23:46 , 23 февраля 2018

История кадетских корпусов в Манеже

 

Тема передачи «Музейные палаты» в субботу, 24 февраля – выставка «Честь родного погона. История кадетских корпусов в России. XVIII – XXI века» в московском Манеже.

Гость передачи – куратор выставки, историк Ольга Барковец.

 

Некоторые из предыдущих манежных выставок на историческую тему нас, признаться, разочаровывали – и малой зрелищностью, и отсутствием собственно музейных экспонатов, да и изрядной тенденциозностью. В данном случае, однако, это не так. Достаточно сказать, что среди участников – такие музеи, как Эрмитаж, Военно-исторический музей артиллерии, войск связи и инженерных войск, «Царское Село», «Павловск», Государственный музей истории Санкт-Петербурга, Центральный музей Вооруженных сил, Центральный военно-морской музей, Государственный музей изобразительных искусств им. Пушкина, Исторический музей, Третьяковская галерея, Дом русского зарубежья, Музей Москвы, Царицыно, РОСИЗО, архивы – Президентский, Государственный архив РФ, Российский государственный архив древних актов, Российский государственный военно-исторический архив, а также Фонд русской истории (Свято-Троицкая духовная семинария Свято-Троицкого монастыря РПЦЗ, Джорданвилль, США), музеи и архивы Сербии, частные коллекционеры – и это еще далеко не полный список.

Экспозиция прослеживает историю военных училищ в России с самого начала – то есть, как нетрудно догадаться, с Петра (кстати, из Эрмитажа приехал очень неплохой его портрет – неизвестного автора, но от этого ничуть не менее интересный).

 

До XVIII века, между прочим, специальных учебных заведений, которые готовили бы офицерские кадры, в России не было. Молодые дворяне попадали в полки, где начинали службу солдатами, дослуживались до сержанта, а в конце концов получали и низшее офицерское звание. Кадры выходили не слишком профессиональные, и Петр решил поменять ситуацию. Школа математических и навигацких наук – с нее, собственно, все и пошло. 1701 год, а разместили школу в известной Сухаревой башне (ее изображением поделился Архив древних актов).

 

Послепетровский XVIII век оказался в Российской империи веком преимущественно женского правления. Что интересно, однако – сменявшие одна другую правительницы неизменно уделяли теме профессионального военного образования большое внимание. Да и само название – «кадетский корпус» – появилось, не удивляйтесь, при Анне Иоанновне. Указ которой гласил: «Весьма нужно, дабы шляхетство от младых лет к тому в теории обучены, а потом и в практику годны были. Того ради указали Мы: учредить Корпус Кадетов…». Датирован указ 1731 годом, а потому от него и ведется официальный отсчет существования кадетских корпусов (на сегодня – 287 лет).

Вот как выглядели кадеты в царствование Анны Иоанновны.

 

План устройства Корпуса кадет составил персонаж также небезызвестный – Бурхард Кристоф Миних (он же и был в течение десяти лет генерал-директором корпуса).

 

В царствование Елизаветы Петровны образование будущих офицеров обрело и значительную гуманитарную составляющую. Расцвела литературная и театральная деятельность, многие ученики и выпускники корпуса входили в Общество любителей российской словесности. Среди выпускников можно назвать таких литераторов, как Сумароков и Херасков, а в деятельности кадетского театра принимал участие считающийся основателем профессионального театра в России Федор Волков. При Елизавете же возник, наряду с сухопутным, еще и морской корпус.

 

Короткое правление Петра III не привнесло в жизнь кадетских корпусов особых новаций – хотя сохранилось изображение введенной при нем формы.

 

А вот Екатерина II взялась за дело всерьез. Утвержденный ею устав гласил: что воспитание в корпусе имеет целью «а) сделать человека здоровым и способным сносить воинские труды и б) украсить сердце и разум науками, потребными гражданскому судье и воину» (действительно, выпускники корпусов могли в дальнейшем идти и по линии гражданской службы).

 

Генеральным директором корпуса был назначен Иван Бецкой (который, что интересно, возглавлял при этом также Академию художеств, «курировал», как мы бы сейчас сказали, «воспитательное общество благородных девиц» (будущий Смольный институт) и ряд других учебных заведений).

 

Число собственно кадетских корпусов при Екатерине росло. Любопытно взглянуть и на повседневную одежду воспитанников – она приобретает наконец вид как минимум удобный и соответствующий возрасту.

 

Еще один заметный персонаж в истории кадетских корпусов при Екатерине – граф Федор Ангальт, не только военный педагог, как его определяют многочисленные энциклопедии и справочники, но и активный участник, а потом и президент Вольного экономического общества (отметим мимоходом, что из Царского Села в Москву прибыл его портрет работы Павла Брюллова – а это основатель известной художественной династии, отец живописцев Федора, Карла и Александра).

 

Наверно, неожиданным для многих будет узнать, что на посту директора Императорского сухопутного кадетского корпуса в последние годы правления Екатерины II успел побывать и Михаил Илларионович Кутузов. Он ввел в программу преподавание тактики, расширил курс военной истории. Известна его фраза из обращения к воспитанникам: «Граф Ангальт обходился с вами как с детьми, а я буду обходиться с вами как с солдатами».

В экспозиции представлена работа неизвестного автора «М.И.Кутузов экзаменует кадета». Не исключено, что кем-то из бывших кадет она и написана (а живописцы-любители среди тогдашних военных – совсем не такая уж редкость).

 

Император Павел за время – также не слишком долгое – своего правления успел ввести для кадетских корпусов номера вместо названий, разделил корпуса на роты и назначил в каждую офицеров, «как обыкновенно в ротах полковых». Сменивший его Александр I разработал «План военного воспитания» и предложил создавать, помимо прочего, губернские военные училища. В Петербурге же в 1802 году был учрежден Пажеский корпус. Выпускники этих александровских училищ во многом и составили младший и средний офицерский корпус времен войн с Наполеоном.

 

Александр I, кроме того, положил начало управлению военно-учебными заведениями из единого центра, создав для этого особый Совет. Первым председателем Совета был назначен брат императора, великий князь Константин Павлович. Число корпусов вновь возросло, среди них появилось даже войсковое казачье училище.

 

Но движемся в эпоху Николая I. При нем число кадетских корпусов резко увеличилось. Был введен единый учебный план. Ежегодно выпускалось свыше 500 человек, всего же за время правления Николая – более 17 тысяч.

Вводилось единообразие в форме – «высочайше утверждались» обмундирование, форма эполет и погон, корпусные знамена.

 

Дополнительный способ привлечь внимание к воинскому обучению – зачисление в кадетские корпуса сыновей императора (кажется, до Николая I такого не было). На следующих портретах – великие князья Николай Николаевич, Михаил Николаевич и Константин Николаевич, все в форме Первого кадетского корпуса, в который их зачисляли с восьмилетнего возраста (хотя реально образование, пусть и по военной программе, они, разумеется, получали дома).

 

Отвлечемся на минуту от лиц официальных – выставка позволила опознать и некоторые из вроде бы просто детских портретов. Результаты своей работы по атрибуции представил публике специалист по орденам, мундирам и аксессуарам, а нам известный также как глава московского департамента культуры, Александр Кибовский.

 

Два портрета мальчиков в форме так называемого «аракчеевского» корпуса прибыли на выставку из разных музеев. Один – из Нижнего Новгорода, и на нем обнаружилась надпись: «кадет А.В. Оноприенко выпуска 1853 г.». Лицо, между прочим, оказалось вполне историческое – генерал от артиллерии Александр Васильевич Оноприенко, участник русско-турецкой войны, а во время Первой мировой (да, прожил он долго) – член комитета попечения о раненых. Следы его теряются в 1917 году в Петрограде (возможно, и это когда-нибудь выяснится).

Другой портрет (в кадре справа) прибыл из Эрмитажа как портрет безымянного воспитанника Аракчеевского кадетского корпуса. Однако сходство между обоими мальчиками оказалось поистине разительное. И выяснилось: был у Александра Оноприенко и младший брат Владимир – портреты обоих братьев, несомненно, были заказаны одному и тому же (пока также неизвестному) живописцу. Ну, а детали судьбы Оноприенко-младшего, может быть, тоже станут когда-нибудь ясны из военных или иных архивов.

 

Уважаемому же Александру Владимировичу Кибовскому на этой выставке еще будет чем заняться: вот, например, еще один симпатичный портрет неопознанного кадета (это уже 1890-е годы).

 

Возвращаясь к истории кадетских корпусов: несмотря на все старания николаевской администрации по их унификации и упорядочиванию, результат – по итогам Крымской войны – оказался плачевный. Следующее царствование потребовало реформ. И реформа военного образования началась в 1863 году: большинство существовавших к тому времени кадетских корпусов были преобразованы в военные гимназии. Главное начальствование над военно-учебными заведениями возложили на генерал-лейтенанта Якова Ростовцева (он же входил и в комиссию по крестьянской реформе).

 

Но тут парадокс: вроде бы реформа времен Александра II – если, опять-таки, судить по результатам военных действий, по той же русско-турецкой войне, – дала свои плоды. Но уже следующий правитель решает развернуть все назад, к дореформенному состоянию. Это Александр III – а вот и его отроческий портрет в кадетском мундире.

 

Прежняя внутренняя организация, прежние учебные планы, вновь штат офицеров-воспитателей – старая, николаевская система военного образования была не просто воссоздана, но и расширена (учрежден ряд новых кадетских корпусов).  

Ровно по этому же пути пошел и следующий правитель, Николай II.

 

Несколько сгладило ситуацию назначение генеральным инспектором военно-учебных заведений великого князя Константина Константиновича (многим, вероятно, более известного по литературному псевдониму К.Р.). Придя к выводу, что установленный в них режим слишком формален и не сообразуется с возрастом воспитанников, он проводил в жизнь свои воззрения на этот счет: «Закрытое заведение обязано по мере нравственного роста своих воспитанников постепенно поднимать в них сознание их человеческого достоинства и бережно устранять все то, что может унизить или оскорбить это достоинство. Только при этом условии воспитанники старших классов могут стать тем, чем они должны быть – цветом и гордостью своих заведений».

Ну, и нельзя не отметить очень хороший портрет Константина Константиновича в экспозиции, работы мирискусника Осипа Браза, ныне в музее-заповеднике «Павловск».

 

А в архивах сохранились даже письма кадет Константину Константиновичу, а также его стихотворение, названное просто: «Кадету».

Хоть мальчик ты, но сердцем сознавая
Родство с великой воинской семьей,
Гордися ей принадлежать душой;
Ты не один — орлиная вы стая.
Счастливые пожертвовать собой,
Вы ринетесь отважно в смертный бой.
Завидна смерть за честь родного края,
Но подвиги и славные дела
Свершать лишь тем, в ком доблесть расцвела.
Ей нужны труд, и знанья, и усилья,
Чтоб мог и ты, святым огнем горя,
Стать головой за Русь и за Царя.
Пускай растут и крепнут крылья!  

 

Творчество самих кадет – или выпускников кадетских корпусов – также отражено на выставке. Вот милейшая жанровая картинка, названная просто: «Без отпуска». Надпись на раме гласит: «рис. полк. Лихонин, кад. вып. 1880 г.».

 

Ну, а бараки в летнем кадетском лагере в Петергофе отобразил некий подпоручик Василий Радко.

 

Такие вещи, наряду с произведениями живописцев-профессионалов, сохранялись в собраниях корпусов (тут все было как у больших, то есть у полковых музеев). Там же хранились, помимо чисто архивных документов, и всевозможные реликвии корпуса, образцы памятных знаков и атрибутики, альбомы с фиксирующими жизнь корпуса акварелями, а позже и с фотохроникой.

 

Наверно, последнее из дореволюционных документальных свидетельств – фотография, сделанная в 1916 году в ставке верховного главнокомандования. Изображен – в кадетской, как положено, форме – цесаревич Алексей Николаевич, а рядом с ним еще два мальчика-кадета. В роли фотографа выступила императрица Александра Федоровна. 

 

Что делали царские дети в прифронтовой, вообще-то зоне – более-менее понятно: тут несколько демонстративный показ того, что царская семья делит трудности со всей страной. Но как занесло сюда остальных мальчишек?

Не исключено, что этим кадетам, как многим прочим, в скором времени предстояла эмиграция. Осколки нескольких российских кадетских корпусов приютил в Королевстве сербов, хорватов и словенцев король Александр Карагеоргиевич, сам в прошлом воспитанник Пажеского корпуса в Санкт-Петербурге. 

 

Кадетские корпуса в эмиграции просуществовали в основном не так долго – большей частью до начала 1930-х годов, однако сохранили многое: и архивы, и воспоминания, и реликвии.

 

В РСФСР же кадетские корпуса, как и прочие учебные заведения, были преобразованы в «трудовые школы». Сама идея военного образования для детей, как бы сказали теперь, «среднего школьного возраста», оказалась надолго забыта.

Забыта до 1942 года – и идею возрождения такого образования высказал также бывший выпускник кадетского корпуса, граф Алексей Игнатьев (о его судьбе, переходе после революции на сторону советской власти и возвращении из эмиграции можно было бы рассказывать долго, но это все же за рамками нашего сюжета). Его портрет на выставке – работы Василия Ефанова, из Третьяковской галереи.

 

Предложение Игнатьева понравилось (его даже повысили в награду в звании до генерал-лейтенанта) – правда, наименование «кадет» новообразованным училищам не вернули. Сухопутные стали «суворовскими», морские – «нахимовскими». Предназначались же такие учебные заведения главным образом для сыновей погибших на фронте воинов. А сами маленькие учащиеся зафиксированы на многих известных живописных произведениях того времени.

 

К началу 60-х число подобных учебных заведений было существенно уменьшено – и проблема сирот войны уже в целом была решена, и армию тоже пора было сокращать.

К идее кадетских корпусов стали возвращаться заново – и уже с учетом всей прошлой истории – с начала 1990-х годов. Серию распоряжений о создании военно-учебных заведений подписал тогда президент Ельцин.

 

Ну, а сейчас численность кадетских корпусов в России немаленькая: по данным на 2017 год их 193. 156 находятся в ведении министерства образования, 29 – Минобороны, 7 – МВД, 1 – ФСБ, 1 – МЧС, 1 – Следственного комитета, 1 – Росгвардии. А также еще один кадетский корпус пребывает в введении министерства культуры (как уж это понимать – спрашивайте при случае у господина Мединского).

 

Выставка, на самом деле, и толково изложена, и подробна (очень многого просто невозможно коснуться в данном обзоре, а там есть еще любопытности). Кстати, документацию можно, помимо витрин, посмотреть и в электронном виде.

 

Выставка будет работать по 11 марта (что не так уж долго), так что желающим увидеть рекомендуется поспешить.

 

 

Текст: Татьяна Пелипейко

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире