Уходя в интернет, Дмитрий Медведев отчасти перестает быть президентом. На мой взгляд, это одна из причин того, что многие считают его лишь временной заменой настоящему лидеру.

Кому как, а мне нравится изредка просматривать твиттер Дмитрия Медведева, хотя я не подписчик этого сервиса. Мне интересно и даже иногда прикольно читать короткие сообщения, написанные президентом. Конечно, при наличии в России большой информационной машины, в значительной степени контролируемой государством, донести соответствующие месседжи до населения можно гораздо более эффективными методами. Ни видеоблог президента, ни его твиттер не сравнить по охвату с возможностями главных каналов российского телевидения. Поэтому я не вижу в том, что Медведев делает на твиттере и в блоге, какой-то специальной пропаганды. Не тот масштаб, не тот охват, не тот эффект. Такое впечатление, что он делает это в основном для себя. Это во-первых.

Во-вторых, ему явно нравятся технологические новинки. Так, например, он читает многие книги в электронном формате. Интерес к интернету дает ему реальную — и сравнительно редкую для лидеров больших государств — возможность получать информацию не только из специально отформатированных для него соответствующими структурами информационных обзоров. В результате Дмитрий Медведев — парадоксальным образом самый информированный и самый дезинформированный президент страны за всю ее историю. Мне лично нравится, что ему интересны персональные технические новинки куда больше, чем, скажем, диаметры труб и объемы прокачки, демонстративные теннисные турниры или новые достижения оборонной промышленности.

Медведевские записи в твиттере, по-моему, гораздо более личные и персонифицированные, чем, скажем, твиттер Барака Обамы. Желающие могут сравнить: из пяти медведевских френдов в твиттере один — Барак Обама, другой — американский Белый дом. Медведев, в свою очередь, является одним из 36 френдов американского президента. Твиттер Медведева, на мой непрофессиональный взгляд, сильно выигрывает от его неформального, извините за невольную тавтологию, формата.

Записи типа: «Важно, что Россия и США понимают, что в основе национальной безопасности не оружие или шпионские игры, а устойчивое внутреннее развитие», «Несмотря ни на что, отношения с США вышли на хороший уровень. Нельзя упустить шанс наладить их как следует» или «Сейчас разделительные линии в мире идут не по идеологии, а по уровню экономики. Мы должны быть на одном поле с ведущими игроками» — при всей их внешней простоте стоят, как мне кажется, целой речи, произнесенной Медведевым на недавнем совещании в МИДе, ибо по сути полностью передают ее содержание, но лаконично и на нормальном бытовом языке. Когда говоришь коротко и просто, трудно скрыть отсутствие мысли. Зато это легко закамуфлировать заумными терминами, якобы доступными людям с «государственным мышлением». Твиттер для такого языка не годится.

Как пользователь Медведев выходит на ту часть аудитории, которая наименее подвержена воздействию традиционных средств массовой информации. Самую, если хотите, аполитичную и «антиистеблишментскую». Наверное, это одна из его целей. Сегодня эта категория находится в основном под информационным воздействием политических маргиналов и разного рода неполитических ресурсов. «Большие политики» сюда не идут, ибо эффект от административного ресурса здесь минимальный, а по-другому они, как правило, не умеют. Дмитрий Медведев вступает здесь в конкуренцию, которую он неизбежно проиграет. Однако он вольно или невольно действует в соответствии с великим принципом американской политики: работать надо не с теми, кто и так за тебя, а с теми, кто не за тебя, тем более — с теми, кто против тебя.

И последнее. Можно, конечно, обсуждать невысокую эффективность такого использования президентского времени. Или поговорить на любимую многими тему о том, что Медведев — не настоящий президент, а чиновник, временно исполняющий обязанности Владимира Путина, который вынужден, тоже временно, исполнять обязанности премьер-министра, и т. д. Можно сказать, что, мол, несерьезно президенту большой ядерной державы играть в доступные сегодня любому подростку игрушки и т. д. Это все достойные обсуждения темы.

Но я бы обратил внимание на другое. Включившись в твиттер и создав свою страничку в интернете, Дмитрий Медведев, может быть, неосознанно, но нанес чувствительный удар по традиционной сакральности российской власти, являющейся на протяжении веков одной из основ ее практически монопольного доминирования в обществе. Без десакрализации высшей власти и постоянно появляющегося по запросу трудящихся национального лидера, без радикального изменения отношений между властью и гражданами Россия будет оставаться средневековой по своей политической культуре страной. Ей нужна «прививка реальности», чтобы обладатель власти не воспринимался далекими от политики россиянами как своего рода «великий и ужасный Гудвин», способный исключительно в силу своих личных талантов совершать добрые или злые чудеса, видящий дальше и понимающий глубже. А там как повезет…

Социологические опросы регулярно показывают наличие — иногда чуть большего, иногда чуть меньшего — запроса в российском обществе «сильной руки». Когда я читаю в президентском твиттере несколько корявую фразу: «Еще они здесь производят конфеты. Не удержался — попробовал. Люблю сладкое, хоть это и не полезно», я понимаю, что любящий конфеты Медведев, наверное, не соответствует такому запросу. И дело здесь не в Медведеве и его президентских качествах, а в этом запросе сакральной, не судимой никем и не отчитывающейся ни перед кем «сильной руки», способной каким-то необъяснимым чудом привести страну в порядок. А это уже совсем не прикольно.

Оригинал


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире