08:27 , 14 марта 2018

Судебная система РФ — это танк, который идет и давит. Что делать?

Разговор о том, какие изменения нужны судебной системе, неизбежно начинается с того, а что, собственно, не так. Можно ли доказать, что решения судей заведомо неправомерны и что подобная проблема носит в России системный характер?

Отчёт с круглого стола, организованного аналитическим проектом «План Перемен».

Доктор права Александр Верещагин приводит косвенный признак зависимости судей от политической верхушки: «За сто лет существования российской судебной системы не было ни одного дела, в котором суд принял бы решение, категорически не устраивающее верховную власть».

«Если мы посмотрим на развитые страны, мы наверняка найдем в любой из них за этот же период времени много решений, которые очевидно не устраивали правительство», — отмечает Верещагин.

В целом в развивающихся странах-соседях уже встречаются примеры обратного — например, в декабре 2017 года киевский суд отпустил Михаила Саакашвили, которого власти обвиняли в «подготовке госпереворота», обойдясь даже без домашнего ареста. В России подобные примеры неизвестны — за исключением второстепенных дел, которые для власти непринципиальны.

Чтобы понять общую картину дисфункции судебной системы, ведущий сотрудник Института проблем правоприменения при ЕУСПб Кирилл Титаев называет три любопытных числа.

0,3% — средний уровень оправданий по делам публичного обвинения (с участием прокурора) за последние 5 лет. То есть средний судья выносит оправдательный приговор раз в 5–7 лет.

95% решений при рассмотрении гражданских дел принимается в пользу заявителя. В юрисдикциях западных стран эта пропорция обратная — в пользу истца-заявителя только около 40%. Предполагается, что заявитель в более уязвимой позиции.

Исполняется менее 30% судебных решений (в денежном исчислении). «Кажется, что это проблема другой системы, но это в том числе маркер очень сильной дисфункции системы судебной», — поясняет эксперт.

Главные проблемы и пути их решения

Зависимость судей от власти напрямую следует хотя бы из того, что всех судей страны утверждает на должности Владимир Путин. «Президент назначает своим указом более полутора тысяч голов в год. Ежу понятно, что президент неспособен читать по пять личных дел судей каждый рабочий день», — замечает Кирилл Титаев. По сути, отбор кандидатов ведет кадровая комиссия при президенте, обращая пристальное внимание прежде всего на руководителей судов субъектов, их заместителей и членов Верховного суда. «Возникает механизм контроля верхушки судебной системы со стороны исполнительной власти. А, в свою очередь, верхушка судебной системы тотально контролирует всех остальных», — объясняет Титаев.

Решение в том, чтобы утверждением судей на должности занималось подразделение Верховного суда. Хотя это сохранит вертикаль, но эта вертикаль будет внутри судейского сообщества, независимая от политиков. «Суд будет иметь реальную возможность стать в оппозицию к исполнительной власти и принимать те решения, которые он считает нужным. Я не буду говорить, правильные это решения, неправильные, но это будут его решения. И они будут продиктованы законом, и будет спор. У нас сейчас спора нет», — поясняет адвокат Михаил Беньяш.

«Практически все эксперты обсуждают тему так, как если бы у нас был неплохой автомобиль, в котором есть один-два недостатка, нужно их устранить, и он покатит идеально. Судебная система — это система, и там все взаимосвязано, поэтому не следует думать, что она работает плохо. С точки зрения людей, которые ее создали и сохраняют в этом виде, она работает идеально. Она лишь маскируется под автомобиль — на самом деле это танк, и он задуман как танк. Он идет и давит», — объясняет Верещагин. По его словам, главная функция российской судебной системы — политическая, то есть обеспечить нужный результат во всех принципиально важных для власти делах. А правосудие для всех остальных, хоть их и 99,9%, — это побочная ее функция.

Решение: чтобы судебная власть стала именно властью, недостаточно точечных изменений, нужна коренная реформа, считает Верещагин. По его мнению, необходимо фундаментально поменять систему судебных инстанций, как это было сделано в 1864 году. «Была старая судебная система, абсолютно прогнившая, по всеобщему мнению. Вместо нее была создана новая, по новым принципам, и там были просто новые суды. Причем часть старых судей попала в новые суды. Но они уже в новом качестве попали, у них уже не было тех связей, которые были в прежних судах», — поясняет эксперт. Лучшие люди из старых судов, пополненные новой когортой, в 1864 году привели к обновлению судебной системы, которая стала соответствовать лучшим европейским образцам.

Практически такое обновление осуществляется через новый конкурс, последовательно по регионам: «Сначала готовится новая система, она наполняется, потом в какой-то день Икс к ней переходит старая система, старая упраздняется, часть судей уходят в почетную отставку». При этом если в императорской России обновление судов в отдаленных регионах произошло только через 35 лет после Петербурга, то сейчас общий культурный уровень позволит провести подобную реформу практически одномоментно по всей стране, считает Верещагин. Нужен запрос просвещенного гражданского общества и политическая воля. Стоимость подобных преобразований — максимум несколько миллиардов долларов, что по сравнению с социальными и военными расходами совсем немного. При этом новая независимая судебная система, защищающая права собственности, привлечет поток иностранных инвестиций.

В России слишком много судебных инстанций — целых пять (не считая Конституционного суда и не считая права председателя Верховного суда и его заместителей в некоторых случаях отправить дело повторно в кассацию). Ни в одной юрисдикции мира такого нет, указывает Верещагин. В результате ответственность за решение «растекается» по судебной вертикали, дела могут рассматриваться очень долго. «Судья знает, что над ним много надсмотрщиков, и даже если он решит все не очень правильно, его поправят в конце концов. Он не ощущает психологической ответственности за свое решение», — объясняет эксперт.

Решение: в процессе фундаментальной судебной реформы необходимо оставить три инстанции, максимум четыре, считает Верещагин.

Судья в России привык находиться в подчинении и не приучен принимать независимые решения. «Он привык, что есть начальник, есть указания, есть директива, надо выполнить. Он живет в такой матрице», — комментирует Беньяш. Причина этого кроется в том, что более половины судей начинали свою карьеру секретарями, потом поднимались по служебной лестнице до помощников судей, а затем надевали мантию, объясняет Титаев.

Решение может удивить: ситуация исправится, если убрать из набора требований к секретарям судов юридическое образование. Тогда на должности секретарей будет приходить больше людей без юридического образования, и они не смогут подниматься по карьерной лестнице до судей.

О том, что судебные решения в России во многом штампуются без всякого разбирательства, говорит сухая статистика. «У нас в стране порядка 20 тысяч судей в первой инстанции, а только по гражданским делам за 2016 год было рассмотрено 16 миллионов дел», — обращает внимание адвокат Михаил Беньяш. Таким образом, на рассмотрение одного дела у судьи в среднем уходят считаные минуты. «Когда ты приходишь в суд и видишь, что на 10 часов у него назначено 10 дел, ты понимаешь, что все это нереально рассмотреть», — заключает Беньяш. 

Решение: поднять пороговые суммы для исков со стороны госорганов, чтобы они не обжаловали каждое пустяковое дело в судах и тем самым не загружали их. Также необходимо повышение пошлины за судебный иск для гражданских лиц. «Будет меньше пустых дел, сутяжников будет меньше приходить», — комментирует Верещагин.

Сегодня судьи могут сами нарушать судебную процедуру и даже хамить, и им за это ничего не будет. Квалификационные коллегии судов, которые могли бы представить судей к отчислению, сами зависят от председателя суда. Де-юре они независимы, но де-факто в этих коллегиях работают рядовые судьи, а также профессора государственных вузов. В результате этот орган занят скорее тем, чтобы отчислить независимых судей, которые не угодили председателю; чаще всего предлогом служит «волокита», долгая работа над одним делом.

Решение: доля независимых общественных представителей (с юридическим образованием) в квалификационных коллегиях должна составлять больше половины, это должны быть адвокаты и нотариусы (профессоров государственных вузов назвать независимыми сложно).

Зачастую судьи налагают запрет на съемку в процессе судебного заседания. Поводом для этого может служить закон о запрете съемки гражданина, говорит Беньяш. Он рассказывает, что в прошлом году из 40 ходатайств о производстве видеозаписи процесса на 39 получил отказ:

«Секретарь судебного заседания, вы хотите, чтобы вас снимали?

— Нет, я не хочу.

— Отказываем».

В единственном случае, когда видеосъемку разрешили, в течение заседания были соблюдены все процессуальные процедуры. «Процесс — это дух закона», — подчеркивает Беньяш. По мнению Кирилла Титаева, главная проблема в том, что, в отличие от Арбитражных судов, в обычных судах аудиопротокол или видеосъемка считается вторым и дополнительным средством фиксации. А основным является протокол, который пишет секретарь суда. В результате, если аудиозапись идет вразрез с бумажным протоколом, за истину принимается бумажный протокол.

Решение: проведение аудио— и видеосъемки на открытых заседаниях должно быть разрешено по умолчанию. Нужно ведение аудиозаписи самим судом по аналогии с тем, как она ведется в арбитражных судах, и приоритет такой аудиозаписи над бумажным протоколом. «Судебный департамент оборудовал залы судебного заседания под запись. Эта запись не лежит в суде где-то у судьи на флешке. Она лежит в централизованном хранилище. Не нужно доказывать тот факт, что это судья, потому что у нас есть расписание дел к рассмотрению, есть запись из этого зала в это время», — объясняет Титаев. 

Проект «План Перемен» призван инициировать общественную дискуссию об образе будущей России. Мы открыты к сотрудничеству со всеми экспертами и политическими силами демократической направленности. Контактный адрес: planperemen2018@gmail.com

Комментарии

8

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


14 марта 2018 | 08:54

Пороть на конюшне холуев.........чтобы хоть один обиделся и вынес правосудное решение.


ohotnik58 14 марта 2018 | 08:55

Статья 120

1. Судьи независимы и подчиняются только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.

2. Суд, установив при рассмотрении дела несоответствие акта государственного или иного органа закону, принимает решение в соответствии с законом.


velizara_eliseeva 14 марта 2018 | 09:28

Да это полное дно.
Штамповщики человеческих судеб!
"В XIX веке суды присяжных оправдывали около 40% подсудимых"
И.Л. Петрухин "Оправдательный приговор и право на реабилитацию".


plank1957 14 марта 2018 | 10:03

Ситуация, когда судей назначает президент приводит к тому, что президент стоит над законом. Если судьи будут назначать сами себя, то судьи оказываются некой неприкасаемой кастой. Независимость судов - это хорошо, но где ответственность судей за вынесенные постановления и приговоры? В предлагаемой модели нет механизма ответственности судей.


dexter86 14 марта 2018 | 12:11

plank1957: пусть назначает президент судей,но при этом лишить его права увольнять. В основу освобождения
от статуса судьи положить приговор,признавший судью виновным в преступлении,а все остальное технические
мелочи.


plank1957 14 марта 2018 | 12:55

dexter86:
Не получится, поскольку судья судью едва ли станет судить. Тут возможен вариант лишения судьи статуса в результате парламентского расследования. И еще, председатели судов не должны иметь статуса судей. У них и без того работы навалом.


wowagera 14 марта 2018 | 14:19

Бесполезно улучшать законы,не имея честных судей..А где их взять? Негде.."Когда я приезжаю в страну,я не спрашиваю-хорошие здесь законы или плохие..Я спрашиваю-исполняются ли они.."


kriv_49 15 марта 2018 | 04:30

Там где власть не подвластна интересам народа,а служит для сохранения самое себя,если она авторитарная и тем более тоталитарная-реформ не произвести.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире