Все еще думаете, что болезнь — не приговор? Глава детского хосписа «Дом с маяком» Лида Мониава рассказала, как маму неизлечимого ребенка задержали с посылкой единственного эффективного лекарства. А препарат не зарегистрирован в России. Так что на почте маму встретили менты, довольные задержанием «наркобаронши».

«Пока шёл допрос, с Мишей на даче сидела его сестра. У Миши началось желудочное кровотечение, стало тошнить кровью. Мама просила полицейских отпустить ее домой. Полицейские ответили, что в посылке большая доза психотропного препарата, и это уголовное дело».

Мониава дозвонилась до правительства, до администрации президента, поставила на уши всех. Маму нехотя отпустили с допроса. Изъятое лекарство для сына Миши ей не вернули. А Миша с рождения страдает постоянными судорогами. Знаете, что такое судорога? Мышцы всего тела непроизвольно сокращаются, и вам адски от этого больно. Унять судороги и прекратить боль можно лекарствами, но вот беда — препараты не зарегистрированы в России. Не дай бог зайти на форумы, где годами общаются такие мамы, у которых в жизни не осталось ничего, кроме желания облегчить боль родного ребенка. Каждая из них, если есть возможность, заказывает противосудорожные за рубежом. И рискует своей свободой.

Думаю, это дело закончится хорошо. «Хорошо» — значит, маму не посадят. Думаю, дело закроют, и в соцсетях будет праздник. Как не праздновать, если все боролись, чтобы мамочку смертельно больного ребенка не посадили по наркостатьям.

Но я точно знаю другое. Те, кто борется за эту семью, хотят думать, что тут перегиб на местах, самоуправство правоохранителей. Увы, правоохранители лишь следовали букве закона.

Нервная система — штука защищенная, туда пробьются только вещества, состоящие из определенных «кирпичиков». В хим.формулах т.н. наркотиков и популярных нейролекарств можно найти схожие основы. По нашим законам наркотиками считается даже отдаленное сходство, если лекарство не зарегистрировано в России (утрирую для нехимиков. Важно, что эти лекарства по факту не используются в наркосинтезе, но государство продолжает считать их покупателей наркомафией).

Я обращаюсь ко всем поддержавшим эту мамочку. Замолчите на ней — похороните остальных. Мониава пишет — десятки тысяч родителей до сих пор вынуждены становиться преступниками, нарушать закон, рисковать оказаться в тюрьме, чтобы помочь своим детям снять судороги. Диазепам в микроклизмах, сабрил, фризиум.

А что с теми, кто покупает лекарство для себя? Что с Дашей Беляевой, купившей две пачки антидепрессанта с бупропионом, легального в России, пока фармакомпания не сочла перерегистрацию дорогим удовольствием? Что насчет аналогичных дел в Москве, Волгоградской области, на Сахалине?

Год назад мы уже отбили одну мамочку. Екатерина Коннова купила для шестилетнего сына, у которого ДЦП и эпилепсия, недоступный в России диазепам в виде микроклизм. Остаток дорогого лекарства решила продать на форуме таким же страдалицам, и получила дело о сбыте наркотиков. Благодаря общественному резонансу дело отменили.

Знаете, что говорит Катя сейчас, когда у нее на руках продолжает умирать ребенок?

«Обещания, что проблему с доступом к лекарствам будут решать, не выполнены. Эти лекарства не выписывают, индивидуальные закупки не делают. Они же обещали! За год ничего не изменилось. Мы опять подпольно пытаемся достать лекарства для своих детей, за что и страдаем. Меня полностью ограничили с лекарствами. По сей день нереально приобрести импортные лекарства для купирования приступов. Чтобы лекарства официально купить нужно пройти семь кругов ада, и за ними нужно ехать в Европу».

Вы хотите попиариться, или помочь не только тем, о ком написали СМИ? Хотите решить наконец проблему с обезболиванием? Хотите, чтобы за антидепрессанты не сажали?

Россия нуждается в реформе антинаркотического законодательства. Иначе жертвами репрессий имени 228 статьи продолжат быть самые слабые, самые незащищенные, самые нуждающиеся в нашей помощи люди.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире