В Москву приезжал глава Движения исламского сопротивления Халед Машааль.

Зачем?
Затем, чтобы показать, что есть еще великая страна, министр иностранных дел которой готов разговаривать с ним как с политиком, а не как с террористом.
Есть страна, которая относится к ХАМАСу как к легитимному национальному (или как писали в советскую старину, национально-освободительному) движению.
Есть государство, которое готово пригласить ХАМАС в качестве полноправного участника планируемого в конце февраля в Москве на заседание «квартета» переговорщиков по ближневосточному урегулированию. Сам факт визита Машааля в Москву для него уже успех.

А зачем Москве нужен Машааль с его ХАМАСом?

Затем, что российско-хамасовское общение – это последний шанс для Москвы играть некую самобытную с долей самостоятельности роль в ближневосточном конфликте.
Да, ключи его урегулирования находятся в Вашингтоне, о чем Машааль нелюбезно поведал принимающей стороне и многочисленным журналистам. Но в ситуации полного раздрая среди самих палестинцев и систематического провала всяческих «дорожных карт» Москва надеется занять свою пусть и маленькую, но все-таки свою собственную нишу.

Причем, даже не в палестино-израильском противостоянии, но в разруливании конфликта между самими палестинцами – главой палестинской администрации Махмудом Аббасом и ХАМАСом.
А этот скандал ныне не менее важен, чем сам ближневосточный конфликт.

Заметим, что хамасовцы приезжают в Первопристольную не в первый раз.
Но пока что миссия медиатора России не удается. Уговорить Машааля и его коллег быть помягче не получается. Зато сам Машааль вновь получил трибуну для изложения своих жестких взглядов, для обвинений в адрес Организации освобождения Палестины, которая для него сегодня не меньший противник, чем Израиль.

Замечу, что посредником в палестино-палестинской сваре пытаются стать и некоторые арабские государства – Египет, Саудовская Аравия…
Но и у них пока что это плохо получается.

Надеется ли Москва, что когда-нибудь ее диалог с ХАМАСом приведет хотя бы к частичному успеху?
Вряд ли. Скорее всего для нее важен сам процесс этого общения. Я бы сравнил эту «игру» с позицией Москвы вокруг иранской ядерной программы. Там тоже есть особая российская позиция, которая, однако, пока что не привела к реальным результатам. Зато у Тегерана приутствует легкая, a la Машааль издевка над Москвой, дескать все равно не за вами последнее слово. Для ХАМАСа, как и для нынешнего иранского режима, флирт с Россией прежде всего средство давления на главных оппонентов – американцев.

Стоит ли вообще работать с ХАМАСом, да и с Ахмади-Нежадом без надежды на серьезный успех?
Конечно стоит, ведь иначе про Россию на Ближнем Востоке да и вообще в мусульманском мире могут просто позабыть.


Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире