11:02 , 11 июля 2019

Андрей Мовчан: Наша система сегодня чудовищно архаична

Передача «Особое мнение»

Алексей Соломин: «Вместе с тем надо добиться более устойчивого и главное, более динамичного роста» — очень оптимистично для Путина?

Андрей Мовчан, финансист, основатель группы компаний по управлению инвестициями Movchan's Group: Я просто не понимаю, как можно быть одновременно более устойчивым и более динамичным – это две противоположных характеристики. Но конечно, нужно добиться – кто спорит? Очень хорошо было бы добиться.

А.Соломин: Наверное, имеется в виду, что рост должен быть уверенным и сильным?

А.Мовчан: Блондином или брюнетом? Что такое «уверенный» и «сильный»? Это какие-то характеристики из мила психологии, мне кажется. Рост должен быть значительным в цифрах и предсказуемым.

А.Соломин: И не падать.

А.Мовчан: И не волатильным. Очень хорошо бы нам 3-4% иметь. А по-хорошему, вообще-то говоря, нам бы, с нашими полезными ископаемыми, с нашими кадрами, с нашей историей, сейчас бы иметь и 7 и 8% в год – вполне.

А.Соломин: Вы говорите о полезных ископаемых, тогда как Путин и правительственный блок говорят о том, что развитие страны и рост дальнейший должен быть связан, прежде всего, с увеличением производительности труда, с использованием новых технологий.

А.Мовчан: Ну конечно. Но полезные ископаемые это наше топливо в буквальном и переносном смысле.

А.Соломин: А не люди наше топливо?

А.Мовчан: Мы пока не топим людьми, слава богу, еще не дошли до этого. Но и люди в том числе, если принимать игру слов.

А.Соломин: Если сказать, что наши люди это новая нефть?

А.Мовчан: Нет, наши люди это очень старая нефть. У нас инженерная школа есть, у нас хорошо образованное население, у нас люди, которые умеют работать. У нас абсолютно европейский взгляд у общества и у людей на деятельность. Поэтому нас останавливают только серьезные усилия по остановке российской экономики.

А.Соломин: А вы уверены, что здесь у людей очень европейский взгляд? Потому что мне кажется, что ваше окружение может действительно формировать такой тренд и говорить, что мы строим себя, и так далее. Но люди в России привыкли жить помощью, заботой государства. И требуют сейчас этого от государства – и медицины, образования, трудоустройства.

А.Мовчан: Знаете, это так и не так. Отвечу длинно: во-первых, Россия тратит 16-18 ВВП на социальное обеспечение. Это даже в процентах меньше сильно, чем развитые страны. Ну, Франция тратит страшных 38%, Америка 22% ВВП — при том, если вспомнить, какие у них ВВП.

То есть, Россия далеко не самая социальная страна в этом смысле. Наши люди, вообще говоря, привыкли от государства получать черствый черный хлеб. Конечно, этот хлеб раздается, но надо понимать, что он черствый и черный.

И когда наступили 90-е, а потом еще и «нулевые», то, по-моему, все наглядно видели тренд, как люди радостно, охотно и массово уходили в частный сектор и готовы были сами работать, строить, создавать, и так далее.

А.Соломин: А сейчас этот тренд поменялся?

А.Мовчан: Поменялся, конечно. Потому что государство, с одной стороны, предлагает черствый черный хлеб, а с другой стороны бьет по рукам тех, кто хочет белого. Ну, никто же не хочет получать по рукам. Конечно, много проще пойти и получать то, что дают, зато гарантированно, спокойно и не оказываясь в трудной ситуации.

А.Соломин: Так в этом тоже есть проблема отсутствия роста – если людям не дают развиваться?

А.Мовчан: Я бы сказал, основная. Думаю, что это наша основная проблема. Наша система сегодня чудовищно архаична. Она построена под средневековую феодальную страну, в которой идет распределение того, что произведено на земле. И не стоит речь ни о каких новациях, не о развитии, не о самостоятельности, — ничего. А поверх наложен некий тонкий слой социального обеспечения — за счет дорогой нефти, — который позволяет сдерживать протест. Вот, собственно, и все. Отпустить, дать людям возможность работать и даже при том же черством черном хлебе, который раздает государство. Они все кинутся создавать.

А.Соломин: Мы не вошли в такую фазу, когда протест стал уже слишком опасным, что в первую очередь надо подавить протест, а потом закрепить свои позиции власти и потом уже сидеть и ломать голову, как выводить страну из кризиса?

А.Мовчан: Очень в этом сомневаюсь. Мы на опыте самой Росси можем посмотреть. Помните 90-е годы? Наверное, вы были совсем молоды, а я был уже совсем взрослым молодым человеком и прекрасно помню, как есть было нечего, и работы не было, и вообще было непонятно, что будет завтра. Но вы видели массовые протесты? 93-й, 94-й, 95-й? Была спиралевидная инфляция, реформы.

А.Соломин: Я помню «шахтёрские каски», протесты, связанные, наверное, больше с политическими требованиями — с демократизацией.
А.Мовчан: Но это не были протесты, токсичные для власти. Власть существовала, причем власть, значительно менее защищённая, чем сегодня – спокойно существовала, выигрывала выборы. Сейчас много споров о том, как выигрывала, но все равно же выигрывала выборы.

Поэтому я бы не боялся. Думаю, что наоборот — общество на welfare, не занятое предпринимательством, оно склонно к протестам значительно больше, чем общество, которое бросили в бассейн экономики, и говорят: действуйте. Вся энергия уйдет туда.

Читать текст эфира полностью >>>.



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире