Захожу сегодня, приставы здороваются, и я вспомнил одного: пятнадцать лет назад мы закусились с одним майором-наркоторговцем.
Он торговал килограммами прямо из своего кабинета. А мы об этом знали и вслух говорили: «Наркоторговец». И ушлый Назир тащил нас в суд, и мы проигрывали. И платили деньги. И снова называли его наркоторговцем, и нас снова тащили в суд, и мы снова платили. И снова называли.

Так продолжалось четыре года, пока его не посадили за торговлю наркотиками.
А в 2002 году нас в очередной раз потащили в этот суд. А я понимал, сколько Назир погубил народу, знал, что он держит всю оптовую торговлю героином в Чкаловском районе и Чкаловском РУВД, и ненавидел его настолько сильно, что готов был даже из-за него сесть в тюрьму, но только чтоб вместе с ним. И вот в суде я его увидел. А он такой наглый, рожа лоснится. Я ему говорю: «Ты – барыга!» А он смеется: «Ты меня за руку ловиль? Доказаль, да?» У меня в голове побелело и я, уже просто от отчаяния плюнул ему в лицо. А там куча судебных приставов. Он как давай орать: «Задерживай! Задерживай!» И старшему кричит: «Ты видель, да?!» Старший пожал плечами и говорит: «Неа, не видел.» Отвернулся и ушел, и не стал меня задерживать. И вот его первого я сегодня в Кировском суде встретил.

А потом во время перерыва вышел на улицу, и вдруг идет судья.
Подошел и говорит: «Здравствуйте.» И я вдруг вспомнил: когда-то он принял в отношении нас несправедливое решение. По-моему, так же из-за Назира. А соответчики с нами были ТАУ. Их чуть вообще не закрыли. И я со злости очень жестко отписался и выставил фотографию этого судьи. И вот прошло двенадцать лет. И он мне говорит: «Вы должны меня понять, в той ситуации я не мог поступить по-другому. Я все эти годы помню, как Вы на меня посмотрели». Я говорю: «Не обижайтесь на меня, я тоже был неправ». И неловко мне за те слова, а он вдруг говорит: «Я все эти годы слежу за Вами, переживаю, и желаю Вам стойкости и удачи». А мне еще горше. Вот, думаю, человек-то нормальный, а я его, как последнего мерзавца…

Но в этом же суде у меня был гораздо более жестокий конфликт.
Там был такой судья Казанцев, который ненавидел Фонд. А потом он отпустил одного наркоторговца по фамилии Булков под подписку, вроде как его попросил бывший коллега, ушедший работать в Полпредство. Я эту историю вынес с именами и фамилиями. А через некоторое время он повесился у себя в гараже.

Но больше всего мне запомнилась история с судьей Тарасенко.
В августе 2003 года, когда после разгрома женского меня забрали в плен УБОПовцы, и пытались накопать хоть что-нибудь, продержали ночь в камере, а утром привезли меня в Кировский суд и заперли в подвале. Дело мое по административному правонарушению (сопротивление, неповиновение и т.д.) должен был рассматривать судья Тарасенко. И вот в кабинете раздается звонок. Звонит Генерал из ГУВД области по-товарищески так, по-простому: «Там – говорит – у тебя Ройзмана привезли, дай ему пятнадцать суток». А Тарасенко говорит: «А за что?» — «Да какая разница, дай хоть десять, да пять достаточно». Тарасенко встал и говорит: «Ну хорошо, дам я ему пять суток. А как я ему потом в глаза буду смотреть?». На том конце рассмеялись: «Да ты его больше не увидишь. Нам его только до тюрьмы довезти…» И судья Тарасенко меня оправдал и выпустил из клетки.

Вот такие воспоминания у меня о Кировском суде.
А ты говоришь: что там с дипломом?..

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире