18:02 , 03 декабря 2014

Экологическая Вахта по Северному Кавказу: «После нас в крае зачищать будет некого»

24 ноября 2014 года в силу должно было вступить решение Верховного Суда Республики Адыгея о ликвидации одной из самых эффективных экологических организаций России — Экологической Вахты по Северному Кавказу. Решение о ликвидации организации оспорено. Судьба организации сейчас в руках судей Верховного Суда России. «ЭкоВахта» работала в семи регионах России, но юридическое лицо было зарегистрировано именно в Адыгеи. 

В защиту северокавказских экологов выступили экологические структуры других регионов России. Около десятка организаций подписались под заявлением в поддержку ЭкоВахты, в том числе Ассоциация журналистов-экологов Союза журналистов России, Всемирный фонд дикой природы и «Гринпис». 

«ЭкоВахта» также входит в состав Форума гражданского общества ЕС-Россия. Все участники Форума, как российские, так и европейские, также выступили в поддержку экологов Северного Кавказа. В общем заявлении участников Форума, в частности, говорится: «Решение Верховного суда Республики Адыгея носит политически мотивированный характер и его истинной целью является отстранение от общественной деятельности одной из самых эффективных природоохранных общественных организаций на Юге России». 

Дмитрий Шевченко — один заместителей координатора «ЭкоВахты» — участвовал в ежегодной ассамблее Форума гражданского общества ЕС-Россия, который прошел в Таллинне. По словам Дмитрия, в случае, если закрытие организации будет поддержано Верховным Судом России, это не будет означать прекращения работы. «Организация — это, прежде всего, люди. А люди у нас есть», — сказал Дмитрий. «Нам никто не сможет запретить заниматься защитой природы через проведение общественных расследований как частным лицам или как объединению частных лиц. А мы занимались именно этим: дачами наших правителей на Черноморском побережье, последствиями Олимпиады», рассказывает Шевченко о причинах недовольства власти. 

«ЭкоВахта» — по сути, единственная экологическая организация в России, которая с 2004 года, когда было принято решение о проведении Олимпийских Игр, и по сию пору говорила, что проведение Олимпиады в Сочи — колоссальная ошибка. Дмитрий Шевченко считает: «Наше закрытие — месть властей за нашу последовательную позицию, за те действия, которые мы предпринимали как самостоятельно, так и в сотрудничестве с международными организациями. Это — месть за наши контакты с журналистами. Сейчас сбываются наши самые худшие опасения. Основная масса олимпийских объектов никому не нужна. Причем, все это строилось на средства федерального бюджета, а переведено на бюджет Краснодарского края. Совсем недавно очередные полтора миллиарда рублей были выделены из бюджета края на поддержание этих объектов.  Олипиада катастрофически нарушила всю экосистему этого уникального места. Основные объекты были выстроены в районе Колхидских болот — единственной в России  зоны субтропических болот. Во всех странах такие уникальные природные комплексы используются в качестве приманки для туристов. Инфраструктура организуется именно с целью экологического туризма. Нет бы что-то такое сделать у нас… Нет, залили все бетоном… На территории Имеретинской низменности наибольший вред нанесло строительство автомобильной дороги, на которую было потрачено около 6 миллиардов долларов. Она представляет из себя сплошную эстакаду, в том числе, вдоль русла реки. Горная река течет с огромной скоростью. Там стоят бетонные опоры. Они подмываются. Все это прорубалось в девственном лесу. Дорога сейчас пустует. Я несколько рад проехал по ней: машин там нет. Старой дороги за глаза хватило бы, чтобы организовать доставку спортсменов и зрителей на комплекс. Красная Поляна не была и не стала местом, куда бы приезжали миллионы туристов».

Экологов всю жизнь кто-то да не любит. Самые серьезные проблемы у «ЭкоВахты» начались, когда они занялись «дачной компанией». Сначала речь зашла о даче патриарха в Геленджике. Она была построена с вопиющими нарушениями всех возможных законов на территории охраняемой лесной зоны. Что касается самого патриаршей дворца, то по словам Дмитрия, который сумел проехать по его территории, он выглядит как «некий гибрид между храмом и спа-комплексом». 

Потом «ЭкоВахта» занялась дворцовыми комплексами Владимира Владимировича. А их у нас — несколько штук. Первым появился личный горнолыжный курорт Путина в Лунной поляне на самой границе с Кавказским заповедником, территории Всемирного наследия ЮНЕСКО. России уже не однократно обращали внимание, что строительство такого объекта на территории всемирного наследия не допустимо. Российские власти отвечают столь же регулярно, что это — «научный центр». «Ведь у Путина нет никакой собственности…, — замечает саркастически Дмитрий. — Вся его собственность замаскирована под какие-то общественные объекты». 

Активисты «ЭкоВахты» также занимались дворцом Путина, о котором впервые рассказал Сергей Колесников. В 2011 году Шевченко и Сурен Газарян совершили еще один отчаянный поступок: на машине Газаряна заехали непосредственно на территорию дворца Путина. Трудно ли это было? «Просто так получилось, что охрана объекта, который тогда активно достраивался, то ли спала, то ли отлучилась куда-то…, рассказывает Дмитрий. — Шлагбаум был открыт и мы смогли въехать. Мы вышли из машины: никого нет. Обошли все вокруг. С нами был журналист газеты «Совершенно секретно». Все пофотографировали. Я, к счастью, заранее спрятал флэшку в носки. И те снимки стали единственными фотографиями, которые удалось сохранить. Вскоре показались люди в военной форме. Они  представились сотрудниками Федеральной Службы Охраны. При этом, они не смогли объяснить, какой именно государственный объект там строился. Они нас допросили, но задержать не смогли. Стали думать, что делать. Вызвали пограничников. Додумались до того, что заявили, что территория дворца  — «пограничная зона». Но они тоже понимали, что задержать нас за, якобы, проникновение в «погранзону» не могут. Вызвали милицию. А мы же даже не хулиганили. Вызвали ГАИ. Те придумали задержать машину Сурена за то, что она, якобы, «в угоне». 

Дмитрий Шевченко отмечает, что серьезные проблемы у членов организации начались именно после этого вояжа. В начале 2012 года начались первые проверки. Весь 2013 год прошел под лозунгами борьбы с «иностранными агентами». 

Это был канун Олимпиады и перед органами стояла задача — максимально зачистить все гражданское поле. Это касалось не только общественных организаций. Проверяли блоггеров, независимых журналистов, оппозиционных деятелей. Сотрудники уголовного розыска ходили по квартирам активистов и журналистов. Они заставляли людей писать «объяснительные» о том, где именно человек собирался находится в период Игр. От людей также требовали расписки о том, что он никуда не будет выезжать, что не будет контактировать с иностранцами. Шевченко тоже звонили. Но он никуда не ходил и ничего не подписывал. 

На этой волне офис «ЭкоВахты» посетила целая бригада силовиков: прокуратура, ФСБ, центр по борьбе с экстремизмом, Минюст, пожарные. Потребовали уставные документы, копии отчетов. Потом потребовали открыть для них электронный ящик организации. Хотя это было незаконно, экологи решили не обострять ситуацию:  все равно там не было ничего секретного. И полночи сотрудники органов читали письма, записывая все в протоколы. 

Вскоре после этого Минюст затребовал еще одну порцию документов, включая те, что они уже проверяли. Они также попросили экологов предоставить финансовые документы за три года. А также копии всех переписок за три года. Сама проверка была назначена ровно на период проведения Олимпиады. 

Дмитрий вспоминает, что в этот период им совершенно не давали жить. Было установлено наружное наблюдение. В отношении активистов были осуществлены провокации. Игорю Харченко разбили машину в феврале этого года. А потом и его самого на сутки посадили. 4 февраля сажают Евгения Витишко: сначала по административной статье, а из камеры спецприемника его немедленно переводят в СИЗО. Финальный аккорд — решение суда, которое полученное организацией о том, что она уже ликвидирована. Дмитрий обращает внимание: «Нас не предупредили ни об обращении в суд, ни о самом судебном заседании. Нам даже не отправили копию искового заявления, чтобы мы могли ознакомиться и подготовить позицию. Нас просто поставили перед фактом. Они сейчас пытаются нам объяснить все тем, что, якобы, секретарь суда нам звонил. Это — смешнее детского лепета… Мы подали жалобу в Верховный Суд России. Хотя радужных перспектив нет». 

По оценке Шевченко, в Краснодарском крае, кроме них, «в регионе мести в общем-то и некого». Специфика Краснодарского края — в том, что региональная власть попыталсь зачистить абсолютно все сферы. Нет ни одного независимого СМИ. Причем, работа СМИ контролируется даже не на идеологическом, а техническом уровне. Ретротранслятор находится в руках фирмы, которая контролируется губернатором края. Печатные СМИ подсажены на бюджетный крючок. Никто лишнего писать не будет. О политической сфере вообще нет разговора. В региональном Заксобрании нет даже декоративной оппозиции. Среди депутатов — только «Единая России» и три депутата-коммуниста. Причем, самых лояльных. И даже те согласованы с губернатором. Александр Ткачев — один из наиболее стойких долгожителей политического бомонда России. Дмитрий не скрывает иронии: «А ведь тоже из коммунистов. Есть даже видео 2000 года, где он призывает «идти на Москву» или «ложиться на рейсы». А сейчас открещивается от своего коммунистического прошлого: «Мол, я не был коммунистом. Я всегда был аграрием». 

Кроме нас, в крае репрессиям подвергся профессор Савва. Дело Саввы было показательно тем, что развивалось в тот самый момент, когда давление усилилось в преддверии Олимпиады. Но поводом к возбуждению дела послужил не иностранный грант, а, наоборот, бюджетный. Он оказался наживкой, которую кинули, а затем создали массу проблем. Грант был предоставлен на проведение соц. опроса об отношении местных жителей к мигрантам. Сотрудники профессора Саввы провели исследование, подготовили отчет. Администрация все это утвердила. Претензий к ним не было. И тут приходит ФСБ и говорит, что «вы ничего не проводили, что все результаты сфальсифицированы». То, что были опросные анкеты, все документы, подтверждающие факт проведения опроса — ФСБ не волновало. 

Сейчас в Краснодарском крае ищут «украинское подполье». Причем, ищут очень активно. В СИЗО ФСБ сейчас сидят два гражданских активиста: Дарья Полюдова и Сергей Титоренко. Полюдова — представитель «левых» кругов оппозиционного движения. Она — человек коммунистических взглядов. Ей вменяют призывы к насильственому изменению конституционного строя. Все на основании записей на ее странице ВКонтакте. На том же основании сейчас сел и Титоренко. Он представляет другой политический спектр — либеральный. Состоял в «Солидарности». Участвовал активно в зимних митингах 2011-2012 года «За честные выборы». Все обвинения — тоже на основании записей ВКонтакте. «Если дело Полюдовой — более-менее известно, то Титоренко не имеет вообще никакой поддержки», отмечает Дмитрий Шевченко. 

Еще один гражданский активист — анархист Вячеслав Мартынов — уехал в Украину после того, как в его отношении было возбуждено уголовное дело. Росфинмониторинг внес Мартынова в списки экстремистов уже после его обращения к властям Украины о предоставлении политического убежища. Дмитрий рассказывает: «Мартынов долго жил в Харькове, а потом его переселили в лагерь беженцев с Донбасса где-то в Днепропетровской области. Последние новости о его ситуации в Украине тревожат: ему отказали в убежище. Если его выдворят в Россию, ему грозит срок».  

Сейчас ФСБ пошло на второй круг. Они начали допрашивать всех знакомых  Полюдовой и Титоренко. Среди допрашиваемых и активист «ЭкоВахты» Виктор Чириков. Дмитрий Шевченко объясняет: «Следствие начало раскручивать контакты Полюдовой, а она -человек, который всегда имел очень широкий круг общения. А поэтому и список допрашиваемых в качестве свидетелей может быть весьма длинным». 

Каким видят экологи будущее? Дмитрий не скрывает ожиданий еще более серьезных проблем: «Мы очень надеялись, что после олимпиады Ткачеву в Кремле найдут замену. Но украинские события все оставили на своих местах: перемен точно не будет. Видимо, Путин решил, что коней не переправе менять не стоит. «Сукин сын, конечно, но зато свой»... Мы не бросим заниматься деятельностью по защите природы и прав людей. Даже если не будет юридического лица» 


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире