08:08 , 07 августа 2019

Екатерина Шульман: Этап показательной свирепости

Передача «Статус»

Майкл Наки: Владислав Абрамов: «Смогут ли доказать люди, что они ни в каких массовых беспорядках не участвовали, а все обвинения со стороны следствия беспочвенны?».

Екатерина Шульман, политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС: Уголовное дело по 212-й статье выглядит действительно созданным на пустом месте. Это само по себе никак не гарантирует того, что это дело не дойдет до суда или в суде развалится. Оно вполне до суда может и дойти. Тем не менее, в нашем правоохранительном творчестве есть довольно большая палитра различных инструментов, которые позволяют, конечно же, не допустив не дай бог каких-то оправдательных приговоров – оправдательные приговоры запрещены, а то, что попало в суд, должно закончиться обвинительным приговором, – но всякие квазиоправдательные формы и всякие инструменты спускания на тормозах у нас, в общем, имеются и довольно активно употребляются.

Например, что у нас есть хорошего? Можно проводить сверхактивные следственные действия, а потом замереть. Да, сроки следствия у нас очень плохо отрегулированы в законе и находятся в распоряжении следователей. Можно опять же сначала проявлять бешеную активность, которая проявляется сейчас, а потом взять, да и не проявить ее вообще. Через некоторое время скажут: «Слушайте, а как у нас это уголовное дело?» – «А оно там дополнительно расследуется» – например. Можно уменьшать число участников, можно увеличивать число участников, переводить их из одного процессуального статуса в другой.

Сейчас у нас уже 9 человек арестовали на два месяца в рамка предварительного следствия. Один из них студент ВШЭ, совсем молодой студент Егор Жуков. Вышка как то пытается за него бороться. Ну, все за всех пытаются бороться, насколько могут. Но сейчас этап показательной такой свирепости, в которой эта избыточность, она и есть главная цель. Это такой театр террора, в котором надо эту пьесу кабуки дать сыграть, выйти этой страшной маске и сплясать этот свой танец. Сейчас такой момент. Из этого не следует, что не надо этому всяческое процессуальное сопротивление этому оказывать. Это надо делать и это делается. Коллективные выступления, публичные заявления позиций – это важно. В информационном пространстве не должно создаваться впечатление, что все сейчас как-то счастливы и довольны тем, что происходит.

Ну, и что еще – амнистии у нас любят проводить. Я напомню, что Болотное дело закончилось именно этим. Это с точки зрения правовой вариант плохой, с точки зрения гуманистической – хороший. Почему плохой? Ну, это заметание под ковер ошибок следствия. Прошлая амнистия, например, чрезвычайно масштабная, она касалась не только тех дел, которые дошли до суда и закончились приговором, но и тех, которые еще находились в стадии расследования.

То есть можно возбуждать что угодно, производить следственные действия, которые совершенно не дают людям жить – это дикие обыски, это допросы, это заключения под стражу, – а потом – раз! – и наступила амнистия, и люди даже не могут, если они этого хотят, обжаловать то, что случилось, потому что вот уже скажите спасибо, что вас так отпустили. То есть это долгая и, надо сказать, безрадостная история. Ничего хорошего в этом нет. Сказать – а, само рассосется никак нельзя. Те люди, который достаточно рандомно попали под каток, им от этой мысли будет не легче. Но еще раз повторю, зная нравы нашей машинки правоохранительной, вариантов много.

Читать текст эфира полностью >>>



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире