11:54 , 25 сентября 2021

Русская живопись в путешествии по США

Тема передачи «Музейные палаты» в субботу, 25 сентября – выставка «Другие берега. Русское искусство в Нью-Йорке. 1924».

Гость передачи – куратор выставки, специалист выставочного отдела музея Ольга Юркина.

Музей русского импрессионизма поставил перед собой в этом проекте непростую задачу. Речь шла о том, чтобы исследовать – и по возможности хотя бы частично воспроизвести в экспозиции – выставку русского искусства, проехавшую в 1924 году по ряду городов США, слегка прихватив даже и Канаду.

Проект отнюдь не был государственным. Затеяли его сами художники – в надежде что-то продать хоть за рубежом (понятно, что в Советской России им рассчитывать в это время было особо не на что).

В оргкомитет вошли Игорь Грабарь, Константин Сомов, Федор Захаров, Иван Трояновский и Сергей Виноградов.

Всего повезли более тысячи работ примерно сотни авторов (участие приняли и те, кто уже находился в то время за пределами России, в разных странах Европы – что еще больше затрудняло логистику).

Встал вопрос о маршруте – и вопрос, между прочим, непростой. Разумеется, больше понимали в живописи в Европе – но она и сама была изрядно разорена завершившейся лишь совсем недавно Первой мировой войной. Решили везти работы через океан (достаточно трезво, вероятно, понимая, что там восприятие искусства еще находится глубоко в салоне XIX века).

Короче, повезли, проделали – с немалыми затруднениями – немалый путь. Что-то продали (приблизительно пятую часть от всего привезенного), кто-то из авторов все-таки что-то получил. Хотя в целом итоги оказались далеко от ожидаемых.

Какова же оказалась задача, стоящая сегодня перед организаторами выставки в Музее русского импрессионизма? Часть работ ушла во время художнического турне 1924 года за границу, часть вернулась в Россию. Выяснять дальнейшую судьбу и тех, и других было непросто – что-то оказалось в частных руках и позже не раз перепродавалось, что-то попало в музеи (а везти сейчас работы из-за границы в период пандемии – отдельная история). Короче, среди участников нынешней выставки – около полусотни музеев, галерей и иных институций из 11 стран помимо России, а также частные коллекционеры.

Удалось установить судьбу нескольких сотен произведений (для этого исследовались каталоги прошедших во время турне выставок – и тут надо понимать, что нередко они были в то время просто списками работ, практически без иллюстраций, тем более цветных, – материалы аукционных торгов, архивные документы, газетные публикации, сохранившиеся фотографии экспозиций, даже просто этикетки на оборотах работ). Семь десятков из них представлены сейчас на выставке.

Что покупалось? Разное, хотя несомненный интерес у американцев вызывали тогда произведения «с русским национальным характером», как вот эта работа Николая Ульянова (она и сейчас в нью-йоркской коллекции).

Или вот эта работа Виктора Васнецова, которую вообще изобразили тогда в каталоге американской выставки, предваряя ею вступительную статью (это полотно, кстати, проделав долгий путь, находится сейчас в частном собрании в России).

Конечно, Борис Кустодиев (и для афиши выставки в Нью-Йорке использовалась одна из его «купеческих» работ).

Тут же Николай Богданов-Бельский: его работы на «крестьянскую тему» в Америке довольно успешно продавались.

Бодро улетали с продаж и крестьянки Абрама Архипова.

Интересна история эскиза Валентина Серова к оформлению зала в Историческом музее. Работу предоставила тогда, в 1920-х, для выставки вдова художника, эскиз был продан. И уже в 1990-х вновь попал в Москву, в Исторический музей – одна из зарубежных компаний передала его в качестве дара.

Мирискусник Станислав Жуковский к моменту организации проекта уже перебрался из Советской России в Польшу, откуда происходили его предки. Но ряд своих работ на выставку тоже отправил. Это полотно – «На реке Вятке» – опознали как раз по надписи на обороте.

Схожа судьба «Весеннего дня в Царскосельском парке» Ольги Делла-Вос-Кардовской – на обороте картины сохранилась этикетка американской выставки.

«Фрукты на синем» Вениамина Белкина ныне в Русском музее. А на обороте тоже сохранился фрагмент этикетки выездной экспозиции.

Много тут покажется зрителю непривычным. Вот ярко импрессионистические «старые лодки» Исаака Бродского – в авторе, написавшем это в 1907 году, трудно заподозрить будущего портретиста вождей и лидера соцреализма.

Леонард Туржанский, ученик Серова и Коровина. Тоже опознан по сохранившейся этикетке.

Не обошлось без бубновалетовцев. Был среди участников Аристарх Лентулов. Его вид Сергиева Посада сейчас приехал в Москву из Национальной галереи Армении.

Тут же Илья Машков с неизменными натюрмортами.

И как без плодовитого Петра Кончаловского? На нынешней выставке, как и на американской, несколько его работ.

Среди работ Константина Юона – интересный резкой (для него так очень необычно резкой) контрастностью «Августовский вечер».

Забавна история с «Желтым лицом» Петрова-Водкина: в одних газетных рецензиях картина именовалась «Женский портрет», в других – «Портрет мальчика». (Кто на самом деле тут позировал – никто и не знает.)

Прекрасная «Виолончель» Василия Шухаева приехала в Москву из венской галереи Альбертина.

«Офицерский парикмахер» Михаила Ларионова. Автор тоже, как и ряд других авторов, к моменту американской авантюры давно находился не в России, но ряд работ для выставки предоставил.

Как и Борис Григорьев, обосновавшийся после революции в Париже. Две работы из его «бретонского» цикла – семья рыбака – воссоединились сейчас на выставке в Москве (одна сейчас в российском, другая в американском частном собрании).

А вот работы, практически предварявшие грядущее «ар деко», «неокласскику», «фотореализм» и прочее, но тогда американцами не замеченные. Николай Дормидонтов с «Окраиной Петрограда» (ныне в Третьяковской галерее).

Или Семен Павлов с зимним пейзажем – ныне в Русском музее.

Что же сами организаторы поездки? Работы нескольких из них тоже есть на выставке. Вот Константин Сомов – посмотрим на его небольшой городской пейзаж, поименованный «Вид на Екатерингофский канал из окна квартиры художника». На самом деле, в результате всевозможных тогдашних «уплотнений», Сомов лишился собственного жилья и был вынужден ютиться в квартире сестры как раз на Екатерингофском проспекте – и это вид оттуда. В СССР художник не вернулся.

Сергей Виноградов, председатель выставкома. Тоже после Нью-Йорка отправился не в Москву, а в независимую тогда Ригу.

А вот Игорь Грабарь, основной, пожалуй, «логист» всей этой истории, напротив, вернулся. Впрочем, у него в Москве оставалась семья…

Помимо основной части экспозиции в музее (на другом, кстати, этаже, не пропустите) сформировали и небольшой раздел «гипотез» – работ, которые подозреваются, но еще не подтверждены как участники той поездки в Америку.

Ну, и как всегда, Музей русского импрессионизма дополнил экспозицию тактильными моделями работ – вот как это выглядит, на примере натюрморта Александра Гауша.

Ну, а сама выставка в Москве продлится до середины января.

Текст: Татьяна Пелипейко



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире