Газеты говорят, что Владимир Евгеньевич Чуров очень огорчился, посмотрев вместе с голодающим Шеиным кино про работу астраханских комиссий. Он вдруг обнаружил, что более половины комиссий не соблюдают закон. Для этого Олегу Шеину — бывшему депутату Государственной Думы и известному политику — пришлось довести себя до полусмерти.

Очень боюсь, что этот метод доказательства незаконности наших выборов может стать повседневной практикой, поскольку на более стандартные методы власть практически не реагирует.

Вот, например, ассоциация «ГОЛОС» уже не первый год проводит мониторинг соблюдения процедур, установленных законом для подсчета голосов. Корреспонденты газеты «Гражданский голос» на избирательных участках молча фиксируют, соблюдалась ли та или иная процедура, проставляя нули и единицы в своих блокнотах. Потом единицы суммируются отдельно по регионам и по России в целом. А потом все это публикуется в докладе «ГОЛОСа» и на его сайте с указанием, что такая-то процедура не соблюдалась в стольких-то процентах комиссий. Один раз мне даже удалось подарить Владимиру Евгеньевичу такой доклад. И там было написано: «В 23% комиссий не соблюдалась предусмотренная процедура сортировки бюллетеней, а в 25% — процедура подсчета голосов в рассортированных пачках бюллетеней». То есть, так прямо, открытым текстом: у  вас, мол, четверть комиссий закон не соблюдают.

Речь, конечно, не только о Чурове. Н.Конкин – секретарь той же Центральной комиссии – тоже до голодовки не верил в эти цифры, хотя уж ему-то я эти цифры не только показывал, но и озвучивал. Что уж говорить о заместителе Чурова Л.Ивлеве, который не замечает не то что процедурных нарушений, но даже бандитских разборок с кандидатами и журналистами в подотчетной ему Астрахани. А обобщая, можно вообще утверждать, что наши избиркомы рассматривают многие процедуры как прихоть законодателя, которую следует исполнять, только если она подтверждена куратором из администрации. Тот, кто не раз бывал на избирательных участках, знает, что всякие там оглашения результатов, предъявление актов, итоговые заседания, заверение копий и прочая «ерунда», записанная в законе, а тем более – в строгих инструкциях ЦИК, исполняются далеко не всегда. И просветление, спустившееся на главного организатора выборов  благодаря чужой голодовке, мягко говоря, не свидетельствует о добросовестности.

Признав процедурные нарушения более чем на половине астраханских избирательных участков, Владимир Евгеньевич справедливо заметил, что видеокамеры не зафиксировали уголовщины: никого не пырнули ножом, не были видны перекладывания из одной пачки бюллетеней в другую и не слышно было объявлений типа «за Столярова проголосовало 100 человек, но мы ему в протокол запишем 200». Ну, не оглашали, ну, не допускали, ну не предъявляли, — это же еще не доказательства фальсификаций! В справке, размещенной на сайте ЦИКа, по этому поводу приведена гениальная формула: «Изучив представленные видеоматериалы, можно сделать вывод, что, несмотря на имевшие место нарушения Федерального закона в части процедуры проведения подсчета голосов избирателей и составления протоколов об итогах голосования на ряде избирательных участков, избирательные комиссии имели возможность с достоверностью определить результаты волеизъявления избирателей и установить итоги голосования на избирательных участках, чем и воспользовались».  

Практика российских выборов, закрепленная судебными решениями, убедительно показывает, что закон написан для граждан, но не для отделенного от них государства. Если, допустим, нежелательный кандидат незначительно нарушает какое-нибудь предусмотренное законом требование, будьте уверены, ему откажут в регистрации, даже несмотря на то, что при отказе избирком нарушит всю предусмотренную процедуру регистрации.

И в случае с Астраханью после установления факта тотального нарушения процедур суд установит, что оснований для отмены результатов выборов не имеется, поскольку допущенные нарушения «не дают оснований полагать, что волеизъявление избирателей невозможно было достоверно определить». В законе четко описаны основания для отмены  результатов выборов, в частности предусмотрена отмена в случае нарушения порядка голосования и подсчета голосов (включая воспрепятствование наблюдению за их проведением), определения результатов выборов, но только в том случае, если эти нарушения не позволяют выявить действительную волю избирателей. Но ведь «избирательные комиссии имели такую возможность» и «воспользовались ей».

Правда, для того, чтобы определить, воспользовались или не воспользовались избиркомы нарушением процедур, в принципе, можно было бы заново осуществить подсчет голосов в полном объеме. Но даже, если это будет сделано, новым результатам не поверят все те, кто сейчас требует отмены выборов. По той простой причине, что хранение избирательной документации осуществляется у нас фактически теми же самыми органами, которые и являются инициаторами фальсификаций.  

Надо заметить, что оснований для отмены результатов в Астрахани, действительно существенно меньше, чем, допустим, для отмены итогов голосования в Сыктывкаре, Истринском районе Московской области, городе Тихорецке и т.д. и т.д. Поскольку там были замечены не процедурные нарушения, а просто наглое переписывание протоколов участковых комиссий. Но там не было решительного Шеина, баллотировавшегося на пост мэра.

Поэтому судебная отмена результатов выборов в Астрахани (хотя она и будет, с моей точки зрения, справедливым решением) покажет, что единственным убедительным доказательством нарушений для нашего государства являются не видеокамеры и, тем более, не жалобы в избиркомы и суды, а голодовки и демонстрации. Со всеми вытекающими отсюда последствиями.

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире