В своём университете в свободное от учёбы время я тренирую университетскую команду по парламентским дебатам. Помимо собственно ораторского искусства, того, как нужно говорить (и как себя вести, когда тебе свистят, кричат «позор» и топают ногами, кстати), я учу людей, что нужно говорить. Здесь мой девиз таков: подвергай сомнению здравый смысл.

При обсуждении демократии, я всегда задаю аудитории простой вопрос:
 — Кто согласен с тем, что демократия — это власть большинства?
Стайка первокурсников уверенно поднимает руки.
 — Тогда нам придётся признать, что Северная Корея раз в пять демократичнее Японии, поскольку в Северной Корее правительство поддерживают 100% населения, а в Японии рейтинг кабинета болтается у 20%.
Дружный хохот.
 — Возьмём критерий получше: сменяемость власти. Иначе: возможность оппозиции эту власть взять. Оппозиция, вообще говоря, это те, кто на выборах набрал меньшинство голосов. Таким образом, критерий демократии — защищённость меньшинства.

Можно дальше продолжать логический ряд. Демократия защищает право каждого человека иметь свою позицию и публично её выражать. Но один человек — каждый из нас — находится по отношению к обществу в подавляющем меньшинстве.
Демократия — власть меньшинства. Парадоксально, но так. Или вам в Северную Корею.

Большая часть постов в моём блоге на «Эхе Москвы» посвящена правам меньшинства — сексуального меньшинства, к которому я принадлежу. Понимаю, что поэтому меня легко обвинить в предвзятости: «опять Крылов упражняется в чистописании в попытках оправдать себе подобных». Но давайте посмотрим на два прошедших в Москве (и не только в ней) митинга и сделаем кое-какие выводы.

Первый вывод — локальный. За две недели в Москве, по сути, прошли впервые в истории… два легальных гей-парада. Над митингующими развевались радужные флаги, представители гей-сообщества говорили с трибун. При этом попытки агрессии в отношении них со стороны отдельных участников митинга пресекались другими участниками. Как вам?
В гей-сообществе Рунета многие восприняли это с воодушевлением: в стране оказалось на удивление много адекватных людей.

Вопрос у меня один: ну и? Сильно упала мораль от «гей-пропаганды»? Побежали люди толпой записываться в геи? Институт семьи рухнул на месте? Многие участники были на митинге с детьми — и что? Кого съели эти «страшные геи»? Где был разврат, пошлость и иные градации ужас-ужаса?

Забавно: десятки и сотни людей много раз пытались выйти на улицы Москвы в попытке сообщить обществу, что их права ущемлены. Хотя бы конституционное право на свободу собрания. Их разгоняли, и мало у кого это вызывало сочувствие. Но ведь 10 и 24 декабря несколько большее количество людей вышло заявить то же самое: «наши права ущемлены»! Точно такие же, гарантированные конституцией права. И геи (уважаемые лесбиянки, бисексуалы и транссексуалы, прошу прощения, что сокращаю так — аббревиатура ЛГБТ ещё не всем понятна) были среди них.
Локальный вывод таков: в Москве прошли два гей-парада, и Земля с оси не слетела. Что в них страшного?

Глобальный вывод прямо вытекает из моего тезиса, что демократия — власть меньшинства. Или меньшинств.
В странах с развитой парламентской демократией даже победившая партия зачастую не может набрать абсолютного большинства голосов и единолично сформировать правительство. Приходится вступать в коалиции с теми, кто набрал ещё меньше голосов. Таким образом, правительство контролируется… абсолютными меньшинствами.

Российское общество фрагментировано, и консолидация разных, едва ли не противоположных по вектору сил, только началась. Именно поэтому важно помнить о том, что демократия — власть меньшинств.

«Синие ведёрки» — одна программа, геи — другая, «Левый фронт» — третья. И так далее. У всех свои проблемы, решения которых люди хотят добиться. Поэтому меня удивляют призывы исключить этих или тех, выбрать единого лидера, создать монолитную платформу и идти вперёд в очередном «нерушимом союзе». Так не бывает. Популярный лидер может апеллировать к чувствам сразу нескольких заинтересованных меньшинств, но не ко всем сразу — это нормально. К оставшимся обратится другой лидер.
Но главной целью вышедших на площадь было желание жить в обществе, где все эти интересы будут услышаны, где все меньшинства получат свой «голос» и признают право на этот голос за другими меньшинствами.

Поэтому высказанный Боженой Рынской тезис «всех фриков — вон» исключительно омерзителен. Божена, а что изменится, если один авторитаризм заменить другим, который снова будет решать, кто фрики, кто бандерлоги, кто агенты Госдепа? Если Вам не хватает внутренней культуры признать право несогласного с вами, о какой демократии вы говорите? Сидите дальше в авторитаризме, вы его заслужили. Вы ничем не отличаетесь.
Немцов должен был сидеть под сценой и молчать? С какой стати?! Если лишать права слова человека, который ругается матом и оскорбляет других, то вас надо его лишить вперёд Немцова: он это делал хотя бы приватно. Вы же это делаете публично.

Немцов — такое же меньшинство, как и мы все. Дать ему слово нужно уже потому, что только так можно узнать, интересы какой части меньшинства он представляет.
Освистали? Беда-беда, огорчение. Вы видели трансляции заседаний британского парламента? Там свистят, топают, кричат «бу» и вскакивают с мест. Отлично. Ты же не можешь представлять всех на свете. Кто-то всегда будет недоволен Навальным, Собчак, Шендеровичем, Быковым. Демократия же. Не свистят — ещё один привет в Северную Корею.

Святая обязанность общества — свистеть и быть несогласным. Напоминать тому, кто на трибуне, что он — не Бог на Земле, а только тот, кому доверяет определённое меньшинство. Хочешь завоевать другое меньшинство — думай головой, прежде, чем открыть рот. Ещё одна тренерская максима для моих дебатёров.

Чем больше меньшинств — разных, противоречивых, тем сложнее стать диктатором. Тем более развитым становится гражданское общество. Тем дисциплинированней политики.

Поэтому, кстати, спектр участников движения, на мой взгляд, должен определяться только одним критерием: признание права других на слово и дело. Привет националистам, пытавшимся порвать радужный флаг.

Кстати, для будущих политиков.
Геи очень активно следят за тем, что вы говорите, поверьте. Одно неосторожное высказывание — и вы навсегда отвадите от себя 5-10% электората. А это целая парламентская фракция, между прочим.
Ничего не хотите этим людям сказать?



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире