rodnyansky_a

Александр Роднянский

27 июля 2018

F

Вынужден написать о крайне неприятном сюрпризе. Сегодня Госдума в третьем чтении приняла изменения в закон о господдержке кинематографии, согласно которым без прокатного удостоверения фильмы можно показывать лишь на фестивалях, на которых есть официальный конкурс и жюри. И которые входят в специальный реестр. Попробую пояснить: процедура получения прокатного удостоверения на фильм длительная и дорогостоящая. К тому же, она стала – и мы уже не раз видели этому подтверждение – инструментом, позволяющим надзорным органам существенно затруднить прокат того или иного фильма. Фестивали авторского кино, ретроспективы великих режиссеров, недели национального кино – все замечательные мероприятия, к которым уже привыкли зрители российских городов – все они составляли программы в соответствии с прежним законом — не получая прокатных удостоверений на показываемые всего один-два раза фильмы. Недели румынского или ирландского кино, Amfest и Britfest (недели американского и британского независимого кино), фестиваль на «Стрелке», КароАрт, кинопрограмма в Третьяковской галерее, Beat film festival, Eat Film festival, Иное кино, Синематека журнала «Искусство кино», кинопоказ в кинотеатре «Гаража», показы журнала «Сеанс», все эти и многие другие неизменно популярные у публики показы теперь в большой проблеме… То же касается и разнообразных ретроспектив великих режиссеров, будь то недавняя ретроспектива Бергмана или только начавшаяся ретроспектива Кубрика. Ни у одного из этих событий нет жюри и конкурса, цель у организаторов другая — дать возможность российским зрителям познакомиться с актуальным или классическим международным кинематографом. Да и бюджетов для проведения конкурсных показов у подобных мероприятий нет. Что важно — на этих фестивалях зрители смотрят на больших экранах фильмы, которые часто по сугубо коммерческим причинам не доходят до отечественного проката. Среди этих картин — фильмы-победители Канн, Венеции, Берлина, Локарно, Сан-Себастьяна… Теперь же только Московский международный кинофестиваль и два-три других крупных кинособытия смогут включать в свою программу содержательное международное кино. Для огромной культурной страны это трагически мало…

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Главная тема последних дней в Лос-Анджелесе – увольнение руководителя Paramount TV Эми Пауэлл и режиссера Джеймса Ганна. С обсуждения двух этих скандальных историй начинается любой разговор. С Эми Пауэлл, одной из немногих по-настоящему влиятельных женщин Голливуда, я был хорошо знаком. Ее уволили за «неподобающие» высказывания, которые она позволила себе в адрес темнокожих женщин во время делового совещания. По крайней мере, так говорилось в первом сообщении Hollywood Reporter. Но уже вчера сайт Deadline уточнил, что Пауэлл уволили не столько за ее слова, сколько за отказ принести извинения. Руководитель корпорации Paramount Джим Джаннопулос посчитал, что в сложившейся ситуации Пауэлл проще уволить. Режиссера Джеймса Ганна студия Disney выгнала с третьей части «Стражей галактики» совсем по другой причине: в результате массовой онлайн-кампании крайне-правых активистов получили широкую огласку действительно непотребные шутки, которые почти десять лет назад постил в твиттере этот талантливый режиссер. Ганн с увольнением спорить не стал, он принес извинения, объяснив, что пытался создать образ человека, способного шутить на самые рискованные темы. Но извинения не помогли.. Велик соблазн назвать скандалы последнего года, начиная с падения Харви Вайнштейна и Кевина Спейси, как-нибудь уничижительно, сказав что-то про «звериный оскал политкорректности». Я вижу, что так пишут многие российские авторы и зрители. Но я не согласен с подобной оценкой. На мой взгляд, мы стали свидетелями революционного изменения системы этических норм. И связано это в первую очередь с правилами общения сильных со слабыми. И речь идёт не только о гендерном равенстве или даже расовом… В этой ситуации резкость действия студий – немедленное увольнение – скорее, инстинкт самосохранения, нежели продуманное действие. Жертвами происходящей «революции» становятся как персонажи, мягко скажем, спорные, так и вполне симпатичные. И, мне кажется, важно понимать, что этот процесс конечен. Система ищет сейчас новый статус-кво и когда он будет найден, маятник качнет в обратном направлении. Остаётся лишь наблюдать.

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Многие популярные книги невероятно трудно перевести на язык кино. Кинематографисты говорят о проклятии романа Михаила Булгакова «Мастер и Маргарита», каждая экранизация которого сталкивалась с неожиданными, а подчас и трагическими, сложностями… Так же дело обстоит и с культовым фэнтезийным романом Фрэнка Херберта «Дюна», об экранизации которого мечтали фаны этой книги с момента ее появления на свет. В 1984 году великий Дэвид Линч попытался осуществить их мечту. Это был очень сложный и амбициозный проект, масштаб и технологические параметры которого значительно превосходили возможности своего времени. Эскизы к костюмам Жана-Поля Готье, музыка Тото, основная музыкальная тема Брайана Ино, продюсер-классик Дино де Лаурентис, в ролях Стинг, Макс фон Зюдов, Юрген Прохнов, Шон Янг и любимец Линча Кайл Маклахлен… Но работа шла тяжело, голливудская студия давила на автора, Линч даже думал убрать свое имя из титров, но для очень многих киноманов этот фильм остается культовым. В прокате картина практически провалилась и долгие годы студийные боссы осторожно подступались к «перезапуску» знаменитой литературной франшизы. Долго не складывалось — в первую очередь, из-за отсутствия вызывающего доверие режиссера, способного взяться за столь сложный и явно небезопасный проект. И вот такой режиссер нашелся — после очевидного творческого и коммерческого успеха «Прибытия» экранизировать «Дюну» предложили канадцу Дени Вильневу. Судя по тому, как искусно и бережно Вильнев справился с не менее амбициозным продолжением обожаемого многими «Бегущего по лезвию бритвы», можно надеяться, что «Дюна» оказалась в самых надежных руках. А вчера стало известно и о первом актере, который сыграет в новой экранизации: молодая звезда фильма «Зови меня своим именем», талантливый Тимоти Шаламе находится в финальной стадии переговоров с компанией Legendary и может сыграть в новой «Дюне» роль Пола Атрейдеса, ту самую, которую в фильме Линча исполнил Кайл Маклахлен.i

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Скончался Станислав Сергеевич Говорухин… Замечательный режиссёр и актер, сильный и мужественный человек. Я его знал с детства, восхищался врожденным достоинством и прямотой высказываний. Талантом рассказчика и мужской харизмой.

О любимых всеми фильмах и говорить не стоит — «Место встречи изменить нельзя», «Приключения Тома Сойера…», «Ворошиловский стрелок» давно стали не просто частью нашей кинематографической истории, а неотъемлемой частью культурного кода всего народа…

Его абсолютная приверженность классической литературе и кино не мешали его пониманию сложных и неоднозначных фильмов — именно ему первому я показал нашего «ЛЕВИАФАНА» и не ошибся в ожидании поддержки. Его политические убеждения не мешали его человеческим симпатиям и принципам — он помогал людям, не разделяющим его взгляды. Настоящий друг и учитель. До последнего дня он оставался живым, открытым и бесконечно сильным человеком.

2941358

Фотография снята на одном из фестивалей Кинотавр, которые он не пропускал никогда. На последней церемонии закрытия фестиваля, зная о тяжелом состоянии Станислава Сергеевича, мы передали устами ведущих церемонии слова любви и поддержки от нескольких тысяч кинематографистов… Не помогло…
Вечная память!..

Оригинал

Как и обещал, продолжу рассказывать вам о наших будущих проектах. «Черный русский» — замечательная книга американского ученого, профессора Йельского университета Владимира Александрова о человеке удивительной судьбы, афроамериканце Фредерике Брюсе Томасе, уехавшем в конце XIX века из Америки в Европу в поисках лучшей жизни. Фредерик искал в Европе свободу, недоступную сыну бывших рабов на родине. Прожив несколько лет в Лондоне, Париже и Монте-Карло, Фредерик отправляется в Москву, где за несколько лет из простого официанта вырастает в успешного предпринимателя, мультимиллионера и хозяина одного из самых модных московских ночных клубов. Он меняет свое имя, принимает российское гражданство и становится Федором. Клуб его становится центром светской жизни — туда приезжают джаз-бэнды и певцы со всего мира, там демонстрируют свои наряды московские красотки, там встречаются деловые люди и гангстеры… Россия начала XX века не знала расизма. У русской империи не было африканских колоний и, как следствие, граждане её не сталкивались с чернокожими, поэтому в Москве Фредерик сумел впервые оказаться в обществе, где никому не было никакого дела до его цвета кожи. Единственное, что тщательно проверили у него на въезде в империю — «не еврей ли он». Отсутствие расизма империя компенсировала жестким антисемитизмом. Судьбу Фредерика изменила революция 1917 года. Большевикам был безразличен цвет его кожи, но Фредерик был чрезвычайно богатым человеком и это естественным образом делало его обьектом преследований со стороны новой власти. Он бежит с семьей сначала в Одессу, а оттуда – в Константинополь, где сталкивается с сотрудниками американского посольства и уже подзабытым расизмом, получает отказ в ответ на просьбу разрешить ему вернуться в Америку, открывает новый джазовый клуб, но спустя некоторое время умирает… Кто станет режиссером, кто будет играть в фильме, для какой студии он будет производиться — об этом я расскажу вам отдельно.

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Сегодня очередная годовщина чернобыльской катастрофы. Так получилось, что она сыграла невероятно важную роль не только в жизни нашей огромной страны — СССР, но и в моей личной… Несколько моих первых режиссерских документальных фильмов были связаны с экологическими темами, которые в те времена были единственным легальным способом выражения политического протеста. Я объездил весь Советский Союз, все проблемные экологические регионы от Ленинградской области до Нижнего Тагила, от Запорожья до Байкала и Дальнего Востока. Но всё началось с Чернобыля. 27 апреля 86-го рано утром меня разбудила моя мама, с которой мы жили в одном доме. Напротив нашего дома стояло недавно построенное здание, в котором жили семьи членов ЦК комсомола Украины. Проснувшись, как всегда около 5 утра, моя мама выглянула во двор и увидела, что там в полной тишине в машины грузились семьи функционеров с детьми и вещами. Так она поняла, что в Чернобыле, действительно, случилось что-то страшное. Слухи об этом начали ходить накануне. Но официально об этой трагедии сообщили только спустя 18 дней — 13го мая… Украина не простила этого умолчания Горбачёву… Но тогда утром 28-го апреля я купил билеты в Одессу, где жили мои тетя и дядя, и отправил туда первым рейсом жену с 9-месячным сыном. А 1-го мая меня уже от студии самого командировали в Чернобыль. На вокзалах и в аэропортах Киева происходило то, что многие пожилые киевляне сравнивали с 41-м годом, с началом войны — толпы людей, драки у билетных касс, спящие на полу в ожидании поездов люди. Началась долгая история, в которой участвовали сотни тысяч людей, погибли очень многие и последствия которой очевидны и сегодня… В следующем году мы наконец начнём работу над фильмом, о котором я думал все эти долгие годы, фильмом о ликвидаторах аварии…

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Можно очень по-разному относиться к Павлу Дурову. Как и многие яркие персонажи нашего времени, он крайне неоднозначен и даже противоречив. Талант программиста и бизнесмена мирового уровня сочетается в нем с самолюбованием 14-летней девочки. Если взглянуть на его инстаграм, то никогда не догадаешься, что ведет его не светский playboy, а первый и по сути единственный российский бизнесмен с мировым именем, за право инвестировать в идеи которого сегодня борются крупнейшие инвестфонды. Несколько лет назад я купил права на экранизацию книги Николая Кононова «Код Дурова», рассказывающей о создании сети «ВКонтакте». Тогда идея сделать свою версию мною любимого фильма Дэвида Финчера «Социальная сеть» показалась мне очень перспективной, но в процессе разработки мы столкнулись с рядом практически неразрешимых сложностей, связанных с драматичными событиями вокруг структуры акционеров «Вконтакте». В результате проект был остановлен и ждёт своего часа. И сейчас я понимаю, что решение было принято правильно. Рассказывать историю Павла Дурова 5 лет тому было явно преждевременно, ведь она бы не включала в себя главного его проекта – мессенджера Telegram. Впервые в новейшей истории России появился продукт международного уровня, ставший фактически визитной карточкой страны в сфере IT. Но сегодня, вполне в духе времени, Роскомнадзор начал блокировку мессенджера Telegram. Вряд ли это как-то скажется на пользователях, которые в массе своей быстро освоили прокси и VPN, но на репутации страны и главное — планах многих талантливых молодых людей, мечтавших повторить успех Дурова — эта история скажется только негативно. К глубокому сожалению.

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Вчера у меня неожиданно выдался день просмотров самых событийных фильмов месяца. Утром я посмотрел «Лето» Кирилла Серебренникова, а вечером – «Тренера» Данилы Козловского. Про фильм Козловского я напишу поближе к его выходу в прокат, а сейчас попробую сказать несколько слов о фильме Серебренникова. Понятно, что многие будут объяснять (уже это делают) включение картины в конкурс Каннского кинофестиваля исключительно политическими соображениями. Но будучи уже много раз участником разных программ Каннского фестиваля и, главное, уже посмотрев фильм Серебренникова, я смею утверждать, что «Лето» — это полноценное художественное высказывание. Это фильм, обладающий энергией и заряжающий эмоцией, искусно стилизованный под 80-е годы и предполагающий зрительское включение. Всё, что я сказал, можно было бы отнести и ко многим другим картинам, удачно описывающим события той или иной эпохи, но Серебренников не был бы талантливым режиссером, если бы не предложил творческое решение, выламывающее его фильм из разряда привычных ретро-постановок. Не хочу портить вам впечатление от просмотра и поэтому ограничусь лишь словами о том, что драматургия фильма построена на песнях, как на русском, так и на английском языках, исполняемых подчас самыми неожиданными персонажами и остроумно обрамлённых анимацией. И это не «вставки», это и есть основа драматургии, работающая и как прием остранения, как самоироничный взгляд из нашего времени — «от нас», и как подлинный движок истории. Этот фильм, пожалуй, для меня уникален и тем, что он нарушает давно сформулированное неписанное правило киноиндустрии: по плохому сценарию нельзя сделать хороший фильм. Талант режиссера Серебренникова, его изобретательность и ясность мысли позволили преодолеть слабости сценарного текста, явно представлявшего из себя набор зарисовок о времени и героях, и превратить фильм в страстное высказывание о жертвенной преданности искусству. В данном случае — музыке. Иными словами, даже если бы Кирилл Серебренников был бы на свободе, чего мы все ему желаем, этот фильм все равно бы претендовал на участие в конкурсе Каннского кинофестиваля. Удачи фильму!

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

На первый взгляд может показаться, что это грустное видео — поздно ночью под лиричную мелодию мы уходим с главной оскаровской вечеринки Governor’s Ball, на которой сразу после церемонии собрались все победители и номинанты и, конечно, основные персонажи голливудской индустрии. Как и принято в подобных случаях, к нам с Андреем беспрерывно подходили очень известные люди, поздравляли и говорили о том, как им понравился наш фильм, но, признаюсь предельно честно, — к этому моменту нас уже «отпустило». Сам факт того, что мы уже пережили эти абсолютно изматывающие четыре месяца и вся эта гонка наконец позади, принес невероятное облегчение. Мы с удовольствием общались с коллегами и делились планами. Впереди — проект с Paramount и несколько новых амбициозных фильмов, о которых буду скоро рассказывать. И да, это только кажется, что видео грустное — на самом деле, мы идем на вечеринку к Элтону Джону.

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Вчера Paramount объявила о нашем первом совместном с этой голливудской студией проекте – сериале режиссёра Андрея Звягинцева, его постоянного соавтора Олега Негина и нас с Андреем в роли продюсеров — шоураннеров. Наш сериал станет первым в истории российским сериалом, полностью профинансированным крупнейшей американской киностудией. Речь идет не о покупке готового сериала стриминговой платформой для преимущественно русскоязычной аудитории и не об адаптации удачной российской идеи американцами. За последний год в США, в первую очередь на платформе Netflix, с огромным успехом прошли два сериала на европейских языках – немецкая «Тьма» и французский «Богомол». Если в кино субтитры остаются главным препятствием для полноценного кинотеатрального проката в Америке, то для кабельных каналов или VOD-плафторм язык сериала перестал иметь принципиальное значение. Важны мощные авторы, режиссёры, продюсеры, а сегодня сериалы уже снимают главные мировые кинематографисты: Мартин Скорсезе, Дэвид Финчер, Паоло Соррентино, Стивен Содерберг, Михаэль Ханеке и Пак Чхан-ук. И, без ложной скромности, позволю себе сказать, что понимаю, почему такое предложение было сделано нам с Андреем Звягинцевым — две номинации на Оскар, успех в профессиональной среде, общественный резонанс вокруг последних фильмов. Когда мы начали обсуждать этот проект, мы сразу объявили свои условия: творческая свобода, контроль над производством и русский язык. У нас было очннь много аналогичных предложений от больших студий и голливудских звёзд, нам регулярно присылали идеи и сценарии, но это всегда были чужие для нас истории. А студия Paramount приняла наши условия. На каком именно американском канале или стриминговом ресурсе состоится его премьера решит уже сама студия.

Публикация от  Alexander Rodnyansky (@alexander.rodnyansky)

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире