15:54 , 21 января 2019

О бенефициарах закрытия роддома в Москве

  

Ответ Департамента здравоохранения о судьбе роддома в московском районе Зюзино, на мой взгляд, так циничен и так искрометен, что удержаться от комментариев, будучи юристом, невозможно.

Попробуем для начала понять, что представляет из себя роддом. Сразу скажу, что деление медучреждений на «основные» и «неосновные», «якорные» и «все остальные» законодательством не предусмотрено и отражает субъективные представления чиновников об организации медобслуживания граждан. Существует ГБУЗ «Центр планирования семьи и репродукции Департамента здравоохранения города Москвы», у этого бюджетного учреждения есть Филиал № 1 «Родильный дом № 10» (сколько таких филиалов всего?) и, наконец, у родильного дома имеется имущественный комплекс – акушерский стационар – не субъект права, а объект. Каким бы способом город изымал этот имущественный комплекс, если бы роддом продолжал оставаться самостоятельным учреждением? Очевидно, весьма трудоемким: пришлось бы ликвидировать учреждение, информировать службу занятости о массовых увольнениях, готовить каждому работнику три зарплаты. Но роддом давно не самостоятельное учреждение. Его закрытие никак не отразится на деятельности ГБУЗ «ЦПСиР ДЗМ». Так что не зря оптимизировали. Никого не будут ликвидировать – просто сократят штат. А, может быть, обойдутся и без сокращений: одних возьмут в ЦПСиР, других прогонят, третьи – пожелают уволиться сами. Да, еще есть четвертые – те, кто надумал переучиться и специальность врача — акушера-гинеколога, очевидно, — поменять на «более востребованную врачебную специальность». Акушер-гинеколог в современной Москве – это неактуально. Государство, как недавно выяснилось в другом регионе, «никого не просило рожать».

Бюджетные учреждения обладают самостоятельным правом на переданное им имущество. Это право называется правом оперативного управления. Представьте себе, это право защищается даже от собственника. Согласно п. 2 ст. 296 Гражданского кодекса собственник имущества вправе изъять излишнее, неиспользуемое или используемое не по назначению имущество. И никаких других оснований изъятия имущества у бюджетного учреждения нет. Конечно, руководитель роддома, если бы роддом оставался юридическим лицом, мог бы обратиться в суд за защитой ограниченного вещного права учреждения. Но, будучи руководителем акушерского стационара или даже Филиала № 1 «Родильный дом № 10», права идти в суд он не имеет. К тому же, если руководитель вел себя правильно, то есть не шумел и подчинился, то его трудоустроили и подняли ему зарплату. Поэтому руководитель роддома мешать изъятию имущества не будет. И руководитель ГБУЗ «ЦПСиР ДЗМ» тоже возражений не заявит – ведь закрывают не его роддом. И по плану действий Депздрава, изложенному в последнем абзаце ответа, в предстоящие месяцы, а, может быть, и годы «будут изучаться конструктивные возможности здания, проводится экспертизы уполномоченных организаций, вестись консультации с целью изучения возможностей устранения несоответствий». Действительно, родильные дома иногда закрывают на «мойку». Закрывают и вновь открывают. Только в ответе Депздрава не идет речь о планах устранить недостатки и роддом открыть. Зато очевидно, что в процессе изучений, консультаций и экспертиз за зданием роддома окончательно закрепится статус «излишнего и неиспользуемого имущества», а, следовательно, создадутся условия для изъятия его у ГБУЗ. Из ответа не ясно только, что более послужило созреванию предпосылок к возникновению внутрибольничной заболеваемости, угрозы жизни и здоровью людей: «конструктивные возможности» здания или деятельность зюзинских депутатов, организовавших пикеты и публикации в СМИ.

Еще одним поводом, подвигшим Депздрав к закрытию роддома, оказалось значительное число иногородних рожениц – до половины от всех, родивших, причем из иногородних половина и вовсе иностранные. Не первый раз за последние месяцы столичное здравоохранение дает знать: иногородние дети – не московская забота. Даже если они здоровы и им нужно просто помочь родиться. Теперь этот тезис оформлен документально.

Но изъятие здания – это дальняя перспектива. А у оптимизаций всегда есть конкретные выгодоприобретатели. Предположим, в роддоме работало около полусотни сотрудников с зарплатой по полсотни тысяч каждый и половину из них не трудоустраивают в ЦПСиР. Тогда приблизительно миллион с четвертью учреждение будет «экономить» ежемесячно при распределении фондов оплаты труда. Нетрудно посчитать, что в год будет «сэкономлено» миллионов пятнадцать. Эти деньги, очевидно, будут находиться в распоряжении учреждения. Их можно будет направить на собственное «материальное стимулирование». Стимулирование избранных зарплатами уволенных – основной механизм формирования социальной основы современной российской власти.

 

P.S. Что будет дальше? А приблизительно вот что. Например, в подмосковном Реутове роддом закрыли около года назад. В городе со стотысячным населением роддома теперь просто нет. Теперь рожать нужно ехать в Саввино. Это пригород Железнодорожного. Все вместе с некоторых пор это называется Балашиха. От Северного Реутова – тремя видами транспорта с двумя пересадками – 1 час (если повезет с электричкой). Это подарок бабушкам. Реутовским мамам в подарок – «стимуляция». Нет, нет, не материальная, а фармакологическая. Теперь «добегать до последнего» не выйдет. С учетом удаленности, пробок и опасения родить в транспорте, мамочки должны госпитализироваться заранее и ждать, какую дату им «пропишет» доктор.


 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире