22:54 , 24 июля 2020

Чеховская Москва в Литературном музее

 

Тема передачи «Музейные палаты» в субботу, 25 июля – выставка «Чеховская Москва», открывшаяся в Государственном музее истории российской литературы им. В.И.Даля.

Гость передачи – куратор выставки, заместитель директора музея по научной работе и руководитель отдела Дом-музей Чехова в Москве Эрнест Орлов.

 

 

Что не москвич по рождению Антон Павлович – это мы и так знаем: он, так сказать, «из понаехавших». Приехал сюда уже после окончания гимназии, поступил в Московский университет (до того бывал в старой столице лишь наездами – приезжал к родным на каникулах). И тогда же пишет знакомому: «Я ужасно полюбил Москву. Кто привыкнет к ней, тот не уедет из нее. Я навсегда москвич». (Позже он станет отзываться о Первопрестольной несколько более иронично, но об этом ниже.)

О Москве того времени мы можем составлять себе представление по живописным произведениям того времени да уже появлявшейся фотографии. Вот, например, Кремль на полотне пейзажиста Петра Верещагина – да, его стены тогда красили в белый цвет.

 

 

Старое здание университета на Моховой, где Чехов обучался медицине, практически не изменилось.

 

 

Конечно, юный Антон Чехов мало походил на свои поздние изображения с традиционными пенсне и бородкой. Вот его портрет кисти старшего брата Николая, тогда студента Московского училища живописи, ваяния и зодчества.

 

 

Среди документов, связанных со студенческим периодом жизни Чехова, есть один любопытный: выданный университетом «билет» на право проживания в Москве с указанием «предъявить этот билет местному полицейскому начальству».

 

 

А вот от первых домов, где жила в Москве семья Чеховых, мало что сохранилось. Флигель дома на Малой Дмитровке, где жил одно время Антон Павлович, запечатлен на полотне его сестры Марии.

 

 

Жили Чеховы и в доме на Садовой-Кудринской (том самом, где теперь дом-музей А.П.Чехова). Любопытным свидетельством о его интерьерах стали письма к родственникам еще одного брата, Михаила.

 



 

Дом на Кудринской сейчас на реставрации – что и позволило переместить многие его экспонаты на открывшуюся в главном здании музея выставку. Таков, в частности, воссозданный интерьер гостиной (среди живописных работ на стенах многие принадлежат кисти брата Николая). И подушка на диване, кстати, тоже мемориальная, из семьи.  

 


 

Другая часть воссозданного интерьера – кабинет. Тут стол, за которым любил работать Антон Павлович. А вот его происхождение весьма любопытно.

 

 

Николай Павлович Чехов получил этот стол в качестве гонорара от редакции журнала «Будильник», для которого делал рисунки – вот примерно такие.

 

 

Чернильный прибор на столе – подарок доктору Чехову от пациентов. Тут же, помимо лампы, еще и подсвечники – оказывается, Чехов любил писать при свечах. И барометр – он тоже подлинный, чеховский.

 



 

Картины на стенах тут тоже заслуживают внимания. Здесь уже работы не только членов семьи, но и знакомых художников, соучеников брата Николая – включая, например. Левитана.

 

 

Отдельный раздел выставки посвящен театру. Начинал Чеков с водевилей – и его «Медведь», к примеру, с успехом шел в провинции.

 

 

А вот более серьезная попытка – пьеса «Леший» – успеха не имела, так что Чехов даже не желал печатать ее при жизни. После серьезной переработки она станет «Ивановым».

 

 

А с каким бы интересом мы посмотрели первую постановку «Чайки» в Художественно-общедоступном театре (первое название МХТ)! Ведь в составе: Станиславский (Тригорин), Мейерхольд (Треплев), Лилина (Маша), Ольга Книппер (Аркадина)…

 


 

Наконец, авторы выставки не обошлись и без доли веселого хулиганства. Появился «Кабинет крылатых фраз и художественных деталей», где по стенам расписаны вошедшие в язык цитаты, в потайных ящичках обнаруживаются значимые для чеховских произведений предметы, а под потолком даже висит «облако, похожее на рояль».

 




 

А теперь вернемся к чеховской оценке Москвы. Ее музейщики обнаружили в одном из писем Антона Павловича (кажется, ранее даже не публиковавшегося).

 

 

И вот что он пишет:

«Москва тоже скучна, особенно на первых порах, и вновь поселившимся кажется она суровой и нелюдимой. Жизнь в ней дорога, хороших квартир почти нет и проч., и проч., но Москва тем хороша, что в год-два к ней можно привыкнуть, и кто пожил в ней 5-10 лет, тот уже считает ее своим родным городом… Как-никак она все-таки культурный город, и ничто европейское ей не чуждо – не смотря на отвратительные азиатские мостовые.

Есть прекрасный театр, по субботам симфонические собрания, предполагаются интересные лекции. А главное, в Москве нет сплетен; можно прожить в одном доме более 20 лет и совершенно не знать своих соседей по лестнице

А когда, кстати, откроется после реставрации дом Чехова на Садовой-Кудринской? Вот и случай получить информацию из первых рук…

 

 

Текст: Татьяна Пелипейко

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире