Тема передачи «Музейные палаты» в субботу, 13 июля – экспозиция Музея русского зарубежья.

Гости передачи – ученый секретарь Дома русского зарубежья Мария Васильева и заведующая отделом истории российского зарубежья Марина Сорокина. 

 

Дом русского зарубежья в Москве, близ Таганки, давно и хорошо известен. Но недавно за ним появился еще один корпус – в нем разместилась музейная экспозиция.

 

Потребность в дополнительных площадях ощущалась в Доме уже давно. В его фондах собирались не только книги и документы, но и множество меморий, связанных с существованием русской диаспоры за рубежом – в основном это были дары уже не самих эмигрантов первой волны, а их потомков. Эти предметы в основном и составили новую экспозицию.

 

Какое число подданных Российской империи оказалось после революции и гражданской войны за пределами страны? Оценки разнятся, и подсчитать эмигрантов действительно сложно. Более-менее ясно было количество тех, кто уходит за границу в составе организованных воинских формирований. Но это была лишь небольшая часть.

Вместе с военными уходили и гражданские лица – этих беженцев никто не считал. Кто-то перебирался через еще полупрозрачные границы самостоятельно (вспомним рассказы уходивших зимой по льду Финского залива). Кто-то попросту оказался – никуда не уезжая из дома – за пределами новосозданного Советского Союза (как художник Репин, чья дача в Куоккале оказалась в Финляндии). Кого-то, наконец, попросту высылали из страны (вспомним знаменитый «философский пароход»).

 

От восьми до десяти миллионов эмигрантов – таковы приблизительные оценки историков. Куда же они направлялись? На этот счет в музейной экспозиции есть карта – более темным цветом окрашены страны, где беженцев из России оказалось больше.

 

В первое время большинству из них казалось, что этот вынужденный отъезд – ненадолго. 

 

Марина Цветаева, впрочем, напишет в письме Вере Буниной: «Слушайте, ведь все это кончилось, и кончилось навсегда. Домов тех – нет. Деревьев – нет. Нас тех – нет. Все сгорело до тла, затонуло до дна. Что есть – есть внутри…»

 

Как бы то ни было, детей эмигранты той, первой волны старались воспитывать по-русски. Русские школы и гимназии, скаутские организации, культурные общества, книгоиздание и пресса – все это было призвано этому способствовать.

 

Многое в экспозиции посвящено и тому, какую роль сыграли эмигранты из России в жизни тех стран, где они оказались. Инженеры и архитекторы, ученые и художники, врачи, актеры и музыканты – в основном они, пусть не без труда, находили свое место в жизни. Но – не в России.

 

Текст: Татьяна Пелипейко

 

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире