Парни пришли. Проект – замечательный. Дело в том, что у нас два крайне загруженных моста через Исеть. Один по Бебеля, а второй – Макаровский. Макаровский уже аварийный, его надо срочно ставить на реконструкцию. Но тогда нужен еще один мост, чтобы перезапустить потоки по нему. Проект есть. Это мост с Опалихинской. За все про все всего 656 миллионов рублей. Парни считают, что ждать этих денег от области бесполезно, никто не даст. И можно просто скинуться всем городом и на народные деньги построить этот мост. Приходится меньше, чем по пятьсот рублей на человека. Проект, конечно, дерзкий, но при наличии городского патриотизма – решаемый. Озадачили.

Пришли две молодые девчонки с Походной. У них там три многоквартирных дома, но нет детской площадки. Они говорят: «Нам некуда выйти с детьми погулять. С одной стороны улица, с другой — парковка, с третьей ничего не благоустроено». Я им говорю: «Так обращайтесь в управляющую компанию». Они говорят: «На доме денег нет». Я говорю: «Сколько у вас квартир в трех домах?». Они говорят: «Больше трехсот». Я им говорю: «Так соберите деньги уже на детскую-то площадку!!!». А они говорят: «Да кто бы скинулся!». Ситуация с детской площадкой по их пониманию – отчаянная. И в этот момент я подумал про Опалихинский мост.

Потом пришла девчонка, у нее семеро детей. Семья дружная, дети ходят в школу, все чем-то занимаются. А машина у них то ли десятка, то ли одиннадцатая. И они как набьются все в эту машину, и их все время штрафуют. А кредит они взять не могут. Машину дать я им не могу, а с кредитом попробую договориться.

Потом пришла женщина. Жалуется, что у них на Вторчике время от времени возникает какой-то запах. На самом деле запах этот известный, он с Жиркомбината. И уже много лет каждый, кто избирается по этому округу, обещает всем жителям этот запах ликвидировать и всех обеспечить озоном. Но это еще что. На Химмаше находятся очень мощные очистные и, когда ветер с юга, там может так напахнуть, что глаза режет. А люди, которые едут в машинах, конфузятся, смотрят друг на друга и говорят: «Это не я!». И что с этим делать? Ума не приложу.

Потом пришла девочка Даша. Ей всего восемнадцать лет. У нее только что умер муж, которому было двадцать семь. Она жила с ним с пятнадцати. Умер по пьянке, водку брал в «Магните». На руках у нее годовалый сын. Мало того. Год назад в это время у них погибла полуторагодовалая дочка – выпала из окна. Говорит, что не доглядели. Уголовное дело до сих пор еще не закрыто. У нее есть мать, судя по всему, не самая благополучная. У матери пять детей, беременна шестым. Дети от трех разных мужей. Почему пришла ко мне? А куда ей идти. Восемнадцать лет, годовалый сын, жить негде и ни копейки денег. Понятно, что будем помогать. Постараемся, чтоб хоть аттестат получила. Посмотрим, чем с работой помочь. Огромный комплекс проблем.

Еще пришла семья, трое детей. Чтобы работать, получать пособия требуется прописка. Из тех, кто читает, есть какая-то возможность помочь? Есть подсказки?

Потом пришел мужик. Один воспитывал троих детей. Миллион четыреста кредитов. Я ему говорю: «Зачем кредиты-то брали?». Он посмотрел на меня, удивился и говорит: «Чтобы жить».

С кредитами еще и не такие случаи бывают. В Пышме был пожилой дядька Крюков Василий Яковлевич, 41 года рождения. Директор автошколы, которую сам и создал. Коллектив у него был небольшой, все его любили, и он время от времени своих теток ссужал деньгами. Просто давал взаймы. Ну, обычно возвращали. А тут одна взяла у него двести тысяч на покупку машины, а вторая – сто пятьдесят на мебель и на ремонт. А его через некоторое время разбил тяжелый инсульт. Долго был на больничном, выкарабкивался, реабилитация сложная. И денег совсем нет. И сестра Василия Яковлевича обратилась к этим девушкам с просьбой вернуть деньги, потому что уже край. Они сделали вид, что не помнят. Не, ну а что, он все равно уже инвалид, на работу не вернется, толку от него никакого. Так бывает.

А потом пришла Анастасия Сидоровна, 32 года рождения. У нее была двухкомнатная квартира, она ее заработала самстроем. Там с ней живет сын со снохой, оба бухают и курят. Ее приютила дочь, но в той же квартире живет и внучка, и правнучка, и совсем ей места нет. И никто ей особо не рад. Хочет вернуться в свою квартиру, но сын со снохой не пускают. Очень горько.

И буквально сразу же еще одна ситуация. Три сестры, все с высшим образованием. Одна живет на Севере, другая на Юге, а младшая сестра жила с матерью и на сына своего эту квартиру оформила. Матери было там откровенно плохо жить. Старшая сестра сказала: «Вот на кого она квартиру оформила, пусть тот ее и дохаживает». У средней сестры в Анапе сын умирал от рака. Она моталась, сколько могла. В результате и сын умер, и мать ее умерла. Причем умерла в психушке. Заброшенная и неумытая. Пришла она ко мне и хочет, чтоб кто-то понес за это ответственность. А кто будет отвечать? Сами все и виноваты.

Потом пришла женщина из Дома ветеранов. Семьдесят пять лет. У нее была комната, и ей дали квартиру по инвалидности. Она выписалась из Дома ветеранов, а квартиру… отдала за долги. И пришла ко мне. Говорит: «Пусть меня пропишут обратно в Дом ветеранов, я там останусь жить». Я ей сказал, что если я вмешаюсь в эту ситуацию, то ее тут же выселят из Дома ветеранов и близко не подпустят больше. Ушла не очень довольная. Деревенские хитрости.

Пришла бабушка. У нее внук с ДЦП. У них мечта – сделать в своем дворе футбольное поле. А они мне писали еще в 2014 году. И я им четко, по пунктам ответил, что необходимо сделать, чтобы у них во дворе появилось футбольное поле. Вместо того, чтобы совершить ряд простых действий, они обратились в СМИ, поехали на передачу к Малахову в Москву, рассказали об этой проблеме всей стране. Вернулись, ждали, что футбольное поле появится. Оно не появилось. Они снова написали во все инстанции. А поле не появляется. Они снова пришли ко мне. И мы уже на пальцах объяснили им, что нужно сделать. Не знаю, поняли ли они. Я не уверен, что они услышали. К сожалению это очень распространенная проблема. Много людей вместо того, чтобы молча сделать простые и эффективные шаги, начинают кричать, жаловаться в паблик, обращаться в СМИ, обвинять всех. И, как правило, каждое такое действие запутывает ситуацию и отдаляет решение. Таких примеров очень много.

Еще две серьезные проблемы. Мужик инвалид после инсульта, жилье муниципальное на пятом этаже. И Таня Польская, которой несколько лет назад в подъезде плеснули в глаза кислотой. В комнате в общаге в конце коридора. Она просто физически не может дойти. Буду как-то решать.

И еще несколько десятков самых разных случаев. И уже после всего пришла бригада дворников шестнадцать человек. Все русские, несколько детдомовцев среди них. Им за два месяца крупная управляющая компания не заплатила ни копейки зарплаты. Мало того – с ними никто всерьез не разговаривает. А старший у них очень дерзкий парень, детдомовский. И вот он пришел ко мне, глаза горят и готов на самые безрассудные действия. А я его знаю, он способен. И у нас Елена Ивановна включилась, забрала всю делегацию к себе. И звонками на личных контактах в течение нескольких часов решила эту ситуацию. Все извинились и пожали друг другу руки. И уже вчера все получили деньги.

Еще были десятки людей. Несколько человек замкнули на Лару. Будем помогать.

Коляски от Артура пришли во Владивосток. Дмитрий Иванков занимается растоможкой. Парни, огромное спасибо. В ближайшее время отправят к нам. Степан Чиганцев контролирует.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире