mnog

Константин Рубахин

15 июля 2018

F

2954024

2954026

2954028

2954030

2954032

2954034

2954036

2954038

2954040

2954042

2954044

2954046

2954048

2954050

2954052

2954054

2954056

2954058

2954060

2954062

2954064

2954066

Сгоревший сегодня в Воронежской области Психоневрологический интернат находится в селе, где родился мой отец — в Алферовке. Той самой, на Хопре.

Я много снимал в этом месте. Там были люди, выпавшие из социальной жизни по разным причинам. Часто просто списанные, чтобы освободить квартиру.

Внутрь этих деревянных бараков, огороженных забором, заходить тяжело. Но я бы сделал обязательные экскурсии для губернаторов по таким местам. Губернатор Гордеев как раз недавно был в Алферовке — церковь открывал. А пациентов этого места похоронят теперь, как обычно, за забором сельского кладбища под железными крестами с временными табличками, облетающими за сезон.





















3 декабря Новоусманский районный суд Воронежской области в очередной раз продлил на 3 месяца срок содержания под стражей обвиняемых по «хоперскому делу» Игоря Житенева и Михаила Безменского.

Двоим жителям Прихоперья вменяют в вину вымогательство у Уральской горно-металлургической компании средств за остановку протестов на Хопре. В ноябре 2015 года исполнилось ровно два года с момента ареста обвиняемых сотрудниками ГУЭБ и ПК МВД РФ. Задержание проходило по схеме, неоднократно используемой руководством антикоррупционного управления: под контролем оперативников велись переговоры с объектами слежки, им предлагалась оплата их услуг, а впоследствии вместе с вручением денег происходил арест. В начале 2014 года руководителей ГУЭБ и ПК обвинили в многочисленных провокациях взяток. «Хоперское дело» также рассматривается правоохранительными органами как потенциально коррупционное: заявление о вымогательстве топ-менеджер Уральской горно-металлургической компании Петр Ямов написал на имя Дениса Сугробова, а все важные постановления по расследованию подписывал его заместитель – генерал Борис Колесников. Оба были впоследствии помещены под стражу за создание преступного сообщества и организацию заказных уголовных дел.

3 декабря защита обвиняемых привела многочисленные доводы в пользу изменения меры пресечения на домашний арест, указав, что Безменский и Житенев уже не смогут оказать давление на участников процесса, так как суд допросил практически всех свидетелей. Также защитники предоставили документы о заболеваниях подсудимых, требующих постоянного ухода.

Сам Михаил Безменский сообщил суду, что ему неоднократно поступали угрозы убийства, что дело основано на предположениях, и, в случае продления ареста, для обвиняемых это будет уже третий Новый год в тюрьме.

Игорь Житенев в своей речи не делал упор на юридические аспекты, а просто кратко изложил историю противостояния и своего задержания. В начале он напомнил слова директора по безопасности холдинга УГМК Немчинова, оказавшиеся в материалах дела: «У нас власть, у нас сила». После рассказал о своем избиении в мае 2013 года охранниками геологического лагеря УГМК на Хопре. «После подсунули эти деньги, опять избили, по тюрьмам прячут меня, говорят: «мы из тебя овощ сделаем»…

Как раз такое время, что я должен помогать родителям, быть рядом…»/ За время заключения умер отец Житенева, мать болеет, малолетняя дочь живет с его супругой, которая вынуждена была уехать за одни сутки из Новохоперска после ареста мужа. Адвокат Житенева отметил, что процесс очевидно затягивается – за 3 месяца допрошено всего три свидетеля обвинения. Расписания суда расписаны минимум до лета 2016 года.

Тем не менее суд не принял доводы обвиняемых и защиты и продлил срок содержания Безменского и Житенева под стражей до 10 марта 2016 года. Ранее в начале ноября 2015 года правозащитный центр Мемориал признал Игоря Житенева политзаключенным.


Писатели России обратились к президенту с просьбой не допустить добычу цветных металлов в Черноземье


Если честно, я до последнего сомневался в том, тактично ли публиковать такое письмо. По многим причинам. Вот только некоторые. 

Адресат. Можно не скрывать, что многие авторы поставили под ним подпись, потому что им было неудобно нам отказать. Вроде бы уголовное дело, мне грозит арест, как я понимаю, при первом же появлении на виду у полиции… Получается, что это такой шантаж с нашей стороны. Поэтому, кстати, я поговорил только с некоторыми друзьями литераторами, которым мог сказать, что не настаиваю, и вообще неловко об этом просить. Большинство подписей собрал автор идеи — Игорь Панин.

Соседство. Я с трудом себе представляю контекст, в котором еще могла бы подпись поэтессы Елены Фанайловой идти через строчку с автографом Егора Холмогорова. Думаю, Елена Николаевна до этого дня тоже такого не представляла. 

В то же время, внутренние конфликты этого письма, являются самой сильной его стороной. То, что Хопер нельзя убивать ради добычи цветных металлов, да еще ради экспорта, понимают люди, жизненные позиции которых — кардинально противоположны, и трудно найти, наверное, еще хоть одну историю, под которой они бы еще смогли все в таком составе подписаться. 

Ну и, я очень надеюсь, что письмо сработает. Сработало же письмо писателей, которые просили в 1985 году Горбачева отменить поворот северных рек на юг. Катастрофический проект был остановлен после этого. 

Открытое письмо тут
 

Я уже писал о том, что планы Уральской горно-металлургической компании не ограничиваются двумя месторождениями на юго-востоке Воронежской области.

В подтверждение предлагаю посмотреть карту минерагенического районирования Юго-Востока Воронежской области и прилегающих территорий.

Рудные узлы Еланско-Мамонской рудной зоны
(никель, медь, металлы платиновой группы)
Титан-циркониевые рудные узлы
1 — Еланско-Уваровский Т1 — Павловско-Мамоновский
2 — Ширяевский Т2 — Центральный
3 — Астаховский Т3 — Кирсановский
4 — Аннинский
5 — Рымаревский

Именно о приведенных выше месторождениях еще в январе 2013 года говорил Александр Плаксенко, перешедший на работу из департамента по недрам Воронежской области в УГМК, где он возглавил департамент недропользования Медногорского Медно-серного комбината, владеющего лицензиями на хоперские месторождения.

Это очередной раз подтверждает версию, что в планах компании олигарха Искандера Махмудова — передел региона с самыми плодородными почвами в мире в горно-добывающий.

Незавидная судьба, очевидно, ждет и Хоперский государственный заповедник. Давайте внимательно посмотрим на район, где уральцы уже пытаются начать работы.

Еланско-Уваровский рудный узел

Как известно, на данный момент лицензированы два участка в районе Елань-Колено: Еланский и Ёлкинский. Однако данный рудный узел только начинается с этих месторождений. Идет он ровно к заповеднику, через Троицкое, захватывает Алферовку, широко проходит под Хопром и заканчивается около Борисоглебска.

Вот что будет, если наложить эти участки на спутниковый снимок.

При этом сам Борисоглебск уже оказывается в Новогольско-Жердевском рудном районе, начинающемся в Тамбовской области с Токаревки, проходящем через Жердевку, мимо Листопадовки и Грибановки, а оканчивающемся уже у Поворино (овал на первой карте).

Собственно, добавить тут нечего. Глобальный передел региона с уникальными возобновляемыми природными ресурсами, уничтожение легендарного Хоперского заповедника и бесконечных ресурсов плодородного черноземья ради прибыли офшорной компании — вот что нас может ждать, если вовремя это не остановить.

Вчера стало известно, что житель Борисоглебска Михаил Безменский, которого с большой помпой арестовывали по всем федеральным каналам полгода назад, написал из СИЗО письмо. Чтобы вспомнить о чем речь, можно пересмотреть видео НТВ. Безменского обвинили в вымогательстве денег с Уральской горно-металлургической компании, за которые Михаил обещал развалить движение против добычи никеля на Хопре. С ним задержали и Новохоперского атамана Игоря Житенева, до которого Безменский довез сумку с деньгами и логотипом УГМК.

И вот вчера было обнародовано письмо Безменского, где он рассказывает о том, каким образом его сделали вымогателем, как заставили втянуть Игоря Житенева, как потом пытались поймать и меня.

Сразу оговоримся, что Безменский сам в это вляпался, добровольно. Он решил помочь УГМК и немного подзаработать. Тем более, что примеры имелись. Пара бывших активистов явно не просто так отошла от борьбы и стала обвинять активных участников протеста во всех грехах. 

Но на Мише эту бессмысленную практику поштучной покупки слабых духом УГМК решила прекратить и действовать более масштабно.

Все переговоры с руководством УГМК стали фиксироваться полицейскими после того, как заместитель генерального директора Петр Ямов написал заявление на имя руководителя ГУЭБ и ПК Дениса Сугробова. Как пишет Безменский, Ямов и Сугробов были хорошо знакомы. К тому же супруга Сугробова возглавляет московское отделение компании Гленкор, являющейся давним деловым партнером УГМК и, по мнению экспертов, главным претендентом на трейдинг никеля, который планируется добывать на Хопре.

Михаил выдает подробности, по которым, если руководствоваться законом, неизбежно возбуждение уголовного дела: если не по очередному факту коррупции в ГУЭБ и ПК МВД, с привлечением топ-менеджеров УГМК, то тогда по клевете. Но письмо Безменского очень хорошо сочетается с тем, что мы видели снаружи — по документам дела и телевизионным излишне односторонним сюжетам, валом хлынувшим в федеральный эфир в ноябре-декабре 2013 года. И все то, о чем мы догадывались, в этом письме с темной обратной стороны обретает плоть, полную боли и страха. 

Читаем фрагменты письма:

«Меня сильно избили, причем по лицу и голове не били, били по почкам, печени, в грудь. Потом кто-то сказал «Он нам еще нужен живой, хватит». В помещение зашли люди — оперативники ГУЭБ и ПК Александр Филипов, Павел Левитский, следователь Следственного Департамента Сильченко Олег Федорович (как я позже узнал входит в список «Магнитского»). Левитский сказал, что я сейчас должен буду подписать все, что мне дадут, я отказался и просил адвоката, Филипов сказал, чтобы я права не качал, показал на телефоне фото моего дома и сказал «Не будешь делать, что тебе скажут жене конец, ее посадим, а в тюрьме может произойти всякое, ты же не хочешь, чтобы ребенок один остался»».

«Потом мне Саша Филипов сказал «Сейчас будем проводить оперативный эксперимент с Житеневым, поедем в Борисоглебск и ты должен будешь передать ему 15 млн», Филипов сказал «Смотри, твоя жизнь и жизнь твоей жены будет зависеть от того, возьмет Житенев деньги или нет».  Я подписал опять не своей подписью «Оперативный эксперимент» и акт приема-передачи денег. В Борисоглебск меня везли в машине УГМК, я понимал, что все это было спланировано УГМК и от этого было еще страшнее, т.к. я знал что там за люди и на что они способны».

«В районе 11-00 27 ноября 2013 г. мы были в здании ГУЭБ и ПК, потом опять угрозы, несколько ударов под дых. В коридоре я видел Петра Ямова обнимающегося с операми ГУЭБа (в этот день в коридоре ГУЭБа я слышал разговор Владимира Базеля и Александра Филипова, которые говорили про 500 тыс каждому, кто участвовал в деле). После визита в здание ГУЭБа Ямовым меня повели в один из кабинетов, сказали, что сейчас буду говорить с главным, которого зовут Борис Борисович (тогда я не знал, что это генерал Колесников). Меня завели в кабинет, за столом сидел молодой мужчина в очень дорогом костюме. В помещении еще было несколько человек. Б.Б. сказал, что я должен участвовать в «оперативном эксперименте». Я должен был позвонить журналисту К.Рубахину и договориться с ним о встрече. Я объяснил, что с Рубахиным я не общался около 6-7 месяцев, но никого это не волновало. Б.Б. спросил «как ты думаешь если Рубахину предложить хорошую сумму денег он возьмет?» Я ответил, что вряд ли, да и за что? «Скажешь, что тебе УГМК дала много денег и ты хочешь поделиться», я ответил вряд ли он возьмет что-то от УГМК. Потом Б.Б. попросил сходить за деньгами кого-то из сотрудников. В кабинет принесли сумку, в ней было 7 млн евро, купюры по 500 евро, сумка была коричневого цвета, кожаная. Б.Б. сказал «В крайнем случае поставишь сумку рядом с ним, а мы все сделаем как нужно». Я позвонил Рубахину, сказал, что  я с женой в Москве, что мы приехали за покупками — в общем сказал как научили оперативники (есть видео в материалах УД). В итоге Константин Рубахин встречи не дождался т.к. оперативники собирались очень медленно. Меня возили по всей Москве, искали Рубахина, со мной было несколько оперов — один из них Владимир Базель, им постоянно звонил кто-то из начальства и кричал «Ищите хоть до утра, но арестовать должны»».

«Ко мне редко ходили оперативники Александр Филипов и Павел Левитский, они мне угрожали что если я расскажу своим адвокатам что со мной было, детали задержания и т.п. мне в СИЗО будет конец, меня поместят в специальную пресс-хату, будут бить, насиловать, создадут невыносимые условия, что моя жена у них на квартире и ее жизнь зависит от меня. Я боялся в итоге все рассказывать адвокатам, от паники я просто не мог говорить. Самый пик угроз пришелся на конец февраля начало марта. Ходили ГУЭБовцы очень часто, заставляли подписать досудебное соглашение (тогда я не знал, что арестовали Колесникова Б.Б.). Прессинг был ужасным, я узнал, что мою супругу прессуют не меньше чем меня, после 2-х инсультов ее положили в больницу, а я решил покончить с собой, вскрыть вены либо повеситься, я подумал, что это единственный выход, чтобы спасти родных. Но как оказалось в СИЗО-5 работают хорошие цензоры и меня быстро отвели к психологу». 

«28 марта 2014 г. меня конвоировали в Следственный Департамент. Около 11-00 меня завели в кабинет. В центре кабинета на стуле сидел Ямов П.В. вокруг него оперативник ГУЭБа Павел Левитский рядом с ним стоял видимо какой то высокопоставленный сотрудник МВД, которого я ранее видел в здании ГУЭБа, и за столом сидел следователь Бедилов Сергей Анатольевич. После того, как меня завели в кабинет, Ямов в приказном порядке попросил моих конвойных выйти за дверь. Конвойные отказались. Тогда Ямов попросил ребят никому не рассказывать, что они могут услышать. Ямов мне сказал: «Это единственный способ с тобой поговорить, Михаил. Я сегодня могу сделать тебе такое предложение, ты прямо сейчас должен отказаться от своих адвокатов, я тебе дам своего». Я спросил, кого. Ямов мне сказал: «Помнишь Якимову Оксану, она уже здесь, бери ручку и бумагу, пиши отказ».  Левитский сразу начал мне угрожать: «Миш, мы так сделаем, что ты уедешь в Магадан». Ямов сказал: «Мы вам с Житеневым влепим по семерочке строгого, хочешь?» Далее Ямов предложил: «Ты должен подписать досудебное, которое мы тебе скажем, нам нужно еще кое-кого «закрыть». Далее Ямов сказал, что «некоторые сотрудники ФСБ и МВД Воронежа не делают того, что им говорят, поэтому их будем сажать». «За это ты, Михаил, получишь очень маленький срок, квартиру, работу в компании и хорошие деньги». Моих адвокатов в это время держали в соседнем кабинете. Ямов чувствовал себя в Следственном департаменте как у себя дома. Конвойные позднее мне сказали, что такого они еще не видели. Ямов сказал, что он друг Дениса Сугробова, но это ничего не значит, он сказал: «У меня везде огромный ресурс». Я попросил время подумать – неделю. 31 марта в 16:00 – 16:30 ко мне пришел опер Павел Левитский. Он сразу потребовал письменный отказ от адвокатов, я сказал, что пока к этому не готов. Потом в разговоре я узнал, что Павел из Свердловской области: там он работал в полиции под руководством дяди Немчинова Юрия Ефимовича. Что он дружит с Ямовым. Также Левитский прорекламировал адвоката УГМК Оксану Якимову как серьезного и высокооплачиваемого адвоката. Затем Левитский с одного из своих мобильных телефонов позвонил Петру Ямову и передал мне трубку, Ямов мне сказал, чтобы я не думал, что они на меня потратили большие деньги и что еще много тратить на суды, прокуроров и т.п., если я откажусь от адвокатов и сделаю как мне говорят. Я молчал. Павел сказал, что если я кому что расскажу, меня «раздавят», он сказал: «Под нами все – суды, прокуратура, телевидение, газеты, даже если ты, Михаил, вздумаешь кому-то рассказать, то про это никто не узнает». (…) 8 апреля 2014 года ко мне пришел следователь Следственного Департамента Бедилов Сергей Анатольевич, это было в 16:20 – 16:30 в 18 кабинете изолятора. Бедилов сказал, что пришел от Ямова узнать, что я решил. Я спросил у следователя Бедилова: «Вы же знаете, что я не виновен?» Бедилов ответил: «Михаил, ты же понимаешь, когда рубят лес – щепки летят, так вот, ты оказался такой щепкой. Я знаю, что ты невиновен, но что поделаешь». Затем Бедилов стал хвалиться, что он друг Ямова, рассказал, что приехал с Урала в августе 2013 года, специально под мое дело, что он капитан и живет в гостинице в Москве без семьи, которая у него осталась на Урале, я так понял, он оттуда же, откуда приехал и Левитский».

Оставим этот текст без финала. К тому же до настоящего финала должно произойти еще много событий. Надеемся, что волна докатится и до руководства УГМК. А пока адвокат Владимир Голубев по письму Безменского составил заявление в Следственный Комитет, на основании которого в настоящее время ведется проверка.  

За последние 2 года, в течение которых Уральская горно-металлургическая компания пытается зайти в Черноземье, в региональных СМИ, добровольно плененных коммерческими отношениями с этой структурой олигарха Искандера Махмудова, каких только похвал не удостаивались уральские горнодобытчики и экспортеры наших ресурсов.

Перечисление УГМК 18 миллионов рублей в 2013, а потом 25 миллионов уже в 2014 году в бюджет Новохоперского района подавалось, как жест такой доброй воли, перед которой невозможно устоять не то что чиновнику, контролирующему расход этих денег, но и простым местным жителям, на которых неминуемо прольется золотой дождь.

Кстати, вычесть — какой процент расходов района составляют 18-25 миллионов в год можно легко. В 2013 году новохоперский бюджет превысил цифру в 700 миллионов рублей.

А чтобы на будущее понять на сколько нужно делить обещания УГМК, можно посмотреть вот это видео, в котором заместитель генерального директора этой компании обещает, что они должны вложить в развитие Воронежской области и Новохоперского района в 2013 году — 240 миллионов рублей.

Так, а почему же тогда молчат СМИ, взрывающиеся репортажами по поводу подаренных УГМК футболок детской спортивной команде в районе планируемых никелевых разработок? Ответ: или денег не было, или они куда-то потрачены так, что стыдно сказать.

Вот Брагин рассказывает, что местные жители должны решать — куда им девать свалившиеся на них миллионы. И мы даже знаем пару таких местных жителей. И одного неместного — губернатора Воронежской области, мнение которого «учитывалось при формировании транша». По сообщению главного информационного лоббиста никелевого проекта в Воронежской области — агентства Абирег, губернатор «обозначил необходимость перечисления средств на нужды малообеспеченных и социально незащищенных граждан района». Это, наверное, хорошо. Но давайте заглянем в одну из лицензий, по которой УГМК работает в регионе.

Итак, лицензия на пользование недрами ВРЖ 15396 ТР на геологическое изучение, разведку и добычу медно-никелевых руд на участке федерального значения Елкинское. 5.1. «По участию в социально-экономическом развитии региона недропользователь обязан обеспечить: д) Участие в реализации инвестиционных проектов Воронежской области на безвозмездной основе в 2012-2013 гг. — 115 млн рублей.

Вот как оказывается. И где оно? Не то, чтобы местные жители хотели денег УГМК. Скорее, наоборот — чем меньше региональные чиновники с нее возьмут, тем легче будет уход уральских киприотов из Черноземья, в неизбежности которого я лично не сомневаюсь. Может, этому помогут и дальнейшие запросы по этим конкретным лицензионным обязательствам. Хотя в лицензии есть пункт про досрочное прекращение прав недропользователя. И знаете что? Там не написано, что нарушение социальных обязательств ведет к отзыву лицензии.

Мы, конечно, напишем запрос губернатору и Минприроды. И даже получим ответ. Но сами местные жители уже давно ответили, что не дадут искалечить место с уникальной природой и черноземом ради экспорта ресурсов Центральной России компанией, полностью принадлежащей зарубежным организациям. А прессинг, которому уже два года подвергаются практически все защитники Прихоперья только сильнее закручивает эту пружину.



Ежедневные бессрочные пикеты в Воронеже, продолжаются с прошлого года.

Мы гадаем — что нужно Уральской горно-металлургической компании от Воронежской области? От двух медно-кобальтово-никелевых месторождений в Новохоперском районе. Месторождений с очень сложным залеганием руды, сильно обводненных. Но, главное, — в месте, где никогда не велись горные разработки, где основной деятельностью всегда было сельское хозяйство, что оправдано лучшими в стране почвами. И стоит вести эту дикую войну с местным населением, которое поголовно настроено против добычи никеля в их заповедном крае ради двух месторождений? Тем более с такой нестабильной конъюнктурой цен на никель — основной металл, содержащийся в этих рудах?

И любой здравомыслящий человек понимает, что, скорее всего, не стоит. Отсюда и теории о попытке монетизировать прошлые разведки, выбив у партнеров деньги на работы. Эту версию подкрепляет стремление, с которым УГМК приписывало на разведку лишний миллиард рублей. Тогда Государственная комиссия по запасам из запланированной суммы, около трех миллиардов оставила порядка двух. На фоне того, что в конкурсной документации не учтены уже посчитанные запасы Еланского месторождения, эта версия имеет под собой основания. Но, разумеется, это не те деньги, ради которых стоит затевать полномасштабную войну с местным населением, в которую уже почти превратилась «никелевая кампания» в Черноземье. Тут что-то еще.

Думая про это, я вспомнил разговор, который состоялся в январе 2013 года в ВГУ между Николаем Чернышовым — автором этих месторождений, Виктором Брагиным — заместителем директора УГМК, Александром Плаксенко, перешедшем на работу из департамента по недрам Воронежской области в УГМК, где он возглавил департамент недропользования Медногорского Медно-серного комбината, владеющего лицензиями на хоперские месторождения. Также в разговоре участвовал Виктор Бочаров, ныне возглавляющий совет по никелю при областной воронежской думе и я, заглянувший к Николаю Чернышову минут за 15 до прихода представителей УГМК практически случайно — занести документы по разработкам Еланки и Елки, которые даже ему — автору месторождения — УГМК не соизволили показать. 

Так вот в том разговоре Александр Плаксенко полностью выложил планы УГМК на их работу в Черноземье. Сейчас, видя, с каким напором и упрямством компания пытается начать работы в регионе, я понимаю, что тогда это было не пустой бравадой, и структура олигарха Искандера Махмудова планирует начать полномасштабные горные работы минимум на пяти месторождениях в Воронежской и Липецкой областях.

Вот кратко, что сказал тогда Александр Плаксенко:"Мы завели четыре участка лицензионных: Елань и Елка, Нижнемамонско-Подколодновский и Вязовск-Уваровский. Эти все документы лежат в Москве в Роснедрах, ждут своего часа. Просто УГМК решила сразу за все не браться, а приступить к наиболее изученному участку недр. Более того, сейчас в Липецкой области оформляется участок — Ольховка. Так что никеленосность не заканчивается Новохоперским районом". 

Тут полный фрагмент той беседы http://pleer.com/tracks/10720998Jhoc

1179724

Для иллюстрации масштаба можно посмотреть карту с этими месторождениями, сделанную Николаем Чернышовым.

Также в том разговоре Плаксенко сказал, что в Мамоне условия залегания позволяют разрабатывать месторождения открытым способом. Ну и вспомним, что там же есть уже лицензированные участки с залежами титана, которые уж точно можно разрабатывать только открытым способом, так как это горизонтальный пласт, который тянется более чем на 30 км.

Мы говорили уже на первых митингах, что Черноземье хотят превратить в горно-рудный регион. Но даже сами не до конца верили в такое варварское отношение к нашей земле, ее бесконечному потенциалу кормить и содержать людей, живущих здесь, который будет уничтожен ради экспорта цветных металлов какой-то компанией, владельцы которой находятся тоже в других странах. Не думали, что такое может быть позволено руководством России при молчаливом согласии местной власти. 

Но теперь, по крайней мере я лично уверен в том, что план УГМК — глобальный передел Черноземья. 

Что, если мы не остановим это на начальном этапе, дальше будет сложнее и сложнее. 

Структуры, обслуживающие собственников Уральской горно-металлургической компании связаны с нелегальной торговлей оружием, делом Магнитского, правительственными махинациям на Украине и даже бросают тень на Газпром

Этого текста не появилось, если бы УГМК не пыталась начать работы по доразведке и добыче никеля на Хопре, вопреки протестам тысяч людей. Еще это небольшое расследование — результат появившегося у меня некоторого свободного времени после того, как советник генерального директора УГМК написал заявление на защитников Хопра в адрес недавно уволенного из органов МВД генерала Сугробова. Что это получилось за уголовное дело можно посмотреть вот тут. К счастью, некоторые правохранители-исполнители этого уже сидят в тюрьме за провокацию взятки. Но мое свободное время пока продолжается.

Итак. Берем одного из владельцев УГМК — ROTEX INDUSTRIAL LIMITED. Заметим — сам Искандер Махмудов на совете директоров в 2002 году предлагает перевести часть акций на эту компанию.

Доля голосов ROTEX INDUSTRIAL LIMITED в высшем органе управления и уставном капитале ОАО «УГМК» в 2002 г. — 13%—18%.

Смотрим на некоторых директоров:

SUMMERGLEN LIMITED

GRACEWAY LIMITED

В общем их структура сводится к сервисной Company Services (A-Z) Limited, директорами которой числятся Desmond Kearney и WILLIAM CURRAN. Вроде, уважаемая компания. Но в базе офшорок Виргинских островов по поиску WILLIAM CURRAN находим Milltown Corporate Services Ltd.

И видим: Director William Curran, а также Director Erik Vanagels, Director и Shareholder Stan Gorin, Shareholder Erik Vanagels, Director Voldemar Spatz, Director Juri Vitman, Director Danny Banger

Смотрим — кто же это… И нам открывается целый мир международной торговли оружием, махинаций в Украине с участием семьи Януковича и правительства Тимошенко, схема мошеннического возмещения налогов, за которую поплатился жизнью Магнитский.

Вот выдержки из статьи про Стэна Горина, Эрика Ванагельса и Юрия Витмана.

«Например, фамилии рижан Горина и Ванагельса всплывали в России в рамках резонансного «дела Магнитского». В частности, согласно журналистскими расследованиями , в схеме Магнитского фигурировала английская компания Nomirex, на счета которой приходили средства от ряда панамских фирм, директорами которых числились Стэн Горин и Эрик Ванагельс. Счет самой Nomirex был открыт в латвийском Trasta Komercbanka — банка, в который платили деньги за «вышки Бойко».»

Про вышки — это известная история — когда в 2011 году фирме Стэна Горина, Эрика Ванагелса, Юрия Витмана, Дэнни Бенгера Украина в лице ГАК «Черноморнефтегаз» заплатила 400 миллионов долларов США за буровую вышку сингапурского производства в псевдо-британской компании Highway Investment Processing LLP. По данным украинской газеты «Зеркала недели», цена производителя оборудования составляла $248,5 млн. и мошенники получили чистую прибыль в $150 млн.

Также Ванагельс и Горин фигурируют в деле файлообменника Еx.UA, вместе с панамской компанией Cascado AG., где латыши числились номинальными директорами последней. В свою очередь Cascado AG было собственником другой панамской фирмы Waterlux AG,которой принадлежало судно «Фаина», захваченное сомалийскими пиратами в 2008 году по пути в Кению, когда выяснилось, что н аборту находится более 30 танков Т-72,гранатомёты, зенитные установки. СМИ тогда писали, что оружие направлялось повстанцам Судана.

Еще фамилии вездесущих Ванагельса, Горина, Витмана и Danny Bangera появляются в схемах махинаций государственного уровня на Украине.

Так на ООО «Аpхитектуpно-стpоительная компания» Технопpомсеpвис«, на которую были записаны три объекта семьи Януковича в Крыму и которая много лет была основателем другой «семейной» структуры — ООО «СПС-Групп» в составе владельцев имела английскую компанию «Navimax Ventures Limited». «СПС-Групп», в свою очередь, была акционером крупнейшей транспортно-экспедиторского предприятия Украины «Лемтранс» и одним из соучредителей ассоциации «Донбасский расчетно-финансовый центр» (ДРФЦ), объединивший целый ряд угольных предприятий Донбасса, которые получают огромные заказы от государственных структур. Все эти активы также связывают с семьей Януковича.

Компания «Navimax Ventures Limited», кстати, зарегистрирована в Лондоне, на улице Королевы Анны, 48 — там же, где бывший собственник УГМК ROTEX INDUSTRIAL LIMITED, директор «Navimax Ventures Limited» — уже вышеупомянутый Danny Banger и кипрская Fynel Limited, которой к моменту получения выписки (в мае 2012 года) владел Stan Gorin, а до этого — Eric Vanagels, Petr Zika, Juri Vitman, Danny Banger.

Такая вот вакханалия может начаться с одного простого запроса по безобидному кипрскому собственнику части УГМК. Но, может, это случайное совпадение? Скажем, ну пошли законопослушные люди, зарегистрировали контору у профессионалов. Они же не должны отвечать за все дела, которыми занимаются регистраторы. Может быть. Только сама ROTEX INDUSTRIAL LIMITED зарегистрирована по известному общему адресу, где околачиваются, ну самые подозрительные фирмы. И «Navimax Ventures Limited» и еще — возьмем что поближе R. BEARS LTD. так же выводящая на Юрия Витмана и Вольдемара Спатца. И, конечно, думаю, Искандер Махмудов, человек, считающийся главным собственником УГМК, не прикажет перевести крупную часть акций на контору с неизвестными персонажами.

Хорошо, но тогда можно сказать, что ROTEX INDUSTRIAL LIMITED владел УГМК в 2002-2003 году — в прошлый правовой век, практически. Но давайте посмотрим на лица. От компании «РОТЕКС ИНДАСТРИАЛ ЛИМИТЕД» на совете директоров голосует Ратманов Сергей Михайлович — он же и сегодняшний действующий директор основного держателя акций УГМК кипрской SELMARECO LIMITED и член Совета директоров предприятий УГМК: Электрокабеля, например.

Чтобы посмотреть текущее состояние собственников УГМК, закажем выписки из кипрских фирм — ее владельцев. Сначала проследим схему изменения собственности УГМК, которая публикуется вот здесь. До октября прошлого года она выглядела так, в октябре — уже так, а сегодня она такая. Кстати, выписки, с Кипра, полученные в середине 2013 года все равно противоречили официальной схеме, где сказано, что фирмами Coylton Services Limited и Fridingen Investments Limited владеет напрямую Козицын, а у нас написано, что Coylton Services Limited принадлежит офшору BALMER TRADING LIMITED на BVI, а Fridingen Investments Limited — TABJA FINANCIAL CORP., расположенному там же.

Также постепенно уходят из схемы собственников УГМК фирмы, сначала принадлежавшие Махмудову, а потом и Бокареву — Tradeport Group, Triveld Partners Ltd. и Homewort Management Services Ltd., и у которых те же регистраторы и адрес, что и у главного звена цепочки владельцев корпорации Трансмашхолдинг, которую Бокарев возглавляет — SERMOLENT EQUITIES INC. Эта корпорация ассоциируется с главой Департамента транспорта Москвы Ликсутовым, а принадлежит частично РЖД, частично Искандеру Махмудову. 25% Трансмашхолдинга — собственность французского транспортного гиганта Альстом. (Как французов-то угораздило? Наверное, победа 25 февраля 2014 г. Трансмашхолдинга в как бы тендере на 150 миллиардов рублей на поставку вагонов московскому метро значительно скрашивает репутационные риски).

Давайте еще внимательнее смотреть выписки по собственникам УГМК. Вот: например, TALBERG INVESTMENTS LIMITED Эдуарда Чухлебова, которым управляет Ionics Directors Ltd, а секретарем является некая Bambina Votsi. Ищем по открытым источникам Ionics Directors Ltd и видим IONICS-DIRECTORS-LIMITED/directors-shareholders Giorgos Kyrou. Он же директор кипрской компании, владеющей УГМК COYLTON SERVICES LIMITED, по схеме — собственности Андрея Козицына Теперь заглянем в директорат звена из цепочки владельцев другого актива, приписываемого СМИ также Ликсутову ООО «МПК» —  — FREDLAKE HOLDINGS LIMITED — и найдем там (не умею по-гречески) ту же Pampinu Votsi.

То что некоторые номинальные директора кипрских контор из цепочки владельцев УГМК, совпадают с фамилиями в фирмамах-собственниках Ликсутовского-Махмудовского-Альстомовского Трансмашхолдинга, может быть и не новость. Новость, когда оказывается, что Pampina Votsi — директор Barlow Investing Ltd., владельцем которой является Mrs. Telesh Galina, экс супруга знаменитого мафиози Семена Могилевича.

То есть, получается, что некая Pampina Votsi связывает УГМК и фирму экс-супруги одного из самых известных российских преступников в мире.

Семен Могилевич, как пишут «по утверждению западных СМИ» входит в пятерку ведущих «крестных отцов мафии» в мире. Более 15 лет разыскивался спецслужбами как минимум 4 стран, включая Израиль." Цитируем дальше: «Его обвиняют во множестве масштабных афер, принесших ему 10-12 млрд. долларов. Британские спецслужбы охотились за ним с 1995 г., подозревая, что он отмывает в английских банках деньги, полученные от нелегальной торговли оружием, наркотиками и от проституции.»

А если снова вернутся на Украину, то там имя Могилевича связывается с совладельцем «РосУкрЭнерго» Дмитрием Фирташом, который «уже давно констатировал факт своего знакомства с Семеном Могилевичем». Разбирая эту связь, мы опять встречаемся с экс-супругой Могилевича, зарегистрированной прекрасной Пампиной Вотси, принципалом одного из собственников УГМК. Цитируем: «Фирму Highrock Holdings, где Фирташ являлся совладельцем и директором, учреждала адвокат Ольга Шнайдер, экс-супруга Семена Могилевича. Часть акций компании принадлежала другой бывшей жене мафиози — Галине Телеш. Именно Highrock Holdings при содействии бывшего директора НАК «Нафтогаз України» Юрия Бойко сумела вытеснить с украинского газового рынка предыдущего монополиста — компанию ITERA.»

Бойко!!!! Итак, след из Дублина, проходящий через ROTEX INDUSTRIAL LIMITED, владевший частью УГМК в 2002-2003 гг., на Виргинские острова к скандальным фирмам латышей Горина и Ванагелса приводит туда же, куда ведет тропинка от кипрских владельцев УГМК, где засветилась Пампина Вотси; она, спалила контору экс-жены одного из главных международных мафиози Могилевича, который пользовался помощью Бойко, известного аферой с закупками вышек у скандальных латышей. Круг замкнулся.

Вот как редкая фамилия секретаря-директора Votsi смогла объединить в один неловкий клубок одного из главарей международной преступности и владельцев УГМК.

Фамилия эта и правда встречается редко. Но метко. Если поискать, где еще директор Козицинской FRIDINGEN INVESTMENTS LIMITED Giorgos Kyrou, пересекается с секретарем Чухлебовской TALBERG INVESTMENTS LIMITED Пампиной Вотси (а они действуют совместно практически во всех структурах). То обе эти фамилии можно неожиданно найти среди лиц, афилированных с… ОАО «Газпром». (1545. Pampina Votsi — Принадлежит к группе лиц ОАО «Газпром» 26.11.2010 и далеее: Исключение Kyrou George из списка аффилированных лиц ОАО «Газпром» 08.07.2013)

Конечно, эти очевидные связи между фирмами могут и не говорить, что Искандер Махмудов лично подставлял Магнитского или вывозил из Северной Кореи пулеметы (хотя его работа в Ливии ко многому обязывала). Просто мы нашли возможные связи с теми же преступниками, которые в свое время растащили СССР и занялись ловлей рыбы в мутной воде беззакония, стремительно распространяемого ими же по миру. Эта мощнейшая мафиозная международная структура просто стала общим полем игры таких как Махмудов и представляет им шансы украсть, что другой не успел, то там, то там: то в Украине на буровых, то в России на налогах, а потом и в политику поиграть. Но в конце концов пузырь лопается и система рушится. Иногда вместе со страной.

То, что сейчас происходит на Хопре, иначе и не назовешь.

Это настоящая война: с захватчиками, отрядами самообороны, жертвами, заложниками и со своими предателями.

Если прямо сейчас на участке, где офшорная компания ищет никель, чтобы его вывезти из России, никого не бьют — не значит, что нет повода писать.

Сегодня в Воронеже передали 30 тысяч подписей против добычи никеля на Хопре губернатору, за два выходных дня прошли 3 схода местных жителей и  казаков в трех районных центрах. Люди настроены решительней, чем летом, когда 22 июня две тысячи противников добычи цветных металлов на Хопре силой остановили технику работающую на полях сельхозназначения.

Идет активная информационная и уже уголовная кампания. Избитый ЧОПом в мае этого года казак Игорь Житенев задержан московскими оперативниками на  территории Воронежской области и арестован уже в Москве. И мы знаем — как клепалось это дело.

То, что делает Уральская горно-металлургическая компания на Хопре, думаю, окончательно рассеет имиджевый туман вокруг нее и покажет — как она на самом деле относится к  местным жителям, не желающим отдавать свою землю и природу ради экспорта никеля офшорными олигархами.

Что касается обвинений в мой адрес, то бывший следователь Магнитского Олег Сильченко не раскрывает тайны моего правового статуса. Повесток не шлет, адвокатам ничего не  объясняет. На допросах заложника Житенева и предателя Безменского одинаково убеждают дать на меня показания. Но неодинаково получается. Хотя, зная методы этих людей, не очень сомневаюсь, что нужные слова у  них уже есть.

Будем посмотреть — что теперь скажут про компанию, развязавшую эту травлю, основным доходом которой является экспорт российских ресурсов за границу, — вот что про нее за этой самой границей скажут.

Подробности последних событий тут http://savekhoper.ru/?p=3166
D20I1044

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире