В Музее-усадьбе Мураново открыли вторую часть выставки, посвященной судьбам потомков поэта Евгения Боратынского. Первая часть рассказывала о тех, кто после революции оказался в эмиграции. Вторая – о тех, кто остался.

 

Но сначала – о том пути, который вообще проделали Боратынские в истории России. По происхождению это польская шляхетская фамилия, которую возводят к названию замка Боратын в  Галиции. Есть свои Боратынские в Польше, а вот основатель российской ветви, по  имеющимся данным, перебрался в Смоленскую губернию где-то в середине XVII века.

 

Род Боратынских был записан в родословные книги Смоленской и Тамбовской губерний. От интересующей нас ветви сохранились, впрочем, только миниатюрные портреты родителей Евгения Боратынского (они представлены и на выставке).

 

А как же Мураново? С  историей этой усадьбы оказался связан только один – но, пожалуй, сегодня самый известный – представитель рода: поэт Евгений Боратынский. Имение получила в  приданое его жена Анастасия, урожденная Энгельгардт.

 

А именно Евгению Боратынскому усадебный дом обязан своим архитектурным обликом (о чем, впрочем, уже говорилось здесьздесь и здесь). 

 

После ранней смерти поэта его вдова принимает решение оставить Мураново и переехать с детьми в другое семейное имение – под Казанью. С этого, собственно, и начинается история казанской линии Боратынских, а мы подступаем к основной теме выставки.

 

Среди прочих семейных реликвий в витрине – вот эта фотография. Представители трех поколений Боратынских: Николай Евгеньевич, сын поэта, Александр Николаевич, внук, и  Дмитрий Александрович, правнук.

 

Семья занимает заметное положение в общественной жизни Казани. Живет же в доме, ныне ставшем (после воссоздания) музеем Боратынского. А мы можем видеть дом в живописи – в этюдах, написанных еще одним сыном Александра Николаевича – тоже Александром или, по-домашнему, Алеком.

 

Жизнь семьи оказалась нарушена – разрушена – революцией. Сын поэта Николай Евгеньевич Боратынский до  нее не дожил. А вот уже его сын, Александр Николаевич, юрист, общественный и  политический деятель, встретил ее с багажом бывшего депутата III Государственной Думы от октябристов.  

 

В 1918 году Александр Боратынский арестован пришедшими в Казань красными и приговорен к расстрелу (по имеющимся сведениям, утвердил приговор лично тогдашний глава ЧК в Казани Мартын Лацис). Реабилитирован он будет много позже – в 1991 году.

 

Вскоре после этого расстрела умирает его мать, вдова Николая Евгеньевича Боратынского Ольга Александровна.

 

Младший сын Александра Николаевича Боратынского, Алек, погибает в 1919 году в рядах белой армии.

 

Дочь Александра Николаевича, Ольга, к тому времени уже замужем и носит фамилию Ильина. С  малолетним сынов она в начале 20-х оказывается в Харбине, откуда перебирается в  Соединенные Штаты. Так начинается зарубежная линия Ильиных-Боратынских, о  которых подробно рассказывалось в первой части выставки в Муранове. 

 

Дмитрий Александрович Боратынский, которого мы видели выше на тройной семейной фотографии ребенком, остается в СССР. В 1932 году расстрелян и он.


Поразительно, но четверых детей Дмитрия удается переправить за границу, где в конце концов они оказываются на  попечении тетки Ольги Александровны. Там же теперь живут и многочисленные потомки обеих линий – Ильиных и Боратынских, которые уже не очень говорят по-русски, но еще дают детям имена вроде Федор и Надежда.

Династия Боратынских в  СССР закончилась? Не совсем. У Евгения Боратынского есть еще одна внучка, Ксения Николаевна.

 

Юная барышня Ксения, как положено представительнице демократической интеллигенции, помогает готовиться в  университет крестьянскому юноше-самородку Архипу Алексееву. И дело кончается тем, что выходит за него замуж.

 

А когда настает революция, крестьянский сын Архип Алексеев произносит фразу о «русском бунте, бессмысленном и беспощадном» и уходит в армию Колчака. Где и пропадает. Ксения Николаевна остается с тремя детьми – которым в советское время в определенном плане везет, поскольку в анкетах они могут указывать отца-крестьянина. 

 

Дочь Алексеевых Ольга становится пианисткой и педагогом. Сыновья Иван и Матвей участвуют в Великой Отечественной (один из них теряет руку), позже оба работают в науке (один, физиолог, в засекреченной космической сфере, другой – в технической, и  участвует, в частности, в разработке одного из первых советских телевизоров, комбайна с радиолой «Ленинград Т-2»).

 

В следующих поколениях «алексеевской» линии – немало художников. Чьи работы также представлены на  выставке – в том числе посвященные Муранову.

 

Так что в целом потомков поэта Евгения Боратынского в мире существует немало. Хотя большая часть их  теперь – не в России.

 

Историю рода Боратынских написали две женщины. Ольга Александровна Ильина-Боратынская – историю эмиграции «Белый путь»: White Road, вышедшую за границей. 

 

И Ксения Николаевна Алексеева-Боратынская, назвавшая свою книгу просто «Мои воспоминания».

 

Но и еще – уже из серии «причудливо тасуется колода». В экспозиции присутствует еще один портрет – в  котором нетрудно опознать певицу Надежду Обухову.

 

Оказывается, и она из  Боратынских. Из другой, тамбовской ветви, ее прадед – контр-адмирал Илья Андреевич Боратынский. 

Ну, а выставка, из  которой можно узнать еще немало подробностей жизни династии Боратынских, продлится в Муранове, в выставочном корпусе, до конца июня. 

 

Остается добавить, что Мураново, как и другие подмосковные музеи, переходит на летний режим работы. И  это означает не только расширенное расписание, но и множество программ, возможных только в теплое время года. Ну, и ждите традиционные мурановсккие фольклорные и гастрономические праздники, разумеется. Подробности – на музейном сайте.  

 

 



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире