16 декабря Владимир Путин сообщил, что Россия победила бы в Великой Отечественной войне, даже если бы Украина не входила в состав СССР. Это заявление Путин сделал не с бухты-барахты – его об этом прямо спросили в ходе известного «общения с народом».

В России заявление прошло малозамеченным. А вот в Украине была довольно серьезная реакция – и отнюдь не только «нескольких депутатов», как поспешил сообщить «Интерфакс». И всю последнюю неделю наблюдать за этой реакцией было весьма поучительно.

Украинский МИД, например, напомнил, что войну выиграл СССР – была, знаете ли, такая страна – и то с чрезвычайным напряжением всех сил. То есть ежели бы этих сил было поменьше… Вы поняли.

Экс-президент Виктор Ющенко в традиционном для себя жанре вселенского плача заявил журналистам, что Путин своими словами «унизил собрата по окопу». Украинцы, впрочем, давно привыкли к тому, что для Виктора Андревича история Родины (как минимум со времен монголо-татарского нашествия) выглядит сплошной чередой унижений, поражений и обид. Глубокого смысла детской поговорки о том, что на обиженных воду возят, Виктор Ющенко явно не понимает, и уже вряд ли поймет.

Парадоксальным образом, «параллельный» ющенковскому комментарий дал известный своей непримиримой ненавистью к «оранжевой» идеологии министр образования и науки Украины, доктор исторических наук Дмитрий Табачник. По его словам, Украина понесла в той войне огромные жертвы (были названы цифры – 4,5 миллина боевых потерь и 4 миллиона погибших среди мирного населения). Но значит ли это, что РСФСР таки действительно не выиграла бы войну без украинцев, г-н Табачник не уточнил.

Наконец, многочисленные патриотические публицисты привели десятки и сотни цифр, сивдетельствующих против слов Путина о том, что «если мы посмотрим статистику, то увидим», что Россия понесла «70 % потерь». Путину напомнили и о том, что официальные 1,6 трлн. руб. потерь УССР от войны составляют более 60 % потерь всего СССР; и о вывезенных за Урал и в Казахстан украинских металлургических, машиностроительных и прочих заводах, которые в тылу ковали победу руками украинских же специалистов, но с баланса УССР ушли навсегда; и о шахтах, которые сначала взрывали отступающие советские войска, а потом – отступающие гитлеровцы; и, в конце концов, о том, что план блицкрига имел бы куда больше шансов на успех, если бы врагу не пришлось до самой зимы преодолевать сопротивляющиеся пространства Украины и Белоруссии.

Все это, по большому счету, правда, и вероятность того, что русский социализм выстоял бы в борьбе с немецким, если бы владения первого начинались только к востоку от хутора Михайловского, весьма мала. С другой стороны, упомянутые выше патриоты Украины сразу наткнулись на отпор патриотов СССР (или «Русского мира» — это кому как нравится): дескать, раньше вы всячески отрекались от Славного Общего Прошлого – чего же сейчас-то примазываетесь к Нашей Общей Победе?

А между тем, все становится на свои места, если согласиться, что Украина в составе Российской, а потом – Советской Империи, занимала не подобающее ей положение равноправного участника, а неподобающее положение «младшего брата».

Здесь уместен пример Англии и Шотландии. У них была своя «Переяславская Рада», когда на трон в Вестминстере взошел представитель шотландской династии. И были подобные нашим проблемы, когда Шотландия под английским давлением постепенно утратила свой язык (чего с Украиной пока что до конца не произошло). Но зато Шотландия не утратила свой Миф. Вернее, шотландцы усердно воссоздали него в XVIII – XIX веках. Но нам важно не это, а то, что в данный Миф, в частности, входит и общая борьба.

Я имею в виду, что шотландцы серьезно гордятся своим участием в войнах Британии. Даже не в самых «справедливых» — вроде индийских или англо-бурской кампаний, где отдельные шотландские полки не раз, как принято формулировать в летописях, «покрыли себя неувядаемой славой». Не говорю уж о Первой и Второй мировых войнах.

Но все это как-то не мешает шотландцам считать себя вполне отдельной нацией. И восторгаться Уильямом Уоллесом Храброе Сердце, по сравнению с которым, положа руку на сердце, Бандера и даже Шухевич выглядят гуманистами и рафинированными интеллигентами – даже с поправкой на разность эпох.

А англичане, со своей стороны, отчего-то не заявляют официальных протестов, когда означенного Уоллеса актер Мэл Гибсон изображает супергероем на весь мир. Хотя в принципе это то же самое, что снять душещипательное кино о гуманных вождях Украинской повстанческой армии, которые никогда не пытали захваченных комиссаров, насиловаваших их жен, а только быстро и аккуратно отсекали повинные большевистские головы.

Параллель, приведенная выше, показывает: для примирения нужны двое. Но также она показывает и кое-что другое. Потому что, согласно изначальному договору о создании СССР от 1922 года, Украина ДЕЙСТВИТЕЛЬНО должна была стать независимой республикой. И имела право добровольного выхода из состава СССР (за пропаганду этого права кое-кого через полсотни лет приговорят к расстрелу, смягченному, правда, до 25-летнего заключения).

В конце концов, идея о том, что Украина была – а точнее, ДОЛЖНА БЫЛА БЫТЬ – равноправным участником СССР, активно поддерживается сторонниками «Русского мира» в самой Украине. Тот же Табачник, скажем, летом этого года написал большую (и, как всегда, хлесткую) статью о том, что украинские повстанцы должны быть признаны врагами Украины, так как воевали против УССР, а УССР, в свою очередь, была на то время единственной легитимной Украиной.

По форме здесь можно спорить, но УССР, согласно множеству документов, устанавливавших принципы организации СССР, действительно выглядела вполне независимым государствм, добровольно принявшим на себя узы союза, извините за тавтологию, очевидную, впрочем, не всем.

Но кто добровольно принял – может добровольно и уйти. А это, в свою очередь, значит, что в войне с гитлеровской Германией, одинаково угрожавшей и русским, и украинцам, обе республики сражались В КАЧЕСТВЕ СОЮЗНИКОВ.

Потом союз распался. Это бывает. Это даже нормально. Вот между США и СССР ведь тоже был когда-то союз – и тоже распался, и, в общем, ничего.

Но все это значит, что слова Владимира Путина нельзя трактовать как «унижение» Украины. Равно и как попытку «поставить на место младшего брата», отнюдь! На самом деле, все это – отказ от союзника.

Именно в тот момент, когда пропаганда убеждает нас, что отношения между двумя странами хороши, как никогда, мы видим: кремлевские властители так и не сумели, и даже не попытались, увидиеть в бывших «слугах поневоле» потенциальных союзников по выбору. Союзники в лице той же Украины там не нужны. Нужны только слуги.

Вот только есть такая подтвержденная историей тенденция, что тот, кто хочет превратить союзника в слугу, лишится первого, и не получит второго. Это еще Макиавелли писал.

А что касается Великой Войны – это очень хорошо, что украинцы и русские дрались там вместе. Жаль только, что о многих вещах, происходивших между нами и до, и после Войны, одних только хороших слов не скажешь.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире