Теперь, кажется, можно резюмировать ход протестов в Москве в конце января-начале февраля и высказать некоторые мысли по поводу решения Волкова отложить акции до весны-лета.
Самое удивительное — казалось бы, Навального только что посадили, можно было ждать, что его соратники будут наращивать давление. Однако фактически вышло, что к моменту решения Симоновского суда протестная активность в Москве немного затихла.
Если 23 января на Пушкинскую площадь и прилегающие улицы вышли примерно 10-20 тысяч человек (усредненные оценки), и это действительно было очень много для несогласованных акций, то вечером 2 февраля таковых было лишь около 1-1,5 тысяч. Не получилось и каких-то стоящих попыток собрать группу поддержки Навального у здания Мосгорсуда.
При этом, конечно, это не связано только лишь с предполагаемой апатией и усталостью оппозиционно настроенных москвичей. Пожалуй, акции 23, 31 января и 2 февраля впервые обнаружили новации в действии силовиков. Они за много часов до начала выступлений перекрывали все возможные места скопления протестующих. Сбор на Лубянке? Перекрыть все подходы и максимально осложнить движение по улицам пешеходов. Суд по Навальному с вероятностью акций вечером? Закрываем с утра Красную и Пушкинскую площадь и выводим сотни полицейских и ОМОНовцев. Наконец, впервые были закрыты сразу несколько станций метро и отменены маршруты автобусов через предполагаемые места сбора (31 января). На мой взгляд, все это привело к тому, что часть людей а) просто не знала, куда идти, и решила забить и б) побоялась идти на акцию с заранее предполагаемым исходом.
При этом, несмотря на все препятствия и на то, что часть центра Москвы оказалась буквально на осадном положении, довольно большие колонны каким-то чудом все-таки собирались. Но они натыкались на жесткое противодействие силовиков. Конечно, нужно признать: некоторые протестующие вели себя довольно агрессивно. Начиная от молодого человека, вступившего в рукопашную с ОМОНом, до регулярного бомбардирования силовиком снежками и, наконец, нападением на машину с номерами АМР у Цирка Никулина. Но при этом многие пытались остановить проявление агрессии. В толпе часто было слышно: «Что вы делаете, не провоцируйте!»
О задержаниях уже многие высказались. Их немыслимо много. Как и арестов, в результате которых ОВД и спецприемники оказались переполнены, а люди часами ждали очереди на оформление. Здесь наиболее показательна именно акция 2 февраля. Пожалуй, в этот день не было практически ни одного более-менее заметного случая агрессии со стороны протестующих. Но разгон шествия оказался несоразмерен: сначала давка, затем — применение дубинок даже не по конкретным людям, а по небольшим группам, не сумевшим разбежаться. Я чудом, к слову, увернулся.
Это, конечно, ошибка со стороны силовиков и властей. Протест выдохся, но больше потому, что москвичи пока больше не хотят попадать под дубинки, в автозаки и в спецприемники. Недовольство происходящим никуда у них не ушло — а видя, что надежды на диалог, по их мнению, нет, а также наблюдая жесткость и даже жестокость со стороны силовиков, негатив только усилится.
Но в то же время почти вся верхушка соратников Навального (и его самого) сейчас лишена какой-то возможности обращаться к своим сторонникам. Очевидно, нет и ресурсов, чтобы организовывать массовые несогласованные акции. Заявляется, что цель — готовиться к выборам в Госдуму. В случае, если фигурантов «санитарного» дела осудят на реальные сроки, вероятно, от т. н. «партии» Навального выдвинутся другие кандидаты, которые обладают при этом гораздо меньшей узнаваемостью. Станут ли они фактором, влияющим на массовость протестов? Сомневаюсь. Не превратится ли за это время Навальный в «одного из» политзаключенных, свободы которого будут требовать, но с заключением которого, по большей части, смирятся? Вполне вероятно. Примеры Ходорковского и Удальцова отчасти, но допускают эту возможность.
Таким образом, мне кажется, что обе стороны противостояния находятся в тупике. С одной стороны, Кремль еще больше отдалил себя от диалога с «внесистемной» оппозицией, которая пока все еще существует. С другой стороны, некоторые «белорусские» методы оказались эффективны — и теперь даже некоторые сторонники Навального понимают, что формат «гуляний» не приносит видимых краткосрочных политических дивидендов, а дают исключительно моральное удовлетворение. «Мы им показали!» Правда, путем тысяч задержанных.
Вероятно, протестная активность в Москве останется волнообразной. Как собственно, это было во все предыдущие годы, как это показали события 2019 года и как это показывают события года 2021-го. С одной лишь разницей, что теперь сторонники власти и сторонники Навального оказались еще дальше от диалога друг с другом, чем это было несколько лет назад. Тревожно, если честно. И всегда в такие моменты хочется призвать: давайте без насилия. С обеих сторон.
