08:14 , 13 февраля 2019

Екатерина Шульман: Про внешний и внутренний интернет

Передача «Статус»

Екатерина Шульман, политолог, доцент Института общественных наук РАНХиГС: Интернет уже давно воспринимается как некое общественное благо, как нечто, подобное уличному освещению или водопроводу, или отоплению. Без него нельзя, без него непонятно как жить. Когда в него начинают как-то вмешиваться и как-то ломать, то это людей злит.

Вообще, в России, хочу вам сказать, несмотря на долгий исторический опыт цензуры, цензуру всегда все ненавидели. Поскольку у нас с вами литературоцентрическая, логоцентрическая цивилизация, все наше бытие сосредоточено вокруг слова в той или иной его форме, поэтому люди злятся, когда их в этой сфере ограничивают. А их при этом всё время ограничивают, видимо понимая, насколько это важно.

О каких ограничениях речь идет сейчас. Это законопроект не про цензуру, скажем так, контента. Про цензуру контента — это вот предыдущие три. То есть если написано что-то не то, мы это вырежем, мы заблокируем ресурс и будем ждать, пока провайдер сам не удалит какой-то нехороший контент.

Тут про другое. Тут про оборудование, скажем так, про физическую возможность отключать, так сказать, внешний интернет и оставлять тот, который циркулирует внутри страны. Сейчас я всё очень аккуратно объясняю, потому что речь идет о технических вещах, в которых я понимаю только постольку, поскольку я их сумела понять.

Майкл Наки: Но уже больше, чем у многих, кто голосовал за данный законопроект, судя по тому, что они говорили сегодня в Государственной думе.

Е.Шульман: Тут сразу хочется подумать, потребуется ли им переводчик на русский язык в случае чего, если вдруг речь пойдет действительно о важных вещах, а не о каких-то там законопроектах, сколько из них сошлются на то, что они плохо понимают по-русски.

Так вот, внешний и внутренний интернет — это не то же самое, что сайты, заканчивающие на «ру» и все остальные. Сайт, заканчивающийся на «ру», может вполне относиться к внешнему интернету.

Для чего это нужно? Как это объясняется в самом законопроекте? Это объясняется так, что если на нас пойдут кибератакой, какой-то кибервойной или отключат нас снаружи, то у нас должна быть некая система, которая позволяет интернету продолжать функционировать внутри страны, потому что, как нам объясняют, раньше интернет был для всяких шуточек и общения, а теперь-то это серьезная штука, на него завязаны финансовые транзакции, на него завязаны системы безопасности, камеры слежения, мониторы, телемедицина какая-нибудь, поэтому он не должен отключаться, если вдруг это захотят сделать враги. Что чрезвычайно мне напоминает другой законопроект, который тоже прошел первое чтение, а дальше с ним ничего не случилось, а именно законопроект об антисанкциях. Если помните, шел такой у нас в думе летом, тоже чрезвычайно авторитетными инициаторами был подписан.

М.Наки: Рамочный его еще называли.

Е.Шульман: Ох, рамочный он был, такой он был рамочный, что кроме рамок ничего и не осталось. Картина как-то выпала в процессе обсуждения, осталась одна рамочка.

Так вот там, в частности, правительству предоставлялись полномочия по запрету ввоза разных категорий товаров. Инициаторы говорили — Андрей Исаев нам говорил — «Вот вы возмущаетесь, что мы якобы хотим ввоз лекарств запретить. А подумайте: а если санкции против нас такие введут, чтобы нам не поставлять лекарств, мы же должны как-то быть к этому готовы?» Каким образом запрет импорта сделает нас более готовыми, не совсем понятно, но тем не менее.

Тут тоже как-то похоже. При этом задается вопрос: А был ли такой случай, чтобы какую-нибудь страну отключали от интернета? Ответ: нет, случая такого не было. При этом не очень понятно, насколько это возможно технически. Обычно приводится в качестве примера то, что произошло в 12-м году в Сирии. Там действительно, как нам рассказал борец за свободу Эдвард Сноуден, АНБ американское поломало какого-то местного провайдера, пыталась его вскрыть, а в результате у них накрылся какой-то машрутизатор сирийский. Но это не было отключение от интернета кого бы то ни было.

Есть ли страны, в которых такого рода система успешно работает? Ну, сравнение с китайским файрволом, насколько я опять же понимаю, нерелевантно, это не про то. Китай не отключает себя от внешнего мира. Китай имеет альтернативные ресурсы. То есть любому международному ресурсу есть китайская альтернатива, которая в Китае гораздо более популярна и пользуется гораздо большим спросом, потому что они выросли в этой среде. Китай начал эту работу более 20 лет назад, поэтому китайский интернет развивался внутри этой системы государственной — хотите, ограничений государственных, хотите сказать, государственной поддержки, в зависимости от того, с какой стороны смотреть.
Вот помните, как нам было сказано про интернет, как президент наш сказал, что он как зародился как проект ЦРУ, так и развивался как проект ЦРУ. Вот про китайский интернет это в некотором роде правда. Он зародился как государственная система, он и развивается как таковая.
Есть прекрасная страна КНДР. Там вообще интернета нет…

Читать текст эфира полностью >>>



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире