получается, происходит событие в Киеве, потом происходит событие в Крыму, и вы становитесь одним из символов того, что называлось тогда «русская весна». Вы на всех государственных телеканалах, вы становитесь депутатом Государственной Думы, а потом происходит то, о чем вы рассказываете.

Наталья Поклонская:

А потом вдруг грязь.

Тихон Дзядко:

Как же так?

Наталья Поклонская:

Ну это работа. Я, знаете, к этому привыкла в прокуратуре. Когда ты делаешь свою работу, если тебя постоянно хвалят — что-то не то.

Алексей Пивоваров:

Назовите хоть одну фамилию из депутатов. Вот кто вам говорил это «что нам теперь с тобой делать»?

Наталья Поклонская:

Я не могу этого сделать. Потому что будет некрасиво и некорректно.

Алексей Пивоваров:

Но с вами поступили тоже, так скажем, не очень красиво.

Наталья Поклонская:

Пусть. Я не знаю, как этот мужчина поступил, но я поступлю по-мужски. Я этого говорить не буду. Может быть, он услышит.

Алексей Пивоваров:

А председатель комитета — он же член «Единой России», я правильно понимаю?

Наталья Поклонская:

Нет.

Алексей Пивоваров:

Не член «Единой России»?

Наталья Поклонская:

Нет.

Алексей Пивоваров:

Это мы сужаем уже круг поисков. Председатель комитета, не член «Единой России»… Хорошо. Мы посмотрим обязательно, кто там у нас не член «Единой России».

Тихон Дзядко:

Можно еще спросить: его партия из двух слов, или из одного слова, или из четырех?

Алексей Пивоваров:

А почему вы не уйдете из «Единой России»? Ведь в том году было много публикаций, что сама партия вас выталкивает.

Наталья Поклонская:

Я не член партии. Я выдвинута от фракции.

Алексей Пивоваров:

Да. Почему вы не выйдете из фракции и вообще не покинете Госдуму, например?

Наталья Поклонская:

Мне доверили определенный участок работы, и я ее выполняю по совести. Мне поручили тот объем работы, который я делаю. Я же не просто так приняла решение пойти в Думу после прокуратуры. Кстати, я остаюсь сотрудником прокуратуры, но временно на выборной должности нахожусь, поэтому выполняю те обязанности, которые мне поручены.

Алексей Пивоваров:

Вас же лишили рычагов. Вы даже не можете посмотреть на результаты ваших запросов, которые вы отправляли. Вы сами говорите.

Наталья Поклонская:

Это то, что касается комиссии. Да, я уже не председатель комиссии. Было принято такое решение — значит, оно кому-то нужно. Пусть поработают с другим председателем комиссии. Я выполняю работу и помогаю людям. Ко мне за прошлый год обратилось более 3,5 тысяч людей. Вы представляете столько обращений?

Это письменные обращения. Я за все обращения отвечу. Потому что те обращения, в которых указана какая-то такая важная проблематика, мы стараемся брать на контроль и отслеживаем, что сделали соответствующие министерства, ведомства, МВД, прокуратура. Потом люди пишут много благодарственных писем.

Алексей Пивоваров:

То есть, вы считаете, что на этом посту вы принесете больше пользы, чем себе морального вреда. Я правильно вас услышал?

Наталья Поклонская:

Я буду выполнять ту работу, которая мне поручена руководством страны. Люди в меня верят, люди обращаются, люди доверяют — я обязана оправдать это доверие. А просто так сиюминутно подумать, что меня здесь обидели, и пойду-ка я в другое место, — я не могу так. Это неправильно. С моей стороны будет неправильно.

Алексей Пивоваров:

В том году вас не взяли в ОНФ [Объединенный народный фронт].

Наталья Поклонская:

А я не просила меня брать в ОНФ.

Алексей Пивоваров:

На самом деле, у RTVI есть инсайдеры, которые рассказывали, что эта идея всерьез обсуждалась, вас прочили на довольно высокую позицию, и не взяли в конце концов с закулисной формулировкой: «Она слишком дикая и неуправляемая».

Наталья Поклонская:

Это плохо?

Алексей Пивоваров:

Мы вас хотим спросить, что это значит?

Наталья Поклонская:

Ну это надо спросить у ОНФ, что это значит. Я о такой характеристике не знала.

Алексей Пивоваров:

Ну, давайте так, по-человечески, как вам такая характеристика, Наталья?

3050765
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Наталья Поклонская:

Неуправляемая… А кто мной хотел управлять? Хочу посмотреть на этого человека.

Алексей Пивоваров:

Подозреваю, тот же, кто управляет ОНФ. Как вы говорите, высшая власть.

Наталья Поклонская:

Значит, что-то у него не сложилось. Но в ОНФ меня никто не звал. Я не просилась. Если честно, желания у меня такого не было и нет.

Тихон Дзядко:

Скажите, по поводу управляемости и неуправляемости. Вы голосовали против пенсионной реформы, как уже было упомянуто, а как же партийная дисциплина? Неужели с вами не разговаривали, не говорили «надо»?

Наталья Поклонская:

Да, разговаривали. Со мной разговаривали, и не только со мной: с теми депутатами, которые изначально хотели голосовать против, не были согласны. Говорили, что лучше поддержать, лучше «дружить», нежели «не дружить» и переписаться в статус…

Алексей Пивоваров:

Дикого и неуправляемого.

Наталья Поклонская:

… врага. Неуправляемого. Я на момент разговоров с руководством Думы и фракции сказала, что не знаю, какое решение я вынесу. Я пообещала, что я буду думать. Думать до последнего. Честно скажу, мы дома с мужем сидели вечером перед голосованием эту пенсионную реформу и так, и так уже перекручивали. Я не знала, что делать. Я понимала, что проголосую против и автоматически попаду в статус «врага государства», в нехороший статус. Поддержать в таком виде, в котором была пенсионная реформа, я тоже не могла. Знаете почему? Да потому что завтра после нас останутся наши дети, а как они будут жить? «Спасибо» они нам скажут за такую пенсионную реформу? А мне стыдно, я не хочу.

Я сразу вспоминаю работу в прокуратуре. Иду в уголовное дело поддерживать обвинение. По процессу я вижу, что вина не доказана. Человек сидит уже четыре года. Я иду к прокурору и говорю: «Либо вы меня отстраняете, меняете и другого прокурора назначаете, но я здесь не буду просить ему срок и признавать виновным. Я дело заберу на ДС (доследование — прим.)». Прокурор либо меня меняет, но я его предупреждаю, либо дает добро, чтобы я поступала так, как я считаю нужным. Потому что я отвечаю за это дело, я гособвинитель.

Здесь же я сказала: «Я буду думать». Перед этим написала пост, что за такую пенсионную реформу буду голосовать против, потому что крымчане начали интересоваться. Вот в момент голосования в Думе на пленарном заседании выступали министры, председатели фракций, депутаты, которые поддерживали пенсионную реформу. Я пыталась услышать хотя бы один убедительный аргумент, которым бы себя заставила поддержать эту пенсионную реформу. Я его не услышала.

Я в переписке находилась с мужем. Я ему пишу: «Я не могу проголосовать. Я, наверное, не буду голосовать. Нет, «не буду голосовать» — это вообще позиция какая-то трусливая». Ну не годится так. Поэтому проголосовала против. Ко второму чтению я внесла свои предложения. Я не просто огульно говорю: «Нет, я не согласна». Я понимаю, что нужна какая-то реформа, но реформа в пользу. Мы сидели думали по этой пенсионной реформе, что можно предложить. Мы предложили: оставить прежний возраст…

Алексей Пивоваров:

Были приняты ваши предложения?

Наталья Поклонская:

Были приняты к изучению, но были отклонены.

Алексей Пивоваров:

И вы опять проголосовали против?

Наталья Поклонская:

Я голосовала за свои поправки, за поправки президента, а по пенсионной реформе во втором и третьем чтении, в том, в котором она принята, — против.

3050767
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Алексей Пивоваров:

Смотрите, но ведь президент потом поддержал эту пенсионную реформу.

Наталья Поклонская:

Да, но с поправками. Он внес свои поправки для смягчения.

Алексей Пивоваров:

Но не те поправки, которые вы предлагали.

Наталья Поклонская:

Не те.

Алексей Пивоваров:

Получается, вы не согласны с президентом?

Наталья Поклонская:

Нет, я не согласна с пенсионной реформой.

Алексей Пивоваров:

Подождите, но президент ее подписал — значит, вы не согласны с президентом.

Наталья Поклонская:

Я поправки президента поддержала, а президент подписывает закон, который был принят нами. Может быть, даже президент думал и надеялся, что в Думе кто-то встанет и скажет, что как-нибудь по-другому этот законопроект нужно было внести.

Тихон Дзядко:

Вы сейчас серьезно это говорите, Наталья? Что президент надеялся, что в Думе что-то произойдет, а он будет вообще ни сном, ни духом.

Наталья Поклонская:

Нет. Президент не может быть ни сном, ни духом. Это понятно. Но для чего Дума? Вот для чего она?

Тихон Дзядко:

Дума для того, чтобы принимать законы.

Наталья Поклонская:

Правильно.

Алексей Пивоваров:

«Дума — не место для дискуссий», — я могу вспомнить знаменитую цитату.

Наталья Поклонская:

Дума, как говорит Вячеслав Викторович Володин, это место для дискуссий. Для того, чтобы мы обсуждали тот либо иной законопроект и его поддерживали, если это правительственный, принимали или не принимали. Президент после Думы подписывает. Президент подписывает тот законопроект, который принят Думой и Советом Федерации.

Тихон Дзядко:

Это процедура, это мы все прекрасно знаем.

Наталья Поклонская:

Процедура, правильно.

Алексей Пивоваров:

Хорошо. У меня другой вопрос, я уточню. Вы сказали, что вы чувствовали, что вы не проголосуете и попадете в список «врагов». Вы себя сейчас чувствуете в списке «врагов» в Государственной Думе, во фракции «Единая Россия»?

Наталья Поклонская:

Это смотря у кого какой список, кто ведет этот список. Относительно фракции «Единая Россия» я надеюсь вообще на мудрость. Потому что опытные люди там работают и занимают определенную должность руководящую в этой фракции. Я надеюсь на то, что все-таки опыт, мудрость и желание работать во благо людей, а не такая «злая память» в отношении…

Алексей Пивоваров:

Вас.

Наталья Поклонская:

Да, в отношении меня. Все-таки мудрость и благородство возьмут верх.

3050769
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Тихон Дзядко:

Но после этого вам легко было общаться с коллегами или они говорили…

Алексей Пивоваров:

Ну вот они и улыбались, ты же слышал.

Наталья Поклонская:

Нет, некоторые коллеги, даже по фракции «Единая Россия», подходили и говорили, что я большая молодец: «Семья передает большое спасибо, что вот вы смогли проголосовать против».

Алексей Пивоваров:

Это в кулуарах они говорили?

Наталья Поклонская:

Да, в кулуарах.

Алексей Пивоваров:

То есть в зале они проголосовали как надо…

Наталья Поклонская:

Они сказали, что они не могли по-другому, потому что у них дети, семья и все остальное.

Тихон Дзядко:

Но вы-то смогли, у вас тоже дети.

Наталья Поклонская:

Да, у меня тоже дети, у меня тоже семья, но у меня и люди, к которым я приезжаю в Крым. Они ко мне сотнями приходят, смотрят и тоже мне говорят: «Спасибо большое». А это, наверное, самое главное.

Тихон Дзядко:

Да.

Алексей Пивоваров:

Поехали дальше. Слушайте, прежде чем поедем дальше, там сложные вопросы… Просто то, что я хочу сказать, надо сказать сейчас, пока мы не перешли к этим темам, которые нас, наверное, разделят. Я не ожидал, что вы мне будете так симпатичны. Правда. Я думал, придет совершенно другой человек. Не понимаю, правда, что вы делаете в Госдуме после всего того, что вы сказали. Мне приятно с вами говорить, Наталья! Я удивлен.

Наталья Поклонская:

Спасибо большое.

Тихон Дзядко:

Давайте сменим тему. Запись из вашего твиттера: «Вчера встретились со съемочной командой фильма «Ополченочка»». Как понятно из дальнейшей записи, фильм снимается где-то на территории самопровозглашенной ЛНР. Кого вы там играете?

Наталья Поклонская:

Я играю себя.

Алексей Пивоваров:

Большая роль? Расскажите подробней.

Наталья Поклонская:

Нет, у меня буквально минуточки три-четыре. Вообще сюжет фильма про ту ужасную, безобразную ситуацию на Донбассе, эту войну страшную. Вынуждено три девушки идут в ополченцы, они «ополченочки» и защищают Донбасс.

Тихон Дзядко:

И вы одна из ополченочек?

Наталья Поклонская:

Нет, я не ополченочка. Я приехала четвертой, но не ополченочкой, а Натальей Поклонской, как символ «крымской весны», как символ восстановления справедливости, мира в Крыму. Такое восприятие у людей. Ассоциативно идет со мной восприятие «крымская весна». Понятно почему. Вот я приезжаю на Донбасс.

Я действительно туда приезжала как раз, у меня была командировка: я забирала деток Луганска и Донецка, которые нуждались в операции в Москве. 38 детей мы забирали и везли в Москву для того, чтобы в Тушинской больнице и в других специализированных больницах провели определенные операции. В этот момент, когда я была в Луганске, перед встречей с детьми, с родителями, с Министерством здравоохранения, я снялась в этом фильме.

Буквально час этих съемок. Была большая пресс-конференция. Я приехала по сюжету как символ «крымской весны», мне Грэм Филиппс… Там есть журналист такой Грэм Филиппс…

Тихон Дзядко:

Это журналист из Англии, который очень много работает на востоке Украины. Он блогер скорее.

Наталья Поклонская:

Да. И они спрашивают, что я увидела здесь на Донбассе, как я характеризую, все такое жизненное. Я говорила совершенно не по сценарию, просто свои слова. Для меня это было сложно. Потому что когда мы первый раз сняли, первый дубль, думаю: «Ну, слава богу, все. Все хорошо». Потом режиссер подъезжает на этой своей штуке, которая ездит, и говорит: «Все отлично, все замечательно, все прекрасно, а теперь второй дубль!» И все с самого начала. Я-то своими словами говорила. То есть это все с самого начала раз 20 надо было повторить. Очень интересно. Фильм хороший. Конечно, есть сцены… Ой, жуткие, но этого не выбросишь.

По поводу жутких сцен немного отвлекусь, я заключала сделку с нашим террористом в Крыму, который пытался взорвать здание прокуратуры и меня. Он установил взрывное устройство. Это было в 2015 году. Мы его арестовали, он сейчас отбывает наказание. Но мы с ним (я как прокурор республики и он) заключили сделку: он рассказывал о тех преступлениях, которые не известны нам и были совершены на территории Донбасса. Я хочу сказать, что когда зрители увидят фильм «Ополченочка», там будут ужасные сцены, но они даже рядом не стояли с тем ужасом, который происходил на самом деле на Донбассе.

Тихон Дзядко:

Там идет война.

Алексей Пивоваров:

Да, как раз хотел спросить, вам же знакомо выражение «правда одного окопа»? Это значит — правда только одной стороны. Когда идет война, как мы все знаем, у каждого своя правда. Если я правильно понимаю, этот фильм как раз о правде одной стороны. То есть там все будет однозначно, я правильно понял?

Наталья Поклонская:

Там правда людей оставшихся, выживших, мирного населения, мам, родителей, которые не могут ребенка отправить в школу и сидят с ними в подвалах, деток, у которых на глазах погибли родители. Искалеченные судьбы. Вот эта правда.

Тихон Дзядко:

Если я правильно понимаю вопрос Алексея, то суть в том, что по другую линию фронта есть тоже дети, которые не могут пойти в школу, у которых погибли родители…

Наталья Поклонская:

Нет-нет, по другую линию фронта нет детей, которые не могут пойти в школу. Дело в том, что захватывают Донбасс. Они пришли на Донбасс, чтобы поменять идею.

Тихон Дзядко:

Снаряды летают по обе стороны.

Наталья Поклонская:

Дело в том, что ВСУ (Вооруженные силы Украины) отвоевывают часть Донбасса.

Тихон Дзядко:

У меня вопрос сейчас не политического свойства. Речь не об этом. Речь о том, что погибшие среди детей есть и по эту, и по ту сторону фронта, к сожалению. В этом фильме речь идет только про тех, кто находится по эту линию фронта?

Наталья Поклонская:

Я вам отвечу цитатой господина Порошенко. Он сказал так: «Наши дети будут ходить в школу, а их дети будут сидеть в подвалах».

Тихон Дзядко:

Да бог с ним с Порошенко, мы сейчас говорим с Натальей Поклонской.

Наталья Поклонская:

Я говорю, кто воюет. Воюет Украина в лице сегодняшних руководителей, Порошенко и другие его подельники, преступники. С кем они воюют? С ополченцами. Ополченцы сегодня на Донбассе — это вторая сторона окопа. Вот кто погибает? Погибают мирные люди.

3050771
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Тихон Дзядко:

Насколько мы знаем, погибают и те, и те, и еще и российские военные тоже.

Алексей Пивоваров:

Можно мы съедем с этой точки, потому что мы действительно здесь до конца программы будем дискутировать. Наталья, вы работали ведь в крымской прокуратуре при Украине, когда там была Украина. Известный факт, мы нашли в сети легко, что в 2005 году вы просили приговорить к 7,5 годам за сепаратизм активиста организации «Русская община» Виктора Сажина. Вы сейчас раскаиваетесь в этом?

Наталья Поклонская:

Да вы что. Наверное, кто-то пошутить решил, а вы подхватили это недостоверное высказывание. Кстати, я уже писала в интернете массу публикаций по этому факту. В 2005 году я при всем своем желании судить никого не могла, потому что была в декретном отпуске. Приговор подделали специально для публикации в интернете. Вписали вместо фамилии настоящего гособвинителя мою. Кстати говоря, в Армянске я никогда не работала, а суд в Армянске. Я работала либо в Красногвардейском районе, либо в Евпатории, либо в Симферополе.

Тихон Дзядко:

То есть, в материалы дела, которые опубликованы, ваша фамилия вписана?

Наталья Поклонская:

Вписана. Правильно. Дата, которая указана в приговоре — это дата моего нахождения в декретном отпуске. Я ребенка родила 10 января 2005 года. До этого была в декретном отпуске перед рождением ребенка. Поэтому кому это на руку? Ну, наверное, украинским обиженным людям, которые сегодня захватили власть на Украине и мучают украинский народ, чтобы меня как-то опорочить, рассказать, что я когда-то выступала гособвинителем у русских активистов. Ну это бред.

Алексей Пивоваров:

Такого вообще не случалось в вашей практике? В целом, когда вы работали гособвинителем, работая в Украине, вы никогда не сталкивались с делами о сепаратизме?

Наталья Поклонская:

Нет. Тогда даже не было названия «сепаратизм». Кроме того, в моей специфике, в моей работе, как я уже говорила, были в основном члены преступных группировок, убийства, диверсии, похищения людей, наркотики. То есть ОПГ. Я работала по этой линии, поэтому в Крыму я очень хорошо знаю всех товарищей из 90-х, очень хорошо знаю, где они сейчас. Это моя работа, это моя служба.

Алексей Пивоваров:

Мы помним, что в момент Майдана вы находились в Киеве, как вы вернулись в Крым? В какой момент?

Наталья Поклонская:

В Крым я вернулась уже после того, как нас, к сожалению, наши командиры без предупреждения оставили. Уехал наш генеральный прокурор Виктор Павлович Пшонка, и Виктор Федорович Янукович уехал. Мы остались одни. Прокуратуру нашу захватили. Начали сразу проводить некую такую люстрацию. Я уже рассказывала, когда обвиняемый пришел с автоматом. Потом представили нам нового исполняющего обязанности генерального прокурора Махницкого.

На представлении этого генерального прокурора исполняющим обязанности президента Украины Турчиновым кто-то из наших сотрудников, молоденький паренек, наверное, юрист третьего класса, поднял руку и говорит: «Можно я тоже скажу?» Вышел за трибуну и начал читать стихотворение про «Небесну сотню» и про Майдан, что это «Революція гідності» и тому подобное. В конце сказал, что очень ждали они этот переворот, наконец-то коррупционеров снесли, наконец-то пришли нормальные люди к власти, слава Украине. И из зала: «Героям слава!» И все хлопают, подымаются.

Я сижу, смотрю на своих коллег, с которыми мы дежурили на Майдане по преступлениям, с которыми мы дела возбуждали по госперевороту, в том числе и против Яценюка и остальных этих товарищей. Некоторые тоже остались сидеть и обомлели, но практически весь зал встал под этот фашистский лозунг. Вот тогда я для себя поняла (я сидела в форме), что мне стыдно. Я эту форму не могу надеть, потому что у меня деды воевали против фашистов. Мне стало так противно. Я понимаю: ну, все. Вот проработала, прослужила — и все. Я больше не буду.

Тихон Дзядко:

И после этого вы поехали в Крым?

Наталья Поклонская:

После этого я пошла писать рапорт на увольнение, сдала удостоверение. Мне вернули это удостоверение, сказали, что я очень устала, переволновалась, отпустили в отпуск с последующим увольнением. Я предупредила новое руководство, что возвращаться я не буду, я увольняюсь навсегда, после отпуска уже в увольнение. Собрала все свои вещи, попросила друзей перевести вещи из Киева в Крым, и я переехала 5 или 6 марта в Крым.

Алексей Пивоваров:

Не могу не спросить, а вот вы сейчас упомянули, что ваши руководители вас бросили, генпрокурор и президент Янукович. Буквально пару дней назад была пресс-конференция Януковича. Вы, когда его сейчас видите, какие к нему чувства испытываете?

Наталья Поклонская:

Он был главой государства. Я не понимаю, почему, когда мы все ждали от него приказа, этот приказ не поступил. Почему нас оставили. Почему никто не ответит за тех ребят, троих из которых мы привезли в гробах в Крым. Это сотрудники «Беркута».

Тихон Дзядко:

Вы имеете в виду приказы начать штурм Майдана?

Наталья Поклонская:

Убрать преступников с Майдана. Вы не представляете, что такое Майдан — это бешеные с кастрюлями на головах бегают с цепями. Обеспечить правопорядок.

Тихон Дзядко:

Ну я представляю, я там был. Суть не в формулировках. Мы с вами можем спорить или не спорить. Условно говоря, вы имеете в виду то, что называется на языке правоохранительных органов «зачистить»?

Наталья Поклонская:

Да. Почему он не отдал приказ нам очистить этот Майдан? Почему, когда мы брали под стражу активистов Майдана за причинение телесных повреждений сотрудникам «Беркута», военнослужащим, почему мы их арестовали, и через два дня нам поступает приказ их освобождать? Мы идем их освобождаем. Через еще два дня опять приказ: брать под стражу. Мы опять их под стражу. Такая катавасия на протяжении вот этого всего времени. Понимаете? Вот здесь, конечно, у меня немного такое есть чувство…

Алексей Пивоваров:

Вас предали.

Наталья Поклонская:

Непонимания, да. Тем не менее он глава государства, он спасал свою жизнь, но не обеспечил безопасность всей стране.

Тихон Дзядко:

Скажите, Наталья, вы в итоге посмотрели фильм «Матильда»?

Наталья Поклонская:

Нет, я не смотрела. Мне достаточно было сценариев: три сценария, причем совершенно разные. Первый, под который были выделены 280 миллионов рублей бюджетных денег. Второй, каким-то чудесным образом попавший вместо первого. Третий, который в итоге получился, и его изучали эксперты, сделавшие впоследствии заключение культурологической, исторической, религиоведческой экспертиз.

Тихон Дзядко:

Вам кажется, что фильм заслуживал таких страстей, экспертиз, жалоб, скандалов и всего прочего? Это просто фильм.

Наталья Поклонская:

Это вы у людей спросите, заслуживали ли люди, которые обращались тысячами…

Алексей Пивоваров:

Подождите, давайте за себя говорить. Просто к тому, что я, в отличие от вас, фильм посмотрел — оно мне очень не понравился. Мне кажется, очень слабое кино. Но вы слышали про то, что если искусственно создавать вокруг фильма то, что сейчас называется «хайпом», то вы только способствуете продвижению этого продукта? Фильма, не фильма — неважно.

Наталья Поклонская:

Да я это понимала. Но как мне по-другому поступить? Ко мне обращаются люди, я сделала первый шаг: назначила экспертизу. Поступил ответ с нарушением законов, никакой это не исторический блокбастер, как хотел представить его режиссер, а фальшивая подделка. Бюджетные деньги — 280 миллионов рублей — из федерального бюджета.

Алексей Пивоваров:

Это все правильные слова вы говорите. Конечно, все всегда у нас происходит после обращения граждан. Но понятно, что это ваше личное отношение, ваша личная история. Что у вас произошло с Николаем II, что вы так вступились за него?

Наталья Поклонская:

Наверное, это очень кому-то хочется представить моей личной историей. Это моя работа, это мое отношение, моя совесть, и честь. Все.

Алексей Пивоваров:

Подождите-подождите, как вы относитесь к Николаю II?

Наталья Поклонская:

Конечно, хорошо.

Алексей Пивоваров:

Вы считаете его святым?

Наталья Поклонская:

А он признан РПЦ святым. Конечно, я считаю его святым.

Алексей Пивоваров:

Вот, я и говорю, это ваше личное отношение. В какой момент Николай II стал для вас святым? Не для РПЦ, а для вас. Вы наверняка помните, как это случилось.

Наталья Поклонская:

Знаете, и Спаситель, и Пресвятая Богородица, и Николай Чудотворец, и Государь, и Спиридон Тримифунтский, и Святитель Лука — это все наши святые, которым мы молимся. Поэтому спросить, в какой момент для вас стал Николай II святым… Я, если честно, даже не знаю, как на этот вопрос можно ответить.

Тихон Дзядко:

Смотрите, давайте иначе. Факт остается фактом, что у Николая II был роман с Кшесинской.

Алексей Пивоваров:

У исторической личности, у человека Николая II.

Тихон Дзядко:

Об этом свидетельствуют десятки людей, в том числе Кшесинская и сам Николай II. В чем проблема художественного изложения этой истории?

Наталья Поклонская:

Я не знала, что вы общались с Николаем II, который свидетельствовал о своем романе с Матильдой Кшесинской.

Алексей Пивоваров:

Есть записи в его дневниках.

Наталья Поклонская:

Ну, записи в его дневниках изучали историки, которые и сделали экспертизу. Поэтому по данным вопросам лучше подискутировать с историками, имеющими образование историческое. Я, к сожалению, исторического образования не имею. Мое личное отношение и заключение тех людей, которые имеют специальное образование и познания в этой сфере, оно есть у меня на руках. Если надо для передачи, я передам.

Тихон Дзядко:

Я прошу прощения, вы можете просто пояснить. Вы считаете, что эти записи в дневниках подделка, или вы считаете, что из них не следует, что был роман?

Наталья Поклонская:

Вот когда я проведу экспертизу по этим записям в дневниках, то тогда скажу.

Алексей Пивоваров:

У вас было много другого, что происходило, когда вы боролись с этим фильмом. У вас была полемика с вашей коллегой Ириной Родниной. Вы тогда говорили: «Пора покаяться, понять, что предавать мы уже не можем». На что Роднина вам отвечала: «Вообще-то это Николай предал Российскую Империю и народ». Неужели вы, Наталья Поклонская, не возлагаете на Николая II никакой ответственности за русскую революцию 1917 года?

Наталья Поклонская:

«Пора покаяться, понять», — это слова из песни Стаса Михайлова «Покаяние». По поводу Ирины Родниной — это ее отношение. По поводу ответственности за последствия революции 1917 года — это тоже действительно ужасное, трагическое событие в истории нашей страны, которая была могущественной, великой державой и могуществом пугала все остальные страны. В один миг ее не стало. Кто виноват? Что сделать, чтобы такого больше не было? Николай II сказал так: «Кругом измена, трусость и обман». Скажите пожалуйста, сегодня эта фраза актуальна?

3050773
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Алексей Пивоваров:

Смотрите, я бы сказал, да. Но то, что так говорите вы, как член фракции «Единая Россия» в Государственной Думе, и человек с вашим бэкграундом, для меня является когнитивным диссонансом. Вы никак не должны, будучи тем, кем сейчас являетесь в общественной структуре России, говорить, что «кругом измена, трусость и обман».

Наталья Поклонская:

К сожалению, это так.

Алексей Пивоваров:

А вы можете объяснить, зачем на акцию «Бессмертный полк» вы вышли с портретом Николая II? Он же даже не участвовал во Второй мировой войне.

Наталья Поклонская:

У меня мой прапрадед погиб в 1915 году в городе Белосток под Польшей. Его портрет тоже участвовал в акции «Бессмертного полка» в тот день, 9 мая 2014 года, вроде бы. Его мои ребята несли. Я несла икону Государя. Я считаю, что все, кто погиб за нашу родину, имеют право быть и участвовать в акции «Бессмертный полк», потому что они положили жизни за нашу родину. Я горжусь своим дедом, я горжусь нашим государем Николаем II. Я ничего постыдного в этом не вижу. Нет ни одного закона, где бы было написано: «Запрещено». Ничего не запрещено.

Тихон Дзядко:

Завершая тему фильма «Матильда». После фильма «Матильда» пошли запреты кино, сразу несколько фильмов. Вы прекрасно знаете историю про неудачную прокатную судьбу фильма «Смерть Сталина». Вы знаете недавнюю историю про фильм «Праздник» режиссера Алексея Красовского. Вы поддерживаете этот тренд?

Наталья Поклонская:

Я не участвовала в этих исследованиях.

Тихон Дзядко:

Нет-нет, вы не участвовали, здесь просто ваше мнение интересно.

Наталья Поклонская:

Недавно был, кстати, законопроект принят во втором чтении, кажется, по запрету неприличного высказывания представителей власти в любой форме. То есть, сразу блокировка в интернете и административное взыскание на того, кто высказался в неприличной форме в отношении любого представителя государственной власти. Я голосовала против.

Алексей Пивоваров:

Это то, что Клишас внес.

Наталья Поклонская:

Да. Почему? Потому что представители власти и народные чаяния, ну, разное бывает в работе, в службе. Вот, допустим, забрал у нас автомобили эвакуатор, и гаишник там наглым образом еще что-то нехорошее сказал. Ну как? Ты же конечно ему тоже в ответ хочешь сказать что-то. Это чаяния людей. Это эмоция. Ты имеешь право высказать. Можно сказать «дурак», можно сказать еще какое-то слово — приличная это форма или неприличная? Кто разберет? Ну это эмоция, ее можно высказать.

Тихон Дзядко:

Это что касается этого закона. Что касается фильмов?

Наталья Поклонская:

А я говорю, что впоследствии такой закон был принят. А когда я говорила на протяжении года, что фильм оскорбляет чувства верующих, что под фильм были сворованы деньги, что наносится ущерб, оскорбление святых. Ведь никто не обращал внимания, а сегодня даже чиновников нельзя оскорбить. Вот какая тенденция пошла. Здесь кому как выгодно. Если здесь есть интерес запретить какое-то произведение искусства, то подымаются и запрещают. А если кому-то нормально, можно оскорблять святыни, веру, то оскорбляйте, пожалуйста. Я хочу сказать о том, что двойные стандарты.

Алексей Пивоваров:

То есть я это услышал так, что Наталья против запрета фильмов.

Наталья Поклонская:

Нужно относиться равнозначно, одинаково. Закон для всех один.

Тихон Дзядко:

Если бы «Матильду» запретили, то и эти фильмы тоже.

Наталья Поклонская:

«Матильда» сама провалилась.

Алексей Пивоваров:

Вы человек, как мы слышали, кинематографу не чуждый, в том числе не чуждый красивому видео. Можно нам показать прекрасное обращение Натальи Поклонской, поздравление с Новым годом? Зачем на лошади, Наталья?

Наталья Поклонская:

Вы знаете, так хотелось что-то сделать необычное и веселое, чтобы какая-то радость была. Ну вот как-то порадовать людей.

3050775
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Алексей Пивоваров:

Вам знаком такой интернет-термин «хайпожор»?

Наталья Поклонская:

Нет.

Алексей Пивоваров:

Это человек, который очень хорошо чувствует, где можно хайпануть, то есть собрать максимальное количество внимания, лайков, комментариев и за счет этого увеличить свою базу подписчиков, в том числе. Вот вы полностью соответствуете с этой лошадью Мирандой этому определению.

Наталья Поклонская:

Я в этих определениях не сильна. Ну как получилось. Сделала от души.

Алексей Пивоваров:

Вы следите за своей популярностью в интернете? Вы недавно стали героиней еще одного мема.

Наталья Поклонская:

Это где я на пресс-конференции со своим подчиненным? Да.

Алексей Пивоваров:

Там сидит ваш несчастный подчиненный, и масса всяких подписей было придумано. Все микрофоны у вас, а он сидит один, грустный, несчастный.

Наталья Поклонская:

Вот эти микрофоны я никогда в жизни не забуду. Потому что у меня не было опыта общения с прессой, а тут сразу в 2014 году. Я говорю: «Так, надо идти вперед, защищать родину», — хотела рассказать, что происходило в Киеве, на Майдане, Украина. Страх в глазах, глазищи огромные. Я приехала с такими впечатлениями страшными, и тут эти микрофоны, журналисты… Откуда их только не было…

3050777
Фотография: Иван Краснов / RTVI

Алексей Пивоваров:

Бог с ним. Вам приятна ваша слава в интернете?

Наталья Поклонская:

С одной стороны, конечно, любое внимание, любая хорошая слава для женщины приятны. Это, конечно, не скроешь. Но есть и обратная сторона медали.

Тихон Дзядко:

Это какая?

Наталья Поклонская:

А это то, что нужно всегда соответствовать. Это определенные обязательства на тебя накладывает. На тебя люди уже смотрят не так, как на обычного человека.

Тихон Дзядко:

В прошлом году ваш коллега, депутат Слуцкий, оказался в центре этого крупного скандала, связанного с обвинениями в домогательствах. На чьей стороне вы в той истории? На стороне Слуцкого или на стороне девушек-журналисток, которые ему эти обвинения выдвинули?

Наталья Поклонская:

Меня смутила одна история по поводу этих журналисток, которые показали аудиозапись, включили, везде в СМИ писали, о том, что это все произошло много лет тому назад. Два года или три года — я уж не знаю, потому что я не возглавляла комиссию по этике и не разбиралась в этом вопросе. Просто так вот со стороны —как-то уж не совсем по-честному. Если было домогательство — говорите сразу, или подавайте заявление, или претензию выдвигайте. Ну не спустя два года.

Тихон Дзядко:

Хорошо. Тогда они не решились, сейчас они решились. Вы здесь на чьей стороне?

Наталья Поклонская:

Ой, я отвечу по-прокурорски, если факт был, надо разбираться. Просто так обвинять нельзя. Если правда подтверждается, то нужно наказывать человека. Если это все пустословие и ерунда, то нужно наказывать человека, который оговаривает и клевещет таким образом, потому что это репутация. Я не знаю, что на самом деле произошло. Я считаю, что в данной ситуации надо установить истину, а потом я уж скажу, на чьей я стороне. Всегда потерпевших защищаю.

Алексей Пивоваров:

Как вам кажется, в России женщины и мужчины равноправны? Не де юре, а по факту.

Наталья Поклонская:

Да, мне кажется, все нормально, дискриминации нет.

Алексей Пивоваров:

Наш последний вопрос связан с законом, который был принят Госдумой до того, как вы туда пришли. Вы за него не несете ответственность, сразу оговоримся. Но нам бы хотелось узнать ваше к нему отношение. Это закон о запрете иностранного усыновления, закон Димы Яковлева, называемый также «законом подлецов». Что вы о нем думаете?

Наталья Поклонская:

Вообще, наши дети — это наше будущее, и нужно стараться делать так, чтобы наши дети, конечно же, жили в условиях безопасности. Иначе какое мы государство социальное, правовое, демократичное, если не можем обеспечить безопасность наших детей? Пусть это будет в нашей стране, и мы будем понимать, что с ними ничего плохого не произойдет. Родители находятся внутри России, желающие усыновить деток. Это нормально, это хорошо.

Алексей Пивоваров:

А если это американцы?

Наталья Поклонская:

Если это американцы, то необходимо проводить такую проверку, чтобы муха не пролетела. Я считаю, что детки должны оставаться у нас в нашей стране.

Алексей Пивоваров:

Поддерживаете этот закон?

Наталья Поклонская:

Поддерживаю.

Оригинал

Режиссер и сценарист Алексей Красовский дал большое интервью Алексею Пивоварову и Тихону Дзядко в программе «На троих».

Алексей Красовский рассказал:

  • Почему его вызывают на допрос в полицию (и почему он это игнорирует)

  • Боится ли он реального тюремного срока

  • Из-за чего YouTube заблокировал «Праздник» и может ли фильм выйти в широкий прокат

  • Почему местом действия картины режиссер выбрал именно блокадный Ленинград

  • Из-за чего у него не получилось сделать фильм про «закон Димы Яковлева»

  • Почему он считает, что российское кино ждет революция 

3040169
фото: Юрий Белят / RTVI

Алексей Пивоваров: «Интерфакс» сообщил, что вас вызывают в полицию. Когда вы идете и понимаете ли, о чем вас там спросят?

Алексей Красовский: Я понимаю, о чем с нами хотят поговорить. Это недвусмысленно дали понять и мне, и моему исполнительному продюсеру. Мы не ходим. Пусть приводят силой.

Алексей Пивоваров: То есть вам принесли повестку, а вы ее проигнорировали?

Алексей Красовский: Я все игнорирую: и звонки, и повестки, и все на свете. Пусть приводят силой. Пусть доказывают, что я преступник и вашим зрителям, и вам, и так далее. Я не преступник, я это доказал, показал в кино.

Алексей Пивоваров: Мы с Тихоном в этом не сомневаемся, но это неожиданный ответ. Я не ожидал.

Тихон Дзядко: Признаться честно, я тоже. Это все связано с какими-то финансовыми вопросами?

Алексей Красовский: Нами заинтересовались два следователя. Один искал экстремизм-терроризм — он перестал нас беспокоить, очевидно, не найдя ни того, ни другого. Второй занимается экономическими делами и коррупцией. У него есть помощники, которые продолжают нас домогаться, желают найти что-то крамольное в том, как мы сделали кино. Эти люди, догадываюсь я, не верят, что я снял фильм за свой счет. Доказать мне это несложно, но мне не хочется этого делать в принципе.

Тихон Дзядко: Вы сегодня в фейсбуке описывали какие-то сложности с получением переводов от зрителей. В чем суть?

Алексей Красовский: Ох! Знаете, нам не хватит передачи, чтобы рассказать. Я надеюсь, что я умею снимать кино, но, как выяснилось, собирать деньги таким образом я пока не умею. До того, как начать этот сбор средств, я открыл счет на PayPal. Выяснилось, что он охотно принимает пожертвования, но очень неохотно их отдает. Там нужно пройти сначала верификацию, потом идентификацию, потом прийти в «ларек», в который приходите, кладете паспорт, вам выдают чек, снимают 100 рублей — это не помогает. Вам нужно потом прийти еще раз. Словом, это долгая утомительная процедура.

Эти деньги пока зависли в этом облаке. Они приняты, но я не могу ими воспользоваться. Они не поступают на мои счета, хотя вроде бы счета я подтвердил. Я написал в фейсбуке краткое содержание этого всего: это безумно долго, утомительно и невероятно. То же самое примерно происходит со Сбербанком, который примерно одну девятую платежей переводит. То есть я вижу, у меня приходят сообщения, их много. Они приходят каждую минуту или каждые пять минут.

Алексей Пивоваров: То есть вам капают деньги, а вы не можете их забрать?

Алексей Красовский: А я их не вижу в Сбербанке. Я захожу, открываю платежку, а там нет этих денег. Просто их нет. С одной стороны, вроде бы поступили — по счету 900 я вижу какой-нибудь там… Мы часто с детьми читаем иногда сообщения, например, Марк Александрович перевел 100 рублей, а Зинаида Александровна — 300 рублей. Я говорю, что вот брат и сестра отправили деньги, брату не понравилось, а сестре понравилось. Комментируем, в общем. Это такое развлечение. Денег этих… Может быть, они когда-нибудь придут.

Алексей Пивоваров: Может быть, как раз об этом следователь и хочет рассказать, как нужно получить эти деньги.

Алексей Красовский: Наверное, но я сомневаюсь. Мы же тоже умеем гуглить этих людей по их телефонам, которые они оставляют, и видим тоже, чем они занимаются в свободное от работы время. Например: они продают конфискованный товар, автомобили.

Тихон Дзядко: То есть те люди, которые перечисляют…

Алексей Красовский: Нет, не те, которые перечисляют, а те, которые вызывают нас на допросы. Их номера мы видим, мы тоже умеем гуглить их номера, и видим, чем они занимаются.

Тихон Дзядко: Последний вопрос в этом направлении. YouTube блокирует-разблокирует при том, что уже больше миллиона просмотров, насколько я понимаю. Что происходит?

Алексей Пивоваров: Сейчас разблокировано все, да?

Алексей Красовский: Сейчас разблокировано, да. Поскольку вмешались в дело вы и другие средства массовой информации, им, видимо, пришлось сохранить репутацию перед какой-то мировой общественностью, и они это разблокировали. Плюс у меня, к счастью, появился «куратор» русской территории YouTube.

Алексей Пивоваров: В Google, к которому относится YouTube.

Алексей Красовский: Наверное, да. Я плохо разбираюсь. Просто он представился человеком, который может мне помочь.

Тихон Дзядко: «Здравствуйте, буду куратором».

Алексей Пивоваров: Его телефон вы не гуглили?

Алексей Красовский: Я ему поверил. Первое чудо, которое он совершил: мы выложили фильм, и у нас был какой-то страшный перевес, очень мало оскорбившихся было, те люди, которые ставят дизлайки. Их было очень мало. Я обратил внимание: «Вот в 12 часов выйдут они на работу, и вы увидите, как они оскорбятся». Ровно в 12 часов они вышли на работу, массово оскорбились, произошел перевес, а YouTube совершил вот это чудо. Они подстригли число этих дизлайков.

3040177
фото: Юрий Белят / RTVI

Тихон Дзядко: В связи с чем было заблокировано, вы так и не поняли?

Алексей Красовский: Сейчас я догадываюсь. Просто накануне я вел стримы, я показывал зрителям своих актеров, кухню, режиссера монтажа, крауд-продюсера. У меня открытая статистика, если вы рекламодатель или просто интересуетесь, вы можете туда зайти внутрь и посмотреть все: увидеть аудиторию и увидеть самое главное, что нравится самому YouTube. Вы увидите, что, если зритель три минуты выдержал этого фильма, он дальше смотрит до конца. Это нравится рекламодателям. Они понимают, что этот продукт зрителей по каким-то причинам устраивает.

Может быть, они потом оскорбятся и напишут письмо в прокуратуру, но они терпят до самого конца и уходят только на титрах. Этот график и все эти цифры я показал. То есть вы можете врать что угодно своей аудитории — я сейчас про федеральные каналы — говорить, что большинство недовольно. Большинство, как они написали, «даже поленилось поставить какой-то значок». Они считают, большинство все равно недовольно.

Но есть графики, есть цифры, они открыты. Они говорят статистику, что есть большой шар, и там зрители смотрят кино, и они его смотрят немножко по-другому, не так, как вы хотели предсказать.

Алексей Пивоваров: Окей. В общем, вся эта история с блокировкой счастливо на сегодняшний день разрешилась?

Алексей Красовский: Да, и нам даже вернули качество. Спасибо им. Даже вернули субтитры, которые тоже куда-то пропали.

Алексей Пивоваров: Хорошо. Давайте дальше говорить про кино. Мы сейчас скажем, как мы этот фильм увидели, а вы скажете, лестно это для вас или наоборот досадно. Значит, я скажу про себя. Я посмотрел и увидел — про художественные смыслы поговорим чуть позже — в первую очередь гражданское высказывание. Конечно это никакая не комедия про блокаду, как говорилось очень долго.

Этот фильм такой злобный шарж на зажравшуюся элиту, которая не живет жизнью своего народа. Не хочет ею жить, хотя иногда рефлексирует по этому поводу, особенно при соприкосновении с народом. Она настолько привыкла и сжилась с двойной моралью и враньем, которое эта двойная мораль генерирует постоянно, что весь мир вокруг них стал как кокон, и окружает сплошным тотальным обманом. Вот в этом я вижу ваше гражданское высказывание.

Тихон Дзядко: Я соглашусь, наверное. Я лишь внесу коррективу, что, на мой взгляд, это высказывание даже не гражданское, а политическое.

Алексей Пивоваров: Вам досадно такое восприятие, или оно вам льстит?

Алексей Красовский: У вас до начала съемок была девушка, которая махала кисточкой, гример. Вот примерно то же ощущение. Мне приятно, что вы раскрыли какие-то тайные или не очень тайные замыслы, но, по-моему, они просто на поверхности валяются. Вот то, о чем вы говорите. Да, это и гражданское, и политическое высказывание. Потому что и задеть этих паразитов хотелось, и психологически как-то на них воздействовать.

Как уже проговаривал, у моих героев есть совесть, а у тех людей, которые сегодня врут с экранов телевизоров, зарабатывая колоссальные деньги на этом, — этой совести нет, этот режим отключен. Я-то своих героев еще хоть как-то могу полюбить, а вот тех, к кому это кино в главную очередь обращено, думаю, нет.

Алексей Пивоваров: Оно обращено к сегодняшним нашим современникам?

Алексей Красовский: Конечно же. Мы снимали современное кино, не буду обманывать.

Тихон Дзядко: Раз уж вы снимаете современное кино, вы в персонажах фильма видите каких-то конкретных персонажей из современной жизни, которые им соответствуют, или какие-то типажи?

Алексей Красовский: Прямых аналогий не было, безусловно. Хотелось как-то совокупно их собрать и сразу ударить по всем вместе.

Алексей Пивоваров: Теперь больше про художественную форму хотелось бы. Уже многие, кто фильм посмотрел, и я тоже, скорее назовут это не фильмом, а телеспектаклем таким. Добрым старым советским телеспектаклем. Мне кажется, что вы это сделали намеренно — собственно, в интервью «Дождю» вы говорили, что телеспектакли были одним из референсов — чтобы увеличить вот эту ходульность персонажей, увеличить дистанцию между условной реальностью и этими персонажами. Уменьшить их естественность, показать их тотальную неестественность, лживость. Я прав?

Алексей Красовский: Да. Так эксцентричней получилось бы вот в этом пространстве. Отчасти, признаюсь, это еще и вынужденная мера. За неделю до смены объекта, у нас, конечно, были другие, немножко более грандиозные, планы. Нам отказал объект, мы пришли в этот. За три дня вынуждены были многое переосмыслить. Мы хотели в другом месте снять, где кино, может быть, было бы чуть побольше. К сожалению, иногда обстоятельства нами руководят, и приходится подстраиваться. Телеспектакли, вот эта манера существования эксцентричная, как в ситкоме, быстрее, живее.

Алексей Пивоваров: Вы в недавнем интервью рассказывали, как вы ставили задачу Алене Бабенко. Она спрашивает вас, какое животное она, а вы ей говорите: «Белочка». И она руки не опускает ниже пояса. Действительно, если это услышать, это сразу заметно. Вы жанрово как поставили задачу? Вы сказали, что это комедия? Ситком? Эти слова вы произнесли актерам?

Алексей Красовский: Конечно. Они это сами поняли. Кастинг был тоже для меня тест. Потому что были, вы не поверите, молодые актеры, которые не понимали, какой это жанр. Они спрашивали: «А кто в конце кого убил?» Или были вопросы: «А что, это правда были какие-то спецталоны что ли? Были спецпайки?» То есть люди действительно, особенно живущие в Москве, не понимали. В Петербурге знает примерно каждый про то, что было разделение.

Алексей Пивоваров: В Москве кто-то не знает, что в Советском Союзе были спецпайки?

Алексей Красовский: Во всяком случае, про блокаду кажется, что там голодали все одинаково. Мысль про то, что Жданов у нас диабетик, вот недавно открылась.

Тихон Дзядко: Кстати, актеры, которые в итоге снимались в фильме, они ваши единомышленники в этом политическом высказывании? Или для них это в первую очередь кино или телеспектакль? Работа?

Алексей Красовский: Как вы умудряетесь задавать вопросы, на которые мне всегда трудно отвечать. Это вопрос больше, наверное, к ним. Мне не хочется, что называется, их и подставлять в этом смысле, сказать: «Да, они все против партии жуликов и воров, за все хорошее против всего плохого». Я не знаю их всех так близко и хорошо лично. Они мои единомышленники в творческих порывах и высказываниях, тут мы заодно. Шутка про жулье родилась на съемочной площадке, я ее мгновенно поддержал, ее не было в сценарии. Если вам это что-то раскроет, подскажет.

Алексей Пивоваров: Шутку про жулье поясните, потому что большинство зрителей не смотрело пока фильм.

Алексей Красовский: Там есть сцена, в которой герой Яна Цапника просит дочь не шутить про партию, оговаривается и вместо «это жилье нам предоставила партия» он говорит «это жулье». Это родилось вот на площадке.

Тихон Дзядко: Если вернуться к телеспектаклю, вы на какие-то конкретные советские телеспектакли ориентировались или в целом на образ?

Алексей Красовский: Нет, мне понемножку нравилось все. Я даже в YouTube в комментариях выложил отрывок из «Летучей мыши», где идет пикировка «собака Шульца». Мне ужасно нравится этот диалог.

Алексей Пивоваров: А, вот в этом смысле вы говорили, что вас вдохновляла «Летучая мышь»?

Алексей Красовский: Да, и оперетты, телеспектакли. Признаюсь, я какое-то время даже жил мечтой снять такой ситком про советских артистов, которые в этом жутком советском быту — такая «антиоттепель», знаете — ходят на киностудию «Мосфильм» сниматься в английском телеспектакле. Вот они, оставив эти авоськи и все это безобразие, надевают твиды и идут джентльменами такие.

Алексей Пивоваров: Вот как Виталий Соломин и Василий Ливанов выходили с Бейкер-стрит и шли в советскую очередь — вот этот слом меня всегда тоже интересовал. Как вам кажется, почему жанр телеспектакля, который так высоко развился в свое время на советском телевидении, умер?

Алексей Красовский: У нас много что умерло. У нас были потрясающие телесериалы. Не поверите, я разговаривал с создателями сериала «Доктор Хаус», которые были здесь в Москве, даже они смотрели наши сериалы! А мы их не наследуем. Потрясающий мини-сериал «Противостояние» Арановича — его мало кто знает. Очень рекомендую пересмотреть.

Нет фильмов про то, как это создавалось. Многие люди еще живы. Я считаю, их надо допросить с пристрастием: «Как вы создали такие шедевры?». Был восхитительный сериал «И это все о нем», где все приемы и технологические инструменты потом были в сериале «Остаться в живых» и работали. Были все перевертыши в каждой следующей серии.

Алексей Пивоваров: Про то, что сериалы у нас умерли, с вами многие поспорят, потому что хорошие телесериалы в России сейчас есть. А почему нет телеспектаклей? Как вам кажется, почему этот жанр скончался?

Алексей Красовский: Потому что у нас нет независимой журналистики в широком смысле. Много чего у нас умерло, потому что пришли какие-то циничные наглые люди, которые не любят телеспектакли и кино. Вот вам достаточно зайти в какую-нибудь успешную сейчас работающую киностудию, которая производит, и послушать как кастинг-директор сидит на телефоне и разговаривает с артистами. Как только завершает разговор она всех кроет. Она ненавидит это. Она ненавидит этих людей. Вот поэтому. Тогда это все-таки как-то любили. Я разговаривал с этими людьми. С них сдували пылинки.

Алексей Пивоваров: Вас послушать, такое впечатление, что «Золотой телец» всех забодал.

Алексей Красовский: Да, это правда.

Тихон Дзядко: В недавнем интервью «Дождю» вы рассказывали историю создания фильма. Сначала вы хотели снимать историю про наших российских дипломатов в какой-то африканской стране, где они очень высокомерно относятся к местным жителям. Потом посольство собираются закрыть, дипломаты в шоке, потому что они там прекрасно живут и не хотят уезжать, и пытаются устроить там революцию. В какой момент вы решили поместить этих дипломатов в блокадный Ленинград в 40-е?

3040187
фото: Юрий Белят / RTVI

Алексей Красовский: Когда все написал. Это самая противная часть работы сценариста, когда вы ставите точку, включаете режиссера и понимаете, что вы не хотите это снимать, потому что грань условности слишком приподнята. «Чего я вру?» — я вдруг себя спросил. Все это же самое было в блокаду, и мне не надо сочинять и придумывать африканскую страну. Этой «африканской страной» был Ленинград. Эх, сейчас все оскорбятся, я чувствую.

Я понял, зачем мне врать, когда все это было, и все это было жестоко, даже более обострено, не нужно превращать это в бурлеск. Можно попытаться все-таки по этой тонкой грани комедии попробовать рассказать эту историю там. Я все переписал.

Алексей Пивоваров: Алексей, знаете, мне только сейчас пришел в голову этот вопрос. Мы уже с вами проговорили, что это история про современность. Почему вам не поместить было бы действие на современную Рублевку?

Алексей Красовский: Зачем?

Алексей Пивоваров: Ну вы же адресуетесь к современным персонажам. Вы сами это говорите. Вы про них, грубо говоря, снимаете.

Алексей Красовский: Да, но, смотрите, это была бы… Не только про них все-таки. Да и про нас тоже, про нас вот с вами в том числе. Будем говорить откровенно, вот люди, которые снимают кино, более независимы от… Нас чуть труднее посадить в тюрьму все-таки. Я вот могу пока игнорировать, я не знаю, чем это закончится.

Алексей Пивоваров: Кирилл Серебренников, наверное, тоже так мог говорить до какого-то момента.

Алексей Красовский: Да, я понимаю, но… Не о том речь. В блокаде все это более обострено. Вот эта наглость людей. Вы заметили, наверное, вся последующая цепь событий, с начала того, как начали наше кино запрещать, как раз и доказала, что именно туда и надо было обернуться.

Все федеральное телевидение развернуло вот эту сумасшедшую машину, чтобы доказать, что не было привилегий, что не было льгот, что Жданов был диабетик, что он был пухлый из-за какой-то особой формы диабета, которая как-то странно переваривала углеводы. Словом, они начали путаться в показаниях и еще сильнее заврались. Я думаю, что помести я это в «сейчас», наверное, это не было бы так больно им. А задеть их очень хотелось.

Тихон Дзядко: Вы понимали, что эта тема породит то развитие, которое мы сейчас с вами обсуждаем и все наблюдаем, тем самым фильм начнет жить какой-то своей жизнью уже, продолжая эту вашу идею? Не было ли в этом какого-то сознательного плана?

Алексей Пивоваров: Вас, конечно, упрекают и упрекнут еще не раз в том, что это все маркетинговая стратегия, изначально продуманный план продвижения.

Алексей Красовский: Каждый раз, когда мне это заявляют, что это все ради хайпа — трудность доказательства обратного примерно такая же, как доказать, что у меня нет хвоста сейчас. Гипотетически я могу сейчас снять штаны, развернуться к камере и показать, что нет хвоста. Доказать, что это не было планом, возможно, но примерно так же придется поступить — идти издалека. Доказывать, что я четыре раза пытался снять это кино, ходил к продюсерам. Мы собирались, готовились, они срывались и так далее.

3040189
фото: Юрий Белят / RTVI

Тихон Дзядко: В последний момент отказывались?

Алексей Красовский: Да. Когда я рискнул своими деньгами, наверное, это говорит о том, что все-таки это не маркетинговая стратегия.

Тихон Дзядко: Я имею в виду даже не совсем это. Я имею в виду, что не было ли у вас понимания и желания не просто снять кино, но сделать такой некий перформанс?

Алексей Пивоваров: Когда есть камерное кино и есть совершенно огромный оффлайновый скандал.

Тихон Дзядко: Который подтверждает те самые идеи, которые вы в это кино закладывали.

Алексей Красовский: И снова у меня есть доказательства. Я всех уговариваю. Если действительно в этом хочется разобраться, можно забраться на planeta.ru, на краудфандинговую платформу, и убедиться, что если бы я хотел паразитировать на этом акционизме, вы бы увидели, что я специально все сделал открыто. Я начал эти сборы, они были неудачными…

Тихон Дзядко: Я не про деньги сейчас спрашиваю.

Алексей Красовский: Смотрите, я мог бы сборы фильма, особенно, когда это случилось — скандал, продлить. Это самый простой способ, чтобы зрители могли… У меня была площадка, прекрасная, удобная planeta.ru. Приходим все сюда и продолжаем этот хайп. Я закрыл это, мы были никому там не интересны. Мы собрали 127 тысяч рублей. Вся эта шумиха… В какой-то момент мы выдохнули и сказали: «Ну вот». Ничего за этим нет. Это скорее было больше нужно вот этой партии власти, которая хотела показать: «Нет, будет кино сниматься только так, как мы скажем, только по нашим правилам». Вот и все, что случилось дальше.

Тихон Дзядко: У меня вопрос был не про деньги, а именно про перформанс.

Алексей Пивоваров: Он возник сам собой, Тихон. Тут уже никогда нельзя запрограммировать. Извини, что я тебе отвечаю.

Алексей Красовский: Мне предрекали, что он будет. Все эти люди, кроме последних продюсеров, уверяли, что обязательно будет какой-то скандал. Мне писал один очень крутой инвестор, который говорил, что вам всем головы оторвут, включая актеров. До этого еще не дошло, но, в общем…

Алексей Пивоваров: Ну вы сознательно поехали в том направлении.

Алексей Красовский: Поскольку он так часто говорил по разным поводам, я подумал, что, наверное, шутит.

Алексей Пивоваров: Не могу тогда не спросить. Если бы вы знали, что будет такая реакция, вы бы все равно взялись за этот фильм и все бы сделали так, как сделали?

Алексей Красовский: Нет конечно. Я бы сделал все по-другому, но сделал бы все равно.

Алексей Пивоваров: То есть фильм про семью на фоне блокады вы бы все равно сняли?

Алексей Красовский: Да. Я бы поменял занавески, я бы открыл окна, я бы снимал ночью.

Алексей Пивоваров: Все бы изменилось радикально. Смотрите, не нами замечено, Антон Долин, по-моему, писал в рецензии, очень хвалебной на самом деле, на ваш фильм, что уже сложился такой канон невозможности в России. Что вот невозможно смеяться над некоторыми вещами. Невозможно смеяться над войной, хотя мы помним, что были прекрасные фильмы «Большая прогулка», «Жизнь прекрасна». Все они прекрасно проходили и в советском, и в российском прокате.

А теперь вроде как невозможно стало. В этой связи мы хотели у вас уточнить, как вам кажется, над чем сейчас более запретно смеяться? Над темой войны или над элитой? Потому что все-таки фильм «Смерть Сталина» запретили явно потому, что измывались над советской элитой и над товарищем Сталиным лично.

Алексей Красовский: Мы же понимаем, что у нас Сталин-Путин. По сути это измывательство все равно невольно над ним, потому что защищая Сталина, неся к нему венки, плача перед его памятником, люди все равно просят: «Ну приди такой же, защити». Я читаю комментарии, даже злобные, под фильмом. Они все равно сводятся именно к тому, что пора прийти вас в ГУЛАГ отправить, расстрелять, повесить и так далее. Я верю, что не все они сумасшедшие, люди скучают по этому времени. Смеяться над властью сейчас тоже, наверное, крамольным кажется, но я считаю — надо. А как их еще побеждать?

Тихон Дзядко: Вам кажется, насмешка над элитой сегодня для тех, кто оскорбляется, оскорбительнее, чем некий неканонический разговор про события войны?

Алексей Красовский: Чтобы не оскорблять элиту беззлобно, а хочется уж если оскорблять, то серьезно — поделил бы элиту ну ту, которая властители умов, допустим, вы, и на элиту, которая просто тупая, которая наворовала эти деньги. Они не могут никогда объяснить, откуда у них их столько, они никогда никого не научат их в таком количестве получать. Вот эти тупые люди могут обижаться. Они могут выходить на экран, идти обещать Навальному набить рожу и так далее. Вот эти люди — да, над ними надо смеяться. Они сами себя высмеивают, устраивая перформансы куда круче, чем мы.

Алексей Пивоваров: У меня складывается ощущение, что вы намеренно дразните гусей и ставите эксперимент на себе. Чем это лично для вас закончится. Если совсем прямо сказать: заберут или не заберут. Вы ставите на себе сейчас такой эксперимент?

Алексей Красовский: Мне… Не знаю. Надо мной, мне кажется, его ставит жизнь. Мы ставим эксперименты над… Я больше про художественные задачи. У меня их миллиард, я хочу их решить. Все это меня страшно отвлекает. Мне не нужен, честно вам скажу, ни акционизм, ни вот эта вся шумиха. Я хочу снимать, писать. За то время, пока я разбирался с PayPal, я бы написал пять сценариев. Это бесит.

Алексей Пивоваров: Это некоторое лукавство. Вы же живете в реальной российской действительности. Я про это говорю, а не про ваш фильм. Про то, что вы сейчас говорите. Вы сильно дразните гусей, вы это понимаете?

Алексей Красовский: А вы оскорбляете сейчас кого, называя гусями?

Тихон Дзядко: Вы рассказывали в интервью, что изучали много документов о блокаде, в том числе «Блокадную этику». И вы, конечно, знаете историю этой фотографии.

Алексей Пивоваров: «Блокадная этика» — это книга историка Сергея Ярова.

Тихон Дзядко: Можете рассказать историю этой фотографии?

Алексей Красовский: Мне больше нравится трактовка вот этих «ромовых баб»…

Алексей Пивоваров: Мы сейчас поговорим про трактовку, давайте сначала, если вы помните, про фото, или мы сами расскажем?

Алексей Красовский: Хочу сказать главное: ничего из того, что есть в документальных материалах, не вошло в картину. Все, что есть в фильме, — чистое вранье. Абсолютное вранье, еще раз это придется повторить, чтобы меня не ловили на том, что брюки не носили, волосы так не зачесывали…

Алексей Пивоваров: Мы далеки с Тихоном о того, чтобы сравнивать ваш фильм с документальной хроникой. Мы понимаем, что это высказывание, что это аллегория. Мы сейчас все-таки хотим немножечко поговорить про саму блокаду и про ее восприятие. Поэтому мы вас и попросили рассказать про эту фотографию. На самом деле, мы можем сами про нее рассказать. Или вы?

Алексей Красовский: Хорошо. Рассказывайте вы.

Алексей Пивоваров: Это знаменитая фотография, по поводу которой было очень много споров с тех пор, как она появилась. Еще в советское время. Потому что Даниил Гранин, знаменитый писатель, один из авторов блокадной книги, был первым, кто сказал, что эта фотография точно снята в декабре 1941 года, уже голод. Эта фотография сделана в Ленинграде, и это «ромовые бабы», которые пекут для Смольного.

3040175
фото: А.Михайлов / ТАСС

С ним потом многие спорили, находили корреспондента ТАСС, который туда ездил. Мы даже сейчас не будем обсуждать саму фотографию, а мы бы хотели прочитать комментарий, который к этой фотографии дал министр культуры Владимир Мединский.

Тихон Дзядко: В своей книге он пишет: «Все начинается не с фактов, а с интерпретаций. Если вы любите свою родину, свой народ, то история, которую вы будете писать, будет всегда позитивна». Скажите, Алексей, а вы любите свою родину и свой народ?

Алексей Красовский: Люблю, но мне очень нравится, повторю, в этой фотографии то, как пытались это интерпретировать. Вы знаете это, нет? Это гораздо интересней. История фотографии всем известна, но как ее начали опровергать… Когда начинает придумываться вот эта красивая ложь, которая была, по-моему, феерична… Люди придумали, что вот эта фотография нужна была для того, чтобы сломить дух фашистов, которые, видя фотографию несломленного сытого города, понимали, что блокада неудачна.

То есть эта фотография будто бы постановочная, для того чтобы сломить дух фашистов. Это, по-моему, дико смешно и нелепо. Это вот как раз та ложь, которую пытаются украсть у нас. Мне кажется, мы-то имеем на это право, у нас художественное произведение. А когда этим занимается пропаганда, придумывая и извращая смыслы, это жуть.

Алексей Пивоваров: На самом деле это ведь важный вопрос. Что говорит Мединский? Он же, в общем, не ерничает, это вполне легитимная точка зрения. Вот мы так интерпретируем эту фотографию, и мы представляем историю своей страны как историю великих героев, как череду славных страниц, как череду побед, несгибаемой воли и так далее. Почему вам не близка такая точка зрения, Алексей?

Алексей Красовский: Если закрыть глаза на то, что это вранье, вранье и снова вранье… Я приведу сейчас простой пример, он покажется не имеющим к этому отношения, потом я докажу, что все-таки имеет. Прямо сейчас, если вы откроете афишу кинотеатров, вы увидите, что «Мэри Поппинс» — потрясающий мюзикл, всех уговариваю на него сходить — идет от силы в 14 кинотеатрах. В то время как патриотическое кино можно найти везде. Оно идет повсеместно.

Алексей Пивоваров: «Т-34» вы имеете в виду?

Алексей Красовский: Я не только «Т-34» имею в виду. «Полицейский с Рублевки» и другое российское кино. Так вот, те задачи, которые выполняет и поручает выполнять министр Мединский через своих людей, через нас, кинематографистов, приводят к тому, что, если бы Роб Маршалл, снявший «Мэри Поппинс», был российским режиссером, и все эти люди, которые поставили блестящие номера и написали потрясающие стихи — они были бы безработными. Не понимаете?

Алексей Пивоваров: Пока нет.

Алексей Красовский: Этот фильм сейчас собрал где-то 200 миллионов рублей, сильно меньше, чем милитаристическое кино, на которое тратятся умопомрачительные деньги.

Тихон Дзядко: Например, «Т-34» собрал два миллиарда.

Алексей Красовский: Все это раздвигается ради того, чтобы творить вот эту историю! Вот этот фейк о том, что эти пирожные нужны для того, чтобы сломить дух фашистов, или, на самом деле, как мы думаем или знаем, накормить Смольный. Вот это все вранье делается для того, чтобы люди менее талантливые, чем Роб Маршалл, чем, не знаю, еще какие-то журналисты, специалисты, были менее востребованы. По итогам этой деятельности они будут, извините, беднеть, нищать и мучиться с PayPal в том числе.

3040199
фото: Юрий Белят / RTVI

Алексей Пивоваров: А, все, я вас понял. Конкретно Роб Маршалл, конечно, не обеднеет от того, что в России его фильм покажут меньше.

Алексей Красовский: Кто знает. Но обеднеют наши зрители. Потому что это тоже культура, она не может быть русской или азиатской, она мировая. Мы снимаем, надеюсь, кино для всего мира. Так бы мне хотелось думать.

Тихон Дзядко: После подготовки фильма, съемок и того, что произошло после его публикации в YouTube, какое у вас сложилось восприятие блокады на личном уровне?

Алексей Красовский: Сейчас убираю все улыбки с лица, потому что я много историй слышал, пока мы готовились. Если вы снимаете независимое кино, вы уговариваете дать вам мебель, костюмы и так далее. Вы начинаете рассказывать свою историю, а вам рассказывают в ответ свои. Они, конечно, гораздо более страшные, чем то, что вы собирались рассказать, веселя и развлекая зрителей. Это такой пласт, такой серьезный тяжелый ковер, который мне даже страшно было поднимать и разбираться.

На самом деле, тем, которые там есть, я даже близко не коснулся. Не затронул темы морали в первую очередь, когда меняется человеческая психика. Главное даже не сам момент выживания, он еще хоть как-то оправдан тем, что у людей физиологические потребности выступают на передний план, а в момент, когда все это заканчивается, ты начинаешь жить нормально. Теперь тебе надо как-то объяснить то, что было до этого: то зло, которое ты совершил, те принципы, которые ты нарушил, те законы, которые ты все к чертовой матери переломал.

Вот это близко, наверное, к нашему состоянию, моему, в том числе, переживанию. Это возвращаясь к теме, люблю ли я свой народ. Люблю и страдаю, болею за него так же, как, наверное, и он в массе своей за всех своих предков. Блокада для меня еще медицинский термин — как способ перестать чувствовать что-то, не рефлексировать на ту боль, которая там была. У меня тоже болит, как ни странно. Я не мог этим не поделиться. Вот.

Алексей Пивоваров: Я все время себя технологом называю в своей профессии, объясню сейчас, почему. Мне интересен момент вот этого перелома и момент принятия решения, когда успешный режиссер-дебютант, фильм которого («Коллектор» с Хабенским) превознесли до небес совершенно заслуженно, решает снять кино и совершить поступок, который с большой долей вероятности поставит крест на всей вашей дальнейшей профессиональной деятельности как режиссера? Что произошло? Был какой-то побудительный повод? Что-то случилось? Или вы один прекрасным утром проснулись и поняли, что не могу так жить?

Алексей Красовский: Начнем с того, что «Коллектор» был последним в череде сценариев, написанных мной как человеком, уставшим бороться и пробивать стены. «Праздник» был написан до «Коллектора». Я не мог его поставить, и от бессилия я понял: «Я сейчас напишу историю, в которой уже будет не шесть актеров, а один. Уж я ее точно сниму, в конце концов, с самим собой в главной роли».

Я написал сценарий про закон Димы Яковлева, написал сценарий «Праздника», написал много чего еще. Забыть о том, что это написано, и сказать «а теперь я буду успешным и ездить по фестивалям» я не мог. Потому что у меня были эти темы, которые для меня были важнее, чем «Коллектор». «Коллектор» был просто моим пропуском, моим билетом в полнометражное кино.

Алексей Пивоваров: В высшую лигу, прямо скажем.

Алексей Красовский: Это не высшая лига, поймите. Двери открывались к куче скучных чиновников по большей части, не к настоящим продюсерам. Они все время взвешивают риски. Даже если им светят какие-то колоссальные прибыли, они все равно считают: «А вот здесь, может быть, все-таки нам прилетит, да ну нафиг. Не надо нам 300 миллионов рублей».

Тихон Дзядко: Ну теперь-то после «Праздника» вы эти двери закрыли для себя.

Алексей Красовский: Я эти закрыл, открылись другие. Они не были для меня как-то настежь раскрыты. Они открылись, они выслушали, они предложили свои истории. Я сказал, что я хочу снимать свое кино. Вот мы расстались.

Алексей Пивоваров: А что вам предлагали? Вам предлагали комедии? Ситкомы? Патриотические драмы?

Алексей Красовский: Да все подряд предлагали. Мне предлагали «Временные трудности» снять, которые сейчас сняли с Охлобыстиным. Я отказался. Много разного предлагали. Про Екатерину предлагали снять сериал, но я не хочу ничего делать для федеральных каналов совсем.

Тихон Дзядко: Вы упомянули сейчас по сценарий фильма про закон Димы Яковлева. Можно чуть поподробнее, что это за история? В каком жанре?

Алексей Красовский: Это роуд-муви, приключенческое кино, опять же с элементами комедии, несмотря на то что заявка истории достаточно тревожная, печальная. Два американца, которые приезжают в Россию, полгода здесь живут, собираются удочерить девочку, которая очень больна, и ей нужна срочно операция. Вступает в силу закон Димы Яковлева, у них забирают этого ребенка.

Они вместо того чтобы, как все остальные законопослушные американцы, убраться назад, похищают этого ребенка. Абсолютно это спонтанное решение женщины. Они несутся через всю Россию, потому что нужно спасти ребенка. Как меня научили в Лос-Анджелесе говорить — я все рассказал сейчас неправильно, потому что они не знают, что за закон Димы Яковлева. Эта история рассказывается в 25 слов примерно так: два иностранца, приезжая в чужую страну, нарушают ее законы, чтобы спасти жизнь больного ребенка. Вот.

Алексей Пивоваров: А финал какой? Хэппи-энд?

Алексей Красовский: Да, как ни странно.

Тихон Дзядко: А какова судьба фильма сейчас? Этот сценарий лежит и ждет своего часа?

Алексей Красовский: Да. В Америке я не смог найти на него инвесторов, потому что, повторяю, они не знают, что это за закон Димы Яковлева. Они считают: «Какой бред. Зачем страна запрещает другой стране спасать детей? Этого закона быт не может».

Алексей Пивоваров: А вы прям ездили показывали?

Алексей Красовский: Да, меня пригласили после «Коллектора» туда. Там, кстати, еще более широкие интересные двери открылись. Там я проявил себя тоже кретином, который сказал: «Я очень хочу снимать свое кино и не хочу снимать чужое».

Тихон Дзядко: Я вот слушаю, Алексей, то, что вы говорите и то, что вы говорили в интервью нашим коллегам с телеканала «Дождь», вы оппозиционер?

Алексей Красовский: «Вы шпион?» Наверное, да.

Тихон Дзядко: Или как там в интервью было: «Вы работаете в ГРУ?»

Алексей Красовский: «Вы либераст?». Дальше еще обычно идет.

Тихон Дзядко: Вы считаете себя оппозиционером?

Алексей Красовский: Ну да, считаю, наверное. Ну я хожу на митинги. Наверное, да.

Алексей Пивоваров: Как вы относитесь к Алексею Навальному?

Алексей Красовский: Замечательно отношусь. Некоторые его считают просто харизматичной личностью, но я считаю, что дело, которое он делает, замечательным. Мне все равно, как он относится к фильму. На всякий случай скажу: «Алексей, если хочется поругать — ругайте на здоровье». Это не отменит моей симпатии к его штабу. Сегодня это больше, чем единица человеческая.

Алексей Пивоваров: А фильм про Навального хотели бы снять?

Алексей Красовский: Я бы хотел, чтобы мои дети, наверное, его сняли. Сейчас нужна дистанция. Это лучше сделать документально. Я не документалист.

Алексей Пивоваров: Ну, документальные работы уже есть. Наш коллега Андрей Лошак снимал.

Тихон Дзядко: Есть еще, кстати, такая точка зрения на ваше кино «Праздник», что фильм не столько о властной зажравшейся какой-то элите, сколько о прикормленной интеллигенции. То есть это такой ваш своеобразный привет и либеральному фейсбуку.

Алексей Пивоваров: Нашей ленте, так сказать.

Алексей Красовский: Не хочется повторять эту историю с происхождением названия «Праздник». Да, наверное. Я причем в первой части до рекламы это уже повторил. Во многом. Да и про нас тоже, про меня тоже. Я честно скажу, у меня тоже были соблазны, когда я не мог устоять. Мне казалось, а может быть это даст какие-то возможности и так далее. Я соглашался на эти условия, потом дико раскаивался, жалел и так далее.

Алексей Пивоваров: Вот я и пытался у вас выяснить этот момент, когда вы принимаете такое решение: «Никогда не соглашусь». Это разовое какое-то событие или все-таки растянутое во времени? «Не пойду на компромисс».

Алексей Красовский: Да почему? Я живой человек, конечно я иду на компромиссы какие-то. Иду, потому что кажется, что вот здесь у меня будет больше возможностей для моей творческой группы, здесь я не буду тесниться в этих четырех стенах, будет больше времени и так далее.

Алексей Пивоваров: Я попрошу вас объяснить эту прекрасную вещь, которую вы во время рекламы сказали. Почему вас не пугает тюрьма?

Алексей Красовский: Ну я же не совсем так сказал. Мой отец очень часто сидел в тюрьме, в колониях. Большая часть моего детства прошла в том, что мы его навещали там, навещали здесь. Я видел этих людей в погонах и в своем доме тоже довольно регулярно. Поэтому сказать: «А не хотите ли снова это повидать?». Ну, окей. Придут — значит, повидаем еще раз.

Это не та опасность, которая меня сильно пугает. Сумасшедшие, которые могут плеснуть кислотой в глаза, лишить работы — да, они меня раздражают сильнее. Что с ними делать — непонятно. То, что их покрывает власть, а мы это знаем, это тоже нам понятно, вот это меня бесит, раздражает сильнее. Но тоже не пугает, потому что с ними что-то надо делать.

Алексей Пивоваров: Давайте к кино вернемся.

Тихон Дзядко: Да. У вас в одной из главных ролей Тимофей Трибунцев. Он же сыграл одну из главных ролей в короткометражке Жоры Крыжовникова «Нечаянно». Там тоже встреча Нового года заканчивается черт-те чем.

Алексей Пивоваров: Массовым убийством.

Тихон Дзядко: Массовым убийством, да. Там, по-моему, три трупа. Чем-то в этом смысле, не поймите меня неправильно, ваши фильмы кажутся похожими. Есть?

Алексей Пивоваров: Не только Трибунцевым. Как вам кажется, это случайная похожесть?

Алексей Красовский: Не знаю, наверное, случайная. Я не вдохновлялся, хотя мне очень понравился фильм.

3040195
фото: Юрий Белят / RTVI

Алексей Пивоваров: У меня есть объяснение, мы с Тихоном обсуждали. Мне кажется, она совсем не случайная, знаете почему? Потому что и тот, и другой фильм про такой ад русского человека. Только Жора снимает про тот ад, который внутри, а вы снимаете про тот ад, который снаружи, от которого эти люди отгородились, а на самом деле, по факту, сами его и создали.

Алексей Красовский: Как мы сейчас польстили Жоре. Ну да, наверное. Я не умею снимать про внутренний ад.

Алексей Пивоваров: У Жоры хорошо получилось, согласитесь.

Тихон Дзядко: Раз уж заговорили про Жору Крыжовникова. Вы смотрели его сериал «Звоните ДиКаприо»?

Алексей Красовский: Я смотрел пилот, дальше я просто не успел посмотреть. С удовольствием посмотрел бы остальные серии. Мне понравилась первая серия.

Алексей Пивоваров: Он просто тоже про зажравшуюся элиту, про другую такую, артистическую как раз, с очень неожиданным поворотом.

Алексей Красовский: Не рассказывайте, я досмотрю. Просто было некогда.

Алексей Пивоваров: Еще один сериал, о котором все говорят в последнее время — «Домашний арест». Вы смотрели?

Алексей Красовский: Я тоже видел первую серию.

Алексей Пивоваров: И как вам? По ней о многом можно судить. Честно скажу.

Алексей Красовский: Как… Я не знаю. Я все время следую принципу деонтологии «не ругай никогда коллег». Ух! Поймали врасплох. Первую серию я видел, в общем. Я составил о ней тоже впечатление. В общем, я хотел бы ограничиться обсуждением этого пилота. Не знаю.

Тихон Дзядко: Судя по всему, следующие серии вы смотреть не будете?

Алексей Красовский: Не буду. Нет. Я все понял.

Тихон Дзядко: Министр Мединский тут когда-то на днях, по-моему, сказал, что готов рассмотреть вопрос о прокатной лицензии, если за этой прокатной лицензией обратятся. Вы будете добиваться проката?

Алексей Красовский: Нет.

Тихон Дзядко: Почему?

Алексей Красовский: Да зачем?

Тихон Дзядко: Затем, чтобы фильм увидело как можно больше народу.

Алексей Красовский: Ох. Мне бы хотелось, чтобы министр Мединский добивался возможности для людей, которые что-то умеют делать, более легких способов добраться до зрителя. Он это не делает. Министерство только мешает нам в том, чтобы доносить наше кино до зрителей. Поэтому не знаю.

Тихон Дзядко: Есть некая система, которая может нравиться, может не нравиться, но вот так устроено. Нужно получать прокатное удостоверение, и тогда вас показывают в кинотеатре. Вам представит человек, выдающий прокатное удостоверение, истории про 25 европейский стран, Америку и Канаду, где есть тоже свои некие принципы, как все это работает. Вы говорите: «Нет, пусть сами приходят».

Алексей Красовский: Я вам расскажу, как будет. Вы приходите в кинотеатр, вас запирают в каком-то маленьком зальчике, тут едут самолеты, гаубицы, не знаю, и вы там с 15 зрителями что-то показываете. Ради чего все это?

Алексей Пивоваров: Ну а так и этих 15 не было бы и не будет.

Алексей Красовский: Надо людям дать обратить внимание, что хорошее кино, к сожалению, сегодня придется добывать как руду.

Алексей Пивоваров: Раз вы сами заговорили про эти гаубицы, которые едут. Параллельно с вашим фильмом вышел этот мега-хит «Т-34», все города увешаны рекламой. Мы не хотим его обсуждать, потому что мы не видели, но мы видели вполне себе хорошие рецензии от уважаемых рецензентов, которые говорят, что этот фильм про войну без идеологии, без Сталина. Что в этом плохого? Такие фильмы ведь тоже, наверное, нужны. Патриотическое кино на тему Второй мировой, как наши победили гитлеровцев в смертельной схватке.

Алексей Красовский: С производственной точки зрения это обязательно нужно делать. Я видел не весь этот фильм. Я был в студии Алексея Гусева, который делал спецэффекты к этой картине. Я видел последнюю схватку, она потрясающая. Я понимаю, что я, как создатель, как продюсер, не могу порадовать зрителей, озадачить работой студию Алексея Гусева и других ребят, которые делают эти потрясающие спецэффекты. Они должны расти, они должны на чем-то учиться. Ради них такое кино делать надо. Ради будущего моих детей — не уверен.

Алексей Пивоваров: Почему?

Алексей Красовский: Я приведу простой пример. Я обожал фильм «Офицеры», после которого я ужасно хотел поехать воевать в Афганистан, ни черта не понимая.

Тихон Дзядко: Сколько вам было лет?

Алексей Красовский: Когда я учился в школе, 14, 15 или 16 лет. Все это время мне казалось, что круче профессии, чем военный, быть не может. Мама плакала и говорила: «Ни за что!» При этом меня брали в десантные войска, и там у меня все было хорошо со здоровьем. Меня послали прыгать с парашютом и что-то там еще. В общем, страна нуждалась в героях.

Я понимал, что во многом это вина вот этих картин, которые убеждали людей, что надо умирать за страну, что это так классно и здорово лечь под какой-то танк, принести эту жертву во имя страны, каких-то идеалов.

Это чушь собачья просто. Это ужасно. Так нельзя делать. Нельзя делать даже хорошее кино во имя вот этой омерзительной цели призвать людей на войну. Будем говорить откровенно, все, что происходит сейчас — это милитаризация сознания.

Тихон Дзядко: Не поймите меня неправильно, это не вопрос «а что там у хохлов», но мы же знаем, какое количество подобного кино есть, например, в Соединенных Штатах. К этому кино у вас такое же отношение?

Алексей Пивоваров: О священном долге погибнуть за родину.

Алексей Красовский: Там происходит и много другого кино. Там есть, насколько я могу видеть, конкуренция, и она более-менее честная. Там нельзя зрителя, и уж тем более владельца кинотеатра, который сам его построил или купил, заставить показывать что-то другое. Нашего заставляют. Они переживают, боятся. Плюс эти прокатные удостоверения, которые пока еще бесплатны.

Вы помните времена, когда их хотели сделать, по-моему, за пять миллионов рублей? Это же омерзительная ситуация. Почему я должен идти выклянчивать это все? Словом, нет, там далеко не такая же ситуация. Там честная борьба, честная конкуренция, насколько я могу видеть по кассовым сборам.

Алексей Пивоваров: Кстати, а почему вы в Афганистан не попали в итоге, если вас брали, и все уже было?

Алексей Красовский: Там, насколько я помню, закончилось уже все к этому времени, когда я уже закончил школу.

Алексей Пивоваров: А вы в армию пошли в итоге?

Алексей Красовский: Не-а. Я пошел в медицинский институт.

Алексей Пивоваров: Понятно.

Тихон Дзядко: Вот есть режиссеры: Андрей Звягинцев, Борис Хлебников. Очень успешные и почитаемые как здесь, так и на Западе, которые снимают артхаусное кино, успешны на фестивалях. Но все их фильмы (или почти все) оставляют какое-то чувство безысходности. Такое «все плохо»! «Левиафан», «Нелюбовь» Звягинцева, «Долгая и счастливая жизнь» Хлебникова и так далее. Как вы видите себя, вы этим путем пойдете или есть какой-то светлый путь? Роуд-муви американской семьи, которое заканчивается хэппи-эндом.

Алексей Красовский: Я хочу снимать, в первую очередь, жанровое кино, не фестивальное, не «задумчивое». Я хочу снимать жанровое кино, где будут приключения, сюжет, повороты сюжетные, где зритель будет недоумевать, как он до этого додумался, и так далее. Я хочу водить зрителя за нос, я хочу удивлять. Повторяю, я не умею добывать пищу, убивая зверей, поэтому мой способ согреться у костра — рассказать какую-то интересную историю. Если я не заслужил этого — значит, меня прогонят и съедят волки.

В первую очередь, я хочу рассказывать жанровые истории: комедии, драмы, приключенческие комедии. Про которые вы не скажете, что это что-то, что невозможно объяснить или тем более пересказать. «Праздник» или «Коллектор» вы сможете пересказать, в отличие от чего-нибудь другого.

Алексей Пивоваров: Мы сегодня с вами тоже говорили, что в советском кинематографе и в советском кино на советском телевидении было много хорошего. Тем не менее оно рухнуло вместе с Советским Союзом. Один из фильмов, на которых закончилось советское кино, было знаменитое «Покаяние» Тенгиза Абуладзе с этой знаменитой фразой: «Зачем нужна дорога, если она не ведет ко храму?». На ваш взгляд, каким будет кинематографический выход из нынешней эпохи?

Алексей Красовский: Революционным.

Алексей Пивоваров: Революционным с точки зрения кино? То есть это будет «Броненосец «Потемкин»», или просто снаружи кинотеатра произойдет революция, и все зрители выбегут участвовать в ней?

Алексей Красовский: Нам придется вместе со зрителем сделать совершенно другие платформы, другой способ доставки зрителю контента, нашего продукта, другой способ повествования — все придется переделать. Надо понимать, что мы живем в широком распахнутом мире. Снимать кино сегодня только вот для этого узенького зрителя, говорящего только на русском языке — это время прошло. Это уже скучно, неинтересно.

Нужно стремиться удивить и Украину, которую хочется снова взять в друзья, и другие страны. Словом, для этого нужно придумывать что-то грандиозное. Эта задача сложнее и интереснее для всех. Это, повторяю, взаимное движение. Зрителю тоже придется совершать какие-то шаги в нашем направлении. Будет интересно, я уверен.

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями

Оригинал

2966006
Фотография: Frank Franklin II / AP

Сервисы американской корпорации Google записывают историю местоположений владельцев смартфонов, даже если пользователи отключили эту функцию в настройках. Об этом 13 августа сообщило агентство Associated Press.

На сайте компании указано, что сохранение истории местоположений можно отключить. Тогда все устройства, которые привязаны к аккаунту Google, прекратят собирать информацию о перемещениях пользователей.

Но журналисты AP выяснили, что это не совсем так. Данные о местоположении продолжат запрашивать приложение «Погода» для устройств на Android, Google Maps и поисковик Google.


ВИДЕО

Почему это инфошум?

Потому что компания Google никогда не отрицала, что хранит историю местоположений пользователей и данные об их активности в приложениях.

Представитель корпорации сказал AP, что компания «предоставляет четкие описания этих инструментов и надежные средства контроля, чтобы люди могли их включить или отключить, а также удалить свои истории».

В переводе с языка пресс-релиза это означает, что пользователь все же может полностью отключить сохранение своих местоположений, в том числе и в фирменных приложениях Google, но для этого нужно дополнительно покопаться в настройках. Например, зайти в настройки отслеживания действий своего аккаунта и сделать неактивным пункт «История приложений и веб-поиска».

Кроме этого, сервисы Google всегда заранее спрашивают у пользователей, можно ли вообще использовать данные об их местоположении (это отмечают и журналисты AP в своем исследовании). Подавляющее большинство пользователей в этот момент жмет «Согласен».

Тем не менее десятки СМИ вслед за AP уличили Google в «тотальном шпионаже» и, разгоняя тему, обвинили компанию во «лжи».

«Российская газета», например, написала что «Google тайно следит за передвижениями пользователей» (хотя никакой тайны здесь, конечно, нет). А портал TechFusion отметил, что «Google следит за пользователями, невзирая на запреты».

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями

Оригинал

2965480
Фотография: Pxhere

Китайский онлайн-магазин AliExpress начал массово блокировать аккаунты россиян, которые открывают споры о возврате стоимости товара. Об этом сообщил портал Akket. 

Правила торговой площадки позволяют покупателям открыть спор с продавцом в том случае, если они получили бракованный товар. Но теперь администрация AliExpress начала блокировать клиентов за такие «диспуты».

ВИДЕО

Почему это инфошум?

Потому что AliExpress не блокирует учетные записи исключительно россиян. Статья, на которую сослались более 100 русскоязычных СМИ, описывает стандартную систему блокировки мошеннических операций, которая за последнее время никак не менялась.

Пиар-директор AliExpress и Tmall в России Антон Пантелеев в беседе с RTVI пояснил, что «система включается, если соотношение заказов и открытых к нему споров близко к 100%. Например, если человек сделал 20 заказов и по 19 из них сразу же открыл споры по возврату денег. Система такие аккаунты блокирует».

При этом у покупателя всегда есть возможность оспорить блокировку и вернуть свою учетную запись.

Кроме этого, Пантелеев подчеркнул, что «говорить о массовости в данном случае вообще невозможно, потому что от общего объема продаж в России таких аккаунтов в месяц по пальцам одной руки можно пересчитать».

Система распознавания мошенников на AliExpress существовала всегда. Непонятно, почему именно сейчас «новость», написанную малоизвестным порталом, подхватили десятки СМИ. Скорее всего, это связано с календарем: в августе новостей мало, и редакциям приходится приукрашивать незначительные события или вовсе выдумывать их.

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями

Оригинал

2964104
Фотография: Rota / Zuma / TASS

Пользователи социальных сетей высмеяли премьер-министра Великобритании Терезу Мэй за неуклюжий реверанс, которым она поприветствовала принца Уильяма. Об этом 9 августа сообщило агентство РИА Новости.

Мэй и принц Уильям встретились на церемонии празднования столетия битвы при Амьене в Первой мировой. На фотографиях видно, как глава британского правительства неловко согнула колени в глубоком реверансе перед сыном наследника престола. В соцсетях отметили, что при встрече с принцем у Мэй как бы «пропал позвоночник».

ВИДЕО

Почему это инфошум?

Потому что, во-первых, правила английского этикета предполагают, что женщины должны приветствовать реверансом членов королевской семьи. Насколько глубоким он будет, это личный выбор.

Во-вторых, Мэй всегда делает реверанс таким образом. Подобные фотографии уже не раз появлялись в сети.

Британская пресса подробно освещала мероприятие, на котором премьер встретилась с принцем Уильямом, но на поклон главы правительства внимания не обратила. Фотографию с реверансом опубликовал лишь один британский таблоид – Daily Express.

Зато больше 50 российских СМИ (причем далеко не таблоидов) сделали новость именно из поклона Терезы Мэй. При этом некоторые выносили в  заголовки не смешные, а скорее оскорбительные комментарии из  соцсетей. Например, о том, что Мэй — «бесхребетный премьер-министр», а «ее ноги пьяны». 

Телеканал НТВ в своем твиттере даже сделал подборку «самых неудачных реверансов британского премьера». А некоторые издания предположили, что принц Уильям едва сдерживал смех из-за реверанса Мэй. 

Многие российские СМИ давно используют подобный прием: обращают внимание на высосанные из пальца казусы с западными политиками и пишут об этом с провокационными заголовками. Например, «Порошенко опозорился после пьянки» или «Председатель Европейской комиссии Жан-Клод Юнкер появился пьяным на саммите НАТО». Негативное семантическое поле призвано вызывать у читателя ощущение неприязни. 

Сейчас героями таких пассажей становятся, в основном, украинские политики. До этого одним из главных «антигероев» была экс-представитель Госдепартамента США Дженифер Псаки, над фамилией которой в России шутили упорно и грубо. 

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

В России власти обсуждают возможность заменить пятибалльной систему оценок в школах на многобалльную. Об этом на круглом столе газеты «Известия» рассказал глава Центра мониторинга качества образования ВШЭ Виктор Болотов. 

2961038

В разговоре с газетой Болотов назвал нынешнюю, пятибалльную систему оценок «позавчерашней». По его словам, ее надо менять. Болотов рассказал, что «в свое время» существовал большой проект 12-балльной системы оценок. Эксперт добавил, что возможность отказа от пятибалльной системы обсуждается и сейчас, но уточнил, что для этого необходимо повышение квалификации учителей.

ВИДЕО ТУТ

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ?

Потому что никакой конкретики в словах Болотова нет. Он сам подтверждает, что отказ от пятибалльной системы в разных формах обсуждается давно. И обсуждение продолжается до сих пор. 

Замглавы Рособрнадзора Анзор Музаев, который тоже участвовал в дискуссии, говорил примерно о том же: «Там много работы. Многие годы идем к тому, чтобы выстроить всероссийскую систему оценки». 

Опять же, ни о каком конкретном проекте речи не идет.

Кстати, отдельные российские школы и так отказываются от стандартной системы оценок. Например, в одной из школ Ногинского района Московской области с 1991 года действует двадцатибалльная система. Весной этого года от пятибалльной системы отказались в одном из лицеев Красноярска. Там вообще отменили оценки и стали писать каждому ученику комментарии о его достижениях.  

Тем не менее СМИ массово стали писать о недавнем «предложении» Рособрнадзора, выдав за него абстрактную дискуссию на круглом столе. Многие заголовки создали ощущение, что отказ от пятибалльной системы — практически решенный вопрос, а реформа ожидается со дня на день. При этом, если судить по тексту, опубликованному в «Известиях», представитель Рособрнадзора в обсуждении оценок почти не участвовал. 

В конце статьи приводится цитата Анзора Музаева, в которой он перечисляет нововведения в школах на ближайшие годы. Отказа от пятибалльной системы там нет. Это не помешало некоторым СМИ не просто рассказать о дискуссии, организованной «Известиями», но и взять комментарии у преподавателей с просьбой прокомментировать «неминуемую» реформу. 



2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

2960202
Фотография:
Saeima / Flickr


Депутат сейма Латвии Александр Кирштейнс предложил раздробить Россию на несколько частей. Об этом политик 28 июля написал в своем личном твиттере. Через два дня на сообщение обратило внимание агентство РИА Новости.

Кирштейнс ответил на твит российского публициста Евгения Понасенкова о писателе Владимире Войновиче, который 27 июля умер от сердечного приступа. Понасенков цитировал текст сатирического гимна России, который придумал писатель. В частности, в нем есть слова про судьбу России: «Но долго ли будет она неделимой, я этого вам предсказать не берусь».

Депутат Сейма в ответ на это написал: «Только когда Россия распадется на малые страны в соответствии со своим этническим составом, военные конфликты закончатся, а в Европе настанет устойчивый мир».



ВИДЕО

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ:

Потому что это личное мнение латвийского депутата, притом не самого известного. Более того, поделился он им в твиттере, а не на заседании парламента страны. Ни о каком программном высказывании от лица всей Латвии речь не идет.

Нужно уточнить, что в Сейме Латвии Кирштейнс представляет правое политическое объединение «Все для Латвии!» — «Отечеству и свободе/ДННЛ», основная идеология которого — национал-консерватизм. Очевидно, что политик с таким бэкграундом вряд ли питает теплые чувства к России и может периодически позволять себе популистские высказывания.

Тем не менее больше сотни российских изданий выдали мнение латвийского депутата за официальную позицию Сейма, а позже и всей страны. Новость при этом оформили так, будто о необходимости разделить Россию в Латвии заявили на самом высоком уровне, утвердили государственную программу и обратились с предложением разделить Россию к партнерам по НАТО.

Некоторые издания пошли еще дальше и сделали новости из реакции российских политиков на твит Кирштейнса. В СМИ привели мнения сенаторов Франца Клинцевича и Алексея Пушкова, а также депутата Виталия Милонова

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

2958998 В футбольном мяче, который президент России Владимир Путин подарил своему американскому коллеге Дональду Трампу на встрече в Хельсинки, нашли чип. Об этом 25 июля сообщило агентство Bloomberg.

ВИДЕО

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ:

Потому что чип NFC не имеет отношения к Владимиру Путину, а российские спецслужбы не встраивали его в подарок, чтобы следить за Трампом. Такой чип есть в каждом мяче Telstar 18. Компания Adidas специально вшила его в свою продукцию. Это типичный пример прикладного использования современных технологий. Чип встроили для того, чтобы болельщики могли узнать о проектах Adidas и новостях из мира спорта, просто поднеся свой смартфон к мячу.   

Немецкая компания не скрывает, что технологию NFC применяют при производстве Telstar 18. Об этом написано на одной из сторон мяча. В сообщении на сайте Adidas говорится, что закодированные в чипе параметры невозможно удалить или переписать. 

Тем не менее российские СМИ в заголовках преподнесли новость о чипе так, будто это не «фишка» Adidas, а шпионская уловка российского президента. Некоторые использовали слово «жучок», которое полностью искажает смысл новости. Очевидно, это было сделано, чтобы в очередной раз получить клики на горячей теме встречи Путина и Трампа. 

Больше пяти изданий также выпустили отдельные новости по мотивам комментария сенатора Алексея Пушкова в твиттере, хотя тот ничего нового не сказал и просто отметил, что ажиотаж вокруг подарка Путина — это «много шума из ничего». 

Несколько дней назад СМИ уже «шумели» по поводу красно-белого футбольного мяча, когда выяснилось, что служба безопасности американского президента проверила сувенир. Напомним, что это рутинная процедура. По протоколу безопасности ее обязаны проводить со всеми подарками, которые получает глава государства. Однако многие российские издания преподнесли новость так, будто проверку устроили из-за недоверия к Путину, а, возможно, и к самому Трампу, которого активно критикуют на Западе за его подозрительную мягкость по отношению к президенту России. 




==================================================================================================================

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

Президент Эквадора потребовал от Ассанжа покинуть посольство страны в Лондоне: почему это инфошум

2958996

Президент Эквадора Ленин Морено заявил, что основатель сайта WikiLeaks Джулиан Ассанж должен покинуть посольство страны в Лондоне. Его слова 27 июля приводит агентство РИА Новости.

Ленин Морено отвечал на вопросы журналистов на Foro America, который организовало испанское информагентство Europa Press. По заверению российских СМИ, в том числе РИА, президент Эквадора сказал, что в конечном итоге Ассанжу придется покинуть посольство, и переговоры об этом уже ведут с Лондоном.

ВИДЕО

Эквадор предоставил Ассанжу убежище в лондонском посольстве Эквадора в 2012 году. Тогда власти Британии хотели выдать основателя сайта WikiLeaks Швеции, где его обвиняли в изнасиловании. Сам Ассанж полагает, что как только он покинет территорию дипмиссии, его арестуют и экстрадируют в США. Там основателю WikiLeaks грозит преследование за публикацию секретных документов Госдепа и Пентагона.

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ?

Потому что Морено вообще этого не говорил. В отчете испаноязычного агентства Europa Press, которое встречу организовало, ее нет вовсе. Reuters сначала включил эти слова в новость, но позже их убрал. По-видимому, возникла некая ошибка в переводе речи президента Эквадора на английский, которую позже растиражировали англоязычные СМИ. 

На самом деле, Морено сказал, что держать человека в одном месте так долго — это нарушение его прав. Он подтвердил, что ведет переговоры с британским правительством и послом Эквадора в Лондоне о судьбе Ассанжа и преследует единственную цель: обеспечить журналисту безопасность.

Напомним, что в декабре 2017 года Эквадор дал Ассанжу гражданство. Непонятно, как при этом его могут выдворить из дипмиссии страны. И Морено своим ответом в очередной раз подчеркнул, что будет защищать основателя WikiLeaks, хотя сам он с его деятельностью не согласен.

Одним из первых неверную цитату на английском растиражировало агентство Sputnik, которое написало, будто Ассанж «должен» покинуть посольство Эквадора. По-видимому, желание обыграть эту тему связано с тем, что раньше источники говорили главному редактору Sputnik и RT Маргарите Симоньян, что Ассанжа скоро выдадут Великобритании.

Хотя неточную цитату позже убрали из надежных источников, она осталась в заголовках таблоидов (SunDaily Mail) и большинства российских СМИ. Последние и вовсе преподнесли слова президента Эквадора так, будто решение о выдаче принято, а Ассанжа из посольства выставят уже завтра.



2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

В Минобороны России подготовили приказ, по которому все гражданские легковые автомобили должны ставиться на воинский учет. Если в стране введут военное положение, их сможет использовать армия. Об этом 24 июля написала газета «Известия». Проект приказа опубликован на портале проектов нормативно-правовых актов.


Новый документ вносит изменения в приказ министра обороны от 2014 года.

Проект предполагает, что в список автомобилей, подлежащих учету в  мирное время в военкоматах, попадут машины «категории технического регламента Таможенного союза «М1»». Это любые легковые автомобили для перевозки пассажиров, у которых «не более восьми мест для сидения». 

Видео

«Известия» отмечают, что на полученных автомобилях военные будут ездить до тех пор, пока в часть не поступят штатные машины. После этого автомобиль должны вернуть владельцу и выплатить компенсацию. 

Сейчас проект находится на стадии межведомственного согласования и антикоррупционной экспертизы. 


Почему это инфошум?

Потому что даже если предложение Минобороны примут, то для обычных граждан в мирное время фактически ничего не изменится. Самостоятельно ехать в военкомат и ставить свое средство передвижения на учет им не  придется. 

Отдельного приказа, который позволяет изымать у  граждан легковые автомобили в военное время, сейчас нет. Но, например, в  статье 242 ГК прописано, что в случае происшествий, «носящих чрезвычайный характер», у  собственника можно изъять имущество. К такому происшествию вполне можно отнести и военные действия. 

Особые права, которые действуют в военное время, закреплены и в федеральном законе «О военном положении». Там говорится, что у  граждан и организаций могут изымать «необходимое для нужд обороны» имущество. 

Если же попробовать смоделировать ситуацию, когда в  стране потребуется вводить военное положение, картина представится малоутешительной: ведь в случае полноценного военного конфликта с участием России велика вероятность применения ядерного оружия. А если его задействуют, война будет настолько быстрой и разрушительной, что власти, скорее всего, просто не успеют забрать у граждан их транспортные средства. 

Тем не менее многие СМИ из довольно рядового предложения Минобороны раздули практически сенсационную новость, как будто автомобили начнут забирать уже завтра. Например, «Царьград» написал, что благодаря предложению военного ведомства Россия «превратится в единый боевой лагерь». А ресурс InfoResist, не уточняя, о какой именно инициативе идет речь, сообщил, что «российским военным хотят разрешить забирать гражданские автомобили». 

UPD 18:00. После волны новостей об «изъятии» автомобилей у россиян в Минобороны выступили с разъяснением. Там отметили, что документ лишь уточняет порядок учета транспортных средств в военных комиссариатах, а «привлечение для нужд обороны дополнительной автомобильной техники <...> возможно лишь в исключительных случаях». 

И хотя ничего сенсационного в военном ведомстве не  сказали, некоторые СМИ тут же выпустили новости под заголовками, из  которых следует, что Минобороны чуть ли ни в ближайшие дни собиралось отобрать у россиян машины, но передумало: «Министерство обороны отказалось воевать на автомобилях россиян» (Южный Федеральный); «Минобороны не будет изымать автотранспорт у граждан и организаций» (Российская газета); «Минобороны отказалось забирать машины россиян для войны» (Санкт-Петербург.ру).

Оригинал

2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

Посол США в России Джон Хантсман отказался уходить в отставку. Об этом 21 июля сам дипломат написал в колонке для газеты Salt Lake Tribune.

2957316
Фотография: пресс-служба Совета Федерации

Текст Ханстмана стал ответом на призыв колумниста газеты Роберта Герке: 16 июля тот опубликовал статью, в которой раскритиковал посла за «позорный» саммит президентов США и России. Герке написал, что Хантсман «работает на пешку, а не на президента» и ему нужно «вернуться домой». Колумнист посоветовал послу Соединенных Штатов в России немедленно уйти в отставку и высказаться против Трампа.

ссылка на  ВИДЕО

В ответном тексте Хантсман предложил Герке приехать в Москву и своими глазами посмотреть на работу американцев, которые находятся здесь, чтобы «стабилизировать самые опасные отношения в мире». «Я провел ненаучный опрос среди моих коллег <...> и спросил их, стоит ли мне уходить в отставку. Cмех дал мне понять все, что нужно», — добавил посол.

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ?

Потому что мнение колумниста газеты нельзя назвать серьезным требованием сложить полномочия. В статье, о которой идет речь, Герке в первую очередь раскритиковал политику Трампа. А обращение к Хантсману было здесь скорее риторическим ходом, нужным для того, чтобы создать ажиотаж вокруг текста. Как видим, этот ход оказался удачным: на колонку обратили внимание и другие СМИ, и сам Хантсман.

С 2017 года несколько американских дипломатов (послы в Панаме, Эстонии, временный поверенный в Китае) ушли в отставку из-за несогласия с политикой Трампа, но они сделали это не по просьбе журналистов, а в качестве личного протеста. Хантсман такого желания не выражал, поэтому едва ли стоит считать его ответ на обращение Герке сенсацией. 

Несмотря на это, многие издания преподнесли ситуацию так, будто дипломата чуть ли не официально выгоняли с поста, а он не согласился. Некоторые даже писали, что Хантсман «объяснил, почему не подал в отставку после встречи Трампа и Путина», будто посол сначала хотел это сделать, а после саммита в Хельсинки поменял свое решение. 

Интересно, что некоторые американские СМИ выстроили свои заголовки по тому же принципу, а Huffpost еще и добавил, что Хантсман «проигнорировал Трампа» в своем объяснении.

Хотите узнавать все самое важное от RTVI первыми? Подписывайтесь на наш телеграм-канал.



2900950
Инфошум.
Истории, которые только притворяются настоящими новостями
Оригинал

Секретная служба США проверила футбольный мяч, который Путин подарил Трампу

2957320
Фотография: пресс-служба Кремля

Сотрудники секретной службы США проверили красно-белый футбольный мяч, который президент России Владимир Путин подарил американскому коллеге Дональду Трампу после встречи в Хельсинки. Об этом 20 июля сообщило агентство Associated Press.

«Я уверен, что мяч изучили очень внимательно», — сказал директор национальной разведки США Дэн Коунс.

ВИДЕО

На пресс-конференции в Хельсинки Трамп отметил, что Россия успешно провела Чемпионат мира по футболу. В свою очередь Путин подарил президенту США футбольный мяч, напомнив, что в 2026 году США будут среди стран-хозяек мирового первенства.

ПОЧЕМУ ЭТО ИНФОШУМ?

Потому что ничего выдающегося в проверке сувенира нет. Это обычная процедура. Служба безопасности президента США по протоколу должна проверять все подарки, которые получает глава государства. И обычно такие случаи поводом для новости не становятся. Но о том, что красно-белый футбольный мяч «тщательно проверила» служба безопасности президента, написали десятки российских изданий.

Очевидно, что это попытка «набрать очки» на популярной теме. Ведь американская пресса и политики массово критиковали Трампа за саммит в Хельсинки. И даже передача Путиным подарка президенту США получила дополнительную интерпретацию: так, сенатор-республиканец от штата Южная Каролина Линдси Грэм написал в твиттере, что на месте Трампа он «проверил бы футбольный мяч на наличие прослушивающих устройств и никогда бы не разрешил принести его в Белый дом».

Многие российские издания в своих заголовках преподнесли новость об обычной процедуре так, будто проверку устроили из-за недоверия Путину (и, возможно, даже недоверия Трампу, претензии к которому на Западе после саммита в Хельсинки только множатся). 

Кстати, в американских СМИ новость о проверке футбольного мяча не была столь популярна, как в российских. Причем многие англоязычные издания, которые все же обратили внимание на эту историю, в своих заголовках честно написали, что речь о стандартной процедуре. Например, так поступили в AP и в Hill.





Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире