Чертановский районный суд отказался привлечь Департамент информационных технологий г. Москвы для рассмотрения нашего иска об отмене результатов электронного голосования. Зато ведомство решило выйти на связь самостоятельно.

Артём Костырко, замруководителя ДИТ, на площадке блогов «Эха Москвы» опубликовал «Ответ Роману Юнеману».

Костырко прокомментировал наши аргументы в суде и показания свидетелей.

Хорошо, что ДИТ решил не отмалчиваться и вступил в диалог. Жаль, что этот разговор проходит в блогах «Эха Москвы», а не в здании суда – под присягой, с возможностью задать уточняющие вопросы, с запросом всех технических доказательств. В таком разговоре нет правовой ответственности, нет доказательств, а есть слово против слова.

Но такой диалог всё же лучше, чем никакой.

Вкратце аргументы Артёма Костырко сводятся к следующему:

1. 148 человек, которые не проголосовали, могли этого сделать, но не захотели. Получили бюллетень, а голосовать не стали.

2. Все свидетели, вызванные нами в суд, либо ошибаются, либо врут.

3. Скрипт с уязвимостью никак не мог повлиять на результаты, потому что «существуют и обрабатываются на стороне браузера пользователя».

4. ДИТ не вмешивался в процесс голосования.

Хорошо, разберём контраргументы ДИТ г. Москвы по пунктам.

1. АРГУМЕНТ ДИТ №1: «148 человек, которые не проголосовали, могли этого сделать, но не захотели. Получили бюллетень, а голосовать не стали».

В этом и заключается ключевая проблема – мы не знаем, не проголосовали эти люди сознательно или же из-за технического сбоя. Нам точно известно, что 14 всего времени голосования система не работала – этого не отрицает ни сторона избирательных комиссий , ни ДИТ. Люди не могли авторизоваться, не могли получить бюллетень, не могли проголосовать, им не приходили смс. Весь этот бардак происходил в течение всего дня 8 сентября.

И вот ДИТ берёт на себя ответственность давать собственную интерпретацию: якобы 148 человек просто «не захотели» проголосовать. «Если сравнивать с обычными участками – это люди, которые пришли, получили бюллетень и вместе с бюллетенем ушли домой», – пишет Артём Костырко.

Но откуда такая уверенность? Мне на почту написало множество людей, которые утверждают, что проголосовать из-за сбоев просто не смогли. Хотели, но не смогли. Часть из них мы обзвонили и привели в суд как свидетелей. Они прямо говорят: зарегистрировались, хотели голосовать электронно, пытались, но не получилось.

3180069

3180071

Больше писем >>>

Это только те, кого мы не привлекали в качестве свидетелей.

Исход выборов в округе, напомню, решили 84 голоса. На кону — права десятков тысяч москвичей, прописанных в 30 округе. И основание «мы субъективно считаем, что эти 148 человек просто не хотели голосовать» — какой-то слишком хлипкий фундамент.

Наша позиция простая: дистанционное электронное голосование не работало 14 дня голосования, часть избирателей могла из-за этого лишиться права волеизъявления. Достоверной картины голосования по пресловутому участку № 5003 у комиссии нет, это повод отменить результаты эксперимента и засчитать только голоса на обычных участках.

Позиция ДИТ и Алексея Венедиктова: докажите, что именно ваши избиратели не смогли проголосовать, в количестве минимум 84 человек. Но это должны доказывать операторы электронного голосования! А их даже не вызвали в суд как свидетелей, не запросили технические материалы.

Показания же свидетелей, выступивших в суде, ДИТ считает ложью. И это второй пункт. Рассмотрим его подробнее.

2. АРГУМЕНТ ДИТ № 2: «Все свидетели лгут или ошибаются»

Самый интересный аргумент. Поскольку Чертановский суд не запросил никаких технических данных и даже не привлёк ответственного руководителя ДИТ г. Москвы в качестве свидетелей, мы можем опираться только на показания избирателей. Это единственный в нашем случае способ доказать, что люди не смогли проголосовать, а не не хотели, как утверждает ДИТ.

Ситуация абсурдная. Избиратель утверждает: пытался авторизоваться с утра, но не смог, весь день не получалось проголосовать. ДИТ (и вместе с ним защита в суде) говорит: неправда, человек получил бюллетень и никаких проблем у него не было. Суд: нет оснований не доверять организаторам электронного голосования.

При этом Артём Костырко, очевидно, в своих ответах опирается на логи — технические данные о ходе голосования, которые есть только у ДИТ. Нам остаётся только верить второй стороне на слово.

Хорошо, можно предположить, что свидетели всё перепутали и ни в чём не разобрались.

Но у меня есть плохие новости для Артёма Костырко — некоторые избиратели успели сделать скриншоты в тот же день. И эти скриншоты подтверждают их слова.

Смотрите сами.

Вот что пишет Артём Костырко про попытку свидетеля Натальи Буслиной проголосовать:

«Наталья Буслина авторизовалась в 9.25 8 сентября, затем получила успешно бюллетень в 9.27, до сбоя. Почему она не проголосовала, хотя получила корректный бюллетень, сказать сложно. Точно можно утверждать то, что: она ввела смс, перешла на бюллетень. Далее она либо ждала больше 15 минут, либо закрыла бюллетень (игнорируя предупреждения). Затем она зашла на форму ещё раз, ещё раз ввела код смс, пыталась получить бюллетень повторно, но так как система один бюллетень ей уже выдала, то Наталья увидела ошибку».

Наталья Буслина в день голосования весь процесс фиксировала скриншотами. Смотрим картинку, особое внимание — на время.

3179979

3179981

3179983

Обратите внимание: в 9:27 система пишет Наталье «По техническим причинам сервис временно недоступен». Это подтверждает и ответ службы технической поддержки. Артём Костырко же утверждает, что у Натальи всё было ОК.

Кто же врёт или ошибается — Костырко или свидетель?

И сколько таких сбоев было 8 сентября? Сколько моих сторонников не смогли проголосовать? Этого мы не знаем — ДИТ и Алексей Венедиктов утверждают, что сбой не повлиял на волеизъявление граждан, а Чертановский суд отказался всерьёз разбираться в этой ситуации. Напомню: я проиграл кандидату от «Единой России» ровно 84 голоса.

Идём дальше. Свидетель Павел Дмитриев (он даже отписал в комментариях исходного текста Костырко).

Вот что пишет Артём Костырко:

«Павел Дмитриев не был включен в реестр электронных избирателей, он мог проголосовать исключительно в бумажной форме, причем он об этом знал за месяц до выборов. Павел пытался зарегистрироваться как э-избиратель 5 раз: 29.07, 30.07, 05.08, 08.08 и 12.08. 8 августа первый раз обратился в службу технической поддержки и дальше вел переписку с сотрудниками службы. Они пытались ему помочь, но не смогли. Отказ в его заявлении на участие в эксперименте связан с отказом в валидации его данных федеральными системами. Возможно, в связи с тем, что он менял фамилию»

А теперь смотрим скриншоты переписки Павла Дмитриева со службой технической поддержки.

Во-первых, Дмитриев был включён в списки для тестового голосования, о чём получил письмо:

3179987

Во-вторых, Дмитриев был включен в список для электронного голосования на выборах 8 сентября, о чём тоже получил письмо. Возможно, слова «Услуга оказана. Решено положительно» на языке чиновников мэрии Москвы на самом деле означает «Вы не сможете проголосовать 8 сентября», но что должен был в этой ситуации сделать избиратель?

3179989

3179991

В-третьих, сам МГИК подтвердил положительное решение по итогам проверки данных:

3179993

Человека включают в список, он получает подтверждение на почту, проходит проверку данных, перед этим дважды успешно участвует в тестовом голосовании. А уже после выборов внезапно получает ответ «Вы не смогли проголосовать, потому что Вам не был выдан бюллетень» (спасибо, Капитан Очевидность). Показательно, что ответ от службы поддержки он получает в два часа ночи — через 6 часов после завершения голосования.

Дмитриев действительно ранее менял фамилию, поэтому ему пришлось несколько раз ходить в МФЦ и добиваться включения в списки. В итоге его данные по электронной почте подтвердили и ДИТ и МГИК. «Решено положительно».

Чья эта проблема? Из-за чьей бюрократической неразберихи был потерян этот голос? Человека лишили права участвовать в избрании своего представителя в Мосгордуме. И ещё раз напоминаю: я проиграл 84 голоса.

Остальные свидетели, к сожалению, не делали скриншоты в день голосования, поэтому предлагаю просто поверить им на слово. В этих конкретных ситуациях можно было бы разобраться в суде, если бы суд запросил все технические данные и вызвал представителей ДИТ г. Москвы. Но этого сделано не было.

Поэтому предлагаю пользоваться тем самым законом достаточного основания, к которому апеллирует Костырко.

Если люди под присягой утверждают, что они не смогли проголосовать, то не нужно утверждать, что они не хотели этого сделать. Людям виднее, что они хотели.

3. АРГУМЕНТ ДИТ №3: «Скрипт с уязвимостью никак не мог повлиять на результаты».

Вот точные слова Артёма Костырко: «Подобные скрипты относятся к типу скриптов, существующих и обрабатываемых на стороне браузера пользователя. Что это значит? Чтобы теоретически воспользоваться им с целью злого умысла или подмены голоса, необходимо иметь доступ к компьютеру каждого голосующего пользователя».

Это просто прямая ложь. Вот этот скрипт:

3180013

Скрипт задействует переменную $security, в которую можно ввести буквально всё что угодно. Подменять голоса, например. Или выводить агитацию за кандидата. На что хватит фантазии.

То есть в последний момент перед днём голосования появляется кусок кода, который открывает не просто дыру, а дырищу.

Интересно, что сам ДИТ опубликовал свой комментарий в фейсбуке программиста и наблюдателя Евгения Федина. И этот комментарий… полностью противоречит словам Костырко!

3180001

Теперь ДИТ утверждает, что этот кусок сначала в последний момент включили в код, а потом в последний момент исключили из него, потому что скрипт «показал свою низкую эффективность» (отчего же, очень эффективный скрипт — прим. Р.Ю.)

Хотелось бы, чтобы Департамент информационных технологий г. Москвы уже, наконец, определился: является ли этот скрипт безопасным, как утверждает Костырко, или же его в последний момент убрали.

В любом случае мы не можем проверить, какой код использовался в день выборов. И это одна из основных проблем электронного голосования как такового, проведённого 8 сентября — могло быть что угодно и доказать теперь ничего нельзя, все технические данные остались у единственного оператора, Департамента информационных технологий г. Москвы. Остаётся верить на слово органу исполнительной власти.

Но вернёмся к ответу Артёма Костырко.

4. АРГУМЕНТ ДИТ №4: «Департамент не вмешивался в ход голосования»

Это самое смешное утверждение из ответа замруководителя ДИТ г. Москвы, потому что факт вмешательства в ход голосования не только подтверждался словами членов комиссии пресловутого участка № 5003, но и сотрудником самого же ДИТ Александром Сарватдиновым, которого мы тоже привлекли в качестве свидетеля. Об этом же он говорил в день голосования — этот факт мы записали на аудио.

О каком невмешательстве ДИТ можно говорить, если сотрудники департамента дважды останавливали блокчейн, обзванивали избирателей, заново рассылали авторизационные смс и — более того — вручную удаляли отметки о выдаче бюллетеней в списке избирателей электронного голосования. Последнее — очень серьёзное нарушение. Это как если бы на обычном участке вносили избирателей в список карандашом, а потом приходил директор школы, стирал их ластиком и вписывал заново.

И ещё один момент.

Артём Костырко пишет:

«Филонович Сергей, член комиссии от Справедливой России, справедливо отмечает, что количество отправленных смс не совпадает с количеством голосов. Это действительно ключевой момент — число смс всегда было больше числа выданных бюллетеней и — тем более — голосов. Люди заходили в систему, подтверждали свою личность, далее они могли посмотреть на интерфейс и затем уйти, чтобы вернуться позже. По возвращении к голосованию люди повторно запрашивали смс. Никакого отношения к сбою число отправленных смс не имеет»

Действительно: число смс может быть больше, чем бюллетеней.

А теперь давайте посмотрим на снимок с участка № 5003:

3180005

Ситуация обратная: на 15:15 и 15:30 количество бюллетеней выдано больше, чем было верно введено смс.

Чем можно объяснить этот факт? Чтобы получить бюллетень, человек должен был сначала получить смс и ввести данные из сообщения. Как бюллетеней могло быть выдано больше смс?

И вот ещё одна весёлая картинка:

3180007
Фото Виктора Толстогузова

Здесь мы видим, что число выданных смс начинает… уменьшаться! На 12:00 отправлено 1104 смс, а на 12:15 — 1102 смс.

Артём Александрович, раз уж вы вступили в дискуссию. Расшифруйте, пожалуйста, эти две аномалии: как число бюллетеней могло быть больше отправленных смс и как число смс могло со временем уменьшаться?

Ждём ответа Артёма Костырко в блогах «Эхо Москвы», но не теряем надежды, что главный разговор произойдёт в суде.

Чертановский районный суд отказал в удовлетворении нашего иска. Но мы на этом не остановимся. Мы судимся дальше и будем настаивать на привлечении представителей ДИТ г. Москвы, а также предоставлении суду всех технических материалов о ходе голосования.

В завершение я хотел бы публично обратиться к Артёму Костырко с конструктивным предложением.

Если вы действительно уверены, что дистанционное электронное голосование 8 сентября прошло честно и на достойном организационном уровне, предоставьте нашей рабочей группе технические данные — обезличенные логи и содержимое блокчейна.

Если удалить из логов персональные данные, то предоставление этих сведений не нарушит ничьих прав, зато послужит истине.

Сейчас мы проводим общественную экспертизу системы электронного голосования. Технические данные, доступ к которым есть только у ДИТ, помогут нам прояснить ряд важных деталей о ходе голосования 8 сентября и сделают наш отчёт более объективным.

Да, мы не можем быть уверены, что эти логи не отредактируют перед отправкой нам. Но, тем не менее, в сочетании с содержимым блокчейна, которое отредактировать невозможно, эта информация будет нам полезна.

Прозрачность — в интересах самих организаторов электронного голосования.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире