11:11 , 15 мая 2019

Юрий Сапрыкин: С кем сражаются люди в Екатеринбурге

Передача «Особое мнение»

Ольга Бычкова: За что или против чего борьба, которая сейчас разгорается в Екатеринбурге: против РПЦ, за сквер, за сохранение города, за что-то еще или против чего-то еще?

Юрий Сапрыкин, журналист: В Екатеринбурге это конфликт, который начался не вчера ночью. Это старый конфликт вокруг строительства церкви на том или ином месте в самом центре. Сначала этот храм, насколько я понимаю, пытались построить прямо на воде, на пруду, сделать там какой-то насыпной остров. Если кто-то был в Екатеринбурге, это район знаменитой Плотинки, то есть самый-самый центр, где все гуляют, отдыхают, сидят у воды и так далее.

О.Бычкова: Это, собственно, историческое ядро города.

Ю.Сапрыкин: И историческое ядро, и там в двух шагах, собственно и храм На Крови, бывший Ипатьевский дом и все эти партийно-государственные, или как они сейчас называются, учреждения. И знаменитая инсталляция художника Тимофея Разина: крыши дома, светящиеся буквы: «Кто мы откуда, куда мы идем?»

О.Бычкова: И Ельцин Центр там же.

Ю.Сапрыкин: И Ельцин Центр где-то там же рядом. И этот конфликт продолжается уже какое-то время. С митингами сторонников, с митингами противников, с актерами Пореченковым и Галустяном, которые как главные екатеринбургские верующие приезжают, агитируют за строительство храма и стоят на молебне и так далее. Этот конфликт во многом типичный, потому что и в Москве и, подозреваю, в других городах мы много раз наблюдали примерно то же самое.

В том районе, где я живу, я видел, как на улице Молодежной в сквере жители местных домов выходили протестовать против строительства там церкви по программе этих 200 храмов в шаговой доступности. И как точно так же приезжали какие-то мускулистые православные активисты. И Кирилл Фролов, председатель православного движения «Сорок сороков» и казаки толкались и кричали, и орали на местных жителей, что «вы все наймиты американского империализма, и если мы не построим здесь сейчас храм, то Россия вообще провалится в пропасть».

О.Бычкова: А храм построили, в конце концов, или провалилась в пропасть?

Ю.Сапрыкин: Секундочку. То же самое происходило с памятником князю Владимиру, который в какой-то момент решили поставить на Воробьевых горах. Тоже выходили протестовать местные жители. И депутат Елена Русакова и Любовь Соболь, героиня, нашего следующего сюжета, и точно так же приезжали бакеры, Хирург, Крилл Фролов, православные активисты мускулистые в обтягивающих майках и кричали, что если мы именно здесь не поставим памятник князю Владимиру, то Россия провалится в пропасть и погибнет.

Храм не построен, князь Владимир стоит в другом месте. Россия в пропасть не провалилась.

О.Бычкова: Там, где стоит князь Владимир, извините пожалуйста, уж тогда не знаешь, что хуже…

Ю.Сапрыкин: Знаете, вот тут я уже начинаю завидовать екатеринбуржцам, потому что москвичам, видимо, в какой-то момент не хватило воли, смелости, любви к городу, какой-то смелости, чтобы не дать этот памятник поставить нигде. Потому что да, там он тоже торчит, как абсолютно инородное тело, портит этот прекрасный пейзаж.

И главное, я не вижу людей, которые защищали этот памятник, которые говорили, что Россия провалится в пропасть, если его не поставить. Я не вижу, чтобы для них он стал сейчас предметом какого-то поклонения, чтобы для кого-то он был дорог. Этот памятник не нужен никому и не дорог ни для кого.

И, кстати, мой депутатский запрос будущим кандидатам в Московскую городскую думу: пожалуйста, подумайте о том, чтобы включить в свою предвыборную программу вопрос о переезде памятника князю Владимиру куда-нибудь, где он не так заметен и не так портит исторический ландшафт. Я уверен, что под этим требованием подпишутся множество москвичей.

Так вот всё это происходит по одной и той же схеме. Приходит некоторое начальство и говорит: «Здесь будет храм». Выходят местные жители, которым, как правило, этот храм там, где они живут или там, где они ходят гулять или там, где они с колясками и с детьми проводят свои выходные, храм там не нужен. Дальше появляются какие-то, невесть откуда взявшиеся активисты и говорят: «Нет, храм будет здесь, иначе Россия провалится в пропасть». И дальше — иногда его строят. А иногда начальство решает, что ну, и бог с ним, давайте где-нибудь в другом месте или вообще не будем на него тратить деньги. И Россия в пропасть не проваливается и активисты эти исчезают бесследно, и оказывается, что, в общем, храм был для них не очень дорог.

Это к вопросу о том, с кем сражаются люди, которые протестуют сейчас в Екатеринбурге. Они сражаются с начальством.

О.Бычкова: За что?

Ю.Сапрыкин: Они не сражаются с РПЦ, они не сражаются с верующими. Они сражаются с этим сложным симбиозом, состоящим из губернатора или представительства президента, «Русской медной компании», «Уральской горной металлургической» компанией, с теми людьми, которые решили выделить огромные деньги на то, чтобы построить храм и построить его именно здесь. И для них возражения местных жителей, которые говорят: «Вы знаете, мы в этом городе живем, мы здесь гуляем, мы здесь валяемся на траве. Для нас это ценное место именно в том виде, в котором оно есть. Мы его хотим видеть именно таким», — для них эти возражения, они, с одной стороны, это мелкие копошения шелупони, на которые не нужно вообще не обращать никакого внимания.

С другой стороны, если ты обратишь на эти шевеления внимание, то ты слабак, ты прогнулся. Какое ты тогда начальство? Нет, послушайте, это вообще несерьезно. На их стороне суд, на их стороне ОМОН, на их стороне закон, на их стороне эти представители, как это называется, школы единоборств «Русской медной компании», которые приехали «чисто по-человечески помочь», как сказал сегодня один из них в интервью.

Читать текст эфира полностью >>>



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире