14:18 , 03 августа 2018

Василий Уткин: «Центр управления расследованиями», в моем понимании, совершил преступление

Передача «Бомбардиры»

Василий Уткин — Я хочу сказать два слова о гибели наших коллег в Центральноафриканской республике. Конечно, я тоже хотел присоединиться к многочисленным соболезнованиям. Я не близко знал Джемаля, но мне доводилось с ним общаться. И это был, конечно, очень яркий человек, мыслящий – мыслящий не так, как я, не так, как многие мыслящий, другим образом, но это всегда было интересно. Об это мнение было интересно стучаться. Это был очень серьезный такой, действенный витамин размышления.
И, кстати говоря, фильмы режиссера Александра Расторгуева – я просто не знаком с ним лично – я хочу напомнить, сейчас выложены на 40 дней в открытый доступ. Это очень серьезный режиссер, документалист, и очень разнообразный. Не только на военные темы он делал. Я очень советую посмотреть.

Хочу сказать одну вещь. Это тоже одно из тех дел, где есть много аспектов. Безусловно, нужно постараться выяснить, что произошло. Безусловно, нужно постараться продолжить дело, которым они занимались, возможно, менее радикальным образом. И найдутся люди, которые это сделают. Но я хочу сказать о другом.

Я хочу сказать, что «Центр управления расследованиями», в моем понимании, совершил преступление, направив людей в одну из самых опасных стран мира без защиты, и вообще пойдя на это.

Я хочу сказать, что в моей жизни были разные случаи. Во-первых, я работал главным редактором. Во-вторых, я очень хорошо знаю лично Андрея Коняхина, он мой одногруппник по институту. Я очень хорошо знаю Михаила Михайлина, который длительное время работал в издательском доме «Коммерсантъ» и главным редактором тоже. Андрей Коняхин был его заместителем. Я тоже Мишу знаю с институтских имен. И я хочу сказать, что такое решение мог поддержать и принять только человек, который прекрасно знает, что такое журналистика, но очень мало сам работал в поле и является человеком кабинетным, как Андрей Коняхин, в частности.

Я хочу сказать, что когда я был юношей и работал на молодом НТВ и началась война в Чечне, я считал, что каждый журналист, каждый репортер должен сделать… это просто обязанность репортера – побывать на войне. И нашлись люди, которые меня от этого удержали. Там не так уж много журналистов погибло, собственно говоря, съемочных групп. И, наверное, это бы не было опасностью для меня, наверное, я бы вернулся оттуда, но меня от этого удержали.

Конечно, я не занимался расследовательской журналистикой, я занимался другой журналистикой. Но мне неоднократно приходилось одергивать своих коллег, потому что я не хотел… не то что я не хотел и не то что я боялся. Меня трудно упрекнуть в избыточной опасливости, знаете ли, но нельзя брать на себя ответственность в такой ситуации. Вернее, нужно взять на себя ответственность, помешав этому.
Это верная смерть, это колоссальный риск. И не может человек, который поддерживает это решение, выдает на это бюджет, Михаил Борисович, называет все это потом партнерством и так далее… Хорошо, вот вы в этом деле партнер. А можно быть партнером… вот как рассказывают о ЧВК Вагнера, в частности – они же тоже партнеры чьи-то. Их же никто не заставляет, тоже какое-то партнерство тут существует. Нет, нельзя этого делать. И это не журналистика, и это не СМИ. Это безответственная журналистика.

Я абсолютно уверен: для меня это служебное преступление, приведшее к смерти людей. Это мнение – извините, что я отнял у вас две минуты, я хотел об этом сказать – я просто возмущен.

Для чего вообще существует редакция, в принципе? Ведь журналистика, особенно журналистика высокого уровня – это дело одиночек. Дело одиночек, которые что-то знают лучше других, которые первыми оказались у того или иного источника информации, которые, возможно, просто что-то понимают… Это и есть лидеры профессии.
Редакция нужна для того, чтобы люди понимали, в частности, грань. Журналистика – это и переступание через грань тоже и риск тоже. Но нужно понимать, где эта грань проходит. Вот для этого нужны окружающие люди, и редакторы нужны, и коллеги нужны, чтобы эта грань была тебе яснее, чтобы ты был остановлен.

Говорят, что Джемаль был безмерно смелым человеком. Извините, безмерная смелость – это очень опасно. Безмерная смелость, нечувствование опасности – это верный путь к смерти. Бывают люди, которые не чувствуют боли. Они долго не живут, потому что боль – это симптом. Ты узнаешь, что ты болен, потому что у тебя болит. А если ты не почувствуешь. И тут такая же точно абсолютно ситуация.

Задача редактора, задача СМИ в таких случаях — или обеспечить условия для нормальной работы и в этом поддержать, или не участвовать в этом, не поддержать это. Дать денег, дать камеру, сказать: «езжайте» – это преступление. Это преступление, я не знаю, по каким законам – я не законник – это моральное преступление. Вот это мое мнение.

Смотреть и слушать эфир полностью >>>



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире