На самом деле, большой проблемы здесь не вижу. Абсолютное большинство практикующих верующих – люди абсолютно адекватные. Но, по крайней мере, в России у многих из них есть внутренний комплекс вины, связанный с невозможностью выполнять весь набор норм, предписанных церковью. Например, ни один священник не может полностью исполнить все богослужебные требования, рассчитанные на монастырские условия, причем не реальные, а идеальные. Незадолго до 1917 года в Киевской духовной академии предприняли попытку отслужить всенощную в полном соответствии с уставом, что заняло восемь часов. Соответственно, ощущение греха (выпила молоко в пост, ушел со службы до ее окончания и др.) приводит к тому, что человек ощущает свое полное ничтожество по сравнению с великими подвижниками прошлого. Решится же на то, чтобы «нормализовать» послабления (как у греков) никто не решается из-за опасений раскола – как представляется, изрядно преувеличенных и связанных с травмами XVII и ХХ веков, случившимися в совершенно иных ситуациях.

К комплексу вины добавляется слабый авторитет священноначалия в духовной сфере — оно воспринимается как слишком элитарное и светское, далекое от простых людей. Вместо этого появляется большое количество «квазиавторитетов» — от бодрых младостарцев до местного аналога странницы Феклуши, рассказывающей своей аудитории при двух правящих миром и неправедно судящих султанов, Рокфеллера американского да Ротшильда британского. Отсюда и популярность различных текстов, от которых шарахаются образованные сотрудники патриархийного Издательского совета. При этом административный авторитет епископата не отрицается – это как по Веберу, харизматическая легитимность сталкивается с традиционной, восходящей к апостолам. И традиционная, как более укорененная, оказывается сильнее.

И вот такая аудитория грешников и конспирологов оказывается перед угрозой пандемии. Большинству из них вполне понятны необходимые санитарные меры. И вдруг появляется такая Феклуша (в рясе, косоворотке или юбке), которая вопиет о грехе, маловерии, непреклонности и жертвенности. И сразу же люди ощущают свое ничтожество перед таким адамантом со слабоумием и отвагой. Возразишь – значит, покажешь, что ты теплохладный лаодикиец, недостойный лицемер и так далее. Отсюда складывается представление, что большинство верующих являются какими-то средневековыми фанатиками.

Что в этой ситуации можно делать? Пандемия – это время, когда Феклуши должны замолчать – тем более, что при первом же внятном действии со стороны государства или священноначалия они обычно отступают. В Греции в Кифирской епархии местный митрополит Серафим, ранее публично осуждавший сионистов и масонов, решил продолжить богослужения, несмотря на запрет со стороны государства и собственного начальства – и на несколько часов оказался в полицейском участке. Никто не собирался делать его мучеником, но к нему отнеслись как к обычному гражданину – не более и не менее жестко. И санитарные требования были выполнены – реальный срок за повторное нарушение стал мощным стимулом. И крики о гонениях не имеют к этому никакого отношения – речь идет о нормальных правилах, связанных с защитой здоровья людей.

Оригинал



Загрузка комментариев...

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире