15:49 , 07 августа 2017

Фестиваль Мира в Хельсинки: почему финские музыканты не бояться сложных тем

Последнее воскресение июля в Хельсинки выдалось солнечным и теплым. Прекрасный подарок Финскому комитету защиты мира, который провел свой десятый юбилейный PAX Фестиваль Мира. Центр города, рядом — парк развлечений «Линнамяки». И абсолютно открытый для посетителей музыкальный фестиваль, где рядом фолк и классика, рок и поп, рэп, джаз, что угодно… Главное, что как музыканты, так и организаторы фестиваля, затрагивают острые социальные или политические темы.

«Музыка может быть лёгкой. Люди могут наслаждаться солнечным днем, но они слышат то, что говорят со сцены», рассказывает Тимо Калеви Форсс. Как представить этого человека,  который только что сошёл со сцены не только как ведущий фестиваля и один из его организаторов, но и как музыкант?  Тимо Калеви Форсс— представитель финского комитета защиты мира? Или Тимо Калеви Форсс — музыкант? Или Тимо Калеви Форсс — писатель и журналист?

Поразительный аспект финской музыкальной жизни: музыканты, журналисты, актёры, писатели могут быть одними и теми же людьми. Так они живут.

Сусанна Хаст — один из исследователей Академии наук Финляндии, автор работ в области изучения проблем войны и мира, а также форм выражения сочувствия или боли среди людей, переживших травму войны.  Писать о тех, кто травмирован войной, тем более, нейтральным языком академического текста, — сложно, если ты человек,  который умеет сопереживать.

Сусанна Хаст — автор работ на стыке международных отношений и психологии: «Дети — свидетели войны: эмоции через театральные постановки», «Творчество и изучение эмоции: взгляд ученого в области международных отношений», «Звуки молчания: мысли в связи с созданием песен и международными отношениями». Это — некоторые из тем. А на сцене фестиваля она пела о Чечне и Беслане. Частью ее очередной научной работы будет диск с песнями, написанными к каждой главе книги о Чечне.

«Я никогда не думала о какой-либо карьере в музыке, — говорит Сусанна. Просто работая над книгой, я почувствовала сама боль. Чтобы справиться со своим психологическим надломом, я начала писать песни. Это не было вымученно. Они просто сами полились из меня. Первые я записала при помощи своего же мобильника». Войны не заканчиваются последней точкой в очередном договоре о мире. Они продолжаются в душах людей, выживших в войне. «Боль никуда не уходит. Она трансформируется, но она остаётся в жертвах войны», — такой вывод делает Сусанна. «Самое удивительное: это — то, что в самых страшных обстоятельствах не все люди теряют способность сопереживать. В ходе своих исследований я встретила невероятное количество историй о настоящей любви,  взаимопомощи, сочувствии и доброте. Однако, все равно основная проблема любой войны — это то, как она уничтожает отношения между людьми, даже внутри одной семьи». Сусанна не пытается уйти в «абстракцию» нейтральности искусства или академических исследований: «Да, моя работа и я сама определено имеют политический характер. Зачем притворяться нейтральным там, где им быть аморально».

Хассан Майкал и его друг и соавтор Владислав Мохин. Хассан — финн сомалийского происхождения. Влад — финн из архангельских русских. Удивительный дуэт. Хассан пишет тексты, а Влад — музыку. Они попали на фестиваль после того, как их услышали на демонстрации против депортации беженцев из Ирака и Афганистана. У Хассана в YouTube ник — «Kontulan Hassan» («Хассан из Контулы»). Контула  — такой почти иммигрантский район Хельсинки. Хассан говорит: «Я родился в Хельсинки. Финляндия — мой дом, моя родина.  Я вырос в Контуле и видел, что сомалийцы тянутся к сомалийцам, русские — к русским, курды — к курдам. А мне что делать? Я родился в Финляндии. Я чувствую себя финном,  частью этого общества. Но я — чёрный,  я — мусульманин и я — сомалиец, в отношении которых общество больно сотнями отрицательных стереотипов». Рядом сидит Влад, друг и соавтор. «Быть русским в Финляндии? Легко… Хотя ты можешь столкнуться с косым взглядом или недоброй фразой. Так было в школе, например. Но мне все равно. К счастью, я достаточно толстокож и могу за себя постоять. Тем более, что в этой стране — расизм и ненависть — удел маргиналов», говорит Влад.

Для обоих Финляндия — страна возможностей. Хассан воодушевляется: «Ну, посудите сами: образование бесплатное, медицина обеспечена государством, даже наша с Владом музыкальная студия — бесплатная, потому что мы — молодые музыканты.  В Хельсинки — библиотеки, центры молодёжи предоставляют нам огромные возможности. О чем может идти речь, если даже наш первый большой гиг был организован для президента страны».

Хассан заразительно смеется: «Я вообще очень позитивный человек. Я  — чёрный финн с очень добрым нравом. Я уверен, что 99% белых финнов, которые слушают наши песни,  любят меня. Но есть 1%, которые просто не верят,  что я — настоящий, что я люблю Финляндию и что Сомали для меня — земля моей мамы. И этот 1% видит меня и Влада вместе и первое, о чем они думают: ага, белый финн и чёрный сомалиец. А потом Влад может перейти с финского на русский и тогда он тоже становится «чужим» для этого 1%». Влад согласен: «Финляндия все равно остаётся примером того, каким разным может быть единое общество».

Сомали — одна из тем, которыми занимается Финский комитет защиты мира. В этом году в офисе Комитета появился Мохамед Ибрахим, сомалийский журналист, который получил убежище в Финляндии. Журналист, который писал для New York Times, стал волонтером Комитета защиты мира. А Комитет,  в свою очередь, помогает таким сомалийцам как Хассан и Мохамед. Мохамед рассказывает: «Я вообще не думал, что окажусь в Финляндии. Работал для США, участвовал в медиа-конференциях в Швейцарии и Франции. Но когда моя семья стала получать угрозы после статьи о расколе в аш-Шабабе, помогла нам именно Финляндия».

По словам Теему Матинпуро, руководителя Финского комитета защиты мира, организация помогает сомалийским журналистам, предоставляя место для работы и содействуя их усилиям в процессе взаимопрощения разных кланов сомалийского общества. «Задолго до начала гражданской войны в Сомали, Финляндия построила в Могадишу больницу для лечения туберкулеза, — рассказывает Мохамед. Война разрушила то, что удалось добиться, благодаря помощи Финляндии и ее врачей, но сомалийцы не остались наедине со своей трагедией». Он тоже считает Финляндию «страной надежд»: «Психологически мне сложно неожиданно оказаться далеко от дома, но удивительным образом для Финляндии — маленькой страны на границе Европы — моя Сомали — где-то там в глубине Африки — не просто точка на карте. Они помогали до войны. Они помогают сейчас».

Надежда, равные возможности и социальная справедливость — не абстрактные темы для Санны Клементти, автора песен и лидера новой финской группы «Litku Klemetti».  Санна — одна из тех музыкантов, что буквально однажды утром проснулась знаменитой. Ее стихи — лирические, но полные сарказма — срезонировали у той части финской молодёжи, которая не может найти себя. Знаете, что такое «litku» в финском языке? Это слово обозначает нечто жидкое, что, в принципе, ещё можно пить или есть, но это уже неприятно, потому что продукт либо кислый, либо прогорклый, или просто закисший. Хотя сама Санна, отнюдь, не сложный человек в общении. «Я — из семьи простых рабочих из маленькой деревни на востоке Финляндии. Мне очень долго пришлось доказывать, что я стою столько же,  сколько мои сверстники из больших городов. Я реально боролась за свое место в жизни. И сейчас то, что я пою — попытка сказать моим сверстникам: не сдавайтесь, не сидите без дела, просто пробуйте, не отчаивайтесь и идите дальше». Санна выходит на сцену, несколько минут стоит, смотря на людей в двух метрах от себя, молчит. И вдруг она плещет в лицо водой из бутылки и начинает петь. «Я не знаю, почему, — делится Санна после концерта. — Мне все не нравилось. Я не была довольна. Я чувствовала себя не готовой. Мне нужно было проснуться и начать видеть все по-другому. У меня нет одинаковых концертов. Каждый из них — импровизация, реакция на людей, которые меня слушают».

На вопрос о том, почему Санна согласилась выступать на некоммерческом фестивале, она отвечает: «Темы фестиваля мне очень близки. Я живу в мире, который болен войнами, неравенством, который уничтожает сам себя. Если я могу что-то изменить своим творчеством, если есть надежда,  что те, кто слушает наши песни, задумается и не даст политикам принять решение, которое грозит бедой, я — в деле. Я говорю моим слушателям: думайте, будьте самостоятельными, боритесь за свое мнение. Потому что три основные проблемы мира это — неравенство, власть денег и уничтожение среды».

Карри Миеттинен, известный под своим сценическим именем Paleface, — музыкант, встреча с которым на  митингах левых или  демонстрациях против расизма — обычное дело. Он не чурается определения «активист». Поэтому Фестиваль мира и  Paleface — это в Финляндии очень органичная комбинация. Жанровые рамки Paleface — широки: кто-то определяет его как рэпера, кто-то как исполнителя hip-hop, а кто-то говорит о музыканте как новом финском барде, учитывая, что в его творчестве текст — столь же важен, что и качество исполнения.  Сценический псевдоним — идея американских друзей Карри, где он начинал писать свои песни. Для чёрных рэперов Карри был весьма «бледнолицым» братом.

Финская группа Maria Gasolina завершила фестиваль. Они играют музыку со всего мира. Лидер группы Лиссу Лехтимайя   — художник и автор книг комиксов. В этом году группа готовит к выпуску новый альбом, в котором музыканты собрали музыкальные темы среди беженцев в Финляндии из Северной и Восточной Африки и Ближнего Востока. Так что, их участие в фестивале было также абсолютно органичным. Для Лиссу три самые важные проблемы современности: роль прессы и ее ответственность за слово, которое может отозваться большими бедами, социальное неравенство и войны. Войны, которые очень часто остаются неизвестными или,  наоборот, «модными», в зависимости от предпочтений СМИ. Сюзанна Хаст, автор песен о Беслане, также считает СМИ одной из наиболее острых проблем: «Недавно к нам приехал Путин: все говорили только о нем. Не вижу особого смысла в этом. Последнее время я отказываюсь вообще комментировать Россию: я вдруг поняла, что даже,  зная русский язык, я не могу до конца понять Россию. Знаете, лучше следовать принципу «не навреди», чем говорить то, что может иметь отрицательные последствия. Тем более, когда все хотят простых решений и простых истин: я сама не раз была в ситуации,  когда одна и та же моя публикация вызывала шквал абсолютно противоположных комментариев: меня одновременно обвиняли в том, что я — враг России и агент Путина».



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире