romanova_olga

Ольга Романова

07 декабря 2017

F

Вот Сечин. Вы представляете себе Сечина? Точно хорошо представляете? Это очень страшно. И очень противно.

Это так страшно и так противно, что всем понятно, как он кончит. Здесь без вариантов.

И вот напротив Сечина Улюкаев. Нет, не одной с ним крови. Хотя да, работали вместе, колбаски там, винчик. И вот теперь Сечин прёт на тебя, как балрог в подземелье Мории. Нет спасенья, нет. И еще дочка Ольги Егоровой из Мосгора у него работает, помимо всех остальных и всего прочего.

А Улюкаев — человек. Смертный, грешный, слабый, не знающий реальной жизни и до сих пор, кстати, её не понявший и не принявший. И он говорит — «простите». Это важно.

Мы все видели этот суд. Мы все видели эту прокуратуру — глупую, смешную, напыщенную. Свидетелей, жаль, не всех видели, ну да может и к лучшему. Понимаете, как бы ни был вам неприятен Улюкаев, мы — страна победившего Сечина. Даже не Путина, а Сечина.

Не улюлюкайте в спину Улюкаеву, кто завтра будет на его месте — ? Виновный или невиновный — но это будет тот же суд, тот же прокурор, и тот же, в сущности, Сечин.

Оригинал

Российский ФСИН — природный враг человечества. Как известно всему миру, пенитенциарная система должна — обязана — исправлять брак в работе общества и государства, направлять на верный путь оступившихся и пытаться излечить преступников, а в случае невозможности исправления — оградить общество от преступных посягательств. То есть главная пенитенциарная цель — снижение уровня криминализации общества, то есть рецидива, и повышение безопасности.

Всё это, конечно, пустые слова для ФСИН. Наш ФСИН занимается совсем другими вещами, о которых долго говорить, ибо скандалов и уголовок не счесть.

Но кто-то же должен быть в этом виноват.

А знаете, кто в этом виноват по версии ФСИН?

В этом виновата я, Романова О.Е.

В конце марта 2017 года заместитель директора ФСИН — в недавнем прошлом майор ракетных войск — товарищ Рудый А.А. написал на меня донос. Написал, что я похитила бюджетные деньги в особо крупном размере.

В начале июня в Руси Сидящей прошли обыски — в офисе и в бухгалтерии. Прошло несколько глубинных проверок. Мы всегда к такому готовы. У нас всё чётко, как в аптеке.

Нашей организации 9 лет — на днях у нас ДР. Все эти годы мы жили за счет двух источников: фандрайзинг (это почти 90 процентов всех наших денег) и работы по контрактам. Фандрайзинг полностью поступает на счета Благотворительного фонда помощи осужденным и их семьям. Это одна организация. Есть и вторая организация — ООО «ЭрЭс» (то есть Русь Сидящая), где я единственный учредитель и гендиректор, и компания раз в год проходит независимый аудит. ЭрЭс зарабатывает деньги для «Руси Сидящей»: прибыль переходит в Благотворительный фонд помощи осужденным как взнос учредителя. Как зарабатываем: оказываем помощь в проведении социологических опросов среди осужденных, родственников и освободившихся по контрактам с организациями по изучению общественного мнения. Или вот для кудринского ЦСР написали свои предложения по пенитенциарной реформе, привлекая маститых экспертов. Или по контракту со Всемирным банком изучили потребности заключенных и их родственников в получении элементарных финансовых знаний, сочинили брошюры (как платить алименты в зоне, как получать пенсии, как квартплату платить, что делать с кредитами, если ты осужден и т.д.) и прочитали почти сотню лекций родственникам осужденных, осужденным и сотрудникам УИС. С лекторами были заключены контракты, лекции записывались, фото были обязательны.

Я к чему так подробно? А к тому, что Рудый А.А. из ФСИН написал на меня донос, что денежки мы свистнули, а лекций не читали.

Это зря. Помимо материальных носителей, мы также получили публикации, например, на сайтах Епархий, с которыми мы тоже работаем, какие полезные лекции были прочитаны, и какие лекторы молодцы.

Однако я твёрдо знаю одно: чтобы качественно доказать, что ты не верблюд, хорошо бы неверблюду в этот момент быть на свободе. И сразу после обысков я уехала.

У меня нет нигде собственности (в России тоже). Не было вида на жительство. У меня была обычная европейская виза. И небольшая растерянность.

Всё лето я прожила во Франции и в Италии, скитаясь по любезным своим друзьям, за что им отдельное спасибо. Параллельно я отбивалась — и думала, что дальше.

К концу моего предельного срока пребывания в ЕС мне поступило предложение о работе в одном из респектабельных немецких фондов. И, конечно, я его приняла и с 1 сентября переехала в Германию.

В «Руси Сидящей», где только в этом году я начала получать зарплату в размере 20 тысяч рублей в месяц (17 тыс на руки), я написала заявление об отпуске за свой счет. При этом, конечно, я принимаю максимальное участие в работе организации, ежедневно — по всем мыслимым и немыслимым мессенджерам.

Что сделали юристы «Руси Сидящей» по этому делу? Как обычно, юристы проявили свою гениальность. И мы сами подали в суд на представителей и операторов Всемирного банка в России: ведь мы перевыполнили план по лекциям и брошюрам, вот документы. А дальше был незамысловатый вопрос: не доплатите ли нам разницу за переработку? Суд привлек операторов контракта третьими лицами, состоялось слушание, и вынесено справедливое судебное решение: ребят, вы выполнили всё, что было по контракту, ни у кого из настоящих контрагентов вопросов нет, они довольны.

Мы хотели подтвердить в суде, что всё ок — да, всё ок.

Теперь мы можем написать претензию во ФСИН, а также предъявить туда ложный донос от ФСИН — а это уголовочка Рудому. Понятно, что до ложного доноса и возбуждения дела нам еще идти и идти, но с претензией всё вышло по закону: ФСИН на претензию не ответил, мы подали в суд, и на 6 декабря назначено слушание.

Я очень хотела вернуться в декабре и лично в суде поучаствовать. Но не выходит. После всех проверок опасности меньше не стало.

Я, наверное, последний в России человек, который хотел бы эмиграции. Я не для этого, я не хочу, вся моя жизнь — это Русь Сидящая. Организация отлично справляется без меня, работает, как часы — это ли не счастье. Я как будто бы вижу жизнь Руси Сидящей после своей смерти — Работает! Всё не зря! Будет работать. Но хотелось бы вернуться.

Это был мой каминг аут. Я подготовилась, у меня было время. И все бумажки одна к одной подложены, и всё будет опубликовано здесь и на сайте Руси Сидящей — теперь уже вне зависимости от моей судьбы. Пожалуй, на этой неделе и начнем их выкладывать. Пора, пора. Хочу домой очень. И в Сибирь мне давно пора, и в Мордовию — и не вашим контингентом, товарищ Рудый из ФСИН. А ему ответить придётся, и не за меня, скорее всего — за другие художества, но и на то согласная.

ЗЫ: И вот еще что. Мы минувшим летом выиграли президентский грант. И приняли решение отказаться от него. Токсичность зашкаливает. Кстати: дорогие операторы президентских грантов! Вспомните Софью Апфельбаум. О вас же забочусь. Не благодарите.

В моём деле работает адвокат Алхас Абгаджава и глава Юридического департамента Руси Сидящей Алексей Федяров

Оригинал

И я сейчас вовсе не про фактуру дела.
Публичное апеллирование к президенту и публичное же «Дураки» безнаказанным не могло остаться. Путин у нас коллективный, и СК сделало всё, чтобы доказать: они не дураки.

На мой взгляд, вторая ошибка тоже смысловая, в смысле выбора «башни» для защиты. Можно было бы взять очень хороших адвокатов (адвокатскую контору), так или иначе связанных с центрами силы «коллективного Путина». Их не очень много, они все наперечёт, все, как на ладони. Самое последнее дело — обратиться в контору, которая тесно связана с Генкой (с генпрокуратурой). Они, конечно, могут решать вопросы. Но не такие. Не здесь и не сейчас.

И третья ошибка — неоказание немедленной помощи бухгалтеру Нине Масляевой.

...А вообще финал был понятен в день, когда у Кирилла Серебренникова изъяли загранпаспорт. Я думала, что до выборов ситуация будет подвешенной — мастерам культуры дадут выразить своё искреннее, пламенное и бесплатное мнение по этому вопросу, а уж потом оценят степень пламенности и искренности. Наши адвокаты говорили — нет, до нового года всё решится, причем негативно. И только опытный экс-следователь и экс-прокурор, ныне орёл «Руси Сидящей», хмыкал и уверенно припечатывал: всё закончится еще летом.

Причём дела не видел никто из нас.

Дело же не в деле.

Оригинал

Про освобожденных Чудновец и Севастиди.

Это очень хорошо, что барышни на свободе. Чудновец, сделавшая репост видео с ребенком без штанов, Севастиди, отправившая другу в Грузию смс за полгода до войны с Грузией («танки раньше были» ее смс, в ответ на вопрос «У вас там танки?»).
Никакого отношения к порнографии репост Чудновец не имеет, конечно. Севастиди не изменяла Родине, отправив смс. Или нам нельзя писать про самолеты над головой, про БМП на дорогах, потому что завтра война?

Но 

Не сводите людей с ума, не лишайте их собственных ориентиров. Невиновный не значит «умный, хороший, смелый, справедливый, самый лучший». Невиновный — это невиновный. Всё остальное тоже бывает, но с той же частотой, что и на свободе.
У Оксаны Севастиди характер жертвы, она из колонии писала, что не может заниматься в кружках, потому что очень старая, ей 46 лет. У Чудновец наоборот, барышня явно много чего нафантазировала себе, ей будет больно при встрече с реальностью, но она не из тех, кто извлекает уроки. Свету Курицыну помните? Ну вот. Мне очень нравится версия депутата Сидякина, что освобождение Чудновец — чисто конкретно его заслуга. Пусть так и будет.

Еще раз: ваше более подробное знакомство с Оксаной и Евгенией может принести некоторое разочарование, но не сделает их виновными. Не путайте, пожалуйста.

Оригиyал

Надо было собираться и уходить уже на «Улице разбитых фонарей».
По Пятому каналу они шли перед новостями в 12.00. Салон красоты на Таганке внимал под маникюр и бигуди приключениям капитана Дукалиса, а они действительно были невероятны: к нему на улице подошла журналистка, а двое ментов в штатском схватили её за руки-за ноги и отволокли в подворотню, чтобы не мешала проведению операции. Журналистка кричала и решила, что будут насиловать, но добрый капитан подошёл к ней и сказал: «Да ты себя в зеркале видела? Кто тебя насиловать будет?» — и операция продолжилась своим ходом.
Салон красоты и его клиентки весело и задорно встретили огневую шутку Дукалиса про изнасилование дружным «Гы!». Все — женщины, плюс сладенький парикмахер.

А через пару минут начались двенадцатичасовые новости: взрывы в Брюсселе.
«Так им и надо, гадам!» — тут же сказала маникюрша Рита. «Будут, суки, знать!», подхватила маникюрша Юля.

Недаром умные люди говорят, что самое страшное зло — не распоясавшийся мужик с топором.
Зло — это хорошенькая женщина с крестиком, чистой кухонкой, двумя карапузами и хорошкой с бантиком (они так домашних питомцев кличут), у которой внутри даже не чёрная бездна, не сгусток мглы и ада, а просто кучка засохшего говна, желающего диктовать миру свои не подлежащие апелляции приговоры.

Оригинал

19 ноября 2015

Жил-был Вася…

Жил-был, скажем, Вася. В городе Муроме. Вася труженик и отличный семьянин — жена, дети, всё такое. Шёл как-то Вася по своим делам, и вдруг, извините, приспичило ему сильно. В смысле естественных надобностей. А вокруг — ни кафешки, ни тем более общественного туалета. И забежал Вася по срочной нужде в родную школу, потому что культурный — не в подъезд же, а в кусты тоже не комильфо, и мороз к тому же. Справил Вася потребность, застёгивает Вася штаны, глядь — а мимо тубзика девица идёт молодых лет. Девица к завучу, Вася кубарем на улицу. Разыскали Васю, и предъявили ему обвинение — от 12 до 20 лет строгого режима. Не верите? Вот вам бумажки следовательские. Хорошо, судья попалась редкой трезвости, Вася на свободе под подпиской ходит, не в тюрьме сидит. Но осудят его, голубчика, как пить дать. И на сколько реально загремит — это как фишка ляжет.

2399802

2399804

Оригинал

Провожаем на зону очередного врача-педиатра, признанного нашим судом педофилом. Он глазное дно смотрел, это близкий контакт, а мальчик подумал, что дядя поцеловать его хочет — мама накануне так объясняла. Интересно, что апелляционную жалобу на приговор первыми подали родители мальчика — просили оправдать. Но нет. Дали 14, на апелляции сократили вдвое, итого 7 лет. За исполнение профессиональных обязанностей. Пишут нам врачи одной известной московской детской клиники: «...мы боимся пальпировать лимфоузлы, а особенно у детей от 10 лет. Как известно, лимфоузлы и в паху бывают».

Замечу от себя, что такие дела могут остановить (каждый на своей стадии): следователь (или группа следователей), прокурор (в компании прокуроров) или судья. Человек 10 на первом этапе могут это остановить и человек 25 на последующих этапах. Я очень хотела бы пожелать им зла, но не буду. Я с ними часто общаюсь и вижу, в каком аду они живут, не осознавая этого и добавляя огонька.

Фамилию осуждённого без его согласия я дать не могу, а адвоката зовут Михаил Тёр-Саркисов, дело было в Москве.

Оригинал

25 августа 2015

Всё, она вышла

Всё, она вышла.
Какая пощёчина всем сидящим, не отпущенным по УДО, многодетным матерям, героям России, людям, имеющих на иждивении стариков-ветеранов.

«Осужденная к пяти годам колонии по делу «Оборонсервиса» экс-глава департамента имущественных отношений Минобороны Евгения Васильева решением Судогодского районного суда Владимирской области освобождена от наказания условно-досрочно, передает РИА «Новости».

Адвокаты попросили немедленно отпустить Васильеву, против ее выхода на свободу не возражала ни прокуратура, ни представитель ФСИН.

В ходе заседания, судья сообщил, что бывшая чиновница прошла курс индивидуальной программы психологической коррекции личности, и хотя программа курса была пройдена не полностью, «прогноз поведения ее на воле скорее благоприятный».

Оригинал

В «Руси Сидящей» работают волонтерами очень хорошие и опытные — увы — барышни. Отсидевшие своё, но больше не своё. И вот они хором убеждали меня, что Евгения Васильева в тюрьме не окажется. Я, грешный человек, с ними спорила. Ну видали мы всякое — но не до такой же степени. Простите, барышни. Вы были правы.
Защита экс-чиновницы Минобороны Васильевой не подтверждает ее нахождение в СИЗО.

А история с Евгенией Васильевой все интересней и интересней.

1. Сначала СМИ сообщают, что Евгению Васильеву видели на улице в Москве

2. Потом ФСИН и дрессированный правозащитник Антон Цветков возмущенно сие опровергают: дескать, она в колонии во Владимирской области, сидит на общих основаниях, вот адрес, вот телефон зоны — точно сидит, этап хорошо перенесла, и в зоне ее все знают.

2347038

3. После чего Мосгорсуд делает заявление: вы там все белены объелись? Какая колония, какой этап? У нее приговор еще не вступил в законную силу, так что она должна быть в тюрьме в Москве.

2347036

Прекрасно все друг друга спалили.

Оригинал

Оригинал — Spektr.delfi.lv

Вот представьте себе — возвращаетесь вы из арктической экспедиции, открываете дверь, а жена с порога вам и говорит: «Негодяй, я всё знаю! Детям я уже всё объяснила, мама сейчас приедет, на развод подала!».
Приключилось ли с вами чего за Полярным кругом, не приключилось – никого не волнует, дело сделано. Или вы картину пишете, не дописали еще, а критик уже статью написал: «Новая картина – полная фигня, художник не умеет рисовать!». Или вы токарь на заводе, растачиваете шкворень вилки заднего моста, только инструмент взяли в руки – приходит начальник цеха и орёт: «Кто ж так шкворень растачивает, козёл?». Это называется – предрешённость (если культурно). Хорошо вы рисуете или тачаете, плохо ли, а также почему задержались в командировке – надо разбираться: выслушать разные мнения, сопоставить факты, сверить и перепроверить. Но это в бытовой жизни. А теперь представьте себе, что вы приходите в суд, говорите судье: «Здравствуйте, Ваша честь!» — а он вам: «Привет, хулиган, насильник и расхититель! Давайте рассмотрим Ваше дело объективно».

«Русь Сидящая» часто сталкивается с предрешённостью в судебных процессах.
Суд еще и не думал начинаться, а судья уже обращается к подсудимым: «ОсУжденные, встаньте!». Вот это как? И не то, чтобы оговорился, а произносит вновь и вновь: «Осужденные, поддерживаете ходатайство защиты? Осужденные, у вас есть возражения по составу суда? Осужденные, вы поняли вопрос?». И не один судья произносит, а целая коллегия, ибо рассказываю я сейчас про заседание апелляционной инстанции Забайкальского краевого суда (председательствующий судебной коллегии по уголовным делам Батомункуев Солбон Балданжапович). Делегация «Руси Сидящей» съездила в Читу на судебное заседание по делу «Четверо против ветра» в городе Ясногорск Забайкальского края четверо парней вступились за незнакомого человека, на которого среди бела дня, на выходе из Сбербанка, напали двое, а когда ребята отбили незнакомца, те начали палить по ним из пистолета, ибо оказались сотрудниками полиции без формы, которым что-то там почудилось.

Ребят в итоге приговорили, но приговор в законную силу не вступил, так что они никак не осужденные, а подсудимые, и это для любого суда – Отче наш, как казалось бы. Ну и совсем не хотелось бы мне говорить о том, о чём говорят все участники этого процесса, но приходится. Все подсудимые – русские, а признанные потерпевшими сотрудники полиции, следователи и судьи – буряты. Нехорошо, нехорошо так говорить ярому интернационалисту, да и не собиралась я этого делать из Москвы, а вот прилетели мы на место, посмотрели и послушали, и должна я вам сказать: есть такая проблема, и закрывать на это глаза нельзя. Да это и в процессе было заметно: признанный потерпевшим полицейский Батолжасанов потребовал возместить ему моральный вред аж полмиллиона рублей. В своем заявлении обосновал сумму просто: очень он много написал бумаг, оправдывая применение табельного оружия среди бела дня, на детской площадке, где гуляли мамочки с детьми. Суд установил выплатить Батолжасанову 61 тыс. рублей, взыскав со всех «злодеев». Одному из них, Ване Пылеву, досталось 11 000 рублей. Его мама дважды направляла деньги Батолжасанову почтовым переводом, но он брать их отказался, а потому мама перевела всю сумму в детский дом Забайкальского края для детей-инвалидов, откуда получила в ответ благодарственное письмо. Суд отказался приобщать приключения с деньгами к делу и перенёс заседание на неопределенное время, определив зато судьбу подсудимых, двадцать раз назвав их осужденными.

Или вот еще недавний случай про предрешённость — в Москве, зато суд уже Верховный. Слушается дело об изменении территориальной подсудности – вроде скучно, ан нет. Два года назад в Краснодарском крае был арестован депутат Заксобрания, видный предприниматель Сергей Зиринов. Дело очень громкое, резонансное, написано уже об этом много, и еще больше будет написано – помимо «звёздного подсудимого», в деле еще и «звёздный адвокат» Анна Ставицкая. Дело передано в краевой суд, но рассмотрение так и не началось: Генпрокуратура подала в Верховный суд ходатайство об изменении территориальной подсудности и о направлении дела в Северо-Кавказский окружной военный суд в Ростове-на-Дону – в связи с тем, что с точки зрения Генпрокуратуры Зиринов может иметь связи в Краснодарском суде, а это означает, что имеется реальная угроза безопасности участникам процесса. Однако в прокуратуре довольно быстро сообразили, что для такового ходатайства нужны основания. Например, доказанная продажность краевого суда. Или реально поступающие угрозы. А поскольку продажность суда – вещь, скажем так, прокуратуре неизвестная, а угроз не поступало, то ходатайство было отозвано как необоснованное. Но заседание в Верховном суда назначено, а потому явились и прокуроры, и адвокаты. Вошли в процесс. Прокуратура заявила об отзыве ходатайства. Казалось бы, всё: нет ходатайства – ничего и рассматривать. Суд запросил дополнительные сведения, прокуратура запросила СК, дали совместный ответ: угроз нет. Угроз нет – ходатайства нет, предмета рассмотрения нет, просим прекратить производство по делу, говорит прокуратура, не говоря уже о защите. Судья выносит решение: несуществующее ходатайство удовлетворить.

Получается, что Верховный суд заведомо предположил, что нижестоящие суды не могут судить беспристрастно. А поскольку судить Зиринова, обвиненного по особо тяжким статьям, должны судить присяжные, то Верховный суд заранее сказал, что не доверяет ни суду, ни присяжным.

На самом деле без разницы, где судить Зиринова. Но с точки зрения закона суд не может рассматривать то, чего не существует. И обрекать налогоплательщиков тратить лишние деньги на перевоз всего хозяйства, свидетелей и подсудимых туда-сюда.

…И вот еще немного о судьбе и предрешенности. В Северо-Кавказском окружном военном суде был осуждён полковник Буданов, убивший чеченскую девушку Эльзу Кунгаеву. Председательствовал на процессе судья Букреев, которого самого сразу после того процесса закатали на 7 лет по обвинению в мошенничестве, я встречала его в СИЗО «Водник» в Москве.

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире