mediazona

МедиаЗона

10 августа 2018

F
Братья Птицыны создали «А.У.Е» еще в 2011 году. «В тот момент нам с братом особо нечем было заняться, была, так сказать, пустая ниша, не было таких пабликов, — на условиях анонимности рассказывал «Открытой России» Даниил Птицын. — Мы администрируем ее с братом, хотя сами отношение к криминальному миру имеем очень условное: ну, есть знакомые, друзья, которые прямо связаны с местами лишения свободы — но мы сами не сидели, не имели судимость и не привлекались».

С популярностью подобных сообществ в соцсетях растет и озабоченность властей романтизацией криминальной жизни. В разных регионах России суды начинают по требованию прокуратуры закрывать «воровские» паблики — «А.У.Е» в апреле 2017 года запретил Центральный районный суд Читы.



«Какое-то время, месяц или два, еще можно было группой пользоваться. Но рекламу распространять в ней нельзя было. Просто опубликовывали какие-то картинки, — рассказывает Нина. — Муж максимум в месяц одни четки продавал за 1,5 тысячи рублей. Блокировка меня насторожила, а его — не знаю. Он мне ничего не говорил об этом, может, скрывал, чтобы не тревожить меня».

В начале 2018 года она забеременела и вышла замуж за Никиту, а в апреле молодой человек подписал с Минобороны новый контракт на три года. Впрочем, после отслужить ему оставалось всего месяц — 15 мая он уволился «по собственному желанию», но, как говорит Птицына, по настойчивой рекомендации руководства.

Дело в том, что военным прислали картинку со страницы Никиты во «ВКонтакте», где тот неосторожно опубликовал фото доски для игры в нарды, на одной стороне которой была изображена свастика, а на другой — серп и молот. Получалось, что один игрок выступает «за фашистов», а его соперник — «за Советский Союз». Нина говорит, что доску ее мужу кто-то подарил еще в 2017 году, позже супруги передарили ее своим знакомым.

Никиту вызвали к командиру и предложили уволиться из армии. Птицын решил устроиться на работу водителем-экспедитором, а в дальнейшем — попробовать вернуться на службу, но через две недели после увольнения, ранним утром 30 мая, на квартиру к молодым супругам пришли сотрудники ФСБ с понятыми, всего человек десять.

Мужа, вспоминает Птицына, заковали в наручники, к женщине, находившейся на пятом месяце беременности, силу применять не стали — дали почитать документы, из которых она узнала, что они с Никитой теперь фигуранты уголовного дела о призывах к экстремизму через интернет (часть 2 статьи 280 УК) и об экстремистском сообществе (статья 282.1). Его обвиняют по первой части — в создании сообщества, ее — по второй, в участии. Артем Зуев тоже проходит по делу, но по какой именно статье ему предъявлено обвинение, Нина не знает. Жена Зуева и его брат не стали говорить с «Медиазоной».

Дима Швец

Читать полную версию
Источник — «Медиазона»

Осужденный на 20 лет заключения по делу «крымских террористов» режиссер Олег Сенцов объявил бессрочную голодовку — он требует освобождения всех украинских полизаключенных в России. Об этом «Медиазоне» рассказал адвокат Дмитрий Динзе, посетивший Сенцова в колонии «Белый медведь» в Ямало-Ненецком автономном округе.

«Я, Сенцов Олег, гражданин Украины, незаконно осужденный российским судом и находящийся в колонии города Лабытнанги, объявляю бессрочную голодовку с 14 мая 2018 года. Единственным условием ее прекращения является освобождение всех украинских политзаключенных, находящихся на территории РФ», — написал Сенцов в записке, которую он передал через адвоката.

В конце текста Сенцов приписал по-украински: «Вместе и до конца. Слава Украине!».


Записка Олега Сенцова из ИК колонии «Белый медведь» в Ямало-Ненецком автономном округе

По словам адвоката Дмитрия Динзе, его подзащитный готовился к проведению голодовки около полутора месяцев. «Он отказался от продуктовых передач, от магазина в колонии, перешел на баланду и ел минимальное количество еды, готовя организм к голодовке, которую объявил после подготовки». Сенцов написал заявление о голодовке на имя начальника колонии, где указал в качестве требования для ее прекращения освобождение 64 украинских политзаключенных. Сенцов не назвал имен, по словам адвоката требование не относится к нему лично.

«В колонии его уговаривали прекратить голодовку, приезжали представители Совета по правам человека при ФСИН. Он заявил в ответ, что голодовка будет идти до победного конца: либо он погибнет, либо его требования начнут исполняться. О собственном освобождении он не требовал. Речь идет исключительно об освобождении политзаключенных», — говорит адвокат.

После начала голодовки Сенцова перевели в изолированную камеру, где состояние его здоровья контролирует медик; сейчас оно стабильное. Адвокат отметил, что каких-либо требований или претензий непосредственно к колонии «Белый медведь» Сенцов не предъявляет.

Адвокат Динзе предупредил, что сотрудники ФСИН зачастую прибегают к противодействию голодовкам заключенных путем направления их на психолого-психиатрическую экспертизу: там их признают невменяемыми, чтобы применять меры насильственного медикаментозного лечения и кормления. При этом в материалах дела Сенцова уже есть результаты психолого-психиатрической экспертизы, которая признала режиссера полностью вменяемым.

В августе 2015 года Северо-Кавказский окружной военный суд признал режиссера Олега Сенцова и анархиста Александра Кольченко виновными по делу о создании террористического сообщества, совершении и планировании терактов. По версии следствия, в 2014 году Сенцов создал «террористическое сообщество» (часть 1 статьи 205.4 УК), участники которого подожгли дверь «Русской общины Крыма» и окна отделения «Единой России» (пункт «а» части 2 статьи 205 УК), а также готовили подрывы памятника Ленину и Вечного огня (часть 1 статьи 30, пункт «а» части 2 статьи 205 УК). Также им предъявили обвинение в незаконном обороте оружия и взрывчатки в составе группы (часть 3 статьи 222 УК). Сенцов получил 20 лет колонии строгого режима, Кольченко — 10 лет колонии. Оба отрицали свою вину.

По тому же делу на 7 лет заключения были осуждены еще двое жителей Крыма — Алексей Чирний и Геннадий Афанасьев. Летом 2016 года Афанасьева и другого осужденного в России украинца Юрия Солошенко обменяли на двух журналистов из Одессы; в апреле этого года Солошенко скончался.

Верховный суд оставил приговор Сенцову без изменений, а затем отказался его пересматривать. В марте 2016 года Сенцова этапировали в колонию в Якутии, а в 2017 году перевезли оттуда в Лабытнанги.

Украинские власти в декабре 2017 года объявили, что готовы выдать России заключенных граждан только в обмен на Сенцова и Кольченко.

Источник — «Медиазона»

Оригинал

Процесс по делу о покушении на заместителя главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» Татьяну Фельгенгауэр подходит к концу. Сегодня в Пресненском районном суде Москвы должен выступить последний свидетель обвинения, после чего инициатива перейдет к защите напавшего на журналистку Бориса Грица.

18:18

На этом судья объявляет процесс закрытым. Приговор Грицу вынесут завтра в 9:15 утра.

18:17

Борис Гриц выступает с последним словом:

«Знаете, я как человек невменяемый могу апеллировать к реальности телепатии, и в нескольких словах расскажу историю, которая так закончилась.

Это началось в 2012 году, когда я вел блог. Я обладаю способностями к телепатии, и она поддерживала со мной контакт, реагировала на мои посты. Продолжалось это до лета 2017 года, до июля. Носило спокойный характер.

С июля 2017 года эти отношения приобрели романтический характер. Татьяна стала меня сексуально насиловать, было это три месяца до середины отктября. Я пытался Татьяну остановить самыми разными способами — писал ей в фейсбуке, писал в своем блоге, обращался к ее коллегам, к Венедиктову и к ее приемному отцу Павлу Фельгенгауэру.

Я пытался найти адрес Татьяны, чтобы встретиться с ней поговорить, адрес не нашел. Подъехал один раз к редакции «Эха», чтобы ее навестить, но ее кто-то предупредил, и она вызвала друзей.

23 октября я почувстововал, что я должен это каким-то образом прекратить. Я должен был сделать Татьяне больно, встретиться с ней и показать, что зло порождает зло. Но, как я говорил, убивать я ее не хотел, хотел ранить. В связи с этим я думаю, что мое дело соответствует не 105-ой через тридцатку, я просил бы суд переквалифицироватть на статью 111. Я сожалею о том, что произошло, но объяснил причину».

18:10

Прокурор Юрзицкий обращает внимание суда на то, что Гриц «в пику защитникам» признал, что нож у него был, и что ножом он наносил удар.

— Кроме того, он сам рассказал, что работал в вооруженной охране 20 лет, и это свидетельствует не в его пользу», — говорит прокурор.

Он говорит, что на курсах охранников умения отрабатываются «до автоматизма» и это косвенно доказывает то, что Гриц знал, куда бить, так что его действия квалифицированы верно.

18:07

Выступает Борис Гриц.

Он начинает с того, что у него не было умысла убивать Татьяну Фельгенгауэр. «Я 20 лет жил в Израиле и работал в вооруженной охране. Я знаю, как обращаться с ножом, и если бы я хотел убить, я ее убил», — уверяет Гриц.

Как и адвокаты, он вспоминает показания охранника «Эха Москвы», который видел, как он заносил руку над журналисткой. «То есть, опять же, если бы я хотел ее убить, я бы убил, у меня было время», — настаивает подсудимый.

Гриц говорит «адвокату госпожи Шадриной» (то есть Сергею Бадамшину), что если человека хотят убить, то ищут не яремную вену, а перерезают глотку. «Я нанес удар, она попыталась встать, и отсюда резаный характер удара. Я наносил колющий, — говорит Гриц. — Я хотел сделать ей больно, остановить ее действия».

18:01

Второй защитник Грица Игорь Зубер солидарен со своим коллегой — доказательств в уголовном деле недостаточно для того, чтобы оно дошло до суда. Но, продолжает адвокат, он понимает все про судебно-уголовную систему России и поэтому будет говорить о неверной квалификации действий Грица по статье о покушении на убийство.

Зубер начинает читать письменное ходатайство о переквалификации дела. Он ссылается на постановление пленума Верховного суда по делам об убийствах, в котором сказано, что такое обвинение может быть предъявлено только при наличии у подсудимого прямого умысла.

Гриц же, говорит Зубер, не мог иметь прямого умысла из-за своей болезни.

Адвокат продолжает доказывать свой тезис: согласно выводам экспертизы, Гриц не осознавал своих действий своих действий, не мог руководить ими. «То есть в действиях Грица нет важных признаков умышленного преступления», — настаивает он.

«Ввиду отсутствия возможности установления умысла следствие должно было руководствоваться презумпцией невиновности и квалифицировать действия Грица только по наступившим последствиям, а именно по статье о тяжком вреде здоровью», — уверен Зубер.

Он просит квалифицировать действияГрица по части 1 статьи 111 УК.

Адвокат говорит, что никакого строгого надзора за Борисом Грицом не нужно. «Если вы сочтете возможным, уголовное преследование прекратить, мы вскрыли все белые пятна», — говорит Зубер. Он замечает, что защита будет добиваться передачи Грица Израилю. На этом у него все.

17:52

Слово переходит к защитникам, первым выступает адвокат Валентин Рыбицкий.

«Я удивляюсь, как с такой доказательной базой дело дошло до суда», — говорит он.

Адвокат утверждает, что ни один из свидетелей не видел ножа у Грица. Он вспоминает показания охранника Усачева и приходит к выводу, что тот пропустил нападавшего «в нарушение всех инструкций, и затем решил выглядеть героем» — и рассказал, что выбил нож.

Отпечатков пальцев Грица на ноже и газовом баллончике нет, говорит адвокат. При этом из оглашенных ранее прокурором материалов дела следовало, что Гриц держал их рукой, на которую был надет полиэтиленовый пакетик.

17:47

Вслед за ним выступает адвокат Сергей Бадамшин, представляющий интересы потерпевшей журналистки.

«Я не буду повторять того, что уже говорил мой коллега. Я считаю, что степень квалификации [действий Грица] дана верно. Гриц шел убивать Шадрину — он не сделал ни одного лишнего шага», — начинает Бадамшин.

Он пересказывает путь Грица от дверей здания на Арбате до гостевой комнаты «Эха Москвы», а также характер травм, которые она получила. «То, что она осталась в живых, — это, на самом деле, провидение. Видимо, она для чего-то еще здесь нужна», — замечает Бадамшин.

Он напоминает, что Фельгенгауэр не могла совершить ничего, что возмутило бы Грица и заставило его нанести потерпевшей боль или какие-то увечья.



«Единственный мотив, таким образом — болезненное состояние Грица, от которого он мучительно старался избавиться, и в котором ему никто не помогал — даже родственники», — адвокат согласен с прокурорм и тоже просит направить Грица на принудительное лечение.

17:40

Прокурор утверждает, что умысел Грица состоял именно в том, чтобы убить Шадрину — это доказывает принесенное оружие, а также сами его действия.

«В ходе следствия была проведена экспертиза, выводы ее здесь оглашены», — говорит прокурор.

Он читает краткую выдержку из документа о том, что Грица, согласно заключению экспертов, необходимо отправить на принудительное лечение.

«С учетом всех данных и всего того, что исследовано в ходе заседания, действий Грица и лиц, которые были свидетелями произошедшего — Шараповой, самой Шадриной, показаний охранников, я прошу Грица признать лицом, совершившим общественно-опасное деяние и прошу направить его на принудительное лечение», — завершает гособвинитель свое выступление.

17:37

Стороны возвращаются в зал. Первым слово в прениях берет гособвинитель Климент Юрзицкий:

«Мы заслушали уголовное дело, по которому Гриц Борис Юрьевич совершил общественно опасное деяние, предусмотренное статьей о покушении на убийство. Уверен, что вина Грица нашла полное подтверждение в ходе судебного заседания. В частности, показания охранников, которые рассказали, что Гриц вошел в здание, нарушив пропускной режим. Все действия Грица свидетельствовали о том, что он шел на «Эхо Москвы» и искал именно Шадрину», — начинает прокурор. Шадрина — паспортная фамилия Татьяны Фельгенгауэр.

Заложив руки за спину, прокурор продолжает: «Гриц уверенно миновал пост охранников, затем целенаправленно подошел к потерпевшей, полуобнял ее и стал наносить удары ножом в шею. Первые два удара были нанесены справа и слева — то есть, он метил и попал в яремную вену. Как правило, такие ранения приводят к смерти, но здесь благодаря и сопротивлению Шадриной, и своевременно оказанной помощи, она выжила». 17:01

Уведомления, справки, выписки — на этом материалы дела заканчиваются.

У защитников Грица нет дополнений. Стороны готовы перейти к прениям.

Судья уточняет:

— Может быть, у Бориса Юрьевича есть, что добавить?

Тот говорит, что все уже сказал следователю.

Судья объясняет Грицу: его показания не изучались, и поэтому не могут быть учтены. Гриц советуется с адвокатами и говорит, что ему нечего сказать.

Суд объявляет 30-минутный перерыв для подготовки сторон к прениям.

16:49

Справки, выписки, уведомления, сканы документов, ходатайства о продлении срока содержания под стражей, судебные решения, запрос в Израиль о получении правовой помощи (Гриц гражданин Израиля)... Прокурор подходил к концу пятого тома уголовного дела. 16:43

Кроме того, прокурор коротко обозревает психиатрическую экспертизу самого Грица, у которого врачи обнаружили параноидальную шизофрению. Гособвинитель несколько раз запинается на медицинских терминах. Экспертиза пришла к выводу, что Гриц не мог осознавать свои действия.



16:36

Наконец, прокурор Юрзицкий добирается до анализа содержимого тетради Грица, которая была обнаружена при нем в день нападения. Фиолетовыми чернилами на листах тетради были написаны несколько бессвязных слов на английском — «ad use ad quad», а затем еще «quad quad».

Затем прокурор зачитывает ДНК-анализ «пятен бурого цвета», обнаруженных на одежде Грица и на его ноже — большей частью это оказалась кровь журналистки Фельгенгауэр, однако среди пятен есть и мужская кровь, чьи образцы на анализ не представлялись. Возможно, это кровь охранника, который порезался, отнимая нож у Грица.

16:28

Прокурор доходит до четвертого тома дела, который начинается с постановления о назначении экспертизы ранений Фельгенгауэр, которые были нанесены потерпевшей. Прокурор перечисляет медицинские термины о ранениях, а также выводы о том, что они причинили тяжкий вред здоровью. Еще несколько порезов — на губе и на ладони — врачи квалифицировали как легкий вред здоровью. 16:18

Прокурор продолжает зачитывать всевозможные протоколы, среди них — протокол осмотра ножа «с пятнами бурого цвета». Длина его лезвия — 215 мм, по характеристикам — нож бытового назначения, складной.

Затем протоколы осмотров, в этот раз — смартфона и USB-накопителя, которые нашли у Грица дома. С телефона, говорит прокурор, сняли скриншоты сообщений, которые Гриц направлял Фельгенгауэр через СМС и на электронную почту. Среди обнаруженных на ноутбуке Грица файлов были фотографии Фельгенгауэр, а также «оглавление какой-то книги».

16:08

Прокурор переходит ко второму тому дела: ордера адвокатов, запрос к руководителю радиостанции «Эха Москвы» с просьбой предоставить список сотрудников, снова ордер, опять протокол осмотра предметов.

Влед за этим Юрзицкий зачитывает распечатку покадрового анализа записи камер видеонаблюдения на «Эхе Москвы». Они запечатлели, как Гриц брызнул охраннику в лицо из баллончика, а затем пробежал под турникетом внутрь здания.

16:00

Прокурор Юрзицкий все же кратко перечисляет, что было найдено в гостевой комнате «Эха Москвы»: там обнаружили нож складной, газовый баллончик, следы бурого вещества, отпечатки пальцев.

Зал наполняется запахом сварки, дышать трудно, прокурор Юрзицкий закрывает окно.

15:54

Стороны переходят к изучению письменных материалов дела. Прокурор открывает увесистую папку и начинает перечислять документы: постановление о возбуждении дела, состав следственной группы, постановление об изъятии дела из районного СК и его передаче ГСУ СК по Москве, состав второй следственной группы, постановления о продлении срока предварительного следствия и тому подобные бумаги.

Юрдзицкий продолжает: рапорт об обнаружении признаков преступления, медицинская справка, которую выдали Фельгенгауэра, документы, подтверждающие, что она работала в «Эхе Москвы», протокол осмотра места происшествия.

«Если надо, могу зачитать весь протокол», — предлагает Юрдзицкий

Стороны мгновенно отказываются.

15:48

Адвокат Сергей Бадамшин задает уточняющие вопросы — что почувствовал охранник в момент, когда ему прыснули из баллона в лицо («ничего, кроме боли») и повлияло ли как-то нападение на его зрение («есть вроде чувство, что стал хуже видеть»).

Гриц говорит: он сожалеет, что ему пришлось повредить здоровье Спивакова.

— У меня ребенку три года. А если бы я зрения лишился, кто бы его кормил?! — возмущается свидетель.

— От такого зрения не лишаются.

— На себе испытали бы!

Вопросов больше ни у кого нет, свидетеля отпускают.

15:47

Прокурор Климент Юрзицкий просит свидетеля рассказать о своей работе.

Охранник начинает перечислять: в его обязанности входят контрольно-пропускной режим, внос и вынос имущества, ну или «на всякий случай нас вызывают, если что-то происходит».

Юрдзицкий задает неизменный вопрос о пропускном режиме в здании, где располагается «Эхо Москвы». Свидетель Сиваков рассказывает ровно то же самое, что и другие свидетели.

Прокурор просит его рассказать о том, что произошло в день нападения. Свидетель не может вспомнить дату; говорит, что это произошло «после обеда».

— Месяц не можете вспомнить? Ну хотя бы сезон — лето, осень, зима?

— Ну… ну холодно было.

— Сегодня утром тоже было холодно, — язвит прокурор.

Свидетель продолжает рассказ: в день нападения к нему на пропускной подошел человек, что-то прошептал и подал листочек. «Подумал, что с речью что-то. Смотрю на листочек — там какие-то квадратики. Только хотел спросить, поднимаю глаза — получаю струей неизвестного вещества в глаза».

После этого Гриц смог пробраться внутрь здания; Сиваков сказал своему коллеге, что неизвестный проник в здание, и чтобы блокировали двери.

15:38

В зал заходит судья Елена Абрамова.

Сегодня как свидетель пришел второй охранник «Эха Москвы» Сергей Сиваков, чей коллега был допрошен на прошлом заседании. Сиваков — крепкий высокий мужчина в синей кофте и с короткой стрижкой.

15:36

Прокурор окидывает взглядом слушателей в зале: «Что-то совсем мало народу пришло».

Стороны приходят к выводу, что все журналисты сегодня на судах у Малобродского и Белых.

15:24

Грица проводят в зал суда — на нем черные тренировочные штаны и болотного цвета пуловер с вышивкой на спине, под пуловером рубашка.

15:24

На прошлом заседании выступила пострадавшая журналистка Татьяна Фельгенгауэр. «Удар был нанесен слева, я почувствовала, как мне перерезают горло. Это не столько удар, сколько большой порез», — вспоминала журналистка.

«Странно и нервно. Хорошо, что довольно быстро закончились вопросы. Я очень старалась отвечать серьезно. Хотя на нервах, конечно, лезли идиотские шутки. Но я держалась», — позже делилась она впечатлениями от допроса.

Свидетель Александра Артемьева, которая в день покушения была стажером в группе референтов радиостанции, рассказала в суде, что вошедшего в комнату Грица она сначала приняла за знакомого Фельгенгауэр. «Я увидела, что у него что-то в руках, я подумала, что это нож, потому что Татьяна кричала. Потом потекла кровь, поднялся шум», — говорила Артемьева. Когда охранники задержали нападавшего, она вызвала полицию и скорую, а потом отмывала пол от крови.

Вслед за ней суд допросил охранника «Эха Москвы» Александра Усачева. «Я пошел в гостевую комнату, и, подходя, услышал сложный гортанный звук — сложно объяснить, в природе, наверное, такие звуки встречаются. Я увидел, как Татьяна сидит на корточках, двумя руками держит шею, над ней этот гражданин. Я обратил внимание сразу на его руку, в которой был нож», — описывал он нападение. Он смог выбить нож из рук Грица и вместе с подоспевшим вторым охранником задержал его, надев наручники.

Оригинал

Читать полностью на Медиазоне

11:29

Бюрчиеву интересует, сколько раз Немцов говорил о Charlie Hebdo. Венедиктов вспоминает, что на его радиостанции он говорил об этом только один раз. На вопрос адвоката о даче Немцова свидетель говорит, что не знает о ней.

Адвокат Магомед Хадисов спрашивает, как Немцову поступали угрозы, из каких регионов. Как поясняет Венедиктов, «Немцов не говорил, какие именно поступают угрозы, он считал публичное выступления Кадырова угрозами».

По просьбе Цакаева свидетель перечисляет других политиков, высказавшихся по ситуации с французским журналом: глава МИД Сергей Лавров, президент Владимир Путин. «Путин даже высказался жестче», — отмечает Венедиктов.

На этом допрос Венедиктова закончен. Судья отказывает в его допросе в присутствии присяжных. При этом прокуроры не возражали против допроса. Выступала против — адвокат Бюрчиева.

«Все равно большое спасибо вам, что пришли», — благодарит судья Венедиктова. Тот уходит.

11:25

Второй защитник Дадаева Марк Каверзин спрашивает, какие камеры установлены на Большом Москворецком мосту.

— Мы с вами помним, что после убийства оказалось, что половина камер в Москве — это муляж. Сергей Собянин даже собирался этот вопрос расследовать, — отвечает Венедиктов. Как он отмечает, его журналисты пытались разобраться в этом вопросе, но есть проблема: невозможно узнать их «юрисдикцию», они могут принадлежать какому угодно ведомству.

— Могу только сказать, что камер «Эха Москвы» там нет, —добавляет Венедиктов.

— Жалко.

11:23

Адвокат Эскерханова Анна Бюрчиева интересуется, был ли на сайте «Эха Москвы» опрос о Charlie Hebdo и как именно он звучал. Венедиктов вспоминает, что вопрос звучал примерно так: «Считаете ли вы правильным публиковать карикатуры на святых и пророка»

Защитник Анзора Губашева Муса Хадисов спрашивает, как Немцов относился к мусульманам. По словам свидетеля, индифферентно: «Я никогда от него не слышал ничего оскорбительного в адрес мусульман».

Шамсудин Цакаев, защищающий Дадаева, уточняет, что именно говорил Немцов о Charlie Hebdo. Венедиктов поясняет, что политик высказывался в своем блоге на сайте радиостанции в публикации «Исламская инквизиция». Политик призывал бороться за светское государство и не оправдывать терроризм, но речь не шла о публикациях карикатур. «Сейчас мы свидетели средневековой исламской инквизиции. Пройдут века и ислам повзрослеет, а терроризм уйдет в прошлое», — писал Немцов.

— Вы считаете, что люди, которые сидят на скамье подсудимых виновны? — спрашивает Цакаев.

— Это будут решать присяжные и суд.

— Вам известно, собирался ли Немцов распространять эту карикатуру дальше, публиковать ее где-то?

— Мы об этом с ним не говорили.

11:15

Главный редактор «Эха Москвы» говорит, что ему советовали не приходить в суд из соображений безопасности, его отговаривали даже члены семьи. «Но я решил, что будет правильно прийти и рассказать присяжным обо всем этом», — объясняет Венедиктов.

11:05

Венедиктов добавляет, что угрозы участились после высказываний политика о нападении на редакцию Charlie Hebdo. Он снова сказал, что Немцову нужна охрана. Но политик сомневался, что охранники смогут его защитить.

— После убийства вам приходили угрозы? — спрашивает Прохоров.

— В моем отношении выступал бывший глава администрации Кадырова (вероятно, речь идет о высказываниях на тот момент спикера парламента Чечни Магомеда Даудова — МЗ), и мне пришлось покинуть страну. Я уехал с семьей и вернулся через несколько дней, когда, по данным источника, угроза миновала.

— Сейчас вам угрозы поступают?

— Я не знаю, что вы имеете в виду под угрозами, но, когда в Грозном проводится митинг с плакатами «долой Венедиктова», я думаю, что да, про угрозы можно говорить.

11:02

Прохоров начинает задавать вопросы Венедиктову. Тот говорит, что общался с Немцовым не реже двух раз в месяц. Последний раз они виделись за четыре-пять часов до убийства.

Венедиктов рассказывает, что в 2014 году он встречался с Немцовым, его семьей и Владимиром Гусинским в Израиле. Они ужинали, беседовали. Тогда Немцов рассказал, что не хочет возвращаться в Москву, потому что его либо посадят, либо убьют. «Мы посоветовали ему взять охрану. Это если не защитит, то затруднит», — вспоминает Венедиктов.

В Москве они несколько раз возвращались к вопросу об охране.

27 февраля 2015 года Немцов говорил, что угрозы участились. Поступали они от «кадыровцев». «Он говорил именно не чеченцы, а кадыровцы», — объясняет свидетель.

10:56

Представитель семьи Немцова Вадим Прохоров хочет допросить Алексея Венедиктова. «Он один из последних людей, кто говорил с Борисом Ефимовичем», — объясняет адвокат.

Сначала Венедиктова допросят без присяжных.

Свидетель подходит к кафедре. Он представляется: 18 декабря 1955 года рождения, главный редактор радиостанции Эхо Москвы. Судья предупреждает об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Никого из подсудимых Венедиктов не знает.

— Какие отношения с Немцовым и его семьей? — интересуется судья.

— В основном, профессиональные. Он политик — я главный редактор издания. Но они, скорее, были дружескими, он звал меня на дни рождения, а я его.

10:51

Троих подсудимых проводят по коридору. Заур Дадаев немного замедлил шаг и поздоровался с адвокатами. Темирлан Эскерханов по-прежнему на костылях.

Все участники процесса в зале кроме адвоката Эскерханова Анны Бюрчиевой, которая опаздывает.

В зал заходит судья Юрия Житников. Он что-то говорит про Бюрчиеву, но его слов почти не слышно — в зале сегодня много слушателей. Прибегает сама адвокат Бюрчиева. «Как хорошо, как приятно», — говорит она о том, что все уже собрались в зале.

10:37

В суд пришел главный редактор радиостанции «Эхо Москвы» Алексей Венедиктов. Он рассчитывает сегодня дать показания: «Я хочу напомнить, что Немцова убили, когда он вышел с нашей радиостанции, но ни одного журналиста «Эха Москвы» следователи не допросили».

Венедиктов отмечает, что Немцов рассказывал ему о поступавших угрозах. Два дня назад главред «Эха Москвы» написал в твиттере, что 27 февраля 2015 года перед эфиром с участием Бориса Немцова говорил с ним об угрозах.

Читать полностью на Медиазоне

В Донецком городском суде Ростовской области идут прения по делу украинской военнослужащей Надежды Савченко – в четверг выступают ее адвокаты. Сама Савченко должна произнести последнее слово, после чего суд удалится выносить приговор.

Савченко возмущена, она кричит, что объявляет сухую голодовку.

Теперь с репликой выступает прокурор Кузнецов, который утверждает, что звонки с телефона Савченко проходили через вышки мобильной связи в Луганске и в предыдущие дни, до плена.

«Вы сейчас говорите, но вы не провели ни одной экспертизы по телефонам с представителем Украины! — возражает Савченко. И вы не имеете права ничего об этом говорить. Я была в городе Счастье в бою и не была в Луганске. Это бред!»

«Вы сидите, улыбаетесь. Вам никто даже в России не верит. Вы облажались ребята по полной», — добавляет она.

В этот момент судья Степаненко неожиданно объявляет, что заседание окончено и переносит последнее слово Савченко и откладывает заседание на 9 марта 11:00.

«Теперь к статусу Савченко как депутата ПАСЕ», — продолжает Фейгин. Он говорит о том, что действует презумпция невиновности, и что Надежда Савченко не может быть лишена статуса делегата ПАСЕ. И она должан принять участие в следующей сессии организации.

«Савченко была лишена в числе прочего права на суд присяжных», — говорит адвокат.

Фейгин переходит к вопросу о мачте, с  которой Савченко якобы корректировала огонь и объясняет, почему та не могла оказаться на этой вышке. Затем он переходит к событиям 23 июня, когда Савченко, по его словам, была вывезена сепаратистами в Россию:

«Мои коллеги уже сказали, но я о мотиве. Что Плотницкий решил Савченко отпустить после совещания у Болотова. А  ведь они знали, что она наводчица. А чего тогда вы ее отпускаете? Она же  такая дерзкая, была чем-то типа командира батальона «Айдар». Она там была чем-то типа коуча, обучала людей».

«Я хочу понять мотив, а зачем Савченко пошла в Россию? — удивляется Фейгин. — Сами же пишут, что она облаадет опытом Ирака, диверсионными навыками. Ну, зарезала бы она этого Моисеева в дороге. Что ей составляло труд отвернуть голову Моисееву, пока они ехали?»

Он напоминает, что Савченко человек, который ни разу не был в России.

«Тут говорят, что она Россию не любит. А  она что, состояла в каких-то русофобских организациях? Это вообще никак не доказано», — замечает адвокат.

«Единственный вопрос, который тут может возникать, только по отношению к мирному населению. Но Россия не имеет такого права — судить за то, что кто-то воюет с мирными гражданами. Поэтому дела этого не могло быть с сугубо процессуальной точки зрения», — отмечает Фейгин.

«То, что Савченко не корректировала огонь, это очевидно. Я не вижу смылса говорить о показаниях свидетелей из батальона «Заря». Савченко попала в плен до 10:46, биллинг доказывает гораздо больше, чем тысячи свидетелей», — замечает адвокат. Он  добавляет, что у свидетелей из ЛНР была негативная «коннотация для отношения» к Савченко.

«Теперь о журналистах. Конкретно Волошин, Корнелюк и Денисов. Их гибель трагедия, я сам был на войне и это видел. Просто не повезло. Денисов здесь лично выступал, я ему задавал вопросы: у вас аккредитация была? Он говорит, не было», — продолжает защитник.

К своей речи приступает адвокат Марк Фейгин: «Мои коллеги уже достаточно сказали. Здесь есть еще ряд существенных моментов. Когда это дело начиналось, для меня было очевидно, что у России отсутствует юрисдикция, что можно судить Савченко на своей территории».

Защитник обращает внимание на то, что речь идет о вооруженном конфликте в другой стране.

«Сторона обвинения заявляла о том, что Савченко вступила в преступный сговор с целью убийства мирных граждан, — говорит адвокат. — Это предполагает прямой умысел. Это означает, что с  командиром батальона «Айдара» Савченко вступила в сговор и желала наступления этих последствий. Мы имеем проблему в том, что сторона трактует официальные действия батальона «Айдар» как преступные деяния»

Защитник приводит документы из  украинского закона о защите национальных интересов и недоумевает, почему обвинение использует такие термины как «ЛНР» и «ополчение». «Они что, являются субъектами права, на какие международные акты ссылается сторона обвинения? А она кто, Надежда Савченко? Она офицер, это ее обязанность, а не желание, защищать территориальную целостность Украины».

Фейгин рассуждает о том, что Надежда Савченко имела право участовать в конфликте, в том числе заниматься корректировкой огня как военнослужащая. «Тут прозвучало со стороны обвинения, что это территория, которая решила отделиться. Только это предполагает мирный характер, проведение референдума. А как только вы  берете оружие, вы становитесь террористами. Я могу привести примеры, как обходятся здесь с такими. Я сам был в Чечне во время войны», — говорит Фейгин.

«Похищение Савченко с территории ее  страны и трусливое преследование по обвинению в пересечении границы останется позорным пятном для нашей страны. Шитое белыми никтами дело показывает некомпетентность следствие и бросает тень на целый ряд государственных органов ради непонятно каких идеалов и целей. Можно понять луганских боевиков — они бандиты, им нечего терять», — говорит защитник.

Полозов замечает, что суду и следствию было неинтересно, чем действительно занималась Савченко на территории России. «Слово Надежды Савченко как человека честного, прямолинейного, искреннего весит значительно больше, чем слова свидетелей, следователей, прокуроров», — уверен он.

Адвокат говорит, что у суда есть возможность исправить все ошибки следствия. Он призывает суд «положить конец правовому нигилизму» и оправдать Савченко по 322 статье УК.

«Они отвезли ее в Воронеж, к следователю Медведеву. У него в руках был тот самый телефон Fly, который ей якобы  отдал Моисеев. Ее разместили в гостинице «Евро» с как минимумом двумя вооруженными бойцами ФСБ», — рассказывает Полозов.

Он пересказывает версию обвинения, согласно которой Савченко сама добровольно заселилась в «Евро» и жила там почти неделю. Адвокат напоминает показания сотрудниц гостиницы в  суде. «Они все поддерживали версию обвинения, но вышло это у них неубедительно — как врать, они не знают».

Полозов рассказывает о том, как Савченко допрашивал следователь Дмитрий Маньшин, который провел проверку ее слов на полиграфе и когда узнал, что она не врет, полностью исключил данные исследования из дела. «Маньшин также обманным путем заставил написать Савченко документы в местный ФМС, он обещал, что ей выдадут документы и  отправят на родину. Здесь сотрудник ФМС лгал, что Савченко ему лично привезла документы, хотя она не могла выйти из гостиницы «Евро». Только спустя неделю Маньшин пригласил адвоката и официально допросил Надежду Викторовну».

«В итоге он высадил Савченко у поселка Талы, по версии обвинения, там же Савченко стала ждать попутный транспорт, — продолжает защитник. — В этом месте версию обвинения надо прервать и обратиться к показаниям самой Надежды Савченко. Согласно ее  показаниям, во время удержания в военкомате батальона «Заря» о том, чтобы ее отпустить речи не шло, это подтвержают показания сестры. 23-го ее вывели из военкомата и посадили в одну из машин. С людьми, которых она раньше не видела, одного из этих мужчин она впоследствии на суде опознала. Все бы ничего, но им оказался Павел Карпов, бывший сотрудник АП, работал в управлении, которое возглавлял Владимир Юрьевич Сурков. По некоторым данным, он курирует политику на этих территориях.

Они вывезли Надежду на территорию Российской Федерации. Вывезли и передали вооруженным людям, которых Савченко не знала. Большую часть пути она провела с закрытыми глазами, всю дорогу на ней были наручники. Как она могла свободно пересечь границу? 23 числа эти вооруженные люди ее довезли до поселка Талы и  пересадили в гражданский автомобиль, где были Бобро и Руденко».

Полозов пересказывает версию обвинения, по которой машину Бобро и Руденко остановили сотрудники полиции за  непристегнутый ремень и, увидев Савченко без документов, позвонили сотрудникам ФСБ. «В версии следствия тут образуются зазоры, бы даже  сказал провалы. Луценко и Тертышников (бойцы ГАИ — МЗ) сначала говорили, что звонили напрямую в ФСБ, потом стали утверждать, что звонили в  дежурную часть». В Воронеж Савченко, по версии обвинения, вез в  одиночестве сотрудник ФСБ Алексей Почечуев.

«Что характерно, человек, выступавщший здесь в суде в качестве Почечуева в парике и темных очках, самим Почечуевым не являлся. Настоящий Почечуев действительно был на том перекрестке, но настоящий Почечуев остался в поселке Кантемировка, где брал позднее объяснения у Бобро и Руденко. И подпись Почечуева в  объясняениях существенно отличается от подписи, данной в суде. Они повезли Савченко в Воронеж. Почечуев давал на суде ложные и абсурдные показания, что он вез Савченко в Воронеж со скорость 30-40 км/ч на  автомобиле Volkswagen Touareg. Согласно показаниям Надежды Викторовны, в  Воронеж ее вез не Почечуев, а группа сотрудников ФСБ с автоматами. Один из них потом в качестве Почечуева выступал в суде».

Защитник указывает, что Мирошников якобы  сам написал письмо в Следственный комитет с желанием явиться на допрос и  прибыл на допрос за неделю до того, как следователь пригласил его. «К показниям Мирошникова никакого доверия нет, — говорит Ползов. — Его следствие пыталось представить неким добрым самаритянином, доставляющим гуманитарну помощь. Возмездно при этом, он получил 25 тысяч на  транспортные расходы, из которых 15 тысяч он потом якобы отдал Савченко. Он военный и был привлечен к операции прикрытия по похощению Надежды Викторовны Савченко».

После перерыва свое выступление в прениях начинает адвокат Николай Полозов: «Уважаемый суд, уважаемые участники процесса! Судебнеое следствие завершилось, я хочу подробно остановиться на наименее тяжком, но не менее драматичном обвинении по части 1 статьи 322 УК — о пересечении государственной границы Российской Федерации».

Адвокат говорит, что «весь объем обвинений обозначает только прикрытие всей спецоперации» по похищению Савченко.

«После того как Надежда Викторовна, исполняя свой воинский долг, попала в плен в так называемый батальон «Заря», она удерживалась в военкомате, как и другие украинские военные. Вещи, приналдежащие Надежде Викторовне, были похищены и до сих пор она ими воспользоваться не смогла. Часть этих вещей была утеряна, а часть передана Следственному комитету и признана доказателсьвтами по  настоящему делу. По версии следствия, спустя неделю после задержания Плотницкий 23 июня немотивированно приказал Моисеееву отпустить Савченко из плена и доставить ее в безопасное место. По их версии, таким местом оказался повеслок Северный, это в двух километрах от зала суда, где мы  находимся. Чем был обусловлен выбор этого места в качестве так называемого «места освобождения Савченко», сказать сложно».

Полозов обращает внимание на показания свидетеля Мирошникова, «одного из самых одиозных свидетелей. «Он ее  увидел спустя полтора часа после того, как ее оставил свидетель Моисеев, и, что характерно, Мирошников не показал, что Савченко была в мокрой одежде. То есть она пересекала границу по суше, которую контрлировали представители боевиков», —говорит Полозов и добавляет, что следствие не  удосужилось проверить, охранялась ли граница пограничниками.

«Я мог бы еще очень много тут говорить, в  деле много несостыковок, — завершает Новиков свою речь. — Но я передам слово коллегам. У меня и коллег по этому делу завидное положение, нам не  надо бороться за каждый год. Знаете, честно говоря неинтересно. Было бы  25 — ничего не изменилось бы. Было бы 10 — не было лучше, было бы пять — казалось, мечта — то же самое».

«На вынесенный вам приговор не будет внесена апелляционная жалоба», — предупреждает он. Но это не потому, что Савченко считает себя виновной.

Новиков говорит, что суд показал себя придатком Следственного комитета. «Вы могли бы войти в историю, но мы не  считаем, что Надежда имеет или имела хоть один шанс по этому делу. После слов Маркина стало ясно, что это будет показательный процесс. Вы, конечно, вынесете приговор обвинительный. И давайте, скажем так, за  процессом наблюдает весь мир. В зале дипломаты, сотрудники посольств, дело не останется без внимания и после приговора. Я абсолютно убежден, что в течение этого года и ближайших месяцев при поддержке дружественных нам организаций удастся добиться политического освобождения Надежды Савченко. А что касается обвинения — обвинение было фальшивым, вы это прекрасно знаете».

Суд объявляет перерыв до 14 часов.

«Самое скандальное было — применение нормы о запрете оглашать показания обвиняемого без адвоката. Это положение УПК было истрактовано в том смысле, что если следователь нарушил права свидетеля без адвоката, преполагая, что она будет обвиняемой. Было решено, что поскольку права Савченко были нарушены невозможно эти показания огласить и посмотреть видео, на котором Маньшин берет эти показания.

Новиков напоминает, как суд не позволил зачесть протокол допроса Савченко как свидетеля, аргументируя это защитой прав самой Савченко — посколько во время этого допроса у нее не  было адвоката. Адвокат напоминает про видео, на котором следователь Маньшин берет у Савченко эти показания. «Мы предлагали это видео приобщить, на нем видно, что Маньшин 25 июня протягивает Савченко телефон, а Савченко просит разрешения к нему прикоснуться и в конце просит позвонить своей сестре».

«Тот факт, что Иванов впоследствии отказался от своих слов, только усугубляет ситуацию, — говорит адвокат. — Конечно, минометы были, конечно, они стреляли. То, что огонь велся по  военным объектам, мы установили достаточно хорошо».

«Еще ряд вещей. Здесь явочным порядком получилось, что мы установили несколько новых правил, которые не  присутствуют в УПК. Самое главное толкование — статьи 453 УПК, что дознаватель направляет запрос в иностранную сторуктуру. И есть статья 86, о том что адвокат может использвоать все методы сбора информации. Суд посчитал, что 453 статья полностью отменяет 86-ю», — говорит адвокат и  приводит примеры того, что все данные, полученные защитой в Украине, суд назвал полученными непроцессуальным путем.

«В Москве любой документ, переведенный из-за границы, приобщается. А тут суд не приобщает, дает красный свет. Вторая норма, которой не было, что документ на иностранном языке в суде не предусмотрен для приобщения. Но у нас есть переводчик. В суде это не  вызывало вопросов, Мы заказали перевод, но суд отказался приобщать документ с переводом, потому что на нем не поставлена дата».

«Признаю, что мы с ноября морочили голову следствию тем, был обстрел минометный или гаубичный, — кается Новиков. — Были версии у следствия сначала, что обстрел был минометный. Нас это устраивает, но мы в конце января узнали, кто проводил этот обстрел».

Он говорит, что Украина тоже ведет уголовное дело о гибели журналистов. «Опять нам немножко повезло, когда приехал свидетель Иванов и привез толстую пачку документов из моргов Луганска, а следователь приобщил их к делу», — замечает адвокат. «3 июля, когда шли боевые действия, многие организации работали в прежнем руитинном режиме и в деле в томе 6, страницы 85-86, есть постановление харьковского СБУ о проведении судебно-медицинской экспертизы. Полномочия СБУ никто не оспаривает и прекрасно видно, что из поселка Металлист поступили многочисленные убитые граждане, описание смерти которых похоже на Корнелюка. Это дается применительно к гражданам Костенькову и  неизвестному мужчине в районе поселка Металлист».

«Почему это важно для нас? — уточняет он. — Обвинение возбудило дело по убийству журналистов на фоне того, что украинские войска применяли оружие по территории, где находились мирные граждане. У Савченко нет обвинения по статье 356»

Адвокат говорит, что для следствия крайне важно, что этот обстрел велся по скоплению мирных лиц. Потому что если бы обстрел велся по вооруженным лицам или технике, то он был бы  целесообразным. «По гражданским стрелять из гаубиц — это как по  воробьям. У нас есть доказательста, что там были военные боевики. У нас есть доказательства, что обстрел велся по военным целям, это интервью таксиста Елфимова о том, что там погибших десятки. А потом, уже как боец ополчения, он сказал, что ему показалось, что были десятки убитых. Мы  обращаем внимание, что на записи Денисова один мужчина в камуфляже оттаскивает другого мужчину в камуфляже. Это доказывает, что были раненые или убитые бойцы батальона «Заря». Мы перевыполнили задачу защиты, мы доказали не только невиновность Савченко — мы сработали про боно, доказав, что обстрел был законным. Не хорошим, конечно, но  правомерным. Обстрел сепаратистов, которые стеляют по тебе, был законным действием».

Он напоминает, что в первончалаьной редакции показаний свидетеля Иванова рассказывалось, что в районе Металлиста шел бой, а справа от поста ГАИ был минометный пост. Так как закончились мины Иванов поехал за ними, цитирует показания Новиков.

Адвокат говорит о показаниях двух украинских бойцов, Руснака и Григорьева, которые расказали в суде про время, когда они видели Савченко. «Григорьев видел, как ее вели, до 11 утра».

«У нас есть показания, которые давали два работника «Транснафта». — переходит адвокат к вопросу о вышке. — Следствие не выяснило, что это за вышка. Сначала предполагалось, что это мачта мобильной связи. Та вышка, о которой идет речь, это мачта, которая обслуживала аварийную связь нефтепровода до 2012 года». В суде выступали инженер и рабочий, который обслуживал эту вышку, напоминает Новиков. Рабочий, сказал, что поселок Металлист не виден с этой мачты. «Все, кто видел эту мачту, сходятся на том у нее такая конструкция, что первые 7 метров идет голая стальная труба. Это сделано для того, чтобы посторонние туда не забирались. Как преодолеть эти 7 метров, это большой вопрос. Нам рассказали, как это делается — подгоняется грузовик или специальная стремяка с крюками. Это не та операция, которую рекомендовано делать женщине с простреленной правой рукой».

Новиков напоминает о «втором пришествии боевика Ослосвского» в суд, который нежиданно явился в суд давать показания, о которых вдруг вспомнил. «У него есть погибший друг Шатун, он крайне ценен тем, что погиб и его нельзя переспросить. В феврале 2016 года Ословский появился здесь и пояснил нам, что в те самые дни он со своим покойным другом Шатуном подходили к вышке и там стояла приставная лестница. На нее забирался Шатун, он на нее забирался и сказал, что какое хорошее место, с нее прекрасно виден перескресток у Меатллиста. А  потом Шатун погиб», — говорит Новиков.

Новиков говорит, что это два главных аргумента защиты. Остальные второстепенные, но и они подтверждают версию зашиты. Адвокат рассказывает о двадцати свидетелях защиты, о том, какое они указывают время событий. «Я усвоил вчера логику обвинения, что когда показания похожи у свидетелей, то они правдивы, а когда разнятся, то значит просто прошло много времени. А на защиту они смотрят наоборот, когда совпадают, то это сговор, а когда разнятся, то это свидетельствует о том, что они правдивы».

По словам Новикова, в показаниях боевиков совпадает указание о времени, а все остальное не совпадает. «Единственная причина, по которой сепаратисты говорят, что Савченко захвачена после 12 часов, это потому что им посоветовали так сказать», — отмечает Новиков.

Адвокат недоумевает, как все эти люди дали показания следователю на территории России. «У нас есть показания Веры Савченко, которую сестра вызывала на подмогу и просила организовать вывоз раненых пяти бойцов и Вера сказала, что связь прервалась до 10 часов. У нас есть показния самой Савченко, которая очень подробно пересказывала, где и когда она находилась».

«Мы подали ходатайство об исследовании всех файлов, нам отказали. В зале суда была борьба за астрономов. Мы  даже не настаивали на том, чтлобы суд поверил на слово нашим специалистам — это был бы перебор. Мы просили о независимой экспертизе. Мы единственное что доказываем, возможность этой экспертизы. Возякова провела блестящее академическое исследование», — напоминает Новиков.

«Возякова нашла по меньшей мере 4 файла из 29, которые позволили ей сделать метки, провести линии по формуле 8 класса по геометрии и 11 класса по асторономии, что позволяет с  погрешности от 15 минут до поулчаса привязаться ко времени по солнцу. Один из этих файлов был записан в 10:30, даже если удвоить или утроить погрешность, то все равно получается то самое время. А боевики говорили, что Савченко попала в плен не раньше 12:30. Потом появился еще один представитель ГАИШ Семенцов, он выступил как кентавр. Те заключения, которые он дал, в целом не выбиваются за тот интервал, о котором говорит защита. А дальше он вышел за пределы своей компетенции и начал говорить, что имел место сбой электроники камеры, что запись записана нелинейно и так далее».

Новиков говорит, что подобное должно было неминуемо привести к новой экспертизе, но суд отказал защите в просьбе о  ней. «Это бросает опреденный след на то, как идет это дело и какой будет приговор».

«И второе алиби, которое более интересно для защиты, потому что к нему нельзя придраться, потому что оно были получено не от украинской стороны. Тут можно слышать, что это козлы и  бандеровцы, и они хотят ее спасти. Этого не было здесь, но подспудно. А  второе алиби — это записи Егора Русского, он гружданин России, который взял себе такую фамилию, он уроженец города Ухта. Он снимал в тот день видео, когда взяли в плен Савченко. Это видео было изъято следствием», — продолжает защитник.

«Все видели это видео, где Савченко вот в такой повязке», — адвокат демонтрирует повязку прессе.

Оно писывает снятое Русским видео. На  камере Русского, по его словам, вероятно, было сбито время. Однако на  записи видны тени, отбрасываемые на дорогу.

Новиков показывает распечатку кадра, судья предлагает убрать ее, но адвокат возражает. Савченко говорит, что ей снова не дают защищаться. Судья делает ей замечание. «Уважаемый суд, я  могу не согласиться, вы не должны указывать, где адвокату держать руки во время прений. Никакой демонстрации в процессуальном смысле здесь нет», — замечает Новиков.

Он говорит, что в камере было 29 файлов Русского и защита просила следствие провести по ним комплексную астрономическую экспертизу. «Эти файлы были сняты на камеру Егора Русского. Он сказал, что он никак не манипулировал камерой во время съемки. Эта камера имеет параметры и номирует файлы в порядке создания. В  соответствии с этим возрастало время по таймеру камеры. Хотя и был сбит датчик, но по паузам можно было легко установить время создания каждого их них. Следствие поняло, что в тупике и оно пошло на то, что можно назвать злоупотреблением доверием научного института — ГАИШ. Туда был направлен 11-секндный отрывок с вопросом о том, можно ли по нему провести экспертизу? Конечно, был получен ответ — кончено нельзя, там нет ни одной тени», — описывает манипуляции следствия адвокат.

Адвокат говорит, что слеждствие попыталось «дискредитировать данные мобильной связи» и для этого нашло экспертов, в том числе эксперта Железного. «Он дал список базовых станций компании МТС и дал общие показания, что в то время были перебои связи из-за боевых действий. Что вышки могли обслуживать не те участки. Помазан из компании «Сателлит» — более интересный, он был допрошен не  как свидетель, а как специалист. Едиснственным из его документов было удостоверение компании-подрядчика, где говорится, что он сотрудник. А он выдал следствию данные базовых станций. Эти документы от этих двух лиц Маньшин передал двум экспертам и вместо того, чтобы поставить перед ними вопрос, где находились телефоны Савченко в указанное время, был псотавлен вопрос: а могут ли эти вышки теоретически обслуживать абонентов, находящихся в районе Стукалвой балки? А, согласитесь, это другой вопрос».

Новиков демонстрирует распечатку расположения базовых станций, это вызывает протест судьи, но адвокат говорит, что показывает «Не вам, а прессе» и разворачивается в сторону камер. Адвокат напоминает, что экспертизы пришли к выводу: такая возможность теоретически была. Он говорит, что на самом деле это не так, и экспертиза просто не учитывает рельеф Луганска, который делал подобное невозможным в принципе.

Он напоминает: специалст в зале суда говорил о вероятности 10-15% того, что были задействованы другие вышки. Так как было три соединения, у каждого вероятность 10%, в совокупности вероятность, по его словам, резко снижается до уровня, близкого к нулю.

«Я хотел бы сейчас остановиться на двух важнейших доказательствах алиби Савченко. Оно содержится в тех материалах, которые были приобщены к делу самим следствием», — продолжает защитник.

Он напоминает суду, что по версии следствия обстрел, в ходе которого погибли журналисты, произошел между 11 и 12 часами по местному времени, «а по более узким показаниям интервал сужается между 11:40 и 12:00». «Савченко утверждает, что момент, когда ее захватили в плен — это в районе 10:30 утра. Есть два доказательства. Первое содержится в 9 томе, суд это все знает и видел, — Новиков листает дело и достает оттуда детализацию звонков Савченко. — Согласно детализации, первый из телефонов Савченко в промежутке между 10:34 и 10:46 обслуживался двумя базовыми станциями, одна из них на  улице Карла Маркса, я сейчас объясню, что это. Все данные сохраняются, какаяантенна обслуживала соединения».

Адвокат объясняет, что улица Карла Маркса находится в центре Луганска. «В 10:46 происходит 3 соединения. По-видимому, телефон обслуживался именно этими антеннами. Аналогично и  по другим телефонам Надежды Савченко, это все изучалось».

«Видно, что в 11:02 телефон обслживался станцией на улице Оборонная, а дальше по улице Шевченко. Кто находится в  комнате трансляции, могут посмотреть карту», — обращается адвокат к  суду и журналистам.

«Мы видим, что эти телефоны обслуживаются станциями в центре Луганска», — говорит Новиков. Он показывает, что такие же станции в центре обслуживали телефон Савченко и в дальнейшем, когда она была в расположении батальона «Заря». «По делу была проведена экспертиза, которая, на мой взгляд, является крайне скандальной, и она имела целью затуманивание и попытку скрыть, что эти данные противоречат следствию. По их данным Савченко должна была в это время быть в районе Стукаловой Балки, то есть в 5 километрах от базовых станций».

Новиков продолжает:

«Экспертам был поставлен вопрос, с каких мест можно следить за перекрестком у Металлиста, и те ответили, что единственная точка — вышка. По расчетам эксперта, с верхней точки объекта можно было наблюдать, что происходило у поста ГАИ. Это сильно повлияло на следствие, было проведено два следственных эксперимента, они подтвердили эти данные. По одному из них пришли к выводу, что отличить мирную одежду от военной можно, а по другому — что отличить видеокамеру от автомата нельзя. И  тогда следствие отказалось от своей позиции, что журналистов убивали специально и поэтому обстреливали мирных жителей».

«То есть группа хотела убить не  журналистов, а всех мирных людей», — поясняет новую позицию следствия адвокат. «Следствие не предъявило мотива, решив, что все украинские силы — бандеровцы и каратели, и чем им еще заниматься, кроме как убийством мирных жителей. На видеозаписи (оператора ВГТРК) Денисова хорошо видно, что по дороге идет группа из нескольких лиц в гражданской одежде, происходит взрыв, и эти люди убегают в посадки. Было решено, что эти люди и Денисов были целями наводчика и корректировщика. Мы и на  предварительном слушании и во время суда мы обращали внимание, что это незаконно. Это превышает юрисдикцию российского суда», — Новиков напоминает, что защита несколько раз просила исключить из обвинения пострадавших граждан Украины.

«Вчера гособвинение внезапно поменяло свою позицию. Очень хорошо, только поздно. Мы уже допрашивали семью Талалаевых в качестве потерпевших», — говорит адвокат.

«Ни в каком деле я не встречался с таким явлением, как хвост, виляющий собакой, — замечает защитник. — Очень отчетливо влияет та информационная активность, которую по этому поводу развивают высшие представители Следственного комитета. К 9 июля, когда Маркин опубликовал пресс-релиз, была уже обозначена информационная канва этой истории. В конце июля генерал Дрыманов дал интервью «Коммерсанту», в том числе по делу Савченко. Он сказал, что ее вина подтверждается данными детализации телефона, ее собственноручными записями и  показаниями ее и других лиц. Что ее целью было убийство журналистов.

«У многих из вас до сих пор может сложиться впечатление, что это до сих пор официальная точка зрения, но  это не так. В конце апреля 2015 года Следственный комитет изменил квалификацию, исключив пункт «б» из статьи 105 части 2. То есть они отреклись от позиции, что журналистов убили, потому что они пресса. Уже прошли минские переговоры (были разговоры про обмены). А с середины февраля, после заявления Пескова о том, что Савченко не будет обменена и  ее судьбу решит суд, следствие резко активизировалось».

Прокурор перебивает адвоката и говорит, что эти документы не исследовались в суде. Савченко кричит, что она прокуроров не перебивали и что им бы надо брать с нее пример.

— Уважаемый суд, уважаемые участники процесса, публика! — начинает Новиков свою речь.

Он говорит о том, что дело об убийстве журналистов было возбуждено 17 июня поздним вечером, и что дело было возбуждено не только по убийству, но и по запрещенным методам ведения войны (статья 356 УК). «Речь шла о большом украинском деле. По косвенным данным мы понимаем, что дело Савченко было выделено в отдельное производтство, когда по украинскому делу было допрошено 100 тысяч свидетелей, 15 тысяч были признаны потерпевшими. Это совершенно беспрецедентная цифра, я с таким не сталкивался», — говорит защитник.

По словам Новикова, на расследовании дела сказывалось и создание в составе Следственного комитета нового управления, которое занялось расследованием украинского дела, во главе этого управления стоял генерал Дрыманов. Это управление ставило своей целью доказать, что украинская армия воюют с примненением запрещенных методов. По этому делу были закочно арестованы глава МВД Арсен Аваков, глава Днепропетровской области Игорь Коломойский и многие другие представители украинской власти.

«Большим минусом для наглядности этого дела было то, что у них не было ни одного арестованного. заочный арест это хорошо, но недостаточно. И вот у группы следователей появилась конкретная красивая хорошая цель, первый живой обвиняемый», — говорит Новиков.

Заседание начинается. Савченко перед требует, чтобы ей сегодня дали слово и чтобы суд закочился сегодня.

Адвокат Илья Новиков пришел в бабочке, он  принес с собой тубу и ватманы. Адвокат Фейгин на месте, Полозва нет — он подойдет после обеда. Из числа прокуроров отсутствует Павел Филипчук, выступавший вчера в прениях.

— Я не понимаю, почему человек получил звездочку и так быстро уехал, — говорит Савченко.

Новиков просит разрешения закреить на аквауриуме Савченко карту, чтобы иллюстрировать по ней свою речь. Судья отказывает.

Адвокат стоит за кафедрой, которую развернули в сторону телекамер.

На прошлом заседании гособвинители попросили суд признать Надежду Савченко виновной в убийстве журналистов ВГТРК, покушении на убийство оператора российского телеканала, а также в  незаконном переходе государственной границы Украины с Россией.

По версии обвинения, 17 июня 2014 года Савченко сообщила командиру батальона «Айдар» и неустановленным военнослужащим нахождение гражданских лиц для пристрелки и их поражения. Используя полученные от нее координаты, украинские военные выпустили артиллеристские снаряды в сторону гражданских лиц. Корреспонденты ВГТРК Антон Волошин и Игорь Корнелюк оказались в зоне поражения и в результате скончались от полученных ран. Их коллега Виктор Денисов и шестеро местных жителей смогли укрыться от  взрывов снарядов и остались живы.

По мнению прокуроров, показания Савченко не заслуживают доверия и «не выдерживают никакой критики». Несостыковки в показаниях ополченцев и свидетелей гособвинение объясняет шоком и психологической травмой от увиденного. «Как говорил Плотницкий, для некоторых ополченцев это был первый бой. Представьте себе их  состояние! Этим и объясняются некоторые неточности в показаниях. А как бы повели себя все мы на поле боя? Не думаю, что мы запомнили бы все мелочи. И кто придавал тогда значение задержанию какой-то женщины!» — сказал один из прокуроров.

Обвинение настаивает: Савченко сама якобы призналась ополченцам, что корректировала огонь. «При опросе Савченко сказала, что летчик и вела корректировку огня в тот момент. Печора снимал все на видеокамеру. Остальные ополченцы подтверждают, что она говорила, что была корректировщиком огня», — отмечают прокуроры. Они уверены, что подсудимая самостоятельно пересекла границу с Россией. «Савченко была вывезена Моисеевым из Луганска в поселок Северный. Версия, что она была вывезена неизвестными, появилась потом. Моисеев уехал, а она осталась. Что ей делать? Возвращаться — значит попасть под обстрелы, паспорта у нее нет и она решила перейти границу и  так вернуться на территорию Украины», — объясняет действия подсудимой прокурор.

Вина Савченко в полном объеме подтверждается материалами дела, считают особвинители. Вместе с тем, Россия не может судить ее за покушение на  шестерых граждан Украины, а только за убийство журналистов, покушение на  оператора Денисова, а также пересечение госграницы. Прокуратура запросила для Саченко 23 года колонии и выплату штрафа в размере 100 тысяч рублей.

В прениях коротко выступила и сама Надежда Савченко. Она заявила, что в ходе суда над ней была доказана вина российских телеканалов, отправляющих своих корреспондентов в «горячие точки» без подготовки, российских военных, оккупировавших территорию Украины, и даже российских властей, развязавших войну. «В этом суде была не доказана только моя вина. Я офицер украинской армии, я выполняла свой долг. Вы не имеете никакого права судить меня», — сказала она. Савченко настаивает, что она не имеет никакого отношения к гибели российских журналистов. Кроме того, она потребовала, чтобы суд вынес ей приговор не позднее, чем через две недели после конца прений. В противном случае она пообещала начать сухую голодовку. «Я невиновный человек, никаких обменов, никаких торгов, никакого затягивания времени. Я ждать не стану», — сказала она.

Оригинал

Донецкий городской суд Ростовской области перешел к заключительному этапу рассмотрения дела украинской военнослужащей Надежды Савченко – прениям сторон процесса. Подсудимую обвиняют в незаконном пересечении российской границы и пособничестве в убийстве журналистов телеканала «Россия-24»; защита Савченко настаивает на ее невиновности. 

16:10

— «Русские враги» — это те, кто на чужой территории с оружием. А новорожденный и бабушка – это не враги. Слушать меня надо было, прокурор Филиппчук, — говорит Савченко в ожидании продолжения заседания. Она говорит, что плохо себя чувствует и хочет уехать.

— У стороны защиты три выступления. Поскольку мы сегодня по-любому не уложимся, прошу о переносе на завтра, — говорит адвокат Фейгин.

— Сейчас российские журналисты напишут, что Савченко себя плохо чувствует, — бодро говорит с места подсудимая.

Прения по делу Савченко продолжатся в четверг.

15:46

— За эти два года я убедилась, что ни законов ни совести у этих людей (из СК – МЗ) нет. У них есть только заказ Кремля и они его исполняют. В этом суде была доказана вина российских властей – они виновны в захвате Крыма, в развязывании борьбы на Донбассе, они лезут везде и геноцидом выбивают население в Чечне, в Абхазии. Везде интересы российского государства доминирует над интересами населения. В этом суде была не доказана только моя вина. Я офицер украинской армии, я выполняла свой долг. Вы не имеете никакого права судить меня. Говоря про мое высокое самомнение, чем больше я встречаю таких людей как прокурор Юношев и следователь Маньшин, тем выше растет моя самооценка, — продолжает Савченко.

— Говорите по делу, — делает ей замечание судья.

— Если суд берет больше двух недель на вынесение приговора, то я включаю сухую голодовку с завтрашнего дня, — обещает Савченко. — Я не хочу ждать никакого обмена, если менять виновного на невинного… Я невиновный человек, никаких обменов, никаких торгов, никакого затягивания времени. Я ждать не стану.

Теперь слова попросил адвокат Фейгин. Он попросил дать ему пару минут на подготовку.

15:42

Заседание продолжилось после короткого перерыва. Выступает Надежда Савченко.

— В прениях я буду говорить на русском языке, чтобы сэкономить на переводчике. Российские журналисты виновны во вранье, в освещении событий на Украине. Они также виновны в том, что они пренебрегали средствами безопасности. Здесь была доказана вина российских телеканалов. Они виновны в том, что отправляли людей на верную смерть ради красивой картинки. Была доказана вина российских военных – они виновны в оккупации. Была представлена масса доказательств, как граждане России, как Егор Русский, участвовали в убийствах и пытках. Здесь была доказана вина ФСБ и СК. ФСБ похищает людей, как в случае с Сенцовым. Доказательством тому являются и 40 бредово слепленных судов по моему делу, — говорит Савченко.

14:51

— Вина Савченко подтверждается материалами дела. Вместе с тем, несмотря на очевидность в причастности Савченко, российский закон не позволяет привлечь Савченко за эти деяния. Исходя из изложенного, действия Савченко по убийству Корнелюка и Волошина и покушению на Денисова можно квалифицировать как убийство по мотивам ненависти и вражды, статьи 30, — говорит прокурор. Он отмечает, что Россия не может судить ее за покушение на шестерых граждан Украины, — говорит обвинитель. По словам прокурора, Савченко характеризуется положительно по месту жительства, по месту службы – удовлетворительно. Никакими психическими расстройствами она не страдала и не страдает, а значит может осознавать характер своих действий. Прокурор подчеркивает, что в момент совершения преступления в состоянии аффекта она не находилась. Иммунитетом депутата Рады она не обладает, пояснил он, поскольку вменяемые деяния совершила до становления депутатом.

Прокурор просит признать Савченко виновной и назначить наказание в виде 18 лет колонии за убийство, 13 лет за покушение на убийство, и назначить штраф в виде 100 тысяч рублей.

Таким образом, путем частичного сложения, прокуратура запросила для Савченко 23 года колонии. Савченко зевнула в «аквариуме».

14:43

— Таким образом, Мельничук организовал и спланировал убийство мирных жителей, распределил роли и координировал их действия. Обстрел из гаубиц был произведен по участку местности у поста ГАИ где кроме Корнелюка ка и Волошина было еще семь гражданских лиц, их смерть не наступило по независящим обстоятельствам. Савченко совершила преступление в качестве исполнителя. Она испытывала ненависть и вражду против русскоговорящих и Российской Федерации. Она сказала. что именно Россия виновата в аннексии Крыма, в лживых репортажах. У Савченко отмечается активность и целеустремленность, категоричность в суждениях, неприятие мнения других, импульсивность, завышенная самооценка, высказывание неудовольствия в захвате Крыма. «Вы все враги, а для меня Россия тюрьма» — говорила сама Савченко. Это все говорит о полной доказанности вины, — говорит прокурор.

14:39

Вопреки доводам защиты, говорит прокурор, из показаний свидетелей Савченко не была ограничена в передвижениях. Из показаний Почучуева следует, что он получил указание от руководства, что возбуждено уголовное дело о гибели журналистов и она может быть к нему причастна. Было указание доставить ее на допрос, но не задерживать. Она, говорит Кузнецов, сама согласилась ехать. Почечуев пояснил в суде, что для допроса Савченко в Воронеж должен был приехать следователь Маньшин.

По мнению гособвинителя, несмотря на заверения защиты, у Савченко были деньги с собой, а свидетели говорят, что она сама за себя платила.

14:27

Прения продолжились. Выступает прокурор Владислав Кузнецов – он будет говорить о незаконном пересечении границы Савченко.

— Савченко была вывезена Моисеевым из Луганска в поселок Северный. Версия, что она была вывезена неизвестными, появилась потом. Моисеев уехал, а она осталась. Что ей делать? Возвращаться – значит попасть под обстрелы, паспорта у нее нет и она решила перейти границу и так вернуться на территорию Украины. Все известно, что в тот момент в РФ шел большой поток беженцев в Россию из Украины. Савченко, имея военный опыт и оценивая ситуацию, пересекла границу. 23 июня водитель (свидетель Мирошников — МЗ) увидел Савченко, до этого он отвозил гуманитарную помощь. Он ее увидел в той одежде, в которой ее отпустили. Она представилась беженкой из Украины. Мирошников сказал, что он едет в Воронежскую область, она попросила ехать с ним. Савченко всю дорогу спала, он ее выселил на автозаправочной станции около поселка Талы и дал ей 15 тысяч рублей, которые у него остались. Сарказм защиты в отношении мотивации Мирошникова неуместен, каждый человек по своему понимает помощь другим людям, — говорит обвинитель. По его словам, «вопреки версии защиты Савченко», она находилась одна и ее никто не охранял. Автомобиль, в который пересела Савченко сотрудники ГИБДД остановили за не пристегнутый ремень.

— У Савченко не было документов, поэтому, вопреки утверждениями защиты, приехал один сотрудник ФСБ через полчаса, это был Почучуев. Он увез ее с собой, — говорит Кузнецов.

14:18

Перед началом заседания Савченко спрашивает журналиста Илью Азара: «Вы ли Азар?». Корреспондент отвечает, что да. Подсудимая уточняет, получил ли он ее второе письмо. Накануне Азар опубликовал письмо от Савченко. В своем послании Надежда положительно оценивает работу своих адвокатов, делится соображениями о судебной системе в России и говорит, что намерена реформировать Украину, как только будет освобождена.

13:05

— Если один человек может ошибиться со временем задержания, то десяток — нет. Суду надо критично относиться к показаниям свидетелей защиты, поскольку они изучали материалы дела до показаний в суде, — отмечает обвинитель. Не убедили его и показания эксперта-астронома Возяковой, признавшей, что провела исследовательскую работу совместно с адвокатом Новиковым. По мнению прокурора, в ее экспертиза множество ошибок. Все это свидетельствует или о том, что она плохо считает или что защита пытается доказать, что Савченко была задержана раньше

— Прошу суд обратить на это особое внимание, — говорит прокурор. Он подчеркивает, что вина Савченко доказана полностью по совокупности доказательств, а отдельные «несущественные противоречия» объясняются давностью событий.

В суде объявлен часовой перерыв на обед.

12:45

— Экспертиза одежды Савченко, следы выстрелов из огнестрельного оружия, следы гексогена на берцах – все это доказывает, что Савченко принимала участие в боевых столкновениях на территории Украины, — говорит прокурор. По его словам, показаниям сестры подсудимой Веры Савченко противоречат показаниям ополченцев потому, что Вара общалась с Надеждой на свиданиях и «даже приехала на суд с адвокатом Новиковым».

— А теперь расскажи, как ее сепаратисты гондонами закидывали! – кричит Савченко на украинском языке.

По мнению обвинения, результаты биллинга также не могут подствердить алиби Савченко – «связь в тот день работала с перебоями, поэтому не всегда можно доверять данным биллинга».

12:44

Прокурор описал карты, которые были изъяты у Савченко, зачитал характеристики воронок, оставленных от снарядов.

— В ходе судебного разбирательства мы выяснили, что артиллерийский обстрел по мирным гражданам, в результате которого погибли российские журналисты, осуществлялся украинскими военными. Количество и расположение воронок, а также отсутствие других следов обстрела, свидетельствуют, что украинские военные вели целенаправленный обстрел мирных граждан. Савченко, имея при себе бинокль и карты, выполняла в указанном районе боевую задачу наведения и корректирования огня по мирным граждан. Вывод обвиняемой, что у нее были две неработающих рации, опровергается. Защита будет настаивать на своем: не могла Савченко корректировать огонь, она не имеет навыков, была ранена. Да, была ранена, никто не отрицает. Только так ли сильно была ранена подсудимая? Ее рука не функционировала? Абсурд! На записи видно, как она держала в этой руке телефон, — говорит прокурор.

— Да я тебе говорила, что я была так ранена, — кричит Савченко прокурору, но ее реплика остается без внимания.

— Сначала защита пыталась убедить, что на мачте ретранслятора не было смотровой площадке, что было подтверждено показаниями свидетелей. Потом – что на мачту не забраться без лестницы, — невозмутимо продолжает прокурор. Оба эти утверждения опровергаются свидетелями, говорит он. Во время судебных заседаний Савченко, по словам прокурора, подсудимая показала прекрасные знания артиллерийского дела. При этом один из экспертов показал, что для наведения не обязательно обладать профессиональными данными. Функции наблюдателя за огнем может выполнять любой человек, тем более штурман авиации, поясняет прокурор.

— Можно сделать вывод, что Савченко, с учетом опыта и ее показаний в ходе суда, могла выполнять функции наблюдателя за огнем. Погода позволяла украинским военным осуществлять обстрел. Наиболее оптимальным местом для наблюдения была мачта ретранслятора, — снова повторяет прокурор.

12:30

— Анализируя интервью и телефонные переговоры Мельничука, можно прийти в выводу, что Савченко созванивалась с ним, он давал ей указания. Потом она дала показания корреспонденту НТВ, она поясняла, что перед задержанием она шла и говорила, куда надо стрелять. Об этом сказал корреспондент НТВ, мы видели эту запись и можно сказать, что Савченко сама себя изобличила. Потом она от слов отказалась, пояснив, что она не хотела выдать настоящего корректировщика. А что ей было еще делать? — риторически вопрошает прокурор. — Неужели сама Савченко и защита считает, что это не называется корректировкой огня? К концу судебных заседаний защита говорила, что они вызывали огонь на себя, чтобы вырваться из плена. Это все свидетельствует, что она выполняла на поле боя функции корректировщика огня.

Прокурор описывает изъятый у Савченко телефон, в это время подсудимая кричит: «Он был рабочим разве?». Прокурор невозмутимо продолжает читать дальше.

12:26

Теперь гособвинитель напоминает о показаниях ополченца Русского, которые задержали автомобиль с сестрой Савченко и никакого рюкзака, как утверждает защита, там не было. Все записи ополченца были переданы следствию и изучены на суде. Он говорит о показания свидетеля Гадзиковского, который был за рулем автомобиля, который поехал на помощь Савченко, и был захвачен в плен. Но его показания опровергаются показаниями ополченцев Русского и Василевского, поясняет прокурор.

Юношев напоминает, что ополченцы, помимо Савченко, опрашивали других пленных и все они говорили, что Савченко была офицером батальона «Айдар», «была жестким и властным человеком». Из показаний Плотницкого следует, что у Савченко было прозвище Пуля.

— Она сама подтвердила прозвище и это же подтвердил свидетель Руснак, — говорит прокурор. Он напомнил, что Плотницкйи объяснил, что Савченко была единственной женщиной и им лично было принято решении ее отпустить ее в безопасном месте, поскольку на содержание пленных не хватало ни сил, ни средств.

— Отпустить Савченко было жестом доброй воли, которую выполнил Моисеев. Он отвез ее к поселку Северный, это было местом, где не велись бои. Моисеев сказал, что отдал ей мобильный телефон и сим-карты и уехал. И какое решение в итоге приняла Савченкко нам известно, но об этом позже, — обращается к суду обвинитель.

Савченко, тем временем, несколько раз пыталась перебить прокурора, но пристав сделал ей замечание. Тогда к ней повернулся адвокат Новиков, усевшись спиной к обвинителю, который продолжает говорить. Савченко перестала внимательно слушать прокурора и переглядывается со своей сестрой Верой, улыбаясь.


12:13

— Давайте разберемся в событиях того дня. Несколько ополченцев подробно пояснили, где, когда и при каких обстоятельствах была обнаружена Савченко. По порядку. Из показаний Ословского следует, что он являлся разведчико. Именно им и другим бойцом ополчения (известного под позывным Шатун — МЗ) после 12 дня была обнаружена и захвачена Савченко. Потом подошли другие ополченцы. Были обнаружены карты, рация в рабочем состоянии и другие документы. При опросе Савченко сказала, что летчик и вела корректировку огня в тот момент. Печора снимал все на видеокамеру. Остальные ополченцы подтверждают, что она говорила, что была корректировщиком огня. Они все однозначно утверждали, что задержали Савченко не в 10-00, как утверждает защита, а после обстрела, около 12-00. После ее задержания огонь стих. Для бойцов ополчения было удивительным, что артиллерийский огонь был перенесен на перекресток, где не было никаких позиций и через который осуществлялась эвакуация мирных жителей. Определяя время кто-то смотрел на часы, кто-то на мобильный телефон, — рассказывал прокурор. Он говорит, что, со слов ополченца Шатуна, забиравшийся на вышку, с которого якобы корректировала огонь Савченко, перекресток просматривался как на ладони.

— Как говорил Плотницкий, для некоторых ополченцев это был первый бой. Представьте себе их состояние! Им и объясняются некоторые неточности в показаниях. А как бы повели себя все мы на поле боя? Не думаю, что мы запомнили бы все мелочи. И кто придавал тогда значение задержанию какой-то женщины! – взывает к участникам процесса прокурор.


12:02

По словам гособвинителя, характер повреждений Волошина доказывает, что он находился в эпицентре взрыва, Корнелюк – на очень близком расстоянии от места взрыва. Он объясняет, что эксперты установили, что это были снаряды гаубиц, поскольку в минометных воронках всегда остаются хвостовики от мин. Об этом же говорили и ополченцы, к этим выводам пришел и свидетель с украинской стороны Дмитрий Каракурча.

— Таким образом, нам кажется доказанным, что обстрел был артиллерийским. Сторона защиты возразит, уповая на схему ополченцев, где указаны минометы. Адвокаты скажут, что это был обстрел не мирных граждан, а ополченцев. И адвокат Новиков саркастически заметит, что правильно их обстреливали. Но ничем не доказано, что на позициях были минометы. Из показаний Плотницкого следует, что в распоряжении «Зари» минометов не было, они использовали три реконструированных миномета, которые показали свою полную неспособность производить выстрелы. Мы видим, как у защиты версия минометов менялась и видим, как они были вынуждены согласиться с доводами следствия, — пояснил прокурор.


11:55



Прокурор читает показания свидетелей, рассказывающих, как они попали под огонь и видели останки разорванного тела, где была часть ноги.

— Мы знаем, что это был Волошин, — отмечает прокурор. Он напоминает, что з показаниях таксиста Владимира Елфимова говорится, что примерно в 10-30 они подъехали к перекрестку. Журналисты уговорили ополченцев разрешить им снять эвакуацию мирных граждан. Первыми пошли ополченцы, а журналисты пошли за ним. Елфимов выбежал из укрытия как только выстрелы стихли и увидел несколько воронок, тело Корнелюка и останки Волошина. Так как тело Денисова он не видел, Елфимов предположил, что Денисов тоже погиб. Поскольку по его мнению российские журналисты погибли он поехал в город, чтобы сообщить о гибели журналистов. Так он и дал интервью журналистам, в том числе «Первому каналу».





— Мы видели, в каком состоянии он находился после пережитого шока, он не мог справляться со своими эмоциями и допустил много неточностей, в том числе о типе обстрела, он говорил про минометный, а не артиллерийский, сказал что погибли 10 ополченцев и все журналисты. Непосредственно в зале суда он подтвердил свои показания, хотя в зале суда защита пыталась добиться от Елфимова, что на перекрестке погибли намного больше человек, но они не смогли, — высокопарно продолжает прокурор. Он указывает, что ни обвинения, ни защиты, не было на месте происшествия, поэтому надо основываться на показаниях тех, кто был непосредственно на месте – таких как Елфимов или ополченец Иванов. Они оба видели, как журналисты снимали материал на месте. После обстрела Иванов уехал в Луганск и вернулся через час, увидев лишь останки Волошина, а вот тела Корнелюка уже там не было.

В суде исследована схема, собственноручно нарисованная Ивановым, которая подтверждает показания свидетеля, говорит прокурор. Они же подтверждаются другими свидетелями, рассказавшими об обстоятельствах гибели российских журналистов. Он зачитывает описание полученных журналистами травм.

— Видимо, Корнелюк был настолько сильным человеком, который еще долго боролся за жизнь, но безуспешно, несмотря на усилия врачей, — говорит гособвинитель.




11:42

Выступает второй прокурор. Он поясняет, что Савченко была задержана не в 12-30, как говорит она, а в 10-00 утра. Он напоминает, что, по версии защиты, Савченко принудительно вывезли в Воронеж.

— Мы хотим внести некоторую ясность: она может выбирать любые способы защиты, но насколько Савченко заслуживает доверия и чем подтверждаются ее показания — другой вопрос. Показания Савченко не выдерживают никакой критики, но обо всем по порядку, — говорит гособвинитель. Он напоминает, как именно погибли журналисты ВГТРК – как съемочная группа приехала снимать местных жителей, покидающих поселок Металлист. Он напоминает, что выживший корреспондент Денисов остался жив, спрятавшись от взрыва за «амфибией».

— Денисов до последнего верил, что его коллеги, товарищи, друзья остались живы. Все что ему оставалось, это верить, что его друзья остались живы. Только на мгновение представьте, что чувствовал Денисов, опознавая Корнелюка и Волошина. Это невосполнимая потеря. И не только для каналов. И не все смогли это пережить, мать Волошина не смогла явиться в зал суда и во время суда умерла. Она не смогла пережить эту утрату. Представьте, что чувствовал Денисов пересматривая видеозаписи. Но он нашел в себе силы еще раз их пересмотреть. Что касается записей, что было признано, — они не содержат признаков монтажа. Теперь мы понимаем, изучив эту запись, что Денисову и шестерым мирных жителей чудом удалось остаться в живых, спрятавшись за «амфибией», — продолжает гособвинитель.


11:32

Прокурор зачитывает обвинительное заключение, в котором говорится, что используя свои навыки и снаряжение, Савченко сообщила командиру батальона «Айдар» и неустановленным военнослужащим нахождение гражданских лиц для пристрелки и их поражения. Используя полученные от командира «Айдара» координаты гражданских лиц, украинские военные осуществили не менее шести выстрелов гаубиц, в результате которого были убиты корреспонденты Волошин и Корнелюк, говорит прокурор. Корреспонденту Денисову и шести гражданам Украины удалось покинуть место обстрела и укрыться, в связи с чем стрелявшим не удалось довести свой умысел до конца.

После обстрела 17 июня в 12-30 Савченко была обнаружена представителями ополчения ЛНР и доставлена в их расположение. А 23 июня Савченко незаконно пересекла государственную границу в неустановленном месте, после чего была обнаружена сотрудниками МВД около поселка Кантемировка, напомнил суть обвинений Филипчук.

— Теперь я передаю слово своим коллегам, — заключил прокурор.

— А я поздравляю товарища полковника с получением очередного звания. Получили за меня звездочку, — кричит из «аквариума» Савченко.



11:21

Первыми выступят гособвинители. Слово берет прокурор Павел Филипчук.

— Вот и подошло с завершению судебное следствие по делу Савченко – убийство двух человек, покушение на оператора канала и шестерых местных жителей. Они выполняли свою очень важную работу, объективно и беспристрастно освещая трагические события, — читает прокурор с выражением, — Они [журналисты] туда едут добровольно, все понимая и выполняя долг. Съемочная команда ВГТРК попала под смертельный огонь, честно и добросовестно выполняя свой долг. Россия не могла остаться в стороне и не привлечь виновных к трагедии. Описывая события мы будем говорить о местном времени, на час отличающимся от московского.



11:16

Сегодняшнее заседание началось с ходатайства адвоката Ильи Новикова.

— Поскольку прокуроры нам сегодня буду говорить, что с 23 по 30 июня Савченко жила в гостинице в Воронеже и не была ничем ограничена, то у нас есть документы, которые получил адвокат Александер Плахотнюк. Это детализация соединений Савченко с 20 июня и дальше. Эти соединения подтверждают, что Савченко была под контролем либо Маньшина либо других лиц. Мы требуем возобновления судебного следствия для приобщения этих материалов, — говорит адвокат.

Судьи, посовещавшись на месте, отклонили ходатайство защиты как необоснованное. Теперь стороны переходят к прениям.



11:11

На прошлом заседании судья разрешил вопрос о проведении дополнительной астрономической экспертизы, на которой настаивали адвокаты Надежды Савченко. Главная претензия защиты к эксперту­-астроному, назначенному следователем Маньшиным, сводилась к их слишком тесному знакомству — Илья Новиков сфотографировал следователя и научного сотрудника летящими в одном самолете на соседних сидениях. Несмотря на это, судья вынес отказ в удовлетворении ходатайства.

Затем с дополнительными ходатайствами выступили прокуроры — по их просьбе к материалам дела были приобщены ответы российской Генпрокуратуры украинским коллегам и ответ из института, в котором работает эксперт защиты Возякова.

После этого стороны по ходатайству прокурора дополнительно допросили свидетеля Дмитрия Ословского — одного из ополченцев, участвовавших в задержании Савченко. В ходе допроса представитель гособвинения выяснил у свидетеля, как именно его соратник по фамилии Шатун забирался на вышку-­ретранслятор, и попросил его нарисовать само сооружение. Адвокату Фейгину изображенная на рисунке конструкция напомнила «что-­то эрегированное».

Допрос свидетеля обвинения адвокатами Савченко занял гораздо больше времени, нежели прокурорами — защитники Фейгин и Полозов попытались подловить Ословского на противоречиях, поскольку на первом тот вообще ничего про вышку не рассказывал и тем более не упоминал, что его товарищ якобы на нее забирался.

Источник

Пресненский районный суд Москвы отправил в СИЗО 38-летнюю Гульчехру Бобокулову, которую подозревают в том, что она убила девочку в семье, где была няней, отрезала убитой голову и размахивала ей около метро «Октябрьское поле». По данным СМИ, женщина страдает психическим заболеванием.

Переводчик подтвердил корреспонденту «Медиазоны», что Бобокулова лечилась от психиатрического заболевания у себя на родине.

Следователь оставила вопрос о предполагаемых сообщниках без комментариев.

«Ни у кого. Только у Аллаха!» — поднимает указательный палец вверх Бобокулова, отвечая на вопрос журналиста о том, намерена ли она просить прощения у родителей убитой.

— Что вам приказал Аллах?

— Убивать, — с улыбкой отвечает Бобокулова.

Судья Васюченко зачитывает свое решение. В нем уточняется, что убитая девочка родилась в 2011 году. Бобокулова нанесла девочке смертельные ранения в шею, после чего отделила голову от тела, зачитывает судья.

«Следствие имеет достаточные основания полагать, что в настоящий момент неустановленные сообщники, а именно подстрекатели находятся, на свободе», — говорит она. Есть также основания полагать, что гражданка Узбекистана Бобокулова может скрыться за пределами России, продолжает судья; официального разрешения на работу у нее не было.

Судья удовлетворяет ходатайство следствия. Бобокулова арестована до 29 апреля.

Следствие просит арестовать подсудимую до 29 апреля. Бобокулова не возражает против помещения ее в СИЗО.

Адвокат настояла, чтобы подозреваемая сначала сама высказала свою позицию, после чего заявила, что вопрос об избрании меры пресечения просит оставить на усмотрение суда.

Судья удалилась выносить решение.

Следователь зачитывает свое ходатайство об аресте Бобокуловой. «Находясь на свободе. Бобокулова может связаться с соучастниками и подстрекателями, находящимися в настоящий момент на свободе», — отмечает следователь. Соучастники, по ее словам, не установлены.

Пока у Бобокуловой статус подозреваемой, следствие планирует предъявить ей обвинение 4 марта.

По делу работает не один следователь, а специально созданная следственная группа, сообщает судья, оглашая поступившие ей материалы.

Корреспондентов пускают в зал. Бобокулова в клетке держится хладнокровно, спокойно беседует с переводчиком. На скамье защиты сидят два человека. Защищает Бобокулову адвокат Жилкина.

Судья устанавливает личность задержанной. Гульчехра Бобокулова, 1977 года рождения. Место рождения республика Узбекистан, город Самарканд, кишлак Новабад, рассказывает подсудимая. В Москве проживала по адресу Улица Народного Ополчения, д. 29 — в том же доме, где произошла трагедия. Официальная регистрация в Москве у нее также есть, но по какому адресу, она не помнит.

У Бобокуловой трое детей. Младший несовершеннолетний, ему 16 лет. С мужем развелась 13 лет назад.

Обвиняемая говорит по-русски, но некоторые реплики судьи ей объясняет переводчик.

Конвой заводит задержанную в зал. Бобокулова в синем фартуке поверх одежды. На вопросы журналистов она успела ответить, что признает вину, раскаивается, а убить ребенка ей «Аллах приказал».

Заседание назначено на 9:30, но пока задерживается. Саму Бобокулову в суд уже доставили. Решение о мере пречесения будет принимать судья Татьяна Васюченко.

Перед залом судебного заседания собрались десятки журналистов, в том числе репортеры основных федеральных телеканалов. В понедельник практически все телеканалы умолчали о случившемся и не стали рассказывать о преступлении в новостях.

Двое сотрудников разных федеральных каналов рассказали РБК, что крупнейшим телеканалам поступила рекомендация не показывать в эфире сюжеты про убийство ребенка. «Это не так. Это сами каналы не стали показывать сумасшедших. Но мы их поддерживаем», — прокомментировал эту информацию пресс-секретарь президента Дмитрий Песков.


Сразу после задержания представитель ГСУ СК по Москве сообщила о назначении Бобокуловой судебно-психиатрической экспертизы, однако проведена она будет уже после избрания меры пресечения. Кроме того, источники телеканала «Звезда» и ТАСС говорили о назначении проверки на наличие психотропных веществ в крови подозреваемой, однако официальных сведений о ее результатах пока не поступало.

Источник «Интерфакса» утверждает, что правоохранительные органы Узбекистана проинформировали российских коллег о наличии у Бобокуловой шизофрении, диагностированной в 1999 году.

Весь понедельник подозреваемую допрашивали, а к вечеру привезли на место преступления для проведения следственного эксперимента. Бобокулова призналась призналась в убийстве. Сейчас дело расследуется по части 2 статьи 105 УК (убийство малолетнего, находящегося в заведомо беспомощном состоянии), однако источник «Интерфакса» в правоохранительных органах утверждает, что после избрания меры пресечения следствие планирует предъявить Бобокуловой обвинения еще по двум статьям — 167 УК (умышленное уничтожение имущества путем поджога) и 207 УК (заведомо ложное сообщение об акте терроризма).

Утром 29 февраля в квартире на пятом этаже десятиэтажного дома на улице Народного Ополчения случился пожар. Потушив его к 10 часам утра, пожарные обнаружили в квартире труп четырехлетней девочки без головы. Примерно через час около входа в станцию метро «Октябрьское поле» была замечена женщина в черной одежде, державшая в руках окровавленную голову девочки. На видеозаписи, снятой очевидцами, можно различить часть тех слов, которые она кричала: «Я ненавижу демократию. Я террористка! Я ваша смерть! Столько матерей, вы столько нас уничтожали! Смотрите, я смертница!».

От появления у метро женщины с головой ребенка до ее задержания прошло около получаса. По словам замначальника полиции по оперативной работе УВД по Северо-Западному округу Москвы Валерия Крученкова, первоочередной задачей дежуривших у станции сотрудников стала эвакуация людей на случай возможного теракта. В разговоре с «Новой газетой» он уточнил, что через 9-12 минут после появления женщины прибывшие на место полицейские начали вести с ней переговоры и убедили принять лежачее положение.

По словам полицейского, предполагаемая террористка пролежала на земле с руками за головой около 20 минут, а затем «просто замерзла лежать, встала и пошла в сторону сотрудников». Несмотря на то, что один из полицейских держал женщину на прицеле из табельного оружия, его коллега принял решение применить физическую силу и повалить ее на землю. Женщина была задержана.

Женщина оказалась няней убитой девочки — 38-летней уроженкой Самаркандской области Узбекистана Гюльчехрой Бобокуловой. По данным «Московского комсомольца», Бобокулова работала няней в семье убитой девочки три года, а погибший ребенок имел особенности в развитии — с трудом мог ходить и почти не умел говорить.

Оригинал

Московская полиция проводит доследственную проверку по факту проведения в флешмоба «В метро без штанов», сообщает «Интерфакс» со ссылкой на источник в правоохранительных органах.

По словам собеседника агентства, вечером 10 января сотрудники УВД на московском метрополитене нашли в соцсетях призывы провести указанную акцию. В сообщениях говорилось о сборе участников акции в 13:30 на станции метро «Тверская».

Кроме того, полицейские обнаружили в сети фотографии с пассажирами метро без брюк в вагоне поезда Замоскворецкой линии. Всего на фотографиях запечатлены шестеро человек.


По информации «Интерфакса», полиция проводит доследственную проверку и устанавливает личности участников флешмоба. Также в ходе проверки решат, есть ли в действиях участников акции состав преступления или административного правонарушения.

В то же время официально сведения о проверке в полиции пока не подтвердили.

Флешмоб «В метро без штанов» проходит во многих странах мира с 2002 года, однако в России его не проводили. Акция не заявлена как политическая или социальная.

Оригинал

Cозданный для мониторинга смертей в ОВД, СИЗО и ИВС проект «Русская эбола» подводит итоги первого года своей работы: в 2015-м России умерли 197 задержанных. В 2015 году в отделениях полиции, следственных изоляторах и изоляторах временного содержания России умерли 197 человек. В отделениях полиции умерли 109 человек, в ИВС — 42, в СИЗО — 31, еще десять задержанных погибли в служебных автомобилях полиции. По одному — в помещении следственного управления, в здании УФСКН, вытрезвителе, ГИБДД и на выездном следственном эксперименте. Среди умерших шесть человек пришли в отделение полиции сами, добровольно; остальные были задержаны.
Самой распространенной официальной причиной смерти задержанных в 2015 год оказывалось «внезапное ухудшение самочувствия» — 104 человека; обычно в сообщениях о таких случаях говорилось о «невыясненных обстоятельствах» или остановке сердца: инфаркте, тромбах. Второе место по итогам 2015 года занимает суицид — 62 человека. Среди остальных причин смерти упоминалась эпилепсия — пять человек, туберкулез — три человека, двое умерли от алкогольного делирия (белая горячка), один отравился неизвестным веществом, десять человек скончались от травм, которые, по утверждению пресс-службы МВД, были получены до попадания в отдел. Пять человек задохнулись при пожаре, одного убили сокамерники. Четыре человека погибли от рук полицейских. Среди умерших задержанных у 45 человек было выявлено алкогольное опьянение, и у четырех — наркотическое. Cотрудники полиции оказывали первую доврачебную помощь 88 раз. Скорая помощь выезжала на все случаи смерти в ОВД, ИВС или СИЗО.

Среди погибших было 183 мужчины и 14 женщин. Чаще всего умирали в субботу и во вторник — 31 человек, в пятницу — 29, в понедельник и среду по 28 человек, в четверг — 26 человек, а во воскресенье — 24 погибших. В январе скончались 19 человек, в феврале — 17, в марте — 21, в апреле — 18, в мае — 29, в июне — 20, в июле — 15, в августе — 16, в сентябре — 9, в октябре — 12, в ноябре — 14, в декабре — 6 человек. Данные за последний месяц года приводятся по состоянию на 13:00 мск 31 декабря; при поступлении новых сообщений о смертельных случаях отчет будет скорректирован.

Чаще всего задержанные в 2015 году умирали в Центральном (50 человек,) Приволжском (40),Северо-Западном (23), Уральском и Сибирском (22), Дальневосточном (17), Южном (14), Северо-Кавказском (восемь) и Крымском (один) федеральных округах.

  В январе в Белгороде сотрудники полиции избили задержанного. Мужчинаумер через два дня в больнице. Следственное управление тогда назначило проверку, а позже возбудило уголовное дело. В октябре полицейских приглашен в местное ОВД в качестве свидетеля, но в ходе беседы признался в соучастии в убийстве и, улучив момент, когда сотрудники полиции оставили его в кабинете одного, выбросился из окна. Еще живым его нашли прохожие и вызвали скорую; менее чем через час мужчина умер в реанимации. Уголовное дело по факту гибели свидетеля так и не было возбуждено. Адвокат Международной правозащитной группы «Агора» Виталий Черкасов обжаловал отказ в возбуждении дела. 

В Ульяновске при пожаре в СИЗО-1 погибли четыре человека. Проводка загорелась вечером 29 августа в карцере, где велись ремонтные работы; как установила позже прокуратура — силами самих заключенных. По словам представителя УФСИН, погибли трое осужденных и один подследственный. Следственный комитет в связи с инцидентом в СИЗО возбудил уголовное дело о халатности (статья 293 УК). 

В сентябре в подмосковной Дубне умер экс-барабанщик одной из первых советских рок-групп «Жар-птица» Сергей Пестов. Как утверждают его знакомые и очевидцы задержания, причиной смерти музыканта послужили травмы, нанесенные сотрудниками полиции, которые искали наркотики на репетиционной базе, оборудованной в гараже Пестова. Барабанщик скончался в больнице, не приходя в сознание. Позже прокуратура признала его задержание законным, а следственный комитет обвинил покойного в содержании наркопритона. Уголовное дело по факту его гибели так и не было возбуждено. 

31 октября во Владикавказе по подозрению в нападении на сотрудника ОМОНа был задержан местный житель Владимир Цкаев. Утром 1 ноября он умер в больнице. Полицейские заявили, что мужчина сам бился головой об пол, однако родственники погибшего, не поверив в эту версию, вышли на улицу со стихийной акцией протеста. Через некоторое время оперативников, которых подозревают в избиении Цкаева, арестовали; арестован и начальник городского угрозыска, а глава МВД Северной Осетии снят с должности. Позже в нападении на сотрудника ОМОНпризнался сосед погибшего. 

В середине ноября после празднования Дня сотрудника органов внутренних дел в 26-м отделе полиции по Санкт-Петербургу пьяный оперуполномоченный Андрей Артемьев в своем служебном кабинете застрелил задержанного из табельного оружия. На следующий день судотправил Артемьева в СИЗО на два месяца; он стал фигурантом уголовного дела по части 1 статьи 105 УК (убийство).

«Русская эбола» — проект журналистки Марии Березиной, посвященный мониторингу случаев смерти в местах принудительного содержания: СИЗО, ИВС, отделах полиции и медвытрезвителях. В статистике проекта не учитываются заключенные, лишенные свободы по приговору суда — «Русская эбола» фиксирует смертность только среди задержанных и административно арестованных, на месте каждого из которых в любой момент может оказаться всякий взрослый житель России.

Название проекта позаимствовано у одноименной статьи Олега Кашина.

появился на «Медиазоне» 1 апреля 2015 года.
Оригинал
Передача вируса как уголовное преступление: как судят за заражение ВИЧ, и почему медика, перелившего пациенту инфицированную кровь, привлечь к ответственности сложнее, чем человека, не предупредившего партнера о своей болезни.


В течение девяти лет полицейский из Калининграда на личном автомобиле, но иногда прямо в форме, предлагал незнакомым женщинам подвезти их, а потом требовал заняться с ним сексом. Если попутчица отказывалась, то бывший инспектор ГИБДД заезжал в безлюдное место и там ее насиловал. После этого он убеждал жертву не подавать заявление, говоря, что сам работает в органах и сможет «замять» дело.


В январе 2015 года полицейскому предъявили обвинение по трем эпизодам по пункту «б» части 3 статьи 131 УК (изнасилование, повлекшее заражение потерпевших ВИЧ-инфекцией) и по части 2 статьи 122 УК (заражение ВИЧ-инфекцией лицом, знавшим о наличии у него этой болезни).


Все контакты были незащищенными. Следствие установило, что с 2005 по 2014 год мужчина передал ВИЧ как минимум девяти женщинам. Об уголовной ответственности за заражение экс-полицейского предупредили в 2001 году, когда поставили диагноз.


Сообщения о привлечении к ответственности по 122 статье появляются в СМИ регулярно. ВИЧ-инфицированный спал с женщинами в Чите. Женщина обратилась в полицию, как только узнала о вирусе, который передался ей от неоднократно судимого ярославца. Возбуждено уголовное дело в отношении мужчины, заразившего бывшую подругу, которая ждет от него ребенка. На три года колонии строгого режима осужден мужчина, заразивший мать двоих детей, с которой он познакомился по переписке, отбывая предыдущий срок. 30-летнего архангелогородца с ВИЧ приговорили к полутора годам колонии общего режима и двум миллионам штрафа. Жительнице Волгоградской области грозит до пяти лет лишения свободы за заведомо ложное сообщение об изнасиловании и заражение оговоренного мужчины вирусом иммунодефицита. Возбуждено уголовное дело в отношении гражданки Казахстана, заразившей гражданского мужа на комплексе «Байконур». Молодой человек признался в болезни своей девушке после того, как встретил ее в СПИД-центре. Суд продлил срок содержания под стражей женщине без работы и постоянного места жительства, подозревающейся в заражении нескольких человек в Амурской области. Два года колонии строгого режима получил житель города Балаково, не предупредивший партнершу о диагнозе, с которым жил семь лет.


Доказать, что знал


Первый случай заболевания ВИЧ в СССР зарегистрировали в 1987 году. Тогда же законодатели криминализировали умышленную передачу вируса, и в Уголовном кодексе РСФСР появилась статья 115.2, позже превратившаяся в 122 статью УК РФ. Она применяется, если предполагаемый преступник знал о своей болезни, — иначе он считается невиновным, потому что в его действиях не было умысла. Заражение также не считается преступлением, если партнера каким угодно способом предупредили о риске, но он все равно согласился вступить в контакт.


«Важно установить, знал ли обвиняемый о болезни. Если он утверждает, что не знал, то направляются запросы в СПИД-центры, потому что когда человека ставят на учет, с него берут расписку, что он предупрежден о возможной уголовной ответственности по 122 статье», — объясняет юрист Сергей Петряков. По его словам, довольно часто люди узнают диагноз после медицинского обследования в учреждениях ФСИН.


Уголовная ответственность наступает не только за фактическое заражение (часть 2 статьи 122 УК), но и за поставление в опасность заражения (часть 1 статьи 122 УК) — например, если человек, зная о своем статусе, не предупреждает о нем партнера, но в итоге вирус не передается. Тогда обвиняемому грозит до трех лет ограничения свободы, принудительные работы сроком до одного года, либо арест сроком до шести месяцев; максимальное наказание — год колонии. Если вирус все-таки передался, то преступник может получить до пяти лет реального срока.


Отягчающие обстоятельства — это заражение двух или более лиц, либо несовершеннолетнего (часть 3 статьи 122). В этом случае виновному грозит до восьми лет лишения свободы. Также заражение ВИЧ может быть отягчающим обстоятельством в пункте «б» части 3 статьи 131 (изнасилование) и статье 132 (насильственные действия сексуального характера), но на практике это применяется не всегда.


«Самое сложное — доказать наличие полового акта, если это не изнасилование. При этом нужно доказать, что потерпевшие не употребляли наркотики, им не делали переливание крови и так далее. Был случай, когда девушка с точностью до сантиметра описала домашнюю обстановку своего бойфренда. К делу также приобщили справки, что она не проходила операционного лечения и не стоит на учете как потребитель наркотиков. Все это легло в основу обвинения, но сурового приговора не было. Зачастую суд просто назначает «условку» с испытательным сроком», — рассказывает Петряков.


По его мнению, при вынесении приговоров большую роль играет человеческая психология — или представление о ней председательствующего в процессе судьи: «Судья думает, что девушка влюбилась, доверилась, а ее молодой человек, сволочь такая, взял и заразил ее. Вполне возможно, что так оно и было, но к вопросу доказательств нужно подходить педантично. То, что у девушки не было других половых партнеров, доказать почти невозможно, если это, конечно не необитаемый остров. Следственным органам приходится собирать большие пакеты информации».


Мифы и статистика


По данным судебного департамента, с 2009 по 2014 год по статье 122 осуждены 227 человек. Еще 49 дел прекращено — в основном, по примирению сторон. К лишению свободы приговорили 75 человек, остальным дали условные сроки или ограничение свободы. Большинство осужденных привлечены за фактическое заражение. По данным на 2014 год, больше половины осужденных — люди в возрасте от 30 до 49 лет, примерно треть — женщины.


В 2014 году за заведомое постановление другого лица в опасность заражения ВИЧ (часть 1 статьи 122) были осуждены 19 человек, за фактическое заражение — 20, за то же деяние, совершенное в отношении двух или более лиц, либо несовершеннолетнего суд вынес приговор двоим обвиняемым.


Статья 122 во многом схожа со статьей 121 — умышленное заражение венерической болезнью, — но предусматривает более строгое наказание. К примеру, за заражение партнера сифилисом, гонореей и некоторыми другими болезнями предполагаемому преступнику грозит штраф в размере до двухсот тысяч рублей либо до шести месяца ареста. За заражение двух или более лиц, либо несовершеннолетнего максимальное наказание — два года колонии.


В комментарии к уголовному кодексу опасность ВИЧ объясняется так: во-первых, заразившийся может долго не знать о своем статусе и представлять опасность для окружающих, во-вторых, болезнь фактически неизлечима, «больной в течение короткого времени уходит из жизни». Последнее — больше стереотип, чем правда: без лечения инфицированный проживет еще 10-20 лет, но благодаря антиретровирусной терапии у него появляются шансы дожить до старости.


В 2012 году судья Игорь Кусакин прекратил уголовное преследование жительницы Тольятти, укусившей свою знакомую за запястье. «Имея умысел на заведомое поставление в опасность заражения ВИЧ-инфекцией В., достоверно зная о своем заболевании и будучи предупрежденной о том, что несет уголовную ответственность по статье 122 УК, если поставит другое лицо в опасность заражения заболеванием СПИД, в ходе конфликта умышленно нанесла телесное повреждение», — говорится в судебном постановлении. Дело закрыто в связи с примирением сторон.


«Мифы о ВИЧ — серьезная проблема, — считает Илья Лапин, активист движения «Пациентский контроль». — Любой человек должен знать, что через укус, поцелуй или посуду ВИЧ не передается. Он передается только тремя способами. Во-первых, через кровь. Во-вторых, половым путем, через обмен биологическими жидкостями. Третий способ — от матери к ребенку в процессе беременности или грудного вскармливания. Я могу покусать кого угодно, но чтобы заразить вирусом, я должен прокусить вены себе и другому человеку и умудриться каким-то образом перелить свою кровь в его кровь. Нельзя забывать, что когда мы, например, порезались, кровь течет наружу, чтобы вымыть всю гадость, которая может попасть внутрь. Это защитная реакция организма».

В множестве случаев заражения ВИЧ точная причина передачи вируса неизвестна. По имеющимся данным центров профилактики и борьбы со СПИДом, в 2014 году ВИЧ чаще передавался через нестерильные шприцы при употреблении наркотиков (58,4%). Глава Федерального центра СПИДа Вадим Покровский считает, что снизить количество заражений помогла бы заместительная терапия, которая запрещена в России. На втором месте — гетеросексуальные половые контакты (около 40%). Через гомосексуальные акты заразилось чуть более 1% опрошенных. Также в 2014 году зафиксировано 11 случаев заражения в больницах, из них четыре — через нестерильные инструменты, пять — через переливание крови.


ВИЧ в белом халате


За заражение другого лица в результате ненадлежащего выполнения профессиональных обязанностей (часть 4 статьи 122 УК) виновному грозит до пяти лет принудительных работ, либо лишение свободы на тот же срок. Суд может запретить ему работать в определенной сфере максимум на три года. По данным судебного департамента, с 2009 года по части 4 статьи 122 не было ни одного обвинительного приговора.


«Заражение происходит либо через нестерильные инструменты, либо из-за халатности врачей, которые работают на станциях переливания крови — не проверили донора, например. Это системная проблема. В некоторых регионах до сих пор стерилизуют использованные шприцы. В деревнях и поселках фельдшеров не обеспечивают новыми одноразовыми инструментами, и они не могут ничего сделать», — рассказывает Лапин из «Пациентского контроля».


В 2011 году гинеколог из «Преображенской клиники» Екатеринбурга Елена Ярушина вводила женщинам, желающим забеременеть, донорскую кровь. Обычно ее сдают мужья пациенток, но на этот раз донором стала одна из медсестер. Три женщины, проходившие процедуру, заразились ВИЧ. В ходе проверок выяснилось, что образцы крови никак не проверялись, а сотрудники учреждения не проходили необходимых медосмотров. Более того, у клиники не было лицензии для проведения таких операций.


Главврач «Преображенской клиники» Андрей Сысолятин, уволившийся после возбуждения дела, на суде утверждал, что медработники не обязаны были проводить тестирование — ответственность за это лежит на донорах, которые должны приносить справки об отсутствии заболеваний. Сысолятин и ВИЧ-положительная медсестра проходили по делу как свидетели обвинения. Позже факты незаконной предпринимательской деятельности в клинике выделили в отдельное производство.


В основном деле по части 4 статьи 122 единственной подсудимой стала Ярушина. В 2014 году Кировский районный суд Екатеринбурга приговорил гинеколога к четырем годам колонии общего режима. Свою вину Ярушина не признала.


Сразу после вынесения приговора судья объявил, что она освобождена по амнистии, приуроченной к 20-летию российской конституции. Прокуратура пыталась обжаловать это решение и и требовала посадить гинеколога на шесть лет, но Свердловский областной суд оставил решение первой инстанции в силе. Ярушина продолжает работать в клинике.


Доказать вину врача, заразившего пациента ВИЧ, непросто. В таких случаях адвокат обвиняемого, скорее всего, будет настаивать на том, что потерпевший вел беспорядочную половую жизнь или употреблял наркотики, говорит юрист Сергей Петряков: «Например, был случай: жена осужденного вступала с ним в незащищенный половой контакт. Он узнал диагноз при помещении в СИЗО, а потом анализ не подтвердился. Мужчина встречался на длительных свиданиях с женой, заразил ее, а она передала вирус ребенку. Тут виноваты медики ФСИН, которые не проконтролировали достоверность первого анализа и не обеспечили достаточное преемство при переводе из СИЗО в колонию. Опять же, сложно доказать, что жена не имела других половых партнеров и не употребляла наркотики. Все неустраненные сомнения будут толковаться в пользу медиков».


По данным ВОЗ, два года назад частота выявления ВИЧ в России составила 55,6 случаев на 100 тысяч человек — это самый высокий показатель в Европе. К маю этого года в стране зарегистрировали 933 тысячи носителей вируса. Реальную цифру узнать невозможно, но, по словам Покровского, она превышает официальную в два раза. С 1987 года в России умерли более 192 тысяч ВИЧ-положительных, из них 24,4 тысячи — в прошлом году. Каждый день врачи выявляют около 300 новых случаев заражения.


«Статью называют «мертвой», потому что по ней небольшой процент возбуждаемых дел, — поясняет Петряков. — Не уверен, что ее нужно менять, только увеличить сроки наказания по первым трем частям, хотя возможность привлечения лиц по ним все равно незначительная. Что касается части 4, то там все упирается в сплоченность медицинского сообщества: врачи всегда будут защищать друг друга, отрицая признаки халатного поведения. В общем, законы у нас хорошие, а исполнение плохое. Эта норма могла бы стать «живой», если бы была возможность качественно подходить к расследованию дел».

Оригинал

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире