Я давно уже хотел рассказать эпическую историю потери своего паспорта, и очень благодарен Владимиру Владимировичу, который дал мне такой замечательный инфоповод.

В отличие от Владимира Владимировича потерял я российский, а не американский паспорт и произошло это в Голландии, а не в Штатах. Заканчивался первый год моей учебы в Утрехте и я, как законопослушный человек, собирался продлить своё разрешение на жительство. Продление вида на жительство, как всякий бюрократический акт, требует вороха документов.  Аккуратно собрав все нужные бумаги в папочку, я потянулся к ящичку за паспортом. Паспорта там не оказалось, я похолодел. Не было его не только на месте в злополучном ящичке, но и во всем остальном моем жилище. 

Совершенно убитый я поплелся в полицию. Там на мое горе отреагировали меланхолично: «Мы сейчас составим протокол, и тебе выдадут паспорт в русском консульстве», — услышал я там. Голландцы знают: потеря паспорта — это, конечно, административный проступок и не приветствуется ни в одной стране мира, но и особо тяжким преступлением тоже не является. Мрачно выслушав эту замечательную теорию, и думая про себя, что я очень хорошо знаю страну победившего бюрократизма, где эти слова почти не пересекается с практикой, я взял протокол и поехал в Гаагу. 

В консульстве я с первой минуты почувствовал себя дома. Оглядев три большие и на первый взгляд совершенно статичные очереди к окошкам, я пристроился в конец одной из них. Никаких указаний рядом с окошками не наблюдалось, но расспросив рядом стоящих людей, я понял, что в очередях получают только визы. Извечный вопрос «что делать?» встал передо мной в полный рост, и тут, к счастью, я заметил служебную дверь, из-за которой показался сотрудник консульства, который, на ходу выслушав мою историю, обещал передать ее консулу. Через 15-20 минут ожидания я услышал вердикт: «Новый паспорт мы выдать не можем. Получите laissez-passer, въедете в Россию и подадите документы на новый паспорт» На мой лепет: «Я не могу получить в России паспорт. Я нигде не прописан», — последовал грозный вопрос: «Как это «не прописан»? Вы что, сбежали из тюрьмы?»

Из тюрьмы я не сбегал, а моё пикантное с точки зрения прописки состояние было ничем иным, как малюсеньким осколком развалившейся империи. Ситуация была нетривиальная и я удостоился аудиенции у консула. «Вы человек образованный. Пишите заявление, объясните там, как вы дошли до такой жизни. Мы отравим его в МИД. Если получим разрешение, то выдадим вам паспорт», — сказал консул и добавил: «Кстати, у нас и корочек нет!»

Я вернулся домой и стал ждать разрешение из Москвы. Дни складывались в недели, недели в месяцы. Университет перестал платить мне стипендию, денег становилось все меньше и меньше. Я звонил и ездил в консульство — ответ из МИДа все никак не приходил. Как-то во время очередного визита ко мне подошла сотрудница консульства и доверительным тоном сказала, что если мои родственники в Москве «договорятся» в МИДе, то процесс пойдет быстрее. Родственников в Москве, впрочем, как и на всей остальной территории страны у меня не было…

Помощь пришла, как это часто бывает, с неожиданной для меня стороны. О моих мытарствах случайно узнала администрация университета. Как настоящий homo sovieticus я даже и не думал обращаться к голландским бюрократам. Истина: бюрократия только создает, а не решает проблемы, — полностью владела моим существом. Меня вызвали в неизвестный мне доселе кабинет, где я долго объяснял суть своей проблемы. Понятие «прописка» мне пришлось объяснять три раза. Уяснив наконец, весь смысл услышанного, бедный голландец пришел в ужас и сказал, что он свяжется с министерством внутренних дел Голландии, а я могу идти домой и больше ничего не предпринимать. 

На следующий день тот же чиновник позвонил мне и сказал, что проблема решена, и я могу ехать в консульство за паспортом. «Нам как раз вчера пришло разрешение из МИДа!», — сказала мне та самая сотрудница, которая предлагала «договориться», выдавая мне новый паспорт.

Много лет спустя, находясь в российском консульстве, я вспоминал эту и другие истории. Все эти годы консульство было местом, которое я пытался избегать по мере всех своих сил. Подведя этот неутешительный итог, я вышел на вымытую только что прошедшим дождем улицу Гааги. Светило выглянувшее из-за туч солнце.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире