Джузеппе Верди родился 10 октября 1813 года, но празднование его 200-летнего юбилея уже началось. С максимальным размахом великого Верди прославляет Театр «Новая опера», посвятив его творчеству международный фестиваль «Крещенская неделя в Новой Опере». С 11 по 31 января театр представляет 9 произведений Верди с лучшими составами, приглашенными солистами и именитыми дирижерами. 13 января в этой серии исполнили «Набукко».

«Набукко» (1842) — третья по хронологии, но первая, по утверждению самого композитора, опера, с которой началась его художественная карьера. Она не столь знаменита, как «Аида», одно из его последних творений, но удивительно схожа с ней по сюжету. На фоне войны между двумя государствами (Вавилон и Израиль в «Набукко», Египет и Эфиопия в «Аиде») рождается любовь между дочерью царя (Фенена — вавилонская принцесса, Аида — эфиопская) и предводителем вражеского войска (израильтянин Измаил в «Набукко» и египтянин Радамес в «Аиде), которая заставляет героев делать выбор между личной привязанностью и долгом перед родиной. Коллизия в обоих случаях осложняется появлением соперницы, тоже принцессы, так же страстно, но безответно влюбленной в военачальника (Абигайль — сестра Фенены в «Набукко» и Амнерис — дочь египетского царя в «Аиде»). Финал «Набукко» счастливый — влюбленные прошли все испытания и воссоединяются, «Аиды» — трагический: герои погибают.

Но, пожалуй, самая большая разница между изображением противостояния двух народов в «Набукко» и «Аиде» состоит в том, что египтяне и эфиопы в «Аиде» постоянно сражаются: мы не видим поля битвы, но видим множество парадов, сборы египтян на войну, возвращение с захваченными пленными и трофеями. В «Набукко» же нет как таковых активных военных действий — да, вавилоняне нападают на евреев, но те практически не сопротивляются, держат осаду, а потом позволяют увести себя в плен. Если хоры в «Аиде» — это военные марши, то в «Набукко» — молитвы. Евреи постоянно общаются со своим богом, умоляют о спасении из плена, и он слышит их: сначала лишает Набукко, главного обидчика евреев, разума, а затем, когда Набукко уверует в существование и силу еврейского бога, возвращает разум обратно. В результате без единого сражения, одной силой мысли, евреи получают желаемую свободу.

С этой точки зрения очень удачны декорации «Набукко», который шел в «Большом» с 2001 по 2012 год — это стены с ивритскими буквами и вавилонскими письменами. Акцент на буквы, логос, подчеркивает противостояние не просто между армиями, но между культурами, религиями и переносит события с материального на метафизический уровень.

В «Новой опере» в основу постановки положена национальная идея. Гонения на евреев случались во многих странах и в разные эпохи, но самые масштабные и страшные — во времена Холокоста. Поэтому многие современные постановки «Набукко» в той или иной степени связаны с этим трагическим эпизодом мировой истории. Исключением не стал и спектакль «Новой оперы», хотя в нем реалии 30-х годов 20 века показаны очень аккуратно, намеками. Слава богу, что Навуходоносору (Набукко) не приклеили маленькие черные усики, а иудейскому священнику Захарии — пейсы из под черной шляпы (обошлись кипой), иначе получилась бы карикатура. Принцип всей постановки «ничего слишком».

События оперы происходят в какой-то европейской столице — в этом городе есть метро. Единственная на все 4 действия декорация — очень достоверно воспроизведённая станция метрополитена, с полукруглыми сводами, переходом на нижний уровень, балконом, огромными тарелками ламп под потолком.

В нее сгоняют плененных евреев — толпу женщин в туфлях, шляпках и пальто поверх вечерних платьев и мужчин в костюмах и галстуках. Кто они, эти городские интеллигенты, из какого концертного зала их выгнали, кем они были в нем — зрителями, певцами, оркестрантами? Музицирование, как род занятий евреев, затем обыгрывается в самой красивой и пронзительной сцене спектакля — дуэте Захарии и виолончели (соло на сцене — Сергей Лушин).

Главный среди евреев, людей не действия, но мысли, не военачальник Измаил (тенор Сергей Поляков), а Захария, первосвященник. Бас Владимир Кудашев в роли Захарии совершенно меня восхитил — высокий, худощавый, с трагической небритостью, в белоснежной рубашке, черном пальто и кипе. Свойственная облику певца интеллигентность, которая показалась мне лишней в образе Дулькамара в «Любовном напитке», здесь, в «Набукко», была просто необходима для Захарии, духового лидера! И манера исполнения Кудашева, не размашистая и удалая, а наоборот аккуратная и вдумчивая, в сочетании с его внешними данными, сделали его героя самым ярким и убедительным в сегодняшнем спектакле.

Впрочем, не менее выдающимся исполнением отличился и Анджей Белецкий в роли Набукко, вавилонского царя. Его образ — что-то между Наполеоном и Муссолини, низкорослый тиран с манией величия. До этого Белецкий впечатлил меня в роли Графа ди Луна в «Трубадуре» — он так аристократично и вместе с тем героически выглядел, что я невольно ему симпатизировала, хотя он и отрицательный персонаж, и недоумевала, как его возлюбленная могла предпочесть молодому статному красавцу Графу какого-то Трубадура. Когда на сцену вышел Набукко, безумный и безвредный старичок наполеоновского роста, я сначала подумала, что театр сделал замену, и поет не Белецкий, а кто-то другой, — столь разительно было перевоплощение. .

Восхищаюсь актерскими способностями Белецкого, которому удалось стереть с лица удаль и благородство графа и натянуть закомплексованность Дуче, состариться на 30 лет и съежиться до размеров оружейного ящика, изображавшего гроб в третьем действии. Звучал он как всегда замечательно, особенно распевшись ко второму акту.

Итак, вавилонское войско осаждает евреев, которые вместо того, чтобы сражаться, непрерывно молятся в красивейших хорах. Единственное агрессивное действие, которое они предприняли — захватили в плен вавилонскую принцессу Фенену, законную дочь Набукко (меццо-сопрано Ирина Ромишевская, идеально подходящая для своей героини — тонкая музыкальная дама).

Охранять пленницу поручают Измаилу, предводителю отсутствующего еврейского войска (кажется, других военных, способных кого-нибудь охранять, среди евреев вообще нет). Разумеется, Фенена и Измаил давно любят друг друга, в тайне от своих соотечественников. Тут во главе небольшого отряда является вторая, весьма активная и энергичная (хотя и незаконная) дочь Набукко, Абигайль (ее сложнейшую партию исполнила сопрано Елена Поповская), которая тоже влюблена во вражеского полководца Измаила.

Абигайль, со свойственной ей деловой хваткой, предлагает Измаилу жизнь и свободу в обмен на женитьбу, Измаил отказывается, и расстроенной Абигайль остается только захватить его в рабство вместе с остальным еврейским народом.

Не получив удовлетворения в любви, Абигайль решает взойти на трон, а Набукко объявить убитым. Набукко возвращается из похода и вмешивается в заговор, но излишнее тщеславие губит его: он объявляет себя не царем, а богом. Еврейский бог, которому под предводительством Захарии так старательно молились пленники, решает, что это уже слишком, и лишает Набукко разума. Абигайль объявляет себя царицей, сценически это выражается в смене портрета текущего вождя на главной стене: фото Белецкого снимают и вешают фото Поповской.

Но если на трибуне она держится уверенно, как настоящая правительница, то оставаясь наедине с отцом, переживает, и может быть, даже испытывает вину за страдания, принесённые отцу и сестре, или жалеет себя, недолюбленную и недополучившую почета и славы. Еще бы, ведь плененный ею отец в краткие минуты прозрения молит даже не за себя, а за ее сестру. Двое главный мужчин в жизни Абигайль — отец и возлюбленныей — предпочитают Фенену ей, Абигайль, чем только подстегивают ее решимость доказать всему миру, что она лучше сестры, компенсировать свои детские комплексы.

Тем временем еврейские рабы продолжают усердно молиться и исполняют главный оперный хит Верди «Va, pensiero» — «Лети, златокрылая мысль».

Бог не оставляет их молитвы без внимания и посылает Набукко новый, уже обращённый в правильную религию разум. Как раз вовремя, поскольку в этот момент всех евреев, включая принявшую иудаизм Фенену, ведут на казнь. И хотя толпа интеллигентов-евреев, каждому из которых на грудь повесили желтую звезду Давида, по численности в несколько раз превосходит кучку вавилонских солдат, никто из них не сопротивляется, и очень странно, почему они не одумаются и не поколотят десяток пролетариев в кожаных кепках и плащах, которые составляют армию Вавилона. Не их метод, и правильно, поскольку вступившийся за свой народ бог руками новообращенного Набукко прекращает казнь, отпускает всех пленников и дает согласие на брак Фенены и Измаила. Абигайль, на которую тоже снизошло понимание своих грехов, благословляет сестру и любимого, и самостоятельно уходит из жизни. При этом Абигайль из решительной амазонки в черном пальто превращается в несчастную девушку в белой ночной сорочке, напоминая этой самой сорочкой и безумием в глазах Лючию ди Ламмермур в театре Станиславского.

Андрейс Жагарс, режиссер спектакля, сказал о своем «Набукко»: «Я не хотел, чтобы зритель, придя на спектакль, увидел некую красивую вампуку, где солисты выходят в помпезных костюмах, машут веерами, поют и играют какие-то непонятные страсти. Я хочу вызвать у зрителя личные ассоциации, чтобы он был глубоко тронут этой историей и не ушел со спектакля равнодушным. Именно для этого мы старались приблизить сюжет оперы к конкретным историческим событиям». Год назад я побывала в музее Яд Вашем в Иерусалиме, и уверена, что каждый, кто видел его экспозицию или иным образом изучал историю Холокоста, по-своему пережил в «Набукко» еврейскую трагедию. Режиссер достиг поставленной цели.

13.01.13. Верди. Набукко / Nabucco. Новая опера

Набукко — Анджей Белецкий, Измаил — Сергей Поляков, Захария — Владимир Кудашев, Абигайль — Елена Поповская, Фенена — Ирина Ромишевская. Соло на сцене: виолончель — Сергей Лушин

Дирижер — Альберто Веронези, Режиссер — Андрейс Жагарс, Сценография — Андрис Фрейбергс

Фото автора



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире