Два года назад, сразу по окончании странной скоротечной войны с Грузией, мы с Саидом Гафуровым опубликовали вот эту статью:

Саид Гафуров, Дарья Митина

Ничего личного, просто бизнес BP (публикуется в сокращении)

1."Национальное чувство делает ученых-гуманитариев профессионально несостоятельными"

Национализм настолько укоренился на постсоветском пространстве, что мы начинаем забывать, что в масштабах исторического развития это недавний феномен. Национализм в современных формах — это порождение капиталистического развития и, прежде всего, капиталистического преобразования аграрных отношений. Национализм — это борьба за землю, когда она перестает быть главным ресурсом развития человечества и становится важным, но не решающим объектом прав собственности.

Если бы Грузия была богатым, индустриальным, испытывающим острый недостаток трудовых ресурсов, быстро развивающимся государством, то сотни тысяч беженцев из бывших национальных автономий после проигранных войн быстро бы вписались в общество и были бы более озабочены национальным экономическим развитием, нежели возвращением утерянных территорий или воссозданием Великой Грузии в границах 1991 года.


Война была нужна грузинскому руководству для того, чтобы спасти режим: вся грузинская оппозиция, устраивавшая митинги даже зимой, молчит, опасаясь обвинений в нелояльности, а грузинский народ теперь должен будет простить Саакашвили всё его банкротство как национального лидера в борьбе с Россией. Саакашвили из удачливого «внутреннего» политика превратился в военного вождя, который в случае поражения положения не ухудшит (дальше падать некуда), а в случае победы даст возможность улучшить жизнь простых отчаявшихся людей, которым нужно кормить детей.

В целом внешняя и внутренняя политика грузинского руководства носила хаотичный характер. Состояние умов и настроений в руководстве Грузии не сбалансировалось в достаточной мере, отсюда проистекают метания и раздвоенность, расстыковки между словами и делами. Грузинских политиков тянет на Запад, а реалии неумолимо возвращают их к той аксиоме, что многие вопросы без России, и тем более, вопреки ей, не решить. Эта нестабильность порождала желание быстрого решения. Но простых и правильных решений не бывает. Прежде всего, потому что решения представляют собой функцию от динамически меняющихся внешних условий.


2. Война — дело дорогое

По словам Министра экономического развития Грузии Екатерины Шарашидзе в интервью, данном казахстанской газете «Экспресс-К» в апреле этого года, «примерно 20 процентов бюджета страны идет на грузинскую армию. И это нормально, на мой взгляд, для развивающейся страны. Мы начинали строить свои вооруженные силы с нуля. Сегодня наши военнослужащие очень хорошо подготовлены и физически, и технически. Оборона, социальные программы и инфраструктурные проекты — вот три основные статьи расходов Грузии на сегодня. И мы всегда смотрим на ситуацию, которая складывается в настоящий момент. Например, если видим, что развитию экономики будет способствовать развитие инфраструктуры, то увеличиваем расходы в этом направлении. А если в последнее время наблюдается продовольственный кризис, то увеличиваем статью расходов на социальные программы».

Министр неявно показывала, что финансовая ситуация в Грузии напряженная. По подсчетам экспертов МВФ, рост ВВП Грузии за 2006 год составил 8%. В 2007 году российские санкции привели к снижению этого показателя до 6-7% и к увеличению дефицита внешнего платежного счета Грузии на $250-300 млн (по данным Е.Шарашидзе рост ВВП в 2007 году составил 12,5 %). Однако негативные последствия этих процессов были компенсированы иностранной помощью. Примерно такую же оценку результатам российско-грузинского конфликта 2007 года дал бывший Государственный министр Грузии по экономическим реформам Каха Бендукидзе: «Потери Грузии от российского эмбарго всем известны: 1-1,5% ВВП, или $150 млн. Это немного».

Грузия — по-прежнему бедная страна, а ее финансовая система находится в неудовлетворительном состоянии, национальный бюджет не удовлетворяет потребностям развития страны, что усугубляется низким уровнем собирания налогов.

Что же могло заставить Грузию начать полноценные военные действия? Конечно, нельзя забывать, что именно война и даже, пожалуй, только война способна сегодня наполнить деньгами как юго-осетинскую экономику, так и грузинскую за счёт иностранной помощи и расходов на содержание войск. Как Кокойты, так и Саакашвили рассчитывают получить теперь на военные и восстановительные расходы такие средства от России и США и объединенной Европы соответственно, о которых они раньше и мечтать не могли. Что же до бедности Грузии, то её теперь будет очень удобно списывать на войну, не так ли?

Что касается России, то она предопределила свое положение, проложив прямую газовую магистраль по дну Черного моря в Турцию. Таким образом, крупные российские поставки газа в Турцию и далее в Европу не зависят от Грузии или Азербайджана, но эти страны более не ограничены необходимостью обеспечивать лояльность Газпрома, хотя нельзя забывать, что Грузия в ближайшем будущем будет вынуждена импортировать газ и электроэнергию из России.


3. Трубопроводы

Основу бюджета Грузии, те доходы, на которые может уверенно рассчитывать Минфин страны, составляют поступления от трубопроводов, прежде всего, от нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан (БТД). В настоящее время в Грузии действуют четыре крупные трубопроводные системы: нефтепроводы БТД и Баку — Супса, а также магистральные газопроводы Баку — Тбилиси — Эрзурум и Северо-Южный газопровод, принадлежащий России, по которому российский газ поступает в Армению.

Объективно Грузия заинтересована стать экономическим мостом между государствами Центральной Азии, Кавказа и объединенной Европы. Но без лояльности России, без участия в единой системе и структурах с Россией, которые, пусть и формально, но обеспечивают некоторые обязательные правовые рамки для транснациональных транспортно-коммуникационных проектов, Грузия обречена на постепенное превращение в страну с аграрно-транзитной экономикой.

«Большая каспийская нефть» по трубопроводу БТД, пошедшая через Грузию, сыграла решающую роль в формировании бюджета страны, главным образом, в силу устойчивости платежей. Возникла возможность хотя бы среднесрочного бюджетного планирования вместо горького для любого финансиста «затыкания дыр». Не случайно грузинское руководство целенаправленно решало все возникающие проблемы с экологами, производителями Боржоми, виноградарями, бастующими строителями, крестьянами, недовольными тем, что трубопровод нарушает ирригационную систему, во имя крупнейшего проекта, от которого без преувеличения зависит будущее Грузии.

Общая протяженность трубопровода БТД составляет 1 тыс. 768 км, из которых 443 км пролегает в Азербайджане, 249 км — в Грузии, 1 тыс. 76 км — в Турции. Строительство трубопровода началось в апреле 2003г., а его заполнение нефтью — 18 мая 2005г. Строительство трубопровода обошлось в 4 млрд. долл. без учета косвенных расходов и кумулятивного эффекта мультипликаторов. Его строительство буквально вдохнуло новую жизнь в стагнирующую экономику Грузии

Управляет БТД через свою дочернюю компанию BP-Georgia ее крупнейший акционер, владеющий 30% акций — британская компания ВР-Amoco (бывшая «Бритиш Петролеум», поглотившая Amoco — American Oil Company) с мощным американским лобби. Принято считать, что она контролируется кругами, близкими к британской королевской семье или «акционерами бывшей британской Ост-индской компании». Не случайно ранее она называлась Англо-Иранская, а до того — Англо-Персидская нефтяная компания. После объединения с Амосо, ВР стала влиятельным игроком и в США, где она пользуется поддержкой государства, и оказывает, в свою очередь, поддержку этому государству, в том числе и через влияние на политику Великобритании.

Весной 2008 года БТД прокачивал 875 тысяч баррелей нефти в день (а её проектная мощность составляет 1,2 миллиона баррелей в день (50 млн. тонн нефти в год). К 2012-2013 годам, по сообщениям ВР, пропускная способность трубопровода может достигнуть 1,6 миллиона баррелей. Азербайджанской нефти не хватает на заполнение трубы, расчет строится на привлечение казахстанской нефти. В принципе Парламент Казахстана одобрил законопроект о ратификации договора с Азербайджаном о поддержке и содействии транспортировке нефти из Казахстана через Каспийское море и территорию Азербайджана на международные рынки посредством БТД. Одновременно заканчивается разработка проекта Казахстанской каспийской системы транспортировки (ККТС), которая будет предназначена для экспорта казахской нефти, прежде всего с месторождений «Тенгиз» и «Кашган» на международные рынки по маршруту Актау-Баку-Тбилиси-Джейхан через Каспийское море. По планам ВР, на первом этапе ККСТ должна обеспечить перекачку 25 миллионов тонн нефти в год. Далее эта цифра может возрасти в два раза. Проект планируется реализовать, самое ранее, к 2011 году.

Однако пока БТД работает на малую часть своей мощности. Телевизионный обозреватель Филипп Леонтьев так излагал распространенную среди азербайджанских нефтяников версию: «для чего строился нефтепровод Баку — Тбилиси — Джейхан? Экономически он нецелесообразен. Если там не пойдёт глобальная нефть из Казахстана и из Восточной Сибири, он неокупаем. Но [один из наиболее информированных азербайджанских нефтяников] говорит следующее: « [в Ираке] есть нефть, которую можно бесконтрольно забирать, захватив месторождения Ирака, она там почти бесплатная, очень низкие цены. Реализуется следующая схема: основным фактором всей истории является компания BP, за которой стоят США. Бесплатная нефть заливается на танкеры, при этом по накладным она якобы идёт из Баку-Тбилиси-Джейхан».

Эту же мысль подтверждал глава азербайджанского Центра нефтяных исследований Ильхам Шабан. Анализируя ситуацию с заявлениями ВР о проведении работ по изучению возможностей по расширению нефтепровода до 1,2 миллиона баррелей, он отмечал: «они должны были провести маркетинг, выявить несколько компаний и при необходимости быть готовыми к заключению соглашений. Если в конце текущего месяца начнется добыча с месторождения «Гюнешли», то, в лучшем случае только в конце этого года, в четвертом квартале ожидается, что уровень добычи может достигнуть 1 миллиона баррелей. Таким образом, на текущий год, можно сказать, нет никакой необходимости в увеличении пропускных способностей».

Пропускная способность нефтепровода Баку — Супса, которым также управляет ВР, составляет от 10 до 15 миллионов тонн нефти в год. (ВР обсуждает возможность его расширения до 27 миллионов тонн, но чем она планирует его заполнять?).

Таким образом, Грузия стала крупнейшим по региональным меркам транзитером энергоносителей. Европейские страны, озабоченные проблемой энергетической безопасности, Турция и США планомерно поддерживают строительство транспортного коридора по территории Грузии.

За уже осуществленными проектами БТД, газопровода Баку-Тбилиси-Эрзрум начались работы по проекту железной дороги Карс-Тбилиси-Баку. Тем самым создается механизм обеспечения готовой сервисной системы на случай успеха переговоров с Казахстаном и странами Средней Азии по транспортировке углеводородов по маршруту Восток-Запад, минуя Россию. Пока эти проекты сдерживаются высокими транспортными тарифами по территории Грузии. Возникает замкнутый круг — тарифы определяются издержками, издержки зависят от объема поставок, но поставки не растут, пока тарифы высоки.


4. Что такое ВР-Амосо?

В 1901 году персидский шах Моззафар ад-Дин Шах Каджар предоставил британскому финансисту Уильяму Ноксу д'Арси за 10 тысяч фунтов стерлингов 60-летнюю концессию на добычу нефти на территории в 480 тысяч квадратных миль. Через три года д'Арси продал права за 100 тысяч фунтов Бирманской нефтяной компании, которая учредила в 1909 году Англо-персидскую нефтяную компанию, назначив д'Арси директором. В 1911 году нефтяные вышки соединили нефтепроводом с перерабатывающим заводом в Абадане. В 1914 году по предложению Первого лорда Адмиралтейства (военно-морского Министра) Уинстона Черчилля Правительство Британии национализировало компанию под предлогом обеспечения бесперебойных поставок топлива британскому флоту. В 1954 году компанию переименовали в Бритиш Петролеум, а в 1998 после поглощения Амосо она стала называться BP-Amoco.

ВР ведёт добычу нефти и газа во многих странах, как на суше, так и на шельфе. Она владеет крупными нефтеперерабатывающими и нефтехимическими мощностями, сетью АЗС, выпускает масла под маркой Castrol. BP принадлежат доли в 10 газопроводах и пяти регазификационных терминалах в Северном море. Кроме того, компания владеет 47%-ной долей в газопроводе на Аляске, а также несколько приёмных терминалов для сжиженного природного газа в Мексиканском заливе.

Россия для ВР представляла собой примерно половину всей добычи и запасов углеводородов. В России ВР является совладельцем одной из крупнейших в России нефтяной компании ТНК-BP (50%, другие 50% принадлежат консорциуму в составе «Альфа-групп», Access Industries и «Реновы»). Кроме того, ВР является оператором ряда нефтяных проектов в Казахстане.

Россия не рассматривает расширение Каспийской трубопроводной системы КТК, по которой казахстанская нефть поступала в магистральные экспортные трубопроводы России, как приоритетную задачу. В конце мая 2008 года акционеры КТК, во многом из-за позиции России, так и не смогли согласовать условия расширения системы и перенесли начало проекта на год. По планам России расширение КТК с 28 до 67 миллионов тонн нефти в год произойдет к 2012 году.

В этой связи каспийские маршруты транспортировки нефти через Кавказ становились для нефтедобывающих компаний, работающих в этом регионе, все более предпочтительными. Решающую, организующую роль среди западных компаний стала играть ВР.

Но для Казахстана крайне важна лояльность России. КТК не сможет заменить российские мощности для экспорта, только дать возможность для ограничения монопольных возможностей Транснефти. В приватных беседах казахстанские нефтяные боссы признавались, что для них вариант транспортировки до портов Черного моря — Новороссийска и Супсы даже желательнее, чем использование и развитие маршрута Баку — Тбилиси — Джейхан на Средиземном море. Кроме того, при поддержке России казахстанская нефтяная компания «КазМунайГаз» смогла приобрести 75% акций румынской компании Rompetrol, владеющей нефтепроводами, рядом НПЗ и широкой сетью АЗС в Румынии. Казахстану стало желательнее доставлять свою нефть в Черноморский бассейн, чем в Средиземноморский, в том числе через принадлежащий национальной нефтяной компании Азербайджана (ГНКАР) терминал в грузинском порту Кулеви.

Для бывшего руководителя ВР лорда Джона Брауна Россия была приоритетным рынком. Он чувствовал себя в России уверенно, планировал работать и дальше. Однако весной 2007 года после сексуального скандала, в раздувании которого многие подозревали владельцев основного конкурента ВР — англо-голландской компании Шелл, он был вынужден уйти в отставку.


5. Изменение отношений ВР и России

Неправильно было бы считать, что США или Великобритания выступают как цельный, имеющий общую позицию, актор на постсоветском пространстве. США имеет тысячи самых разных интересов в Грузии, России, Азербайджане, Казахстане, на Украине или в Белоруссии. Например, коммерческие интересы «Шеврон» отличаются от интересов Кока-колы или Макдональдса, и так далее. Анализ политики США или Великобритании без понимания того, что на неё влияет огромное количество разных разнонаправленных действий, невозможен. Придется считать, что политику США формируют шизофреники, а это не так. Просто у США или Великобритании нет одного-единственного национального интереса.

Однако доминирующее влияние на политику держав оказывают интересы, представленные в секторах, производящих дифференциальную ренту, то есть нефтяных или горнодобывающих компаний, именно потому, что они приносят добавочный доход. Для Великобритании такими компаниями являются ВР, Шелл, Рио-Тинто, Англо-Американ и другие.

После практически одновременной смены руководителя ВР и премьера Великобритании наступил период резкого ухудшения отношений между ВР с одной стороны, и ТНК, Роснефтью и Газпромом, которых поддержало и руководство России, с другой стороны. Перспективы компании в России и так были не слишком радужными. Во-первых, основной объем добычи компании велся на старых месторождениях в Западной Сибири и Поволжье, а запустить новые масштабные проекты не удавалось.

В частности, одним из них могла бы стать разработка Ковыктинского месторождения с запасами газа в 1,9 трлн. кубометров газа, сырье которого предполагалось поставлять на китайский рынок. Однако ТНК-ВР не смогла договориться с Газпромом о транспортировке этого газа, и в итоге добыча на месторождении за десять лет практически не началась, что позволило Минприроды приступить к процессу отзыва лицензии.

Кроме того, начался крупный, затяжной конфликт между новым руководством ВР и российскими акционерами ТНК — консорциумом Alfa/Access/Renova (AAR). Причиной конфликта называется то, что ВР якобы препятствует зарубежной экспансии ТНК-ВР, так как намерена работать самостоятельно на мировых рынках. Руководитель Реновы Виктор Вексельберг в интервью Reuters отмечал: «Я конкретно вижу, чувствую и понимаю, что им нужен контроль. Им неинтересно развивать ТНК-ВР как независимую структуру». В связи с тем, что Президент ТНК-ВР Роберт Дадли также придерживался этого курса, консорциум AAR обвиняет его в выражении интересов лишь части акционеров, и пытается его сместить. Сам Роберт Дадли заявил «Я сохраняю намерение оставаться в руководстве компании и в дальнейшем вести ее к успеху. Все пять лет, что я на этом посту, моя роль заключалась в удержании баланса (между интересами акционеров). Я считаю, что мне удавалось удержать этот баланс, и очень важно продолжать это делать в дальнейшем».

Срок действия соглашения между акционерами ТНК-ВР о моратории на продажу своих долей истек 1 января 2008 года, и после того, как Газпром решил ускорить сделку по покупке либо прав на Ковыктинское месторождение у ТНК-ВР, либо половины самой ТНК-ВР, в англо-российской компании начался конфликт акционеров. По данным «Времени новостей», Газпрому было бы комфортнее работать с ВР, чем с AAR. Однако российских акционеров ТНК-ВР такой сценарий развития событий не устраивал. В этой связи В.Вексельберг заметил, что «некоторые западные компании определенно считают, что Россия не является демократической страной и 99% решений по конкретным секторам или активам происходят при личном участии людей наверху или тех, за кем они стоят. Это большая ошибка. ВР находилась или до сих пор находится в этом заблуждении».

Хотя Председатель Правительства РФ В.Путин, вице-премьер, председатель совета директоров «Роснефти» И.Сечин и другие официальные лица заявляли, что государство не намерено вмешиваться в конфликт, но, по сведениям «Времени новостей», высокопоставленные источники в Правительстве прямо, хотя и анонимно, выражали свое отношение к происходящему со словами «это хорошо, что акционеры наконец поругались». А глава администрации российского Президента Сергей Нарышкин, комментируя ситуацию, заявил: «BP как акционер ТНК-BP для нахождения компромисса в случае каких-то противоречий на внешних рынках должна искать решение. BP в более сложном положении, чтобы найти компромисс».

В интервью Le Monde В.Путин сообщил, что предупреждал ВР о неизбежности проблем еще в 2003 году, когда совместное предприятие с акционерами ТНК только создавалось. «Дело в том, что они несколько лет назад создали совместное предприятие с распределением пакета акций 50 на 50. Когда они это делали, а я присутствовал при подписании этих документов, я им сказал: не надо этого делать, договоритесь между собой, чтобы кто-то из вас имел контрольный пакет… нужно, чтобы был хозяин. А когда нет четко выраженного властного полномочия в такой структуре, будут проблемы. Они мне сказали: нет-нет, мы договоримся. Я говорю: ну договаривайтесь. Вот результат — у них возникают, постоянно возникают трения, кто у них там главный. Вот в этом, собственно говоря, самая главная проблема. Это коммерческие споры внутри компании».

«Время новостей» приводило слова анонимного высокопоставленного источника в Правительстве: «Самый худший вариант, который только может быть, — это продажа ТНК-ВР «Газпрому», это выгодно ВР. Мы (государство) влезать не должны, акционеры должны решить свои проблемы самостоятельно. Государство должно следить только за тем, чтобы они соблюдали закон». При этом он подчеркнул, что российские акционеры нефтяной компании никогда не собирались продавать свою долю. А причиной конфликта акционеров ТНК-ВР, по его словам, стали принципиально отличные позиции по вопросам экспансии: «Альфа» — это очень амбициозные люди, в хорошем смысле слова, абсолютно прозрачные. Они хотят делать бизнес в мировом масштабе. А BP хочет делать зарубежные проекты самостоятельно, только как BP. Но, повторяю, российские акционеры крайне амбициозны и не позволят нарушать их планы. Поэтому я думаю, что конфликт в ближайшее время будет разрешен". Однако он ошибался. Конфликт решен не был.

Серия скандалов с ТНК-ВР началась в марте с обысков в центральном офисе компании и московском офисе ВР. Они проводились в рамках уголовного дела, по которому сотрудники ФСБ РФ задержали главу проекта Британского совета «Клуб выпускников» Александра Заславского и его брата, сотрудника «ТНК-ВР Менеджмент» Илью Заславского, которым было предъявлено обвинение в промышленном шпионаже. Как заявил Дадли в начале апреля, следственные действия российских правоохранительных органов были связаны с поиском коммерческих документов государственной углеводородной компании. В конце марта ТНК-ВР заявила об отзыве из компании около полутора сотен прикомандированных к ТНК-ВР сотрудников ВР в связи с проблемами оформления их пребывания на территории России. Тогда представитель ТНК-ВР пояснял, что проблемы вызваны тем, «что статус их пребывания в России не полностью урегулирован в соответствии с нормами российского миграционного законодательства».

В апреле ТНК-ВР заявила о наличии налоговых претензий к компании за 2004-2005 годы в размере 6 миллиардов рублей. В середине мая тюменский арбитражный суд в качестве обеспечительной меры по иску ЗАО «Тетлис» запретил работу сотрудников британской ВР в ТНК-ВР. А 2 мая состоялись повторные обыски в московском офисе ТНК-ВР.

Главный финансовый директор ТНК Джеймс Оуэн заявил, что «разногласия между акционерами не позволяют ему независимо выполнять должностные обязанности главного финансового директора», и подал в отставку. Жан-Люк Вермулен, который был делегирован в совет директоров ТНК-ВР AAR в качестве независимого директора, подал в отставку, объясняя это тем, что не в силах примирить акционеров. «После разговоров, которые у меня были сегодня с некоторыми советниками, я пришел к заключению, что я ошибочно считал, что все еще могу помочь разрешить конфликт между акционерами ТНК-BP. В результате я принял решение немедленно покинуть совет директоров».

К самому главе ТНК-ВР Роберту Дадли появились претензии у прокуратуры московского ЦАО в связи с нарушением трудового и миграционного законодательств. Все это грозило г-ну Дадли штрафом и дисквалификацией. Он был вынужден покинуть Россию в атмосфере строжайшей секретности и приговорен мировым судьей к штрафу в 500 рублей. Сам Роберт Дадли заявил в распространенном после его отъезда заявлении: «Компания и я лично столкнулись с рядом беспрецедентных расследований, разбирательств, проверок и других сложностей». Дадли считает свой контракт продленным согласно Трудовому кодексу, а российские акционеры ТНК-ВР — недействительным согласно закону «Об акционерных обществах».

Председатель совета директоров ТНК-ВР Михаил Фридман вел переговоры с главой ВР Т. Хейвордом в Лондоне, однако переговоры не принесли успеха. Российские СМИ сообщали, что россияне предлагали британцам обменять свои 50 процентов в ТНК-ВР на акции в ВР, «но — как заявил М.Фридман, — при одном единственном условии, что корпоративная структура (в ТНК— ВР) будет соответствовать тем принципам, о которых мы (AAR) говорим. В противном случае это чистая продажа, а мы это сейчас не рассматриваем». Однако британцы предложения AAR не приняли. Кроме того, российские акционеры были готовы выкупить долю ВР, однако, так как ТНК-ВР обеспечивает четверть добычи нефти BP в мире, она не согласна продавать компанию. Российские совладельцы компании также не намерены продавать долю в ТНК-ВР. При этом Газпром официально подтвердил, что не намерен выкупать пакет акций AAR.


6. Что хорошо для Бритиш Петролеум, то хорошо и для Великобритании.

Фактически российское руководство перестало играть роль арбитра в конфликте крупнейших нефтяных монополий. Собственно, оно и не должно этим заниматься. Но кроме российского руководства у ВР нет иных средств переиграть своих искушенных в российских условиях корпоративных войн соперников.

ВР несомненно была вынуждена искать средства защиты своих бизнес-интересов. Председатель Совета директоров BP Питер Сазерленд заявил, что разногласия BP и российских акционеров ТНК-BP касаются контроля и, возможно, даже владения компанией. «Это просто-напросто возврат к методам корпоративного рейдерства, которые превалировали в России в 1990-х годах. Премьер Путин назвал подобную тактику пережитком 1990-х, но, к сожалению, наши партнеры продолжают ее использовать. Похоже, лидеры государства не хотят или не могут вступиться и остановить их. Это плохо для нас, плохо для компании и, конечно, очень плохо для России».

Но из доступных средств у ВР оставалось только попытаться сменить баланс сил в руководстве России. Проще всего это сделать войной. Маленькой войной на задворках Европы и Азии. Тот самоочевидный факт, что история человечества не представляет собой историю одного большого заговора, вовсе не отменяет другого самоочевидного факта: в человеческой истории постоянно происходят заговоры. Более того, всегда разумнее исходить из того, что если кто-то имеет возможность в результате заговора получить какую-то выгоду и имеет возможность этот заговор осуществить, то он этот заговор осуществит. Над этим не нужно ни смеяться, ни плакать, как говорил Спиноза, а это нужно понимать. Понимать, чтобы адекватно оценивать ситуацию и правильно действовать.

Возможность ВР идти ва-банк предоставило и политическое руководство Великобритании, напуганное возможной сменой непопулярного премьер-министра Гордона Брауна. Предыдущий премьер-министр Блэр заметил, что ему на смену идет «сильно бьющий кулак». По его словам, Гордон Браун, будучи министром финансов, «выстроил одну из сильнейших экономик в мире» и поэтому обязательно будет «великим премьер-министром». Прозвище «железный канцлер» Гордон Браун получил за упорство и жесткость в стиле работы. Эндрю Тернбилл, бывший коллега Брауна по казначейству, однажды назвал его отношение к подчиненным «циничным», а стиль управления «сталинским». Браун говорил, что приложит все усилия для того, чтобы «новый мировой порядок» пошел на пользу Великобритании: «Мы можем оказать помощь в создании и формировании этого нового мирового порядка и сформировать его таким образом, чтобы он оказался благотворным для Великобритании и британских ценностей».

Британскому премьеру нужен успех, нужна победа, которую примут как элиты, так и общественное мнение его страны. Таким успехом могла стать успешная политика по защите интересов крупнейшей компании.

Кроме того, ВР показала, что она пользуется поддержкой не только британского руководства, но и лидеров США. Министр торговли США Карлос Гутьеррес в начале августа 2008 года заявил: «Что касается ТНК-ВР, то мировому сообществу здесь хотелось бы, чтобы проблема была решена совершенно прозрачно, транспарентно, чтобы не произошло злоупотребление институтами ни при каких условиях. Если, например, понадобится судебное разбирательство, чтобы оно было справедливым и прозрачным. Это спор между компанией и акционером. Проблемы всегда случаются».

Нормальной мировой практикой являются авансовые платежи, когда крупнейшие бюджетообразующие компании, такие, какой является ВР для Азербайджана, переводят деньги в бюджет авансом, а потом идут зачеты причитающихся налогов и платежей. Война — дело очень дорогое, и вряд ли дефицитный грузинский бюджет был в состоянии оплатить эти расходы.

В принципе возможны два варианта, когда военно-политическое руководство Грузии имело бы избыточные средства для проплаты расходов на операцию в Южной Осетии — кредит и авансовые платежи в бюджет тоже кредит своего рода, но гарантированный самой своей природой). Про кредиты грузинскому Правительству никаких новостей не поступало, следовательно, можно предположить, что крупнейшие налогоплательщики провели авансовые платежи. Наиболее вероятным таким плательщиком, а, строго говоря, и единственно возможным, кроме погрязшей в долгах марганцевой компании, является ВР.

ВР была, безусловно, в состоянии провести авансовые трансферты в бюджет Грузии, достаточные для проведения крупной военной операции. Для самой ВР эти суммы непринципиальны, к тому же они так или иначе будут погашены. Ее коммерческие и стратегические интересы совпали с интересами политического руководства Грузии, которому нужно было продемонстрировать населению и в особенности политически активным беженцам из непризнанных автономий, что оно готово восстановить Грузию в границах 1991 года. Пользуясь технической и финансовой поддержкой США, Израиля, западноевропейских стран, имея денежные резервы для проведения мобилизационной, технической и транспортной подготовки, получив обстрелянные в Ираке вооруженные силы, Правительство Грузии пошло на эскалацию конфликта, поддерживаемое финансовыми ресурсами ВР.

Союз руководства Грузии, ВР, европейских и американских политических сил был вызван разными причинами. Но задача у него была одна — нанести ущерб внешнеполитическим позициям России, укрепив правящий режим в Грузии. Осетия, да и интересы грузинских беженцев мало кого интересовали всерьез. К тому же Россия, сосредоточив свои не такие большие военно-экономические и мобилизационные ресурсы на Кавказе, естественным образом теряла свои позиции в других регионах мира. Военные ресурсы конечны и ограничены. Российская армия не сможет участвовать более чем в двух локальных конфликтах одновременно, а возможности ее военно-технического сотрудничества сокращаются. Подобно Пердикке, оказавшемуся перед лицом объединившихся диадохов, Россия будет вынуждена идти на уступки.

Кроме того, произошло заметное ухудшение отношений и восточно-европейских стран: Прибалтики, Польши, Украины, выступивших в защиту Грузии. Этот факт, кстати, автоматически снизит остроту конфликтов в ЕС между Польшей и прибалтийскими республиками и «старыми членами», так как снизит возможность политического лавирования для восточноевропейских государств. Радикализация Украины также приведет ее к более тесному союзу с Западной Европой.

ВР хорошо просчитала риски. БТД на самом деле не является системообразующим трубопроводом для мировой нефтяной торговли. Он для этого недостаточно велик. Значение БТД сильно преувеличено в прессе стран СНГ. Кроме того, объекты трубопровода застрахованы, и в случае их разрушений страховщики компенсируют убытки и вновь дадут именно ВР подряд на восстановление разрушений.

Показательно, что боевые действия начались 8 августа сразу после того, как из-за взрыва 5 августа на турецком участке нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан была приостановлена прокачка нефти по этому маршруту. Из-за сокращения объемов экспорта по БТД азербайджанская нефть пошла по управляемому той же ВР трубопроводу Баку — Супса и по железной дороге Баку — Батуми. Кроме того, была возобновлена прокачка нефти по трубопроводу Баку — Новороссийск пропускная способность 5 млн тонн в год).

Важно понимать, что трубопроводы по территории Грузии имели, главным образом, стратегическую, а не конкретно-экономическую мотивацию. Но географическое положение стран не изменилось, поэтому нынешний конфликт не окажет решающего влияния на инвестиционные решения, которые в силу природы отрасли принимаются именно на основе долгосрочной стратегии, не изменившейся в результате этого конфликта.

Наконец, возможное разрушение БТД приведет к росту цен на нефть, что выгодно для ВР, как и остальных участников конфликта. Высокие цены на нефть сейчас кажутся привычными, но в марте 1999 года знаменитый журнал The Economist предсказывал на 2009 год цены в 5 долларов за баррель по причине внедрения новых технологий — нанотехнологий, которые обесценят нефть. Британские нефтяники — люди ответственные, за убытки их с должностей могут снять. Спрос на нефть в мире падает, потребление топлива в этом году было самым низким с 2004-2005 гг. А лучший способ поддержания их на высоком уровне — нестабильность в нефтедобывающих регионах.

Какие же выводы мы можем сделать? Российский нефтяной сектор и ВР как олицетворение мировых нефтяных компаний со всеми их положительными и отрицательными качествами столкнулись в грузино-осетинском конфликте. Человеческие жертвы, позволяющие говорить о геноциде, лишь инструменты в борьбе супер-монополий. Тут ничего личного — просто бизнес. Но это большой бизнес. Лес рубят — щепки летят, а щепки эти — человеческие жизни, жизни бесхвостых приматов вида хомо сапиенс сапиенс…

Тем не менее, финансово-промышленные группы характеризуются не тем, что они «не прощают обид», но тем, что они, как правило, конструктивно настроены. Верно, что они выкручивают руки партнерам по переговорам, верно, что они умеют держать удар, но верно и то, что с ними можно вести дела и договариваться. А результат конфликта между российскими и западными нефтяными компаниями будет обусловлен во многом внешними факторами — например, мировыми ценами на углеводородное сырье.

_____________________________________

http://www.rus-obr.ru/idea/493


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире